Жар на кончике языка

      Ты никогда не знаешь, что ждёт тебя впереди. Может, успех, может, неудача или же любовь? Я никогда об этом не задумывался, да и зачем? Пока у меня есть всё, что нужно: элитная школа, высокооплачиваемая работа, красивая внешность и толпы девчонок вокруг. За всю жизнь чувство нужды и беспокойства мне были неизвестны. «А как же будущее?» - наверняка спросите вы. Всё куплено. Вся жизнь расписана по пунктам. Просто со временем ставишь галочки и не беспокоишься. Всё происходит само собой. Но такое расписание угнетает. Каждый день похож на вчерашний. Школа, работа, бар, очередная подружка на одну ночь. И на следующий день всё по кругу. Нет той остринки, которая придала бы будням свой специфический вкус.       Возможно, вы скажите, что мне не помешало бы остепениться. Завести, наконец, девушку, найти какое-то увлечение, приобрести хотя бы небольшие заботы. Зачем? Зачем мне это? Нет никакой разницы. Поверьте, я пытался, но... С девушками я не умею ладить. Да что скрывать? Никогда не умел... Это вечное нытьё, сопли, слёзы... Нет, не хочу. Это раздражает. Я могу поладить только тогда, когда подцепляю какую-нибудь красотку в баре «на короткое свидание», а на утро «прощай, надеюсь, больше не пересечёмся». И всё. Хлопок дверью, завтра новый объект. Что же насчёт занятий для себя... никакого смысла. За что бы я ни брался, всегда выполняю лучше всех. Будь это научные кружки или же спортивные секции. Но, пожалуй, с наукой дела обстояли куда хуже, я никогда не горел желанием лишний раз напрягать мозг.       Такова моя жизнь: серая, скучная, изнеженная. В самый раз для богатенького человека, не так ли? Вы наверняка прицыкнули языком. Как так можно? Иметь кучу денег и быть несчастным? «Да, я бы то, то, то купил, и всё, жизнь прекрасна». Но знаете... деньгами невозможно купить любовь, доверие... Я имею в виду искренние чувства, которые идут от сердца, а не из принципа материальных благ. Но наш мир прогнил, нет этих чувств. И мы гниём вместе с ним. Никуда от этого не убежать. Всё равно придётся рано или поздно подстраиваться, изменяться, чтобы не стать изгнанником общества.       Такие мысли стали посещать меня всё чаще и чаще. Идя со школы, невольно оглядываешь людей вокруг. Они смеются, торопятся, здороваются, уходят, приходят. Куда? Зачем так спешить? За всей этой суетливостью они не замечают... не замечают, как наш мир постепенно заволакивается тёмным туманом лжи, дерзости, жадности и лицемерия. И некогда... абсолютно некогда остановиться и задуматься. Для чего... для кого я живу? Зачем я пребываю в этом отвратительно едком мире? Нет, никого и никогда это не волновало. Они живут, чтобы насытиться деньгами, едой, отличными вещами. Они работают... всё время посвящают работе. А когда же тогда жить? Когда думать о своей жизни? Некогда, просто некогда. Наверняка, только такие люди, как я, могут попробовать всю горечь современного общества...       Я устал... правда, устал от этой скуки, от этого однообразия, от этого запаха гнили, который резко бьёт в нос, стоит лишь выйти на улицу. Иногда хочется просто лечь, закрыть глаза и уснуть... уснуть непробудным сном. Не думаю, что появится человек, который сможет вернуть меня к жизни.       Однако я расскажу Вам, по секрету, что не всегда был мрачным. О нет, поверьте. Когда я пошёл в первый класс младшей школы, то был счастлив, как никто другой. Мне не терпелось завести друзей, приступить к учёбе, узнать много нового и интересного. Ведь в том юном возрасте окружающий мир казался мне огромным, интригующим... Я жаждал изучить его вдоль и поперёк. В первый месяц учёбы мне так и не удалось обзавестись друзьями. Может, большинство мальчиков меня недолюбливали, поскольку со мной рядом всегда вились девочки. Уж что-что, а женским вниманием я никогда не был обделён. С прекрасной стороны сыпались различные подарки. Как правило, недорогие безделушки и самодельные поделки. Поначалу я складывал всё это в ящик комода, не имея в себе сил выкинуть. Но вскоре места для подарков уже не осталось, и я решил выкинуть эти безделушки. После этого отдел в комоде освободился, а тот хлам занял почётное место в мусорном ведре.       