Слезы убийцы / Killer's tears

***

Она лежит подо мной и тихо дышит, широко раскрытыми глазами смотря на меня. Впервые я нахожусь в такой позе, поэтому описать чувства сейчас довольно затруднительно. Чувствую ли я что-то в плане любви? смешно. Конечно, нет. Чувствую ли я что-то с биологической точки зрения? да. Ёна довольно привлекательная девушка с хорошей фигурой, тем более сейчас мой таз прижат к ее тазу — волей не волей я все равно буду что-то ощущать в нижней части своего тела. Мне стало интересно. Да, это любопытство. Смогу ли я ощутить нечто новое? не раскрытое для себя раннее? От подобных мыслей я ухмыльнулся, а затем начал медленно наклоняться вниз. Хочу провести эксперимент. Хочу узнать свое тело получше. Поможешь мне, Чон Ёна? Опускаясь все ниже, я смотрел на эти розовые пухловатые губы, что были чуть приоткрыты. Еще ближе — и я чувствую ее горячее дыхание. Напряженность в штанах увеличилась, но мне это не понравилось, отчего я убрал ухмылку с лица и наоборот нахмурился, сжав зубы. Ее грудь вздымается при каждом глубоком вздохе, отчего постоянно соприкасается с моей. Одета она слишком легко, и, кажется, нижнего белья, по крайней мере сверху, на ней точно нет. Я вновь наклоняюсь ниже, пока руки упираются о матрац по обеим сторонам от головы брюнетки. Еще сантиметр, и я бы коснулся ее губ, но резко в голове врезаются картинки прошлого, как при встрече с Джиён, но сейчас совершенно иное. С шиком опускаю голову, а пальцы сжимаются в кулаки, захватывая с собой кусочек белой простыни; жмурюсь. « — Тэхён-а, мы с папой выйдем ненадолго. Присмотришь за сестрой?» « — Братик, пошли в бильярд играть!» « — Джиён? Ты где? Джиён! Мама с папой ушли, ты где? Мне страшно идти в подвал, Джиён, где ты?» « — Тэхён! Тэхён! Убегай! Прячься! Тэхён!» Резко открываю глаза и поднимаю голову вновь на лежащую подо мной девушку. Она все еще глубоко дышит, но смотрит с неким испугом и настороженностью. Мой взгляд стал холодным, напряжения в штанах я больше не замечал, а карие глаза пожирали ее зрачки. Как же сейчас хотелось их выколоть. Я представил, как сначала душу ее, а потом, не убив до конца, грубо насилую, слыша ее крики о помощи, правда глухие — за полотенцем во рту вряд ли будет что-то хорошо слышно. Изнасиловав, я достаю нож, а затем медленно провожу острым бордовым лезвием по ее гладкой коже на животе. Остается возбуждающая меня рана, из которой начинает сочиться кровь. Ёна кричит и смотрит с испугом и ненавистью на меня. Да, тот самый взгляд. За первым порезом следует другой, но уже глубже и быстрее. За этим надрезом — следующий; темп нарастает, а я чувствую, как меня это возбуждает больше, чем половой акт. Белая простыня напрочь испачкана алой красивой кровью, девушка кричит, ее оголенное полностью тело покрыто ранами, волосы потрепаны, а перевязка на рту больно сжимает скулы; руки связаны и прицеплены к ободку кровати, выше головы. Ее грудь, возможно, и манила бы меня, и соблазняла, будь я нормальным парнем. Но я не нормальный. Я псих. Я испорченный. Меня куда больше манит и возбуждает та же самая грудь, но с множеством ран, порезов, крови. Во всем номере витал стойкий запах страха, боли и мучения. Как жаль, что все эти три эмоции были лишь у нее. Я ведь чувствовал совершенно все иное: власть, удовлетворение, расслабленность. — Тэхён? Как только она заметила мою улыбку, то окликнула, отчего я наклонил голову в другую сторону, не переставая улыбаться, и сейчас я заметил лишь наличие непонимания в глазах Ёны. Все наслаждение уже ушло и у нее. — Нам было бы весело. — с ухмылкой я провел рукой по ее щеке со спадающей на нее прядью волос, которую машинально убрал за ухо. Поднявшись, я все еще улыбаюсь, ведь кажется, даже от таких мыслей я уже получил то самое наслаждение, о котором почти успел забыть. Не создан я для любви, не свойственны мне человеческие чувства. Молча я вышел из номера и свободно пошел по коридору. Мне сейчас и впрямь было хорошо, но после захотелось воплотить все эти щекочущие мысли в жизнь, и рефлекторно я обернулся, слепо надеясь наткнуться на кого-нибудь. Надо же, а чуйка, оказывается, до сих пор меня не подводит. Прямо сейчас из комнаты со странной тетенькой, которая хорошо была знакома с Чонгуком по моей инициативе, выходила молодая особа. Мой взгляд упал на ее ноги: юбка еле прикрывала все достоинства; я ухмыльнулся, провел языком по губам. Далее мой взгляд начал подниматься, исследуя тело незнакомки, но с которой, кажется, вскоре познакомлюсь я очень близко. Договорив о чем-то с этой старой аджумой, она на прощанье улыбается, а затем закрывает дверь, начиная шаг по коридору и идя прямо на меня. Каблуки глухо цокают по ковру, правая рука согнута в локте и держит маленький клатч, распущенные волосы слегка подлетают при каждом шаге, а выпуклая грудь становится еще красивей и рельефней от облегающего топа. Что ж, Тэхён, думаю, сегодня ты заслужил отдых. Подойдя ближе, она наконец поднимает голову, находясь от меня в метрах трех, и замечает мой пристальный взгляд и зазывающую ухмылку. Не буду скрывать, да и не секрет ни для кого — я не страшный. Очень даже привлекательный молодой парень, ведь умею ухаживать за собой. Она оглядела меня, подняла кончик губ и сверкнула взглядом; я наклонил голову чуть в бок, убрал руки в карманы брюк и облизнул губы. По взгляду все стало ясно, но она даже не представляет, что ее ждет…

