Его зовут Пак Джун

— Подъем! Алло, деревня, вы меня слышите? Мы проспали как бы, уже одиннадцать. Поднимайте свои задницы, иначе всем будет плохо! Сквозь сон я слышала чьи-то недовольные возгласы, но вставать я все равно не хотела. Я поморщилась и уткнулась лицом в диван, пытаясь избежать громогласных восклицаний, доносящихся откуда-то издалека.  — Вы там оглохли что ли? — теперь голос слышался совсем рядом. — Я говорю, вставайте, алкоголики! Я с трудом разлепила глаза. Голова ужасно болела, а в горле пересохло настолько, что создавалось такое ощущение, будто у меня во рту неделю не было воды. Я перевернулась на спину и увидела перед собой сонное лицо Тэхёна, протирающего глаза после пробуждения. Мне потребовалось еще несколько секунд, чтобы осознать, что я до сих пор лежу на его коленях. Я резко вскочила с места, но тут же пожалела об этом, потому что в глазах мгновенно потемнело, и я рухнула обратно на диван.  — Хорошо спалось? — усмехнулся Ви, обернувшись ко мне лицом.  — Извини, — мои щеки тут же залились румянцем, и я отвернулась, надеясь, что парень не заметил этого. — Я даже не помню, как уснул, — в ответ Тэхён лишь улыбнулся и поднялся с дивана.  — Зачем же так орать? — недовольно заныл только что проснувшийся Чимин и потянулся. — Моя башка по швам трещит. Хоби-хён, поднимайся, у меня ноги затекли, — он потрепал Хосока за плечо, и тот недовольно поморщился во сне. Чимин не стал с ним церемониться и, столкнув его голову со своих колен, поднялся с места.  — Ненавижу тебя, Чимин, — послышалось с пола, но Чимин не обратил на недовольное ворчание Хосока ровно никакого внимания и направился в ванную. Я огляделась. Передо мной на столе стояли грязные тарелки, оставленные с вечера, и пустые бутылки от соджу. Я вздохнула, боясь представить, как я выгляжу со стороны. Должно быть, ужасно, потому что Джей-Хоуп точно выглядел непрезентабельно, значит, и я не отстаю. В комнату вошел Юнги и остановился, с недовольным видом уперев руки в бока. Хосок, наконец, поднялся с пола и с неимоверно болезненным видом потер лоб.  — Моя голова-а-а, — протянул он, откинув голову назад и уставившись в потолок. — Убейте меня кто-нибудь.  — Сам виноват, — фыркнул Шуга. — Не надо было столько пить.  — Ой, иди погуляй, хён, я только проснулся, а ты уже меня отчитываешь, — пробурчал Хосок. Юнги лишь недовольно закатил глаза. — Кстати, почему это ты такой бодрый? — Юнги на его вопрос лишь небрежно пожал плечами. Наблюдая за ними, я и не заметила, как рядом со мной появился Тэхён. Он вручил мне стакан с водой и какую-то таблетку. Я посмотрела на него вопросительным взглядом.  — Возьми, — сказал парень, опустившись рядом со мной на диван, — это от головы, по-моему.  — По-твоему? — рассмеялась я, но, все же, глотнула таблетку, запив ее водой. Мне немного полегчало от того, что я смочила горло, но через пару минут сухость снова вернулась, и я чуть не заныла от отчаяния.  — А мне? — недовольным тоном спросил Хосок. — Я тоже хочу волшебную таблетку.  — Держи, — Джин, вышедший из кухни, кинул ему целую пачку и бутылку с водой. Я обернулась к Тэхёну и заметила, что он заинтересованно оглядывает меня. Мне тут же стало неловко, и я изрядно заволновалась. Парень сидел прямо рядом со мной, поэтому вероятность того, что он мог что-нибудь заметить, в разы повышалась. Я постаралась не смотреть ему в глаза и сделала вид, будто заметила что-то за его спиной. Черт, неужели мне теперь всегда придется так нервничать каждую минуту своей жизни? Не хочется признавать, но, пожалуй, Минхёк был прав, говоря, что мне придется находиться в постоянном напряжении. Это нехорошо. Я начинаю думать, что зря все это затеяла.  — Спасибо тебе за это, — я улыбнулась, встретившись с Ви взглядом. — Я не думал, что ты так хочешь, чтобы мы сдружились.  — Да ладно тебе, — усмехнулся Тэхён, почесав затылок. — Они всегда поначалу вредничают, а потом сами идут навстречу, — он улыбнулся, но тут же поморщился. — Айщ, я даже не знал, что голова может так болеть, — я прыснула со смеху, но тут же схватилась за свою голову, которая просто невозможно сильно гудела. Я хотела было что-то сказать, но тут в дверь позвонили, и все как один с недоуменным видом уставились друг на друга. Из комнаты показалось заспанное лицо Чонгука, и я, невольно вспомнив, что случилось вчера с его толстовкой, постаралась не встречаться с ним взглядом. Намджун, вышедший из кухни, прошел к двери и, даже не спрашивая, кто пришел, распахнул ее. В квартиру вошел высокий мужчина типичной корейской внешности и, посмотрев сначала на сонного Рэп Мона, окинул комнату оценивающим взглядом.  — Можно поинтересоваться, что вы тут устроили? — спросил мужчина. Его взгляд остановился практически на каждом, кто находился в комнате, и когда дошла очередь до меня, я с трудом взяла себя в руки и еле удержалась от того, чтобы не вжаться в диван от его пытливого взгляда. — Я вам сто раз звонил, и никто из вас так и не взял трубку, — мужчина посмотрел на стол и заметил, наконец, пустые бутылки. — Так, ясно, — он упер руки в бока и посмотрел на Намджуна, стоящего ближе всех к нему. Парень с озадаченным видом почесал затылок. — Я, конечно, все понимаю, но это совсем на вас не похоже.  — Простите, хённим, — виноватым тоном сказал Намджун. — Мы вчера засиделись.  — Я вижу, — хмыкнул мужчина.  — Это наш менеджер, — сказал Тэхён, наклонившись ко мне. — Сейчас начнет отчитывать нас за безответственность.  — Я все слышу, Ви, — раздался строгий голос мужчины, а Тэхён лишь прыснул со смеху. Затем мужчина перевел взгляд на меня, и я, не медля, поднялась с дивана. — Пак Джун, так ведь? Меня зовут Ким Седжин, и я действительно один из менеджеров ребят, как уже успел подметить Ви, — он посмотрел на Тэхёна и, улыбнувшись его беззаботному виду, покачал головой. — Я надеюсь, вам хватит часа, чтобы очухаться и явиться в студию? — со стороны ребят послышалось недовольное ворчание. — Ничего не знаю, — отмахнулся Седжин, — жду вас в офисе. И да, Джун, господин Бан просил поторопиться с решением. У нас остается мало времени до…  — Я согласен, — сказала я, не дав ему договорить. Парни обернулись в мою сторону, заинтересованно оглядев меня. Намджун подбадривающе улыбнулся, и мне стало как-то легче на душе. Конечно, вчера я так толком и не успела все обдумать, я даже в контракт не заглядывала, но осознание того, что подобный шанс выпадает раз в жизни, и вчерашние посиделки в значительной степени повлияли на мое решение. Я уверенным взглядом посмотрела на менеджера, но он в ответ лишь кивнул.  — Поторопитесь, — сказал он, в последний раз оглядев ребят, и вышел из квартиры. — Так ты все-таки решил остаться? — спросил Тэхён, тоже поднявшись с дивана. — Да, только что, — улыбнулась я. — Чонгук-а, ты единственный, кто не пил вчера, — сказал Шуга, обернувшись к Чонгуку. — Неужели трудно было разбудить нас на два часа раньше? — Вы бы все равно не встали, — Чонгук с безразличным видом пожал плечами. — Что правда, то правда, — вздохнул Хосок. — Чур, я первый в душ! — Я с тобой, — сказал Чимин, забежав в свою комнату и выйдя оттуда с полотенцем в руках. Я застыла на месте как вкопанная. Они, что, вместе в душ ходят? К такому жизнь меня точно не готовила. Думаю, даже девушки подобным не занимаются, а тут семеро парней, и все ходят в один душ парами? Может, у меня и не такие понятия, как у них, но мне это кажется ужасно странным. Конечно, это вполне может быть оправдано тем, что у них одна ванна на семерых, но, все же, я почему-то очень удивилась подобному раскладу. В общежитие у меня был только один сосед по комнате, и мы ходили в ванную по очереди, а сейчас… — Непривычно, да? — усмехнулся Тэхён, видимо, заметив, как изменилось выражение моего лица. — Это может показаться странным, но у нас порой действительно не хватает времени по очереди принимать душ, поэтому приходится ходить вдвоем, — этими словами он подтвердил мои догадки. Я постаралась сделать непринужденный вид, будто бы меня это совсем не удивляло. — Не волнуйся, — сказала я. — Я вовсе не думаю, что это странно, — соврала я. — Я и не волнуюсь, — Тэхён недоуменно нахмурился. — Просто объяснил. Между нами воцарилось неловкое