Но вернёмся к теме друзей. Так как в классе большинство мальчиков меня ненавидели, то я решил записаться в кружок по баскетболу. Наверняка познакомлюсь с учениками из других классов. Воодушевлённый этими мыслями я исправно посещал тренировки. Оказалось, что у меня удивительные способности. Вскоре меня зауважали сверстники и начали набиваться ко мне в друзья. Я был ужасно рад, что наконец-то у меня появились товарищи среди мальчиков. Но позже моё ликование сменилось на глубокую задумчивость. Да, у меня много знакомых, но нет того лучшего, единственного, с которым можно поговорить по душам, поделиться секретами... и несомненно быть уверенным, что он тебя поймёт.       Прошёл ещё месяц, я начал отчаиваться, думая, что не обзаведусь лучшим другом, пока не встретил его... Кагами Тайгу. Его живые тёмно-карие глаза горели огнями и азартом; тёмные волосы, плавно перетекающие в бордовый, торчали иголками в разные стороны; раздвоенные брови почти всегда были подняты вверх, а широкая добрая улыбка невольно заставляла улыбнуться в ответ. Мы сразу нашли общий язык и стали дружить. Дружба крепкая, надёжная и проверенная временем. Наши отношения продолжались до конца средней школы, а после наши дороги разошлись по разным учебным заведениям. Кагами не понравилось, что я выбрал старшую школу Кайдзё, потому он решил уйти в старшую школу Тоо. Оказалось, что наши места учёбы находятся рядом, но отделены железным сеточным забором. И вот, каждое утро...       — Кисе! Эй, Кисе! Ки-и-и-и-исе! Привет, как дела?       Тайга приветствует меня по ту сторону забора. Я бы молча прошёл мимо, так как не имею никакого желания общаться с кем-то, поскольку настроения никакого. Но Кагами за столь долгую дружбу сумел изучить меня. А вследствие этого, если я молчу, то он начинает трясти забор и кричать в три раза громче, вызывая неодобрительные взгляды со стороны случайных прохожих, учеников, учителей.       — Ладно, ладно, только не ори ты так! — буркнул я, невольно подходя к старому доброму другу.       — Вот, сразу бы так! Нечего ершиться! — Тайга размашисто хлопнул меня по плечу, от чего тело понесло в другую сторону, пришлось схватиться за решётку, чтобы не упасть.       — Ты вот никогда не меняешься, — подметил я, оглядывая его с ног до головы.       И правда.... Кагами вырос из того детского тельца. Сейчас он представлял собой крепкого симпатичного молодого человека. Высокий рост и рельефное тело, волосы, некогда торчащие в разные стороны, наконец, улеглись как положено и порядком отросли, ведь Кагами никогда не любил подстригаться. Чёлка лезла в узкие, по-прежнему насыщенно карие глаза, а густые брови стали сильнее сведены к переносице. Но характер остался прежним.       — Да, я доволен своей жизнью. А ты с каждым днём всё мрачнее и мрачнее. До сих пор не нашёл, чем себя занять? — Тайга в изумлении изогнул бровь.       — Нет, — я отрицательно покачал головой. — Мне не хочется лишний раз напрягать себя.       Кагами цокнул языком и потёр правый висок, как бы соображая, что со мной можно сделать. Конечно, такие разговоры проходят у нас каждый день. Я уверен, если бы не этот забор, отделяющий две наших школы, то Тайга давно бы схватил меня за шкирку и утащил к себе в школу. По его мнению, он смог бы заставить меня чем-то увлечься. Но не думаю, что у него бы это получилось. Что такого может показать мне этот мир, чего раньше я не замечал? Верно. Ничего.       — Прости, скоро звонок. Мне пора, — произнёс я, мельком взглянув на циферблат наручных часов, совсем не приняв во внимание расположение стрелок. — До встречи.       — Пока, — слегка рассеянно ответил Кагами.       Я быстрыми, для вида, шагами пошёл прежней дорогой. Мы видимся почти каждое утро. И Тайга постоянно весёлый и улыбчивый. Мне всегда было интересно, откуда он берёт силы излучать такой позитив? К тому же, он яро старается заразить меня этим безмятежным счастьем. Никогда. Никогда мне не познать этого, пока в мире не появится то, что меня удивит и заставит шевелиться. Но пока это не найдено, а потому нет смысла притворяться, что мне весело и отрадно на душе.       Скрывшись от глаз Кагами, которые провожали меня до самого поворота, я сбавил шаг. Мне совершенно не хотелось куда-либо торопиться. Звонок уже давно прозвенел. Двор опустел. Все ученики отправились на занятия. Узнавать что-то новое. Да нет, конечно, нет. Каждый из них идёт сюда по принуждению, потому что кто-то сказал. Родители, закон... Банально, всё это до ужаса банально. Эта школа. Элитная школа. Огромное серо-голубое здание со множеством окон, дверей, входов и выходов. И такая же обширная площадь вокруг. Стриженный зелёный газон, аккуратные деревья и ароматные цветы, высаженные в ряд. Всё это сделано по какому-то шаблону, начертанной ранее планировке. Невозможно увидеть импровизацию, яркие и креативные идеи. Нет. Всё чётко и симметрично. Тошнит от этого распорядка. Хочется просто закрыть глаза и окунуться в совершенно другой мир, не похожий на этот.       Но как бы ни хотелось, подстраиваться всё равно придётся. Томимый этой мыслью я вошёл в здание и направился к своему кабинету. Первый этаж, второй, третий.       — Простите за опоздание, — устало произношу я, заходя в небольшой класс.       Молниеносный строгий взгляд учительницы обратился на меня.       — Проходи, — бросила она и вновь принялась водить мелом по доске.       Моё место находилось рядом с окном на самом крайнем левом ряду, что меня очень даже устраивало. Не всегда хочется слушать нудную болтовню учителей, и вид из окна, порой, является основным интересным занятием.       — Привет, — раздалось со стороны одной из симпатичных одноклассниц.       — Привет, Кисе, — отозвались другие.       Со всех сторон сыпались приветствия. Как же раздражает. Я вяло кивнул головой, даже не взглянув на них. Снова беспрестанная болтовня учительницы. Подперев ладонью щёку, я устремил взор в окно. Снова всё как обычно. Те же деревья, те же дома, дороги, двор, тот же забор, растянувшийся по периметру школы.       — Кисе. Кисе Рёта, — кто-то упорно старался докричаться до меня.       Я неохотно удостоил учительницу вниманием. По своему обычаю, она держала в руках небольшую толстую книжку и неустанно поправляла очки на переносице.       — Читай текст со страницы 126 по 128, — приказала она, усаживаясь поудобнее, чтобы послушать и оценить мою технику чтения на английском языке.       Я открыл учебник, похожий на книгу в руках преподавателя, и, найдя нужную страницу, принялся зачитывать вслух сложные и затейливые строчки. Моё чтение лилось плавно и красиво, интонация то нарастала, то снова падала, то ускорялась, то вновь замедлялась. Я всегда любил английский язык. Он красив и изящен.       — Достаточно. Спасибо, Кисе, — довольная учительница остановила меня после нескольких абзацев. — Дальше продолжит...       