Глава 1.
27 мая 2017 г., 20:40
Кап. Кап.
Она сидела в четырёх стенах и вслушивалась в звуки утекающей через потолок воды, мерно покачиваясь вперёд и назад, обхватив себя руками за колени.Кап. Кап.
Эти звуки стали для неё пыткой.Кап. Кап.
Страх. Ей было до ужаса страшно сидеть в этой маленькой и тесной комнатке, где всё пропиталось сыростью и ароматом ржавого от времени железа… а они смеялись над ней… ВСЕ ОНИ. Смеялись и не выпускали на свет, уже четверо дней как заперев в карцере… а ведь её просто подставили. Подставили, подкинув ключи главного охранника и убедив того в том, что она собиралась сбежать. Хотя ей не было смысла делать этого. Ведь её запирали сюда навечно, без права на свободу.Кап. Кап.
Четыре дня в кромешной темноте… нет, она не боялась темноты. Никогда не боялась… как раз наоборот, она была рада, когда Тьма, укутав её сознание в своё полотно снов, прятала его от всех страданий и тревог реального мира.Кап. Кап.
Но каково быть зрячему в четырёх стенах, без капли света и надежды, в течение девяносто шести часов?Кап. Кап.
Без света, без воды, без пищи…Кап. Кап.
Спросил бы её кто о том, как она это выдержала, она бы не ответила. Не ответила просто потому, что сама не понимала, как осталась в живых.Кап. Кап.
Хэллер не знала как, просто не знала, как ей удалось выдержать. Выдержать и не сломаться. Не сойти с ума, как многие до неё. Впрочем, всё ужасное имеет свойство заканчиваться. И её АД тоже заимел свой конец, но иногда спасение возлагает обязательства на спасённого. И Берта имела привычку — свои обязательства исполнять, и отнюдь не важно, что твой спаситель далеко не за «добро» и «свет», ибо она знает — методы у всех одни.***
Он пришёл в тот день. Двадцать четвёртого апреля, за день до того, как она была готова сломаться. Сначала она не заметила ничего. Просто шум, что прозвучал за дверьми карцера, а потом… а потом началось. Крик, затем хруст ломающихся костей. Стоны боли и свет, ударивший сквозь выломанную дверь. Берта поднималась тяжело — с хрустом и шатаясь; опираясь на стену, она вышла из карцера. Безразличный, холодный и цепкий взор разноцветных глаз — зелёного и янтарного — прошёлся по трупам. Мясо. Кости. Боль. Стоны. Эта картина её не впечатлила, ведь то, что она испытала, убило в ней чувства… но эманации чужой боли били по мозгам. Эмпатия. Её дар и проклятие ясно намекали, что стоит окончить их муки. Рука сама потянулась к поясу ближайшего трупа и сняла пистолет.Бам. Бам.
Трупы. Блаженное спокойствие и холод, без единой эмоции внутри… и вдруг, шелест. Мерзкий, неприятный. Хэллер обернулась. Электронный. Щупальца крались к ней, собираясь схватить, но по крови на них, она поняла. Хозяин этих змей ей не враг. И целеустремлённость поймать жертву явно говорила — она нужна ему живой. Девушка усмехнулась. — Не стоит. Я приду сама. Щупальца замерли. Их хозяин ждал её дальнейших слов. И она не спешила его разочаровывать. — Ты ведь ищешь меня, верно? Берту Хэллер? — эмоции существа стали ей ответом. — Отлично. Пойми, я не знаю, кто ты такой, но я не в лучшем состоянии и, если срочно не приведу себя в порядок, умру. А тебе это не нужно, так ведь? — снова всплеск эмоций, лёгкое беспокойство об игрушке и озадаченность. — Хорошо… просто подожди, ладно? Мне всё равно некуда бежать… И он послушал. Раздался свист, и существо из неизвестного металла явилось её взору. — Наблюдатель, значит… — девушка усмехнулась, — Что же, следи. Хэллер отвернулась и подошла к охраннику, сняв с него не особо сильно запачканную в крови куртку и кобуру. Дальше — в главный центр охраны. Берте было плевать на кучи трупов, ей были нужны вещи. Её собственные вещи. И она нашла их. Ноутбук, рюкзак с чипами и пара файлов с разработками. Телефон и планшет. Одежда и документы, как настоящие, так и фальшивые, тоже оказались на месте. Дальше — порыскать. Берте, пусть и с трудом, но удалось найти одежду, и она поспешила в душевую, не обращая внимание на следующую по пятам «птичку». Да и не пошла та в «баньку» за ней. Берта вздохнула с блаженством, когда холодные струи коснулись её тела. Снова чистая. Смыть с себя кровь и грязь. Сейчас Хэллер ощущала себя Фениксом, воскресшим из пепла, и была искренне благодарна существу, что спасло её. К наблюдателю она вышла свежей и обновлённой. Тугая коса каштаново-чёрных волос спадала по левому плечу, а чужая куртка и немного мешковатая на отощавшем теле одежда придавали ей особый шарм. — Спасибо, что подождал, — она усмехнулась. — Осталась всего одна деталь… На кухню, взять консервов и нож одного из валяющегося там трупов. Тот самый нож с гравировкой в виде оскаленной волчьей пасти, что со смехом отобрал у неё мёртвый «страж» закона. Пара пачек быстрого приготовления пищи, и Берта, с неуместной в этой кровавой бане улыбкой, обернулась на «птичку». — Веди, дружок.***
Её, весьма крупный, надо заметить, «надзиратель» вывел Хэллер на улицу прямо через главный вход, залитый алой жидкостью и усеянный гниющей, опалённой плотью. Жаль правда, этот «некто» не учёл, что убийце плевать на вакханалию и анархизм, что сейчас творились внутри мёртвой, во всех смыслах этого слова, тюрьмы. Берта подняла голову к небу и усмехнулась, наконец увидев того, кто спас её, ибо «надзиратель» поспешил устроится на груди гиганта. Тёмно-синий, местами, тёмно-серый металл, тёмный визор на месте лица и массивное тело, что пусть и имело гуманоидный вид, но явно не принадлежало человеку. Гигант чуть склонился к земле и протянул ей манипулятор, оканчивавшийся длинными, острыми когтями. Он явно ждал реакции. Она чувствовала любопытство этого существа, хотя и сама ощущала его столь же живо. Страха перед этим существом у неё не было. Не было, от слова «совсем». — Ну и кто же ты, мой друг и спаситель? Ответом для девушки послужили разные голоса, принадлежащие одному-единственному существу, что девушку озадачило. Он явно насмехался над ней, высказывая таким образом свое отношение. Хэллер поняла, что за чёрным визором этого существа скрывалась далеко не одна загадка… хотя нет, не существа. Саундвейва. — Саундвейв. Трансформер. Десептикон. Берта кивнула, аккуратно забираясь на протянутую ей «ладонь», и тут же ощущая, как её немыслимо быстро тянет вверх. А дальше скрежет металла. Кувырок в пустоте. А через секунду она уже понимает, что находится внутри транспорта, крепко-накрепко привязанная ремнями, и летит прямо в небо. — Спасибо, что спас меня, Саундвейв. Я не забуду…