***

— Да, мам, все хорошо. Да, точно. Хорошо, мам, не волнуйся. Все, пока. Люблю тебя. Выдохнув, я убрал телефон с завершенным звонком в карман, встряхнул головой и пошел вновь к своему номеру. Разговоры с родителями иногда как-то слишком затягиваются, но, в принципе, я их понимаю. Волнение все же. Как только я дошел до нужной двери, то сбоку, вдали у какой-то незнакомой мне двери, заметил целующуюся пару. Хмыкнув, увидел, как они заходят в номер и захлопывают за собой дверь. Вхожу в номер, все еще ухмыляясь. Хотя что тут удивительного? Небось из нашей компании тоже уже все успели пере-кхм. Ну понятно в общем. — О, Ёна? А где Тэхён? — оглянул я комнату, не увидев парня на стуле. — Ён? Сестра сидела на кровати и мутными глазами смотрела в пол. Ее распущенные волосы были взлохмачены, одежда чуть потрепана, а щеки горели. Выпрямившись, я нахмурился, а потом сел на место, где недавно сидел шатен, и наклонился к Ёне. — Все нормально? Ты пересеклась с Тэхёном? — Не знаю. — тихо-тихо ответила она. Что это еще значит? — В каком смысле, Ёна? — Не знаю, я не знаю, был ли это Тэхён. — уже обычным голосом произнесла та, а после встала и, подобрав с пола кофту, пошла к выходу, оставив меня в недоумении. Этот номер решил не пустовать, ведь сразу после того, как дверь за сестрой почти закрылась, я услышал с коридора еще один голос. — О, Ёна, при- Ён? Ёна, подожди. Ён. Чонгук, что с ней? В комнату прошел Юнги и встал около меня, смотря на меня удивленным и выжидающим взглядом. От него пахло алкоголем. — Ты пил? — обыденно спросил я, встав и поправив покрывало на кровати. — Ну, учитывая наше положение… и вообще ты не ответил на вопрос. Что с твоей сестрой? Почему она хмурая такая? — Не знаю, Юнги. Наверное, переживает. Она ведь тоже не стальная, ее тоже вся эта ситуация выводит. — Гук, — у меня за спиной проговорил блондин, и я выпрямился, повернувшись к нему лицом. У него в руках, вытащенная из-под кофты, находилась бутылка с коньяком. Я посмотрел на нее и, обдумав все, немо согласился с этой идеей.

