Когда ты прикасаешься ко мне

Когда ты согласился пустить меня в свою постель, я решил, что не собираюсь просто лежать — только не рядом с тобой, пытающимся сохранить бесстрастное выражение лица и тон и все время передвигающим ноги под одеялом (да, Северус, я заметил!).

***

/ Спасибо за прекрасные рождественские подарки, Северус./ — Пожалуйста. Я должен признать, что твой выбор подарка тоже меня впечатлил. Зеленые глаза Гарри сверкнули в ответ на выражение Северусом хорошего настроения в характерной для него манере. / Всегда пожалуйста, Северус./ — он пошевелился в постели и положил свою книгу на пол, он не собирался ее читать, лежа в постели со своим мужем. Когда он наклонился, простынь съехала вниз, а его футболка задралась, обнажив на секунду или две узкую полоску гладкой кожи. Северус сглотнул и сделал вид, что поправляет рукава. Гарри снова накрылся и уселся в кровати, прислонившись спиной к изголовью. Коленом он случайно слегка толкнул Северуса. / Я не думал, что Финеас и его правнучка на самом деле будут трахаться. Это довольно кровосмесительно даже для портретов./ Северус взглянул на своего мужа. — Следи за языком, когда находишься в непосредственной близости от меня! / Ну, тогда не думал, что они будут заниматься сексом./ Северус презрительно фыркнул. — Самые… консервативные… чистокровные семьи имеют в своей родословной кровосмесительные связи из-за попыток сохранить чистоту крови. Вся ирония этого «кредо чистоты» состоит в том, что это — лучший способ оказать пагубное влияние на гены, что и приводит к катастрофическим генетическим мутациям. Директор школы одно время глубоко изучал вопрос волшебной генеалогии и проследил признаки серьезного инбридинга в генеалогическом древе Темного Лорда… Волдеморта. Кузины, дяди, тети, даже дед Волдеморта и внучки… / Все перетрахались между собой? / — Мистер Поттер, если вы не будете вести себя как взрослый, то я буду вынужден попросить вас покинуть мою постель. / Я хотел бы добраться до сути, Северус./ — Ты можешь сделать это без грубых выражений в своих высказываниях. Твои попытки привлечь мое внимание решительно неуклюжи. / Ой. Я думал, что уже привлек твое внимание./ — Самонадеянный мальчишка. Шутливое выражение лица Гарри сменилось серьезным. / Я не самонадеянный и не мальчишка, Северус. Я знаю, о чем ты думаешь, и считаю, что мы должны обсудить это./ Северус отвернулся. — Я поражен. Абсолютно удивлен, что ты захотел делить постель со мной. Гарри протянул руку и слегка коснулся тыльной стороны кисти Северуса. Мастера Зелий не озадачил этот жест, и он продолжил: — Или то, что ты хочешь прикоснуться ко мне после того, что я сделал с тобой. Альбус затолкал тебя в одну спальню с твоим насильником. Губы Гарри дрогнули на мгновение, будто что-то хотели сказать вслух, но им удалось лишь вздохнуть. / Сколько раз я должен повторить, что ты не причинил мне вреда во время нашего подтверждения брака? / Северус выпрямился сверкнув глазами. — О, я старался не причинить физической боли. Но что ты чувствовал в душе? Гарри взял холодные руки Северуса, сжатые в кулаки, в свои. / Северус, это был вопрос жизни и смерти. Мы знали об этом, хотя и думали друг о друге самое худшее на тот момент. Я не чувствовал и не чувствую себя изнасилованным после подтверждения нашего брака. Конечно, это могло быть по-другому; конечно, нас обоих принудили к этому всему, выбирая