Его зовут Пак Джун

— Ну, ты как? — Чимин присел рядом с койкой уже пришедшего в себя брата, который смотрел на него как на призрака, появившегося из неоткуда.  — Хён? Ты тоже здесь? Но ты ведь должен быть… — Джихён не успел договорить, как Чимин прервал его.  — Да-да, я должен быть в Сеуле, но я здесь из-за тебя, так что цени это, — парень с усмешкой на лице потрепал брата по волосам. Тот недовольно поморщился.  — Я не маленький. Не обязательно было собирать всех родственников, чтобы меня навестить, — он с упреком посмотрел на мать, с взволнованным видом сжимавшую его руку.  — Значит, я для тебя просто левый родственник? — с лица Чимина все не сходила улыбка. Слова брата, казалось, ничуть его не задели. — Какой же ты все-таки неблагодарный.  — Ты же знаешь, что я не это имел в виду, — проворчал в ответ Джихён. Затем он обвел взглядом палату и остановился на мне, стоящей в дверях, опершись о косяк. Парень с недоуменным лицом вскинул брови. Чимин проследил за взглядом брата и, наконец, вспомнил обо мне. И почему он всегда забывает, что приехал сюда не один? Неужели я такая незаметная?  — Это Джун, — представил меня Чимин. — Он восьмой участник нашей группы.  — Почему ты не сказал, что в вашу группу берут кого угодно? — хмыкнул Джихён. — Я бы давно стал восьмым участником.  — Даже если бы в группу брали кого угодно, ты бы все равно в нее не попал, — усмехнулся Чимин, и Джихён слегка ударил его в плечо, чем вызвал смех у старшего брата. — К тому же, Джун такой же талантливый, как и я, поэтому он с нами.  — Главное, не зазнайся как он, — посоветовал Джихён, обращаясь ко мне.  — Йа, дерзишь, значит, с тобой все в порядке, — Чимин отвесил младшему подзатыльник. — Мам, Чим-чим опять меня бьет, а я ведь после операции, — состроив грустную мордашку, притворно заныл Джихён.  — Мальчики, хватит, — вступилась госпожа Пак, но, все же, не смогла сдержать улыбки, глядя на сыновей. — Чимин, ему и вправду нужно отдохнуть, — Чимин посмотрел на младшего брата, показавшему ему язык, и закатил глаза, тоже не в силах сдержать усмешки. Я смотрела на них и понимала, что таких теплых отношений с семьей, как у Чимина, у меня никогда не было. Про родителей я и вспоминать не хочу: они только и делали, что упрекали меня за то, что я не такая идеальная, как Суён, а вот мои отношения с самой Суён можно описать только одним словом, а точнее двумя — вечная война. Я никогда не знала настоящих сестринских отношений — тех, где сестры рассказывают друг другу свои секреты, вместе ходят по магазинам и сплетничают о парнях. Да я даже не знала, был ли у моей сестры парень до тех пор, пока она не сообщила, что выходит замуж. Я и Суён — это две разных планеты, которые никогда и не стремились приблизиться друг к другу. Последний раз я видела свою сестру, наверно, где-то около полугода назад, когда она заезжала со своим мужем к нам на праздники и, видимо, увижу ее снова точно не скоро. Может, оно и к лучшему. Мы друг друга никогда не понимали, поэтому наши разговоры состояли в основном из бесконечных споров и ругани по пустякам. Конечно, она ведь была идеальной пай-девочкой для своих родителей, а я — всего лишь оборванка, которая только и может думать, что о танцах и песнях. Позор семьи — ничто более. Задумавшись, я не сразу обратила внимание на вибрирующий в моем кармане телефон. Я вынула его из кармана и с удивлением обнаружила, что мне пришло сообщение от Чонгука. Сначала я подумала, что это общий чат, но, когда разблокировала телефон, поняла, что он писал мне в личные. «Может, все-таки скажешь, где вас носит? Чимин не берет трубку и на сообщения не отвечает». Вот же привязался. Говорила же, что не скажу, что ему еще надо? «Я не могу сказать, потому что это касается не только меня. Я, вообще, тут случайно оказался». «Тут — это где?» «Неважно. Я же специально для тупых ясно сказал, что не буду ничего объяснять до тех пор, пока мы не вернемся». «Боже, как же ты бесишь. Если у хёна из-за тебя будут проблемы, я не знаю, что с тобой сделаю». «Я уже понял твой принцип: за хёна и двор стреляю в упор. Можешь не повторять одно и то же». «А если серьезно? Мелкий, скажи, что происходит по-хорошему». «Господи, да отстань ты уже. Не скажу я ничего. Жить без меня, что ли, не можешь?» «Ты тянешь нас на дно». Я, конечно, понимаю, что сейчас на мне лежит большая ответственность, и все, что я должна делать, — это тренироваться день и ночь напролет, но я ведь не виновата в том, что оказалась в чертовом Пусане! Может, я бы и объяснила Чонгуку все, как есть, если бы Чимин не попросил не говорить никому об этом, и если бы этот кролик не был настолько надоедливым, что аж раздражает. Я не стала ничего отвечать, зная, что если отвечу, этот спор может затянуться на целый день.  — Поезжай с ними домой, а я останусь здесь. Чимину все равно нужно отдохнуть перед обратной дорогой, — послышался голос господина Пака из палаты, и я, недоуменно нахмурившись, заглянула внутрь.  — Не надо мне отдыхать, что вы со мной как с маленьким? — взъелся Чимин. Теперь уже Джихён смотрел на него с легкой усмешкой.  — Тебе, может, не надо, а вот твоему другу — надо. В конце концов, он из-за тебя здесь.  — Чим-чим, отец прав, езжай уже домой, не будешь же ты со мной весь день нянчиться. Чимин тяжело вздохнул и посмотрел на мать в поисках поддержки, но она лишь согласно кивнула.  — Ты сможешь зайти к брату перед отъездом, а сейчас вам надо поесть, так что пошли, — она поднялась с места и направилась в сторону выхода.

***

— Джун, откуда ты родом? — спросила госпожа Пак, ставя передо мной и Чимином тарелки с горячим обедом. — Из Сеула. Я родился и вырос там, — ответила я, немедленно приступая к трапезе. За день я успела изрядно проголодаться. — А родители? — Они из провинции, но уже давно живут в столице. — А как ты оказался в группе? — продолжает опрос женщина, садясь рядом с Чимином. — Биг Хит проводил прослушивание, и я решил поучаствовать. После двух месяцев стажировки меня взяли в группу, — объяснила я. — Так быстро, — женщина удивленно вскинула брови. — Мы думали, Чимин мало стажировался. — Продюсер считает, что Джун очень способный, — сказал Чимин, прожевав лапшу. — Рада буду убедиться в этом, — улыбнулась госпожа Пак, вгоняя меня своими словами в краску. — У вас тут очень уютно, — заметила я, переводя тему. Это было правдой. Квартира семьи Чимина была хорошо обставлена, не загромождена и просторна. Здесь на самом деле чувствовался домашний уют, которого всегда мне не хватало у себя дома. Я начинала понемногу завидовать Чимину за то, что он имеет такую любящую семью. Госпожа Пак улыбнулась. — Жаль, что Чимин практически не бывает дома. Его присутствия здесь явно не хватает. — Да ладно, вы и без меня хорошо справляетесь, — хмыкнул Чимин. Его мать хотела добавить что-то еще, но ей не дал этого сделать телефонный звонок. Она не медля подняла трубку. — Да? — на протяжении того времени, пока она молчала ее лицо становилось все более удивленным, а затем на нем и вовсе отразился какой-то испуг. — Как? Опять? Но все же было хорошо… Я сейчас приеду, — она положила трубку и обернулась к Чимину. Тот выжидающе смотрел на нее, но прежде, чем сказать ему, в чем дело, она немного поколебалась. — Джихён… Ему стало плохо после операции. Состояние не стабильно, — на ее глазах навернулись слезы. Чимин подскочил с места, и я тоже невольно поднялась за ним. — Возвращаемся, — сказал он твердым тоном, но его мать только покачала головой. — Последний поезд в Сеул уходит почти через час. Ты не успеешь вернуться… — Это неважно, — не раздумывая, ответил Чимин. Затем он перевел взгляд на взволнованную меня. — Джун-а, ты… ты останься здесь. Тебе все равно нет смысла возвращаться с нами, — взгляд Чимин был каким-то отрешенным. Я хотела было заспорить, но тут вступилась госпожа Пак. — Чимин прав, Джун. Лучше подожди здесь, — ее голос был тихим из-за того, что она пыталась говорить ровным тоном и сдерживать всхлипы. — Вы уверены? — осторожно спросила я, но женщина лишь кивнула. — Я позвоню, — бросил напоследок Чимин, и они с матерью скрылись за дверью, оставляя меня в гордом одиночестве. Я уже полчаса хожу по квартире и разглядываю обстановку. Конечно, я не позволила себе сувать нос в личное пространство Чимина или его семьи, но зато полностью изучила гостиную и кухню. В комнате на полках было расставлено полным полно фотографий, на которых Чимин был намного младше, а на других — и