Пирожок, спичка и урод, без которого ничего бы не изменилось.

Юнги заходил к ней всю неделю, пока она была в больнице, рассказывал, что происходит в школе, как все взбудоражены перед выпускным, который, к слову, уже через неделю. Доктор Мин, конечно же, знал, что его сын часто пропадает в палате Дахён, как и госпожа Ким, но никто не вмешивается: отцу Юнги кажется, что Дахён прекрасная девушка, а мать её думает так же о парне. А Мин протаскивает к девушке в комнату сладкое, кормит её вкусняшками, смешит и веселит её, а уходит под самый вечер. И так было каждый день. А в день выписки он позвал Дахён погулять в парк, на что девушка охотно согласилась. Там Юнги купил просто огроменное облако сладкой ваты, и они с не менее огромным удовольствием пожирали сладость и дурачились, сидя на уединенной лавочке под большим, ветвистым деревом. — А на следующее утро я весь покрылся сыпью, но я был так счастлив! С тех пор меня называют Шугой. — Юнги рассказывал историю из детства, когда он ночью подкрался к их домашним запасам сладкого, и съел абсолютно все. — А у тебя что-нибудь интересное в детстве случалось? — Ну… — Дахён ухватилась за край ваты, соприкасаясь с его пальцами и ловко закинула кусочек в рот, облизывая сладкие пальцы. У парня по спине пробежали мурашки, но он постарался держать себя в руках. — Однажды я потерялась в «Диснейленде» и пнула полицейского, который пытался помочь мне найти родителей. Юнги так искренне и заливисто засмеялся, запрокидывая голову назад, что Дахён захотелось видеть его таким всегда. — Ну, а что ты смеешься? — надулась Дахён. — Мама всегда предупреждала меня насчёт незнакомых дяденек и тетенек! Юнги засмеялся ещё сильнее, и девушка, не удержавшись, засмеялась вслед за ним. Сладкая вата закончилась, и девушка уже собралась закинуть кукурузное основание в рот, как её руку перехватили. — Ты очень жадный пирожок, — заявляет Юнги шёпотом, вдруг приближаясь к её лицу. — Я тоже хочу. Мин делит кукурузное основание на две равные половины, и наблюдает, как девушка поглощает свою половину, а сам забывает о своей порции. — Ты вся в крошках, — посмеивается Юнги. Доставая платок из кармана толстовки, и убирая крошки с лица Дахён, он понимает, что с роду так много не смеялся, а ещё он улыбается, как конченый дебил, но, блять, как ему хорошо рядом с ней! Крошки давно исчезли, а Юнги все поглаживает её щеку большим пальцем, непрерывно глядя в шоколадные глаза. Дахён не двигается, затаив дыхание, впрочем как и всегда, когда Юнги находится вот так близко. Казалось, время для них остановилось, и ничего, кроме глаз напротив, не имело никакого значения. Парень чуть подался вперёд, прерывая зрительный контакт, и нежно поцеловал. Его губы, сладкие после ваты, нежные до невозможности, напористо сжимают её нижнюю губу, холодные, шершавые ладони поглаживают её щеки, а она запоздало, шокировано, но все же отвечает, на первый в её жизни поцелуй. Пусть неумело, пусть скованно, но так искренне и с такой нежностью, что у Юнги сердце срывается на бешеный ритм. Воздух заканчивается слишком быстро, и Юнги отстраняется, держа лицо девушки в своих руках, пытается выровнять дыхание и успокоить бешеное сердце. — Дахён~а, — выдыхает парень в лицо девушки и снова глупо улыбается, — а давай встречаться? — Давай, — кивает и шепчет девушка, также глупо улыбаясь. Только Юнги эта улыбка кажется самой прекрасной на свете. Они снова смеются, как обдолбанные, без особой причины, просто это счастье держать в себе нет сил, хочется придурошно улыбаться, смеяться просто так и обниматься. Мама говорила, что это любовью зовётся.