молчание. Я чувствовала себя немного глупо от собственных слов, поэтому решила поскорее развеять напряженную обстановку. — Ладно, — сказала я. — Не против, если я один схожу? — Конечно. Если успеешь, — Ви усмехнулся. Я натянуто улыбнулась в ответ и, развернувшись, направилась в комнату, стараясь поскорее уйти от разговора. Зайдя в комнату, я застала Чонгука переодевающимся и чуть было не выскочила обратно от неожиданности. Максимально постаравшись сделать вид, что не замечаю его накаченных рук, пресса и… Господи, о чем я думаю? Я прошла к кровати, где все еще стояли наполовину разобранные чемоданы с моими вещами, и выудила оттуда зубную щетку, полотенце и одну из новых футболок, которые я благополучно отобрала у Минхёка. Гук усердно делал вид, будто не замечал меня. Что ж, я и не настаивала на его внимании. Хоть мне и было немного стыдно за то, что я испортила его толстовку, я не собиралась заговаривать с ним первой. С каждым нашим неудавшимся диалогом, я понимала, что он начинает меня всё больше раздражать. Нет, я не имела ничего против него, но вот он, по-моему, успел меня невзлюбить, хотя я всего-то прожила с ними пару дней. Я, что, настолько ужасно себя веду? Тогда почему остальные все-таки пересилили себя и благодаря Тэхёну пошли мне навстречу? Отлично, живу с группой всего ничего, а уже успела заработать личную неприязнь одного из ее членов. Из размышлений меня вывел звук разбившегося стекла, послышавшийся из гостиной. Я подняла голову и заметила, как Чонгук вышел из комнаты. Я встала и прошла следом за ним. — Господи, Ви, ты как всегда, — сказал Шуга, высовываясь из кухни. — Я просто нечаянно смахнул ее с дивана, не надо на меня так смотреть, — Тэхён раздраженно закатил глаза. Я перевела взгляд вниз и заметила, что на полу возле дивана рассыпались осколки разбитой бутылки. Дверь ванной, наконец, открылась и оттуда вышли Хосок и Чимин. Я с предосторожностью покосилась на них. Господи, фантазия, что ты со мной делаешь? Теперь я понимаю, почему фанаты так любят их всех шиперить. Это, кстати говоря, весьма не безосновательно. Пользуясь тем, что все заняты уборкой стекла с пола, я быстро проскользнула в ванную прежде, чем кто-нибудь снова успел ее занять. Я закрыла дверь с другой стороны и вздохнула с облегчением. Не теряя времени, я принялась стягивать с себя одежду и, когда, наконец, освободилась от эластичного бинта, стягивающего мне грудь, почувствовала неимоверное облегчение. Я кинула футболку в стиральную машинку к остальным грязным вещам и, заметив, что она уже наполнена, включила ее. Я залезла под душ, и прохладные струи воды тут же привели меня в чувства. Голова уже стала понемногу проходить, но тяжесть в животе после вчерашнего еще осталась. Я постояла несколько минут под душем, размышляя над вчерашними событиями. Не знаю, сколько мне придется им врать, что я парень, и как хорошо у меня это будет получаться, но Минхёк был на самом деле прав: мне придется нелегко. Уже сейчас я начала задумываться над тем, не зря ли я вообще заварила эту кашу? В конце концов, можно было бы попробовать пойти на прослушивание и в качестве девушки. Но я не смогла отказаться от своих принципов, и менять сейчас что-то — уже слишком поздно. Выключив воду, я вылезла из ванной и, как только хотела взять принесенное полотенце, поняла, что забыла все приготовленные вещи на кровати в комнате. Я застыла на месте, не представляя, что мне делать дальше. Старую футболку уже не наденешь — она благополучно стирается в машинке, а в полотенце по квартире я расхаживать не собираюсь. В конце концов, мужская одежда — это практически вся моя маскировка. Именно благодаря ей парни все еще не заметили моей стянутой груди, женской талии и худых ног. Я стала лихорадочно соображать, что можно сделать в этой ситуации, и поняла, что у меня совсем нет времени на то, чтобы раздумывать над этим. И как раз в этот момент в дверь ванной кто-то постучал.  — Джун, ну ты там скоро? — послышался голос Тэхёна из-за двери, и я тут же поняла, что он и есть мое спасение.  — Ви-хён? — неуверенно переспросила я.  — Ну, а кто же еще? Давай вылезай, у нас полчаса осталось.  — Слушай, — я бросилась к двери, — я оставил вещи на кровати. Сможешь принести мне их?  — А чего ты сам не выйдешь? — в голосе Тэхёна чувствовалось недоумение.  — Я полотенце тоже забыл, — придумала я на ходу.  — Ну, возьми мое, оно должно быть там, потом принесешь обратно, — снова услышала я его голос. О, нет, Тэхён даже не думай, что я зайду сюда, пока ты будешь купаться.  — Ну ведь холодно, — после моих слов терпение парня, наконец, закончилось, и я услышала его недовольное ворчание.  — Ладно, сейчас, — затем послышались удаляющиеся шаги, и я вздохнула с облегчением. Стоп, а как открою ему дверь? Я задала себе это вопрос слишком поздно, потому что Тэхён уже вернулся, и я снова услышала его голос: — Открывай. Я набрала в грудь побольше воздуха, будто готовилась нырнуть, отошла в сторону так, чтобы парень не смог меня увидеть, и дрожащей рукой приоткрыла дверь. В ванную просунулась рука Тэхёна с моей футболкой и полотенцем, и я ухватилась за вещи как за спасательный канат, и не успел парень опомниться, как я снова захлопнула перед ним дверь.  — Спасибо, — поблагодарила я, тут же кутаясь в полотенце.  — Я думал, Чонгук стеснительный, но ты, по-моему, бьешь все рекорды, — из-за двери послышался смешок. С камнем на сердце я вновь стянула грудь эластичным бинтом, натянула на себя футболку Минхёка и штаны, которые были мне на размер больше, и со спокойной душой вышла из ванной.  — Просто я не привык расхаживать по квартире в одном полотенце, — выдала я, косясь в сторону Чимина, сидящего на диване. Тэхён, лишь усмехнувшись, покачал головой и зашел в ванную следующим.

***

 — Итак, парни, у вас камбэк через месяц, и я хочу, чтобы он был намного лучше остальных. Не разочаруйте меня, — говорил Бан Шихёк, с серьезным видом расхаживая из стороны в сторону перед нами. — Но, господин Бан, разве мы успеем все отрепетировать за месяц? Джуну ведь нужно время, — сказал Намджун, кинув на меня мимолетный взгляд. Я сглотнул, когда поняла, что Бан тоже смотрит в мою сторону. — Этот парень талантлевее, чем вы думаете, — он нахмурился, внимательно оглядывая. — Я надеюсь на тебя, Джун. Ты ведь сможешь приспособиться к жесткому графику? — Я постараюсь вас не разочаровать, — я кивнула. Взгляд мужчины мгновенно сделался задумчивым. Я чувствовала себя не в своей тарелке, стоя рядом с парнями, но старалась делать безразличный вид, надеясь, что никто не заметит моих вспотевших ладоней. — Отлично, — Бан Шихёк хлопнул в ладони и пробежал взглядом по семерым парням, стоящим перед ним. — У нас есть готовые танцы, я уже предупредил хореографов о том, чтобы они провели изменения в постановке. Осталось только разобраться с партиями Джуна в песнях, остальное зависит только от него самого, — взгляд мужчины снова вернулся ко мне. — А сейчас я хочу посмотреть на то, как ты смотришься вместе с парнями. Готовой хореографии с учетом восьмого участника у нас пока нет, но ты ведь знаешь все танцы, так? — я кивнула, с непониманием оглядывая господина Бана. — Можешь для начала выбрать партию кого-нибудь из них. — Но… — хотела было возразить я, но мужчина прервал меня: — Никаких «но», мне нужно увидеть, насколько ты вписываешься в коллектив, так что поторапливайся. Господин Бан прошел в конец зала и сел на стоящий в углу стул, заговорив с кем-то из стаффа. Помимо самого Бана и нас здесь было еще несколько людей, в том числе и Ким Седжин. Я неуверенно оглядела парней. На их лицах отражалось недоумение, смешанное с растерянностью. Никто из нас до конца не понимал, чего же все-таки добивается Бан Шихёк. Мельком огдядев лица всех ребят, я заметила, как Чонгук недовольно сморщил нос и отвернулся. И я тут же решила, чью партию станцую по просьбе Бана. Уверена, Чонгук думает, что меня переоценили, либо что я попала к ним в группу по договоренности. Эти догадки только придали мне уверенности. Я станцую лучше него, и пусть он увидит, на что я способна. Возможно, тогда он пересмотрит свое отношение ко мне. — Так что мы будем танцевать, Джун-а? — спросил