Разумеется, я не стал слушать, что она говорит и принялся вновь смотреть в окно. Совершенно случайно мой взгляд упал на противоположную школу, точнее на баскетбольную площадку рядом с ней. Две фигуры быстро передвигались с одного места на другое. Эти движения... грузные, поспешные, напористые. Несомненно, Кагами. После многочисленных игр вместе с ним, я очень хорошо запомнил этот стиль. И кто же его противник? Быстрый, ловкий и, похоже, дьявольски сильный. Даже Тайга не в силах справиться с ним. Мои глаза расширились от удивления. Ничто меня так не поражало уже очень давно. В голове замкнуло. Я хочу сразиться с ним, показать свои способности и, несомненно, победить. Но кто он такой?       Оставшееся время урока я не спускал глаз с площадки и внимательно следил за ходом игры. Пока лидировал незнакомец. Тайга заметно сдавал позиции. Я никак не ожидал, что Кагами проиграет. Действительно, необычно. Как я знаю, Кагами никому не уступал, кроме меня. Но он... Тайга, как ты можешь проиграть ему? Во мне заново вспыхнуло удивление вперемешку с недоумением.       Уроки закончились. Перекинув сумку через плечо, я направился домой. Как всегда в школе не было ничего интересного. Те же уроки, те же толпы назойливых намалёванных мошек и тот же однообразный вид из окна. А может и не совсем однообразный. Сегодня я увидел кого-то сильного... того, кто без труда превзошёл Кагами. Его смутный образ впечатался мне в память. Нет, лица я не разглядел. Однако сумел подметить тёмно-синие волосы и смуглую кожу. По форме можно сказать, что он из школы Тоо, где учится Кагами. Одноклассник? Друг? Скорее всего.       Я взглянул на часы. Стрелки показывали без пятнадцати четыре. До вечерней фотосессии осталось полтора часа. Вполне успею дойти до дома и привести себя в порядок. В кармане назойливо завибрировал телефон. Кому я опять понадобился? «Менеджер» — высветилось на дисплее.       — Алло, — устало выдохнул я.       — Кисе, Кисе, — в ухо врезались торопливые женские вопли.       — Что?       — Фотосессия переносится на более ранее время. Через полчаса должен быть в студии, — приказал абонент по ту сторону провода.       — Зачем? Мы укладываемся в сроки.       — Нет, нет, нет. Ты же не забыл, что сегодня состоится выгодная сделка?! Она проехала такое расстояние, чтобы улучшить тебе карьеру!       — Я тут причём? Вы всегда успешно заключали контракт без меня.       — Кисе! — возмущённо прикрикнула менеджер. — Она не собирается ничего подписывать, пока не увидит тебя. К тому же, она большая твоя поклонница. Будь на твоём месте кто-то другой, мы не смогли бы уговорить её приехать.       — Ничего страшного, если она подождёт ещё час, — я закатил глаза. — Всё же мне нужно зайти домой и переодеться.       — Нет времени! Она прождала тебя почти весь день. Если ты в ближайшее время не появишься, более чем выгодная сделка сорвётся.       После последних слов менеджер бросила трубку, не давая мне возможности ответить. Будь прокляты эти бабы! Ничего не поделаешь, придётся идти на работу. Жаль, даже домой не успею зайти. Всё из-за менеджера. Вечно она выбирает в клиенты каких-то девок. И почти каждая из них является моей фанаткой. Самое забавное то, что никто из них не видел меня вживую, только в журналах. Они не знают мой характер, предпочтения, привычки. Им достаточно увидеть мою внешность, а остальное совершенно не вызывает интереса. Всё это обременяет ещё больше. Эти женщины... Они всегда жаждут только одного — заполучить себе красивого парня. Они будут пускать слюни, холить и лелеять, истерить и ревновать при каждом удобном случае. Совладать с ними можно только на одну ночь. Я понял это давным давно. Сколько ни старайся угодить — им всё равно мало. Просто надоедливая мошкара, старающаяся сделать всё, чтобы её заметили и полюбили. Напрасно и глупо тратить на них своё время, поэтому я стараюсь не заводить ни с кем отношений. Снова вибрация телефона оповещала о входящем вызове.       — Что? — сухо и резко рявкнул я.       — Кисе, ты где? — грозно спросила менеджер.       — Я уже подхожу к зданию, буду через минуту, — сказав это, я сразу же бросил трубку, чтобы не слышать вопли агента.       Я остановился у светофора. Прямо напротив, по другую сторону дороги, возвышалось тридцати пяти этажное стеклянное здание — место моей работы. По обе стороны от парадной двери стояла пара уродливых охранников, которые пропускали внутрь лишь работников. Другими словами, обычным простолюдинам вход воспрещён. Перейдя дорогу, я хотел было зайти внутрь, но два массивных тела преградили мне дорогу.       — Покажите ваш пропуск, — приказал один из них.       Тут я вспомнил, что забыл эту карточку в другой куртке. Так бы я зашёл домой и забрал её, но из-за торопливости менеджера мне пришлось направиться прямо сюда. «Ах, какая жалость!» — с иронией подумал я. Теперь мне не попасть в здание. А доказывать что-то этим безмозглым гориллам нет смысла. Они никогда никого не запоминают. Даже тех, кто приходит сюда каждый день. Та же менеджер. Однако мне же лучше. Хмыкнув, я развернулся и, не удостоив ответом охранников, направился в противоположном направлении.       — Стойте! Стойте! Что вы делаете?! Чурбаны неотёсанные! — с парадного холла раздался громкий женский визг.       Этот голос ни с кем не спутаешь. Несомненно, менеджер. Я разочарованно выдохнул и оглянулся. Редко когда можно увидеть её такой взъерошенной. Всегда гладко убранные в пучок волосы растрепались; глаза горели беспокойством; очки совсем сползли на кончик носа, того и гляди упадут и разобьются. Да, её бег совсем нельзя назвать таковым. Скорее быстрые маленькие шажки, поскольку узкая чёрная юбка и высокие каблуки её туфель не позволяли как следует разбежаться. Меня часто забавляет её суетливость, хоть я и понимаю, что это не совсем хорошо.       — Ах, Кисе, Кисе, — без продыха тараторила она, хватая меня под руку. — Пойдём, пойдём.       Она повела меня внутрь, словно маленького обиженного ребёнка. Запихнув мою персону в холл, менеджер задержалась у входа, хорошенько отчитывая охранников. На все её угрозы об увольнении и оскорбления те молчали и тупо смотрели себе под ноги. Только изредка поглядывали на суровое выражение лица своего непосредственного начальника... начальницы. Наконец, закончив отчитывать охрану, она вернулась обратно.       — Никакого порядка. Вот бестолковые, — выругалась про себя менеджер. — Ну, Кисе, теперь пойдём. Госпожа Саира уже заждалась.       — Да, да, — лениво протянул я, слегка поморщившись.       — А ну прекрати! — менеджер толкнула меня локтём в бок. — Ты похож на дохлую рыбу. Ну-ка улыбнись, иначе она никогда не захочет подписать с тобой контракт.       Я вяло кивнул. Мы направились к лифту и, нажав кнопку тридцать пять, стали стремительно подниматься на самый верх.       «Как меня достала эта работа», — думал я, наблюдая за изменением цифр на табло. Всегда приходится притворяться. Это так надоедает. И как менеджер всегда так спокойно и даже с некоторым удовольствием относится к своей работе? Я взглянул на неё. Заправив выбившуюся при беге блузку обратно в юбку и вернув очки на переносицу, она торопливо переплетала волосы в идеальный гладкий пучок. Ну что же... И мне пора подготовиться. Я глубоко вздохнул. Как же не хочется этого делать, но ничего другого мне всё равно не остаётся. Уголки губ растянулись в разные стороны, глаза распахнулись пошире, на щеках появился румянец.       — Вот так-то лучше! — с одобрением произнесла менеджер, взглянув на меня.       В ответ я кокетливо подмигнул.       — Ах, Кисе, не практикуй, пожалуйста, на мне свои приёмчики, — менеджер заметно смутилась, но тут же постаралась принять прежний деловой вид.       