***

Её возвращения в школу не заметил бы ровным счётом никто, если бы возвращение это случилось без Юнги, крепко сжимающего ладошку девушки. Конечно, по школе сразу пошли завистливые «Почему вечно отрешенный красавчик-новенький ходит за ручку с куском жира?», заинтересованные «Что он в ней нашёл? Может она хорошо сосёт?» и озадаченные «Ого!». Может Дахён и смущалась, не привыкшая к такому повышенному вниманию, но Мину было абсолютно плевать. А что, собственно говоря, переживать? До конца учебного года осталась неделя, экзамены прошли ещё неделю назад, впереди только торжественная выдача аттестатов, и выпускной, а дальше — прощай школа! И всё бы хорошо, если бы не одноклассник, перегородивший дорогу парочке. — Хэй Юнги~я! — Поздоровался Кегым. Именно с ним Юнги впервые заговорил после переезда, но парни особо не сблизились, просто знакомые. Дахён, напротив, скривилась, как только увидела эту противную рыжую макушку. — Привет, — безразлично ответил Юнги. — Омо, брат, — Кегым бросил презрительный взгляд, — Пожалуйста, скажи что решил, что ты слишком худой, и нашёл донора жира, а держишь за руку потому что боишься что украдут. Юнги безразлично осмотрел одноклассника, и отпустил руку Ким. На секунду. Чтоб нанести один точный удар прямо в смазливый носик одноклассника. А затем снова сжать теплую ладошку и продолжить путь. — Жестоко. — отозвалась Дахён. — Сам напросился, — морщится Юнги. — Не надо было издеваться над моей девушкой. Наверняка не в первый раз… — С другой стороны, если бы не он, я бы не попала в больницу, и не была бы сейчас твоей девушкой. — Сомнительная помощь, к тому же это не правда, я бы все равно тебя завоевал. — Юнги чмокнул девушку в щеку и они за ручку направились в класс. После этой недо-драки ко многочисленным слухам прибавились раздраженные «Он её ещё и защищает, вот корова!» и удивленные «Неужели она настолько хорошо сосёт?».

***

Молодая пара гуляла по людной улице, битком набитой магазинчиками и кафешками. Холодная ладонь Юнги, к которой Дахён уже успела привыкнуть, покоилась на плече девушки, а сами ребята молча наслаждались уличной музыкой, мягким светом ночных фонарей, аурой веселья, которую создавала толпа гуляющей молодёжи. — Знаешь, я раньше не любил людные места, — улыбнулся Юнги, — до сих пор не люблю, но здесь круто. — Да, — согласилась девушка, — здесь невероятно красиво. Юнги разглядывал огоньки, отражающиеся в её глазах, как вдруг она глянула на витрину того самого магазина, в котором, чисто из принципа, купила белое платье. А на витрине красовалось то чёрное платье, которое ей предлагал парень. — Нравится? — шепнул ей на ухо Мин, обнимая за талию со спины. Девушка даже не заметила, что она остановилась, и вовсю пялится на платье. — Пойдём, примеришь. — Но я… — но парень не дал Дахён договорить, а схватил девушку за руку и потащил в магазин, который на удивление оказался открытым. К парочке подошла девушка-консультант. — Чём могу вам помочь? — вежливо улыбнулась она. — Подберите девушке размер платья, что у вас на витрине. — ответил Юнги. — Хорошо, — кивнула консультант, — вы можете подождать здесь, на диванчике, — обратилась она к Мину, — а вас, — она кивнула Дахён, — я провожу в примерочную. Ким не успела ничего возразить, как консультант превратилась в ураган, уносящий её в неизвестном направлении. Однако примерив платье, Дахён поняла, что Юнги был прав, платье действительно идеально. А когда девушка вышла из примерочной, Юнги перестал дышать. Длинное черное платье в пол с двумя разрезами по бокам до бедер, с закрытыми декольте и шеей, без рукавов, с широким поясом, отделанным крупными сверкающими камнями смотрелось на девушке идеально. Нет не так. Ахуительно прекрасно! Настолько, что челюсть Юнги вдруг решила познакомиться с полом. — Вау, офигенно выглядишь, — присвистнул парень, когда челюсть удалось вернуть на место. — Мы покупаем. — Но, Юнги~я, — стыдливо шепнула Дахён, когда консультант ушла оформлять покупку, — у меня нет таких денег. Мин обвил руками талию девушки, плотно прижимая к себе. — Тшшш, — шепнул в ответ, в самое ухо, — это мой подарок на выпускной.