Тэхён, обернувшись ко мне. Господин Бан и остальные, услышав его вопрос, тоже выжидающе посмотрели в мою сторону. Я почувствовала, как у меня от волнения пересохло в горле. — Я бы хотел попробовать «Blood sweat & tears», она моя любимая, — со стороны ребят послышались одобрительные возгласы. Затем я перевела пристальный взгляд на Чонгука и, встретившись с ним взглядами, еле заметно усмехнулась. — Партия Чонгука. Парень мгновенно изменился в лице, так что я сразу и не смогла прочитать эмоции, отразившиеся на нем. Я заметила лишь негодование и недоумение, но только Чонгук хотел что-то сказать, как Бан Шихёк прервал его: — Что ж, прошу. Чонгук, иди пока сюда, — он поманил парня к себе, и тот покорно прошел в конец зала. Мы же с оставшимися парнями принялись разминаться и занимать свои позиции. Я ужасно волновалась. Это было даже как-то глупо с моей стороны. На самом деле я привыкла к постоянному вниманию и критике со стороны публики, ведь я почти полжизни провела на сцене. Но сейчас вся моя обычная уверенность куда-то улетучилась, и я ощущала себя той семилетней девочкой, которую впервые заставили танцевать перед незнакомыми людьми. Колени дрожали, в горле пересохло, а лоб уже весь блестел от пота, хотя я и не двигалась-то толком. Я чувствовала, что все взгляды направлены на меня так же, как и остро ощущала прожигающий насквозь взгляд Чонгука, бессильного перед ситуацией. Надеюсь, этот урок пойдет ему на пользу, ведь я вовсе не хочу никчемной вражды, а он уперся как баран и будто бы намеренно не хочет меня признавать. Я глубоко вздохнула, стараясь абстрагироваться, и отдалась во власть танца. Я старалась не замечать никого вокруг, как обычно делала это на концертах. Подобный метод всегда помогал мне избавиться от излишнего волнения, но сейчас я была настолько зациклена на происходящем вокруг, что пару раз даже чуть не забыла движений. Так как я никогда не танцевала этот танец в команде, мне было сложно подстраиваться под остальных и иногда даже приходилось импровизировать, чтобы никто не заметил моих ошибок. Одно я могла сказать точно — я старалась. Старалась ни сколько для того, чтобы показать свои способности Бан Шихёку, сколько для того, чтобы Чонгук понял, с кем имеет дело. Я не знаю, как я станцевала, но реакция зрителей оказалась не настолько ужасной, насколько я могла себе представить. — Неплохо, — менеджер задумчиво потер подбородок. — Твой уровень действительно практически такой же, как у парней. Для первого раза вполне приемлемо. Я даже удивлен. Бан лишь кивнул, соглашаясь с его словами. Я с облегчением вздохнула. — Хей, это действительно было хорошо, — сказал Хосок, подмигнув мне. Я улыбнулась ему в ответ. — Я увидел достаточно, — послышался голос Бан Шихёка. — Теперь обсудим, что можно сделать с хореографией. В общежитие мы вернулись поздно вечером. Практически весь день мы обсуждали с хореографами изменения в хореографии, а потом господин Бан настоял на том, чтобы мы пошли в звукозаписывающую студию, и я ознакомилась с текстами и набросками песен. Партии еще не были до конца распределены, поэтому остаток дня мы с ребятами провели за обсуждением моей части в каждой песне. Они заставляли меня петь разные части из каждой песни, вслушиваясь в мой голос и споря о том, в каком моменте было бы лучше, чтоб я спела. Бан Шихёк лишь безмолвно наблюдал. Ребята потом сказали, что это чуть ли не единственный день, который их босс целиком провел вместе с ними. От осознания того, что я являюсь причиной его внимания, мне стало как-то не по себе. Должно быть, он действительно, возлагает на меня большие надежды. Неужели я настолько талантлива? А ещё я, наконец, подписала контракт. Честно признаться, делала я это с тяжестью на сердце, ведь, считай, я подписывала собственный смертный приговор в случае неудачи моей лжи. Успокаивало лишь то, что срок длительности контракта был не таким уж продолжительным. С завтрашнего дня начнутся тяжелые тренировки. У меня будет плотный график, так как камбэк уже через месяц, а я еще не знаю ни один танец. Признаться, в душе я немного сомневалась, смогу