вовсе ребенком. Здесь были фото его семьи и брата, но дольше всего я простояла у фотографии, где была запечатлена вся семья Пак. Они выглядели такими счастливыми и улыбающимися, и я точно знала, что эти улыбки — не фальшивки, ведь сама только что убедилась в искренности отношений в семье Чимина. Где-то в глубине души я молча завидовала этим отношениям, потому что никогда не знала подобного. Семейная поддержка и идиллия — это именно то, что всегда было чуждо моим родным. Мне было неуютно от того, что Чимин оставил меня здесь одну. Странно, что он вообще это сделал. Уже битый час сижу как на иголках и понимаю, что успеть на обратный поезд с каждой минутой остается все меньше шансов. Кажется, я начинаю понемногу сожалеть, что вообще в это ввязалась. Конечно, я тоже отчасти переживаю за Джихёна, ведь он — брат Чимина, но, чувствую, я хорошо получу за то, что сейчас сижу в Пусане, а не занимаюсь тренировками. Может, позвонить Чимину? Если все хорошо, то мы, возможно, еще успеем на поезд. Хотя если бы все было хорошо, он бы и сам позвонил. Видимо, придется смириться с тем, что нам не вернуться сегодня. Что ж, придется возвращаться завтра, если до этого времени меня не сожрет моя собственная совесть. Странно, что она вообще проснулась. Где она была, когда я переоделась в парня и начала врать всем подряд? Я достала телефон и с удивлением обнаружила несколько пропущенных звонков. До Чимина сейчас не дозвонишься, поэтому все решили трезвонить мне. Я быстро пробежала глазами по списку: Чонгук, Тэхён, Минхёк, Изуми. Даже Изуми звонила. Черт, я же должна была поговорить с ней в ближайшее время. Надеюсь, мое отсутствие никак не повлияет на ее решение никому не рассказывать о моем секрете. Внезапно телефон снова зазвонил. Тэхён. Видимо, не теряет надежду дозвониться. — Джун-а! — тут же воскликнул он, как только я взяла трубку. — Ты почему трубку не брал? Когда ты вернешься? Почему тебя до сих пор нет? — Хён, успокойся, я просто не слышал, — я тяжело вздохнула прежде, чем заговорить снова. — Слушай, не думаю, что у нас получится вернуться сегодня, — я взглянула на настенные часы. Последний на сегодня поезд в Сеул уходит через двадцать минут. — Что?! — раздалось в трубке так громко, что мне пришлось отодвинуть ее от уха. — Да где вы, черт возьми? — Я же говорил… — хотела было снова объяснить я, но Тэхён не дал мне продолжить. — Джун-а, мне ведь ты можешь сказать, что происходит? — голос Тэ вдруг стал необычно серьезным, и моя недавно проснувшаяся совесть снова начала меня мучить. — Не молчи. Обещаю, я никому не скажу. — Ладно, — с тяжелым вздохом ответила я и выложила ему все как есть. Тэхён долго молчал, переваривая полученную информацию, а затем совершенно спокойным тоном уточнил: — То есть ты сейчас в Пусане в квартире у Чимина, а вернетесь вы только завтра, потому что не успеете на сегодняшний поезд? — Ну да, — я закусила губу в ожидании его следующих слов. — Офигеть! Джун-а, ты просто невероятный. Как можно было вляпаться в такое? — в трубке послышался его приятный смех. — Не смешно, — буркнула я. — Завтра нам с Чимином не жить. Менеджер с нас три шкуры сдерет. — Не волнуйся, я не позволю ему этого сделать, — я почувствовала, как Тэхён улыбается и растаяла, представив его искреннюю и заразную улыбку, и сама невольно улыбнулась. — Главное, вернись в целости и сохранности, а о ребятах и менеджере не беспокойся. — Спасибо, — поблагодарила я и насторожилась, услышав какой-то посторонний звук. — Ладно, я пойду. Кажется, хён уже вернулся. Попрощавшись с Тэхёном, я выглянула в прихожую. И вправду — на пороге стоял Чимин с родителями. — Все в порядке? — спросила я, взволнованно оглядывая их. Чимин поднял на меня усталый взгляд. — Уже да, — ответил он, проходя в гостиную. — Джун-а, извини, что так получилось, — сказал парень, с виноватым видом оглядывая меня. — Я думал, мы сможем вернуться сегодня… — Ничего страшного. Я понимаю, что состояние твоего брата — сейчас намного важнее. — Я не должен был втягивать тебя, — покачал головой парень. — Ох, чувствую, достанется нам завтра. — Мне не привыкать к тому, чтобы меня отчитывали, — пожала плечами я и ободряюще улыбнулась Чимину, на что он удивленно вскинул брови.