***

— Ну, доча, ты выглядишь умопомрачительно! — захлопала в ладоши мать Дахён, когда девушка спускалась по лестнице. Юнги ждал её на улице, чтобы вместе отправится в школу, на выпускной бал. Боже, это случилось! Школе наконец-то пришёл конец! Не то, чтобы Дахён не любила учится, просто… Она просто не любила школу, здание, людей… Но на выпускной решила принарядиться: нацепила шикарный подарок Мина, накрутила волосы, перекрасила цветные пряди в холодные оттенки зелёного, синего и фиолетового, гармоничные с платьем, однако от каблуков отказалась, выбрав обычные чёрные балетки. — Спасибо, мам. — Я рада, что ты нашла Юнги, — разоткровенничалась мать, — он понравился мне с самого начала. Вежливый, добрый, симпатичный, из хорошей семьи. Рада, что у тебя наконец появился такой парень. — Мам, ты заставляешь меня краснеть. — Вы только не забывайте предохраняться. Я слишком молода чтобы быть бабушкой. — Мама! — вспыхнула Дахён, — Я девственница! — Теперь он нравится мне ещё больше. Выпускнице стало совсем неловко. — Ну, я пойду… Там… Юнги ждёт, и… — Да, конечно, — закивала мать, открывая дверь для дочери, — оторвитесь по полной! — громко пожелала мать, чтоб парень услышал, — И не спешите домой! Сегодня особенный день, разрешаю вам нагуляться! — Спасибо госпожа Ким! — лучезарно улыбнулся облокотившийся о калитку Мин. Конечно же выглядел он потрясно: небрежно уложенные пшеничные волосы, белая футболка, не скрывающая (офигенных!) торчащих ключиц, дырявые джинсы, тот самый темно-синий пиджак, тонкие серебристые цепи на шее, и кристально чистые белые кроссовки. — Не волнуйтесь, с ней все будет в порядке! Мать скрылась в доме, а Юнги притянув к себе Дахён за талию, легонько поцеловал. — Ты очень красивая, пирожок, — шепнул Мин, улыбаясь как придурок. — Ты тоже ничего, спичка. — улыбнулась девушка, — кстати, вот мой тебе подарок на выпускной. Ким протянула парню небольшую белую коробочку. Внутри оказался галстук: простой и чёрный, но чуть переливающий перламутром, и из очень приятной на ощупь ткани. — Ого, спасибо. Шуга намотал цепи с шеи себе на запястье, а сам завязал галстук. — Мне очень нравится. В школу они пришли за ручку, как обычно. Ребята немного припозднились, а молодёжь уже вовсю гуляла. Спорт зал преобразился: Повсюду были развешаны шары, ленты, фонарики, воздух сотрясали громкие басы, в глазах рябило от светомузыки. Но в этом было что-то, что всегда любила Дахён — безудержное веселье, безбашенный драйв. Юнги ненадолго отлучился «По делам», и девушка насторожилась даже, что за дела такие? И переживала ровно до того момента, как ведущий не объявил. — На сцене дуэт Шуги и Минхо! Песня — First Love! Настала очередь челюсти Дахён знакомиться с полом. Шуга прошёл к пианино, стоящему на сцене, свет софита упал на его лицо, на ярко выраженные подводкой глаза. Длинные пальцы аккуратно коснулись клавиш, а дыхание сперло от первых же звуков. Эту песню Дахён не слышала, значит парень сочинил её недавно. Слова были очень трогательные, про первую любовь парня — пианино, музыку. У Ким мурашки по телу пробегали от каждой фразы, произнесенной невероятным голосом Юнги. К слову, Минхо, парень из параллели, с его скрипкой оказались очень кстати. Мелодия гармонично выстраивалась, заставляя сердце выплясывать в бешеном ритме. Сама песня тоже в скорее сорвалась на такой ритм. Но вдруг все резко прекратилось. Как и кислород в лёгких девушки, а нежный голос шептал, тихо подводя песню к концу. Толпа девчонок взревела. Конечно: их таинственный новичок-красавчик оказался талантливым не только в баскетболе. Дахён побежала за импровизированные кулисы, где Юнги уже поджидала кучка визгливых девочек. Однако только завидев своего пирожка Мин забыл обо всем, что его окружало. А ещё улыбка Ким выражали гордость. Она… Гордиться им? — Это было потрясающе…