Ловец снов

Озеро, и правда, было недалеко. Оно раскинулось немного севернее замка и уже достаточно прогрелось солнечными лучами. Мариза сидела перед ним, стараясь ни о чем не думать, и следила за бликами на воде. Она прикрыла глаза и расслабилась, слушая звуки леса, вдыхая аромат трав и немногих цветов. До слуха женщины доносился тихий спор девушек за спиной — это Корнелия и Иззи думали что делать дальше. Как теперь найти, конный ярмарок? И стоит ли идти туда? Хозяйка разоренного замка поджала под себя колени и не реагировала ни на что, переживая гибель любимого супруга, а ее слуги суетились вокруг, почти беззвучно. Словно они сами были призраками. Александр и Адам сидели ещё тише них. Парень держал ребенка на коленях и зевал, как старый крокодил. Он уже смыл с себя всю грязь и кровь, помог Магнусу искупаться, и теперь переживал самые тяжёлые последствия выброса адреналина — сонливость и крайнюю усталость. Едва перевалило за полдень, на траве все ещё блестели капельки росы, но небо было мрачным, словно в сумерках. Виновата была резко изменившаяся погода, но этот цвет хорошо отображал внутреннее состояние Адама. Он тоже пытался отвлечься и не думать о том, что именно из-за него напали на замок. Что его считают сыном дьявола. Что даже птицы не поют, и только шуршат дубовые кроны, но этот звук выходит у них каким-то мрачным и неприязненным. На штанах мальчика остались следы от росы и пыльная паутина. Он сидел, гипнотизируя из взглядом, словно думая, что так вся грязь просто отвалится сама по себе. На самом деле, ему просто было страшно поднять голову и увидеть как на него смотрят все остальные. Потерявшие по его вине близких и дом, подвергшиеся нападению, разглядевшие его метку вблизи. Разочаровавшиеся в нем. А ещё он боялся тех, кого чувствовал в этом лесу и боялся, что его оставят наедине с ними, спрятавшимися за кустами и деревьями. Его не оставляло ощущение взгляда в спину, но сказать было ещё страшнее. Что, если ему не поверят? Не как с призраком, списывая на фантазию, а просто потому, что считают, будто ему нельзя доверять. "Это просто белки. Обычные белки". — уговаривал себя Адам, надеясь, что у него началась мания преследования. Он не догадывался, что Алек повторяет себе тоже самое. Впрочем, не они одни. Стоило хруснуть веточке, как служанка взвизгнула на весь лес, а Изабель одним быстрым движением оказалась возле кромки озера, прикрывая дворецкого с хозяйкой и упавшую в обморок служанку. Пока ещё никто не видел кто приближается, и невозможно было определить, куда следует делать в случае нападения. В соседних кустах снова послышалось какое-то шевеление и в руках людей слаженно блеснули мечи. Александр, правда, поднял на изготовку лук, натягивая тетиву и выжидая, когда неведомый противник покажет себя. Адам затих возле него, спустившись с колен, чтобы дать охотнику больше пространства для маневра, хотя ему казалось, что лучше отчаянно вцепиться в рубашку парня и никогда больше не отпускать. Ветки встрепенулись и разошлись в сторону, словно занавес домашнего театра кукол, раздвигаясь так медленно, словно специально испытывая терпение охотников. Показалась рыжая шерстка и перед напуганными людьми показалась маленькая лисичка. Она подозрительно покосилась на живописную группу с кучей орудия, а затем ласково фыркнула и любопытно покрутила ушками, прежде чем попятиться прочь. Она не уходила далеко, присматриваясь к людям, как недоверчивая, но голодная бродячая собака. — Прекрасно. — пробормотала Мариза, опуская меч, а потерявшая супруга женщина истерически рассмеялась. Лиса все ещё не скучала с людей глаз. Если раньше она казалась просто маленькой, то сейчас было видно — просто тощая настолько, что торчат кости и шкура какая-то облезлая. К тому же, лиса не твердо стояла на ногах, чем совершенно убедила людей в своей безопасности. — Хорошенькая! — прошептала пришедшая в себя служанка и полезла в передние искать хоть хлебушка для рыжей красавицы. Та постоянно переставала на лапах, словно стараясь сохранить равновесие и выглядела очень уставшей. Ослабевшей, словно. — Она, наверное, очень голодная. Может где-то лес горел и ей пришлось бежать сюда? —прикидывала Корнелия, тоже переворачивая сумку в поисках еды. Наконец, удалось найти кусочек хлеба. — Или сюда, милая, я вкусного дам. Лиса замерла на секунду, глядя на протянутую руку и осторожно пошла к девушке. Служанка бросила крошиться в фартухе и с усилением глядела на животное. Александр тоже не устоял, но Магнус внезапно повис у него на руке, не пуская. Опасаясь