***

— Мы вместе будем спать? — спросила я, округленными от удивления глазами оглядывая застеленную двуспальную кровать в спальне Чимина. — Ну да, а что не так? — Чимин нахмурился, посмотрев на меня. — Может, в гостиной мне постелишь? — с надеждой в голосе спросила я. — Зачем? Там диван неудобный да к тому же и не раскладывается, а если я отправлю тебя в комнату к Джихёну, он меня придушит потом. Разве тебе не все равно, где спать? — я еле сдержалась, чтобы не состроить недовольное лицо. Нет, Пак Чимин, мне не все равно! Как я буду спать с тобой в одной постели? Мне нужно будет оставить грудь замотанной, а это — ох, как неудобно. Да и вообще, неправильно все это как-то! Ах да, я забыла, что я — парень. — Хорошо, — вздохнула я. — Вот держи, — Чимин протянул мне чистую футболку и спортивные штаны, и я неуверенно приняла их, а затем быстро ретировалась в ванную. Футболка со штанами, естественно, висели на мне, но мне было вполне удобно, но немного не по себе. Я чувствовала себя девушкой, которой парень одолжил свою одежду, как парни это обычно делают, когда состоят в отношениях. И от этой мысли я невольно краснела. — У тебя все-таки хорошая семья, — сказала я, уже лежа на кровати. Услышав мои слова, Чимин повернулся ко мне лицом. Я постаралась не смотреть в его сторону, чтобы не смущаться от нашей близости. — А у тебя разве не такая? — спросил парень. — Совсем не такая, — с тяжелым вздохом ответила я. — Кстати, ты никогда не рассказывал о себе, — заметил Чимин. — Живешь с нами уже почти три недели, а мы ничего о тебе не знаем. Как-то несправедливо. Я задумалась над словами Чимина. Действительно — я не особо распространялась насчет своего прошлого все это время. Даже Тэхёну не говорила о семье и школе. Я бы очень хотела им рассказать, но в моей жизни слишком много личного и того, насчет чего я бы не хотела распространяться. Но с другой стороны — Чимин пустил меня в свой дом, я встретилась с его семьей и узнала, как он жил до дебюта, практически окунулась в его личную жизнь, а о себе до сих пор ни слова не сказала. Как-то неправильно получается. Хоть я и не обязана рассказывать о своей жизни, если хочу, чтобы парни доверяли мне и были со мной добры, мне нужно быть откровенной с ними. Звучит смешно, особенно, если учесть тот факт, что я вру им о самом важном. — Я не люблю распространяться о своем прошлом, — тихо сказала я. Чимин хмыкнул, но я все еще чувствовала на себе его выжидающий взгляд. Тогда я сделала глубокий вдох и продолжила: — На самом деле я ушел из дома для того, чтобы попасть на стажировку. Родители были категорически против. — Серьезно? — Чимин, казалось, немного оживился. — А ты не пробовал поговорить с ними? — Они и слушать не хотят. Только и знают, как обвинять меня в том, что я занимаюсь ерундой. — У Юнги тоже был строгий отец, но потом он смирился, — сказал Чимин. — Думаю, и твои родители не будут исключением. — Ты их не знаешь, — фыркнула я. — Они всегда были такими. Даже когда я учился в школе, они… — я запнулась. — А что было в школе? — с интересом спросил Чимин. — Скажем так: меня называли бездарностью, и меня это очень задевало. — Бездарностью? — Чимин с недоумением выгнул бровь. — Вот же идиоты. — По-моему, вы тоже так считали, когда я только появился в общежитии, — усмехнулась я. — Йа, ты сейчас нас со своими одноклассниками сравниваешь? — с недовольным видом спросил Чимин. — То есть вы действительно так думали? А я до последнего надеялся, что накручиваю себя, — я разочарованно покачала головой. — Да ладно тебе, мы же не знали, что ты на самом деле талантливый, — Чимин слегка толкнул меня в плечо. — Главное, сейчас мы так не думаем. По крайней мере, я, — я улыбнулась и слегка покачала головой. Чимин чуть помолчал, а затем сказал: — Волнуешься перед камбэком?  — Нет, конечно, — фыркнула я. Чимин посмотрел на меня взглядом а-ля «Ты серьезно?», и я сразу усмехнулась. — Да, волнуюсь, — еще бы не волноваться, если ты каждую минуту думаешь только о том, как бы тебя не раскрыли. — Боюсь, ваши фанаты меня не примут.  — Брось, Хосока вообще хотели одно время выгнать за то, что он был непопулярен среди Арми, — я удивленно вскинула брови. — Но, как видишь, он до сих пор здесь и продолжает нас раздражать своим постоянным позитивом, — Чимин улыбнулся своей милой улыбкой. Должна заметить, что она была у него очень красивая и почти такая же искренняя, как у Тэхёна. Чем дольше я живу с парнями, тем больше мелких деталей я начинаю примечать в их внешности и характере, и тем больше странностей начинает происходить в моей жизни. Вот, например, кто бы мог подумать, что я буду спать в одной кровати с Пак Чимином только потому, что мы застряли в Пусане и не можем вернуться в общежитие? — Я думаю, этот камбэк получится необычным, потому что клип действительно стоящий.  — Интересно, что скажут фанаты насчет него? — задумчиво спросила я, имея в виду еще не опубликованный клип.  — Вот сам у них и спросишь, когда будешь стоять на сцене, — Чимин снова улыбнулся и заговорщицки подмигнул мне, отчего я мгновенно залилась краской и отвернулась, стараясь, чтобы он не заметил моего покрасневшего лица. На секунду я представила, что действительно стою на сцене перед миллионной аудиторией, а рядом — парни из BTS, которые машут и улыбаются своим фанатам, и мое сердце застучало в сто раз сильнее. Буквально месяц назад мне казалось, что это недостижимо, а теперь я почти в шаге от того, чтобы стать знаменитой и выступать в группе, которая захватила миллионы сердец по всему миру. Заслуживаю ли я этого? Господи, и почему моя совесть просыпается именно в такие неподходящие моменты?  — Джун-а, ты чего так побледнел? — недоуменно хмурясь, спросил Чимин. — Неужели так переживаешь?  — Нет-нет, все в порядке, — отмахнулась я, придя в себя.  — Ты всегда такой скрытный? У меня постоянно такое ощущение, будто я не знаю о тебе чего-то очень важного. «Правильное ощущение», — пронеслось в мыслях, но вслух я сказала совсем другое.  — Ты просто параноик.  — Естественно, я им стану. Ты у меня дома, а я про тебя практически ничего не знаю. Кажется, я только сейчас это понял, — усмехнулся Чимин.  — Давай уже спать, — с легкой улыбкой сказала я, поворачиваясь к Чимину спиной, — Чим-Чим, — и прыснула в кулак.  — Йа, будешь меня так называть, я тоже придумаю тебе обидное прозвище. Я и с Джихёном постоянно воюю по этому поводу, у него нет никакого уважения к хёну.  — Но ведь это вовсе не обидно. Я бы даже псевдоним себе такой взял, — продолжала глумиться я. — Джей-Хоуп, Ви, Шуга, Рэп Монстр и Чим-Чим. Звучит же.  — У тебя уже есть псевдоним, — проницательно заметил Чимин. — Чонгуку тогда тоже нужно прозвище, — задумался он.  — Зачем? У него оно уже есть, — Чимин вопросительно вскинул брови. — МЗ.  — МЗ? — переспросил парень, недоуменно хмурясь.  — Мелкий засранец.  — Опять ты за свое, — рассмеялся Чимин. — Спи уже давай, мелкий.  — Вот же пристали. Мелкий то, мелкий се. Ну и что, что я ниже тебя?  — Ты просто младше всех — поэтому и мелкий, — объяснил Чимин.  — Чонгука вы тоже так величали?  — Пробовали, но он нас за это лупил, поэтому мы быстро перестали.  — По-моему, это незаконное насилие с его стороны пора заканчивать, — недовольно пробурчала я.  — Ну, попробуй, только я тебя потом спасать не собираюсь, — прыснул Чимин.  — Посмотрим, кого от кого еще спасать нужно будет, — сказала я, обернувшись к Чимину и подмигнув ему. Он лишь улыбнулся, покачал головой и прикрыл глаза, давая понять, что слишком устал для того, чтобы продолжать диалог.  — Спокойной ночи, Чим-Чим, — улыбнулась я. Парень что-то недовольно пробурчал в полусне. Я улыбнулась и, взяв телефон, обнаружила на нем два пропущенных от мамы. И что хочет эта женщина? Вспомнила, что у нее есть еще одна дочь? Второй день уже звонит и практически в то же время. Неужели с первого раза не понятно, что я не собираюсь с ней разговаривать. Я тяжело вздохнула и отложила телефон. Повернувшись к Чимину, я обнаружила, что он давно уже уснул. Я не смогла сдержать улыбки, про себя отметив, что он очень милый, когда спит. Впрочем, и когда не спит тоже. Я поправила сползшее с него одеяло и, наконец, тоже улеглась спать, морально готовясь к тому, что завтра предстоит тяжелый день.