ли я с этим справиться, но, раз контракт уже подписан, мне просто придется переступить через себя и стараться так, как я не старалась ни разу в жизни. Зато взамен я получу то, о чем мечтала всю жизнь — признание и славу. Звучит эгоистично, но это так. Пусть все узнают, чего я смогла добиться. Вернувшись в свою комнату в квартире, я, уставшая, но довольная рухнула на свою кровать. Все бы ничего, но, как только Тэхён вышел из комнаты, на меня обрушился гнев все еще озлобленного Чонгука. — Какого черта ты творишь? — спросил он с явным раздражением в голосе. Я посмотрела на него с недоумением, отразившимся на моем лице. — Что? О чем ты? — Ты специально выбрал мою партию в танце. Думаешь, я ничего не понимаю? — парень сделал шаг в мою сторону. Я выпрямилась и посмотрела ему прямо в глаза, которые горели от негодования. — Что ты пытаешься доказать этим? Что лучше меня, лучше нас всех? — Послушай, — я вздохнула, — я лишь хочу, чтоб ты понял, что, хоть я этого и не ожидал, но я попал в вашу группу благодаря собственным умениям. И мне вообще-то обидно от того, что ты думаешь, будто я оказался здесь по блату. Тебе не кажется, что ваш босс не стал бы идти на подобное, если бы я был бездарным? — Я уверен, что он переоценивает тебя, — резко ответил Чонгук. — То, что я увидел сегодня, даже не удивило меня. Ты такой же, как и все, просто слишком много выделываешься, — он сделал пару шагов в мою сторону, и я инстинктивно отступила назад, упираясь спиной в стену. — Как и ты, — парировала я, заставляя парня все больше выходить из себя. — Слушай, я попал сюда не только по своей воле, ясно? — Но ты мог бы отказаться, а не бесцеремонно вливаться в наше общество и качать тут свои права. — Это кто тут права качает?! — я тоже начала выходить из себя. Я смотрела на Чонгука негодующим взглядом, но он даже и не думал прерывать наш зрительный контакт. — По-моему, ты просто боишься потерять свой драгоценный статус золотого макнэ — вот и все. Почему же? Да ты просто не уверен в себе, поэтому видишь угрозу своему положению во всем, что движется. Не волнуйся, не думаю, что тебя попрут, фанатки просто не переживут этого. — Заткнись! — Чонгук прервал мою гневную тираду. Между нами оставался всего шаг расстояния, и я начала опасаться, что парень слишком близко. — Ты не смеешь говорить это. Ты даже не знаешь меня. Мы с парнями вместе уже несколько лет, а тут появляешься ты и только все портишь. Знай, что бы ты ни делал, я продолжу считать тебя бездарным и недостойным нахождения здесь. И попробуй только заикнуться о том, что я не уверен в себе или о чем-то подобном. Ты меня совсем не знаешь… — Ты меня тоже, — перебила я его. — В таком случае я продолжу так думать, потому что другого объяснения твоему поведению нет. Или ты ревнуешь? Думаешь, твои друзья перестанут обращать на тебя внимание, раз теперь есть я? — Замолчи, — парень сжал руки в кулаки. Я заметила, как заиграли желваки на его челюсти. Вот только необоснованной агрессии мне и не хватало. Он ведь не собирается со мной драться? — В любом случае, смирись с тем, что я здесь и пока никуда не денусь, — я постаралась смягчить свои слова, но, по-моему, на него это не подействовало. — Никогда, — огрызнулся Чонгук. — Я уверен, ты не продержишься и дня из той жизни, которую мы проживали годами, и сам убежишь отсюда. — Отлично, продолжай так думать. Мне надоели эти никчемные препирательства. Тогда я буду считать тебя трусом. А теперь, будь добр, отвали. — Можешь говорить что угодно, тебе все равно здесь не рады, потому что, я уверен, ты только потянешь нас на дно, и из-за тебя испортится наша репутация, потому что бездарности видно издалека, — я не стала больше терпеть его слов и, оттолкнув Чонгука, молча направилась в сторону двери. — А? Понял, что я прав, да? — кинул он мне вслед, но в ответ я лишь хлопнула дверью. В гостиной я чуть не врезалась в ошарашенного Тэхёна.  — Что-то случилось? — нахмурившись, спросил он.  — Нет, — бросила я, даже не обернувшись. — Пойду прогуляюсь, — и вышла из квартиры прежде, чем парень успел сказать что-то еще.