***

Вытираю красные руки белой простыней. Идеально. Все прошло настолько хорошо, именно так, как я и представлял. Сонджи, ты действительно помогла мне, спасибо. Красные шторы номера люкс слегка подрагивали от ветерка — недавно я открыл окно; на белоснежной большой кровати на животе лежала она, а повсюду кровь. Медного цвета волосы лежат с левой стороны, в то время как голова повернута к окну — вправо. Одеяло прикрывает лишь нижнюю часть тела, а гладкая кожа на спине, еще пока не тронутая, так и манит что-то сделать. Но нет. Я решил оставить спину такой, ведь когда ее перевернут и увидят ее живот, уже, мягко говоря, удивятся. Я просто пожалел психику полицейских. Поправив одежду на себе, я еще раз ухмыляюсь, посмотрев на мою помощницу, а после двигаюсь к выходу, не оставив за собой никаких следов. Отпечатки пальцев? ха, я что, идиот? Сперма? снова мимо. Свидетели? шторы были закрыты. Случайно выпавшие вещи? у меня ничего кроме телефона и ножа с собой не было — они на месте. Я слишком довольным выхожу из номера, и благо в коридоре никого нет — великое счастье просто какое-то. — О, так уже время близится к вечеру. Посмотрев на наручные часы, которые я тщательно оттер от крови, уловил, что скоро открытие бара, а следственно — бильярда. Чудесный день. Просто сказка.

***

Должно быть, мне просто показалось. Просто показалось, да, точно. Просто показалось. Я определенно точно не видела ничего, что могло бы повергнуть меня сомнениям, точно. Это определенно неправда. — Ёна! Эй. Ау. Отзовешься хоть? Ну подожди ты, айхщ. Ёна, что происходит, ты чего? Ко мне стремительно подошла Наоми и встала напротив, положив одну руку мне на плечо. Она тяжело дышала, глаза выдавали волнение, а от самой Нао попахивало алкоголем. — Ты пила? — Ну… у нас сейчас такая «ситуация», мягко выражаясь, что грех не выпить. — Понятно. Куда идешь? — мой тон был спокойным, безразличным. Наоми пыталась этого не замечать, но у нее плохо получалось. — Я тебя искала. Да и в той компании уже как-то стремно находится. Джевон, когда выпьет, такой наглый. Это тоже мягко выражаясь. — Он всегда наглый. — усмехнулась я и, закинув кофту на плечо, начала шаг в сторону нашего с Нао номера. Пока мы медленно шли, Мацумури рассказывала очередную историю, активно жестикулируя и возмущаясь. От ее подобных рассказов и комментариев у меня всегда поднималось настроение, ведь она делала это слишком надуто и забавно. И даже сейчас я уже улыбалась, а иногда и посмеивалась, когда Нао снова подбирала точные клички для продавца в ларьке. Вот мы было уже дошли до номера, и я полезла за карточкой, как вдруг поднимаю голову и вижу выходящего из-за угла Тэхёна. Он улыбается, идет спокойно, даже посвистывает. Мое настроение снова вмиг упало, а руки поскорее хотели вынуть карточку и засунуть в дверь. Я надеялась, что он не заметит нас, но Наоми все надежды разрушила своим криком. — Тэхён-а! Привет. — помахала она с улыбкой своей ручкой. И чего это она так ему улыбается? Фыркнув, снова копашусь в карманах. — Привет. — свободно говорит он, а потом останавливается около нас. Улыбается. Так бесит. — Почему ты с нами не сидел? Было весело. — надулась зеленоволосая. Да боже, где карта?! — Я уже про это веселье все Чонгуку сказал. Тут он поворачивается на меня, но я стараюсь держаться лицом к двери. Не хочу на него смотреть. Ну не хочу и все тут. Ну почему карточка должна была куда-то деться именно сейчас? Боковым зрением замечаю, что Тэхён опускает и чуть наклоняет голову, смотря на меня. Нао, ну ты-то что молчишь? Ты ведь любительница поболтать! Отвлеки его уже! Резко схватив за предплечье, мужская рука меня разворачивает лицом к нему, в то время как на моем лице застыл испуг от таких быстрых и неожиданных действий. Все происходило будто в замедленном кадре: у меня медленно подлетают и в повороте кружатся волосы, сменяя свое положение с левого плеча и спадая на спину, рот приоткрывается, глаза так же распахиваются и смотрят точно на него: спокойное лицо, ухмылка, прикрытый взгляд. Иногда он пугает. Но чертовски притягивает. Сердце снова начало бешено стучать, а рот до сих пор не закрывается, как и глаза. Мне и стыдно за такое наивное смущение, и страшно, что стоящая рядом Наоми не так все поймет. Вдруг Тэхён, вовсе решив не обращать внимания на третью личность, начал медленно наклоняться ко мне, и сердце застучало в разы быстрей. Его одеколон уже хорошо чувствовался моим носом, а глаза были уже на уровне его глаз. Между нашими лицами пару сантиметров. Как унять долбанное сердце?! — Не это ищешь? — достав из моего переднего кармана штанов белую карту, он поднимает ее, все так же с ухмылкой смотря мне прямо глаза. Как. Я. Её. Не заметила?! Идиотка! — С-спасибо. — А ты все такая же невнимательная. — выпрямился он, оставив после себя лишь шлейф дорогого запаха парфюма. — Ладно, я пошел. Удачи. Моя опущенная голова и горящие щеки не могли передать той обиды, которую я сейчас испытываю. Почему он такой веселый? Зачем делает подобное? Мог просто буркнуть: карта в кармане, идиотка — мне и то было бы легче! — Ахщ, бесит! Не заметив, как я озвучила свои мысли, пинаю ногой дверь, и не ушедший еще Тэхён оборачивается. Поняв, что я снова поступила как дура и вслух произнесла все, я сжалась в комок, наспех провела картой и зашла в номер, быстро несясь к кровати.