лучший из худших вариантов; конечно, у нас с тобой довольно длинная история, но я не сожалею о нашей связи, и мы прошли такой длинный путь с тех пор, как были связаны./ — Но моя жизнь не стоила такой жертвы с твоей стороны. Глаза Гарри сверкнули, и он просунул свои пальцы между длинных пальцев Северуса, плотно их сжимая. /Никогда больше так не говори. Неужели ты так мало ценишь свою жизнь? Может, это и так для тебя, но я не согласен! / Ах, такая страсть и решимость в этом молодом лице, красивых сверкающих глазах, упрямо сжатых губах и сильно обхвативших его руку пальцах. / Ты бы выбрал смерть, если бы я позволил. Я решил не позволять тебе выбирать смерть. Только и всего. / — Ты говоришь, как Альбус. Гарри улыбнулся, прежде чем серьезно продолжить: / Ты почувствовал себя изнасилованным после этого, не так ли? И чувствуешь до сих пор./ — Да. Я так часто попадался в ловушку в этой отвратительной игре власти, игре, которая дает возможность униженному и оскорбленному отомстить. Мерлин, и только теперь я усвоил урок после моих заигрываний с властью. Когда секс становится инструментом власти, Гарри, то последствия… — он облизнул губы и сжал свои пальцы вокруг пальцев парня. — Последствия могут быть катастрофичными. Люциус Малфой использовал секс, чтобы уговорить меня… присоединиться к группе Пожирателей смерти Волдеморта… Я не виню его. Сам виноват. Я был дураком, лишенным радости прикосновений. Я влюбился в него и был рад той лести, которую он использовал, чтобы приманить меня, словно изголодавшуюся собаку костью. Ах, он был мастером в сексе. Я позволил себя соблазнить и унизить до такого состояния, хотя я и отказывался признаться себе в этом, что ему нужно было только распахнуть свою мантию, чтобы я упал на колени и сделал ему минет. После этого он просто выходил из комнаты, поправляя на ходу мантию. Гарри побледнел. / Он оскорбил тебя./ Северус пожал плечами. — Я позволил ему. Он никогда не причинял мне физической боли. /Нет! Это он заставил тебя так думать. В этом не было твоей вины! Боль, которую он причинил тебе, не поддается описанию./ — Я знаю. / Но не чувствуешь./ Северус оскалился. — Вот почему, мистер Поттер, я ненавижу чувства. Они отравляют жизнь. Кроме того, я питаю отвращение к сексу. Он — источник зла. Гарри стал согревать ледяные пальцы Северуса, растирая их. / Я не согласен с тобой, / — он сказал тихо, его сердце словно разрывалось на части от сочувствия к страданиям Северуса. /Я тоже начинаю разочаровываться в некоторых собственных убеждениях,/ — признал Северус телепатически, так как не посмел сказать это вслух. —/Тем не менее, я все же определяю секс как способ манипуляции, оружие, которым можно повредить тело и разум или разорвать и то, и другое в клочья. Это жестокий инструмент./ / Северус, разве не существует нечто гораздо более интимное, чем физический проникающий секс? / Северус презрительно фыркнул. — Любой, кто достаточно глуп для того, чтобы сузить обширное понятие секса до простого первичного акта проникновения, заслуживает того, чтобы его вышвырнули с этой планеты. К сожалению, это приведет к резкому перемещению подавляющего большинства человечества. / Ну, тогда, думаю, я бы остался на планете./ Некоторое время они так и сидели, держась за руки, Северус утешался присутствием мужа. Когда свет в спальне Поттеров-Снейпов оказался выключенным, кровать Гарри оставалась пустой.