новой вспышки ревности, парень затормозил, глядя на ребенка. — Что такое? — ласково спросил он, жалея, что не удалось поиграться с лисичкой и немного снять стресс общением с животным. Иззи тоже пошла вперёд, провожаемая завистливым взглядом брата. — Она злая. — выдавил мал сие, не спуская глаз с зверя. Его мелко трясло. — Ну, откуда ты знаешь? — Алек решил, что ребенок просто испугался после всего пережитого, не понимая, что пугает ребенка именно его недоверие. — Просто знаю и всё. — грубо, совсем несвойственно ему, ответил мальчик, крепче сжимая широкую ладонь Алека. — Позови Иззи назад. Девушка как раз приблизилась к лисичке и начала присаживаться рядом. Корнелия бросила хлеб возле аккуратной мордочки, а брюнетка протянула руку к шерстке. Лиса подняла на нее глаза и крупно вздрогнула. Алеку показалось, что поменялся даже взгляд зверя. Глаза животного, и без того красноватые, прикрытые припухшими веками, закатились. Иззи посмотрела на кулон, определяющий демоническую активность, но тот молчал и странное поведение было списано на усталость изможденного животного. Внезапно, лиса оскалилась и девушки испуганно попятились прочь, опасаясь не столько клыков, сколько того, что пасть была заполнена белой густой слюной, хлопьями потекшей с сероватого языка. — Злая. — ещё раз твердо повторил Магнус и Алек понял, что мальчик почувствовал бешенство, но не знал как его назвать. А он снова ему не поверил... Мариза бросила в лесу мокрую одежду, которую успела постирать в озере, но оскользнулась на камне и осела на мель. Брызги не долетели до животного, так как одежда прошла мимо, пачкаясь в песке. Лиса стрелой бросилась к Изабель и девушка отогнала ее ударом хлыста. Корнелия завизжал и тут же стала новой мишенью. Дворецкий заводил все в воду, надеясь, что лиса туда не полезет, а блондинка молнией оседлала низкую ветку дерева, используя проверенную практику. Как слезать она, правда, ещё не продумала. Животное двигалось быстрее стрелы, мешая Алеку прицелиться, поэтому он предпочел завести Адама по его грудь в воду и поспешил к стволу, где Корнелия знакомилась с бытом белок, пока лисица с тупой яростью врезалась клыки в кору деревьев, отдирая от них щепки и даже глотала их, втаптывая в песок предложенный ей хлеб. Адам не спускал с него взгляда, напряжённо следя за развитием событий. В ушах мальчика грохотом отдавался топот чужих ног. Казалось, что Алек не решается выстрелить. Лиса заметила его и бросилась на новую жертву под громкий свист пытающегося отвлечь ее дворецкого и крик Корнелии. Она попыталась впиться зубами в ногу охотника, намертво сцепив челюсти между собой, но тот успел ударить ее по хребту и ей пришлось подпрыгнуть, чтобы быстро отодвинуться с линии следующего удара. Животное обдало лицо Алека гнилым дыханием, а на коже руки остались брызги слюны. "Ну, хоть в глаза не попало"— пронеслось в голове Алека обрывком какой-то более важной мысли. Он попытался пнуть лису, но она словно не ощутила удара. Адам крепко сжал кулаки, видя, что привыкший к убийству демонов охотник не может поднять руку на лису. Человека убить может, а невинное животное, даже опасное — нет. Мальчик сцепил зубы и по виску сбежала капля пота. Он выглядел так, словно силится удержать ношу, неподходящую для ребенка. Золотые глаза полыхнули внутренним пламенем и лиса внезапно замедлила бег. Собравшиеся в воде люди подбадривали Алека и просили его убить животное. Корнелия повисла на руках, уверенная, что уже можно прыгать. Адам резко выбросил вперёд сжатую в кулак руку и лиса обернулась к нему. Их взгляды сцепились в поединке безумия и упрямства. Зверь придал уши и пена пошла изо рта гораздо сильнее. Лапы лисы подогнулись и она, жалобно заскулив, легла на землю. Её выгнуло дугой, словно поломанную игрушку и умилялась ей служанка сплюнула в воду. Красивая оболочка и бешенство внутри — словно некоторые люди, словно горячо любимая кукла, которую ты принимал за человека, пока не узнал, что внутри у нее обычная вата. Лиса залилась в коротких судорогах, сотрясающих тело и все обернулись к Адаму, за пару минут словно ставшему гораздо старше. Хозяйка разбитого замка пришурилась, пытаясь понять, стоит ли ей бояться ребенка, который и впрямь обладал способностью убить одним взглядом. Лиса гавкнула в последний раз и закрыла глаза. Люди выдохнул с облегчением. Дворецкий посмотрел на Алека с видом "вам ещё многое придется нам пояснить", и начал собирать вещи. Желание посидеть на берегу или поплавать в теплой водичке испарилось, словно его и не было.