Вот в этом и заключается моя работа. Надевать не только новые дизайнерские вещи, но и улыбчивую маску. И каждый видит меня фальшивкой, а настоящего знают лишь единицы.       — Пойдём, — менеджер покинула лифт и поманила меня за собой.       Я неохотно повиновался. Нам предстояло пройти в зал собеседования. Эта комната была более чем роскошной. Чуть ли не гордость нашей кампании. Дорогие ковры; сервированные чайные столики; изысканный фарфоровый сервиз; мягкая, с дорогой обивкой, мебель; золотая люстра ручной работы; всевозможные статуэтки и диковинные вещи, привезённые из других стран, гармонично дополняющие интерьер.       По пути в это «святая святых» мне хотелось провалиться сквозь землю. Губы устали и болели от фальшивой улыбки, а веки с каждым разом стремились опуститься. Только упорные замечания со стороны агента не давали расслабиться.       — Прошу прощения за опоздание, Саира-сама, — вежливо проговорила менеджер и низко поклонилась.       — Простите, что заставил вас ждать, — я улыбнулся самой очаровательной улыбкой, на которую только был способен ,и низко поклонился.       — Ах, ну что вы, Кисе-сан, — залепетала Госпожа сладким голосом.       Мы с менеджером разогнули спины, и я, наконец, смог оценить пригодность «своей фанатки». Увиденное меня совершенно не впечатлило. Очередная шаблонка. По идеальному макияжу и укладке стало ясно, что она посетила не один салон красоты. Короткое, в обтяжку, платье выразительно подчёркивало пышную фигуру. А четвёртого размера грудь, можно сказать, почти вываливалась из декольте. Решила соблазнить меня своим телом? Да, очередная шаблонная намалёванная кукла с большими дойками. Интересно, откуда взялась такая закономерность? Если у женщины большие достоинства, то мужчины будут перед ней ковром стелиться? Глупо. Лично на меня это не действует. Подумаешь, просто жира больше отложилось в другом месте, а не на животе или боках. Я разочарован. Будь это любая другая девчонка, моя сверстница, к примеру, я бы закатил глаза, развернулся и ушёл. Однако на данный момент передо мной важная богатая особа, которой не следует выказывать какое-либо невежество. Остаётся только мило улыбаться и строить из себя само очарование.       — Ну что же, приступим, Кисе-сан, — она подмигнула и потянулась за документами, которые лежали на столе; при этом движении она нарочно открыла ещё более откровенный вид на свою грудь.       — Конечно, — ответил я, пялясь на её достоинства (скорее для приличия).       Это очень тешило её самолюбие, поскольку пухлые губы изогнулись в довольной усмешке. Но первое о чём я подумал, так о том, что у неё отвратительного цвета помада.       — Вы без охраны? — удивлённо подметила Госпожа Саира, посмотрев по обе стороны от меня.       — Да, она мне ни к чему, — ответил я, стараясь вложить в голос как можно больше безмятежности. — А вы?       Я вновь уронил взгляд на её грудь.       — Ах, — она заметила это и слабо прикрыла её ладонью.       Тц, как же раздражает. Все эти бабы ужасно распутны. Сами сидят в откровенных позах, блистая своим оголённым телом, а потом, якобы для приличия, смущённо прикрываются. Они все абсолютно одинаковы. Скука смертная.       — Да, конечно, со мной всегда находится телохранитель. Я недавно наняла его, но он очень способный, — с капелькой безразличия произнесла Саира. — Коичи! Коичи! Немедленно подойди сюда!       — Как прикажете, Саира-сама, — отозвался со стороны мужской голос.       Я ожидал увидеть здорового мужчину в чёрном костюме, очках и с пистолетом за поясом. Но моему удивлению не было предела, когда в комнату зашёл юноша моего возраста. Я пригляделся, и вторая волна потрясения окатила меня с головой. Это... он?