***

Северус проснулся от тихого мурлыкания. Гарри не мог говорить, но умел довольно красиво напевать. Молодой человек успел проснуться и уже был одет. На нем были спортивные синие джинсы — темные глаза Северуса задержались на заднице мужа, когда Гарри наклонился, чтобы надеть носки — и один из джемперов, связанных миссис Уизли. Он пошевелился, раздраженно откидывая свои длинные волосы с лица. Гарри обернулся. / Доброе утро, / — сказал он, улыбаясь. — М-гм, — все, что сказал Северус, выходя из комнаты в ванную. Гарри широко улыбнулся и подумал, что Северус скорее сова, чем жаворонок. В ванной комнате, тщательно намыливаясь, Северус с удовольствием вспоминал, как выглядел сегодня Гарри и как приятно было просто быть рядом с ним. Затем он нахмурился, скривил губы и сомкнул пальцы на своем твердеющем органе; наконец в отчаянии он подчинился призыву желания и дошел до края за минуту, упав на колени с резким вскриком; его семя смешивалось с водой и стекало в канализацию. Он громко задыхался, его волосы закрывали лицо, согнувшись, он стоял на четвереньках в душевой кабинке, его удовлетворенный орган спокойно расположился между бедер. Его лицо все еще было красным, когда он вышел из своей кабинки и обнаружил Гермиону и Рона, стоящих в коридоре и смотрящих на него удивленно и в то же время смущенно. С ужасом Северус понял, что забыл про заглушающие чары. Он, выдающийся дуэлянт, человек, проработавший много лет шпионом, возможно, даже превосходящий Волдеморта в ментальной магии, забыл самое простое и наиболее важное из заклинаний. — Кажется, я вывихнул палец на ноге, мисс Грейнджер, мистер Уизли, боль была весьма значительна, — сказал он. — О… Да, конечно, это очень неприятно, профессор, — произнесла Гермиона сдержанно. — Я уверен, что чары или зелье могут помочь, — добавил Рон, похоже, что он пытался не рассмеяться. Северус заметил, что Гермиона толкает своего парня локтем в ребра. Он коротко кивнул и ушел. Рон повернулся и приподнял бровь. — А у меня вывихнутые ребра, — сказал он. — Знаешь, я надеюсь, что он представляет Гарри, вывихивая пальцы ног, — заметила Гермиона. Рон рассмеялся.

***

Финеас Найджелус хромал, когда Ремус отдернул занавеску в ответ на покашливание, доносящееся с холста. — Где ваша правнучка? — вежливо осведомился Ремус. Финеас шмыгнул носом и осторожно опустился в кресло. — Я думаю, что директор ее стер из мира волшебного искусства, — он остановился на несколько мгновений, прежде чем добавить: — У нее, конечно же, были свои достоинства. Ремус посмотрел с отвращением. — Возможно, она была довольно самоуверенной и недружелюбной, но вы говорите о ней как о предмете. Финеас глумливо произнес: — Женщины и есть… Грива рыжих волос появилась рядом с Ремусом. Джинни смотрела на Финеаса. — О чем вы говорили? — ласково спросила она, постукивая палочкой по ладони. Финеас рассмеялся. — Если бы ты была моей дочерью, я бы уже давно выдал тебя замуж за разумного мага, который бы контролировал тебя, шлюшка, обожающая грязнокровок. Тут произошли сразу две вещи. Джинни произнесла заклинание летучемышиного сглаза, а заклинание, выпущенное из палочки Ремуса, опалило Финеасу колени. Вопли были оглушительными. Через несколько секунд все, что осталось на полотне, помимо дымящейся мебели, — это несколько грозных летучих мышей и пелена дыма. — Женоненавистническая свинья, — одновременно прокомментировали Ремус и Джинни, затем каждый закрыл занавеску над портретом со своей стороны.

***

В просторном зале, где проходили важные собрания, Северус осторожно поправил положение запястий Гарри. — Сай нужно держать вот так, — показал он. Это утро оказалось одним из самых эротических, которые когда-либо испытывал Гарри. Северус постоянно находился поблизости, их руки часто соприкасались из-за необходимости инструкций по обращению с саями. И время от времени их тела сталкивались, когда Северус то приближался к Гарри, то удалялся от него. Они то и дело встречались взглядами, которые были напряженными и продолжительными. Излишне говорить, что Гарри было довольно трудно сосредоточиться, несмотря