***

— Кхм. — скашлянула Джиён, когда за подругой захлопнулась дверь. Я перевел на нее взгляд, все еще стоя в полуобороте. — Может, хочешь сыграть? — Но там же Ёна… не хочу ее одну оставлять. — опустила голову зеленоволосая, но я видел, как она хочет поиграть в бильярд. — Не думаю, что она будет одна. Джиён повернула голову в сторону, куда смотрел и я, и увидела направляющегося к нам Юнги. Он шел дай бог нормально, но редкие посылы в бок от, видимо, опьянения я уловил. — Ёна там? — почти нормально произнес блондин; я усмехнулся. — Да. — кивнула Джиён и чуть отошла от двери. — А где Чонгук? — Чонгук? — переспросил Мин, уже было дернув за ручку. — А, этот парниша, — засмеялся тот, что-то вспомнив, — он как раз тебя ищет. И мне кажется, скоро найдет. С этими словами Юнги вошел в номер, а я переглянулся с Джиён. Как по часам, будто Юнги предсказатель, из номера парней вышел шатающийся Чонгук, и зеленоволосая выдохнула, закатив глаза. — На-ао-о-ми-и-я. Вот ты где. — широко улыбнулся брюнет, и не сдержать улыбки я не смог. Когда он начал кое-как подходить к Джиён, она стала хмуриться и бурчать, что выглядело вдвойне смешно. Чтобы сдержать смех, я приложил к губам кулак. — Пьянь. Что вы… айщ! Нельзя тебя с ним оставлять! Годы идут, а вы не меняетесь! Ай-й… — Куда вы идете? — взяв в ладони лицо девушки, на что я прыснул, не сдержавшись, произнес Чонгук. Она пыталась высвободиться, но у нее это скудно получалось, и губы-рыбкой с пухленькими сжатыми щечками веселили не только меня. — В бильярд. — наконец, освободившись, ответила Джиён. — Но ты не идешь! — Билья-ярд! Тэхён-а, ты знаешь, что мы идем в бильярд? Где же столы? Мне нужен стол! — Тебе мозги нужны. Или кровать хотя бы. Чонгук, куда ты идешь? Стой! — Тэхён-аа. Ты такой милый. Чонгук подходил ко мне, а после потянулся руками к моему лицу, точно так же захотев сделать, как с зеленоволосой. Когда он коснулся моего лица, улыбка спала, а губа дернулась. Он… дотронулся до моего лица своими руками? — Красивый какой. Эх, был бы я девчонкой… — Чонгук! — отдернула его Джиён, и я выдохнул, приложив ладонь к щеке. — Тебе завтра стыдно будет за эти слова. Пошли! — Стой, ну подожди. Бильярд. Шарики же. — Сейчас я тебе дам по шарикам, если не успокоишься. Парочка уходила: Джиён держала Чонгука под плечо и матюкала, а Чонгук громко смеялся, в перерывах уговаривая девушку сменить направление и все же пойти в бар. Странные люди в опьянении. А еще днем он предлагал минералку. Эх. Развернувшись, я уже было продолжил путь, как вспомнил о задании. «К утру мне нужно обезжизненное тело Мин Юнги.» Сглотнув, я чертыхаюсь, а после оборачиваюсь на дверь, куда еще недавно зашел этот парень. Тут же вспоминаю, что хотел написать этому «заказчику», а поэтому лезу в карман за симкой, которую взял в номере. В штанах ее нет. Сука! Я же не мог ее оставить в- — Боже! Господи! На помощь! Тут девушка! Она… Она… На помощь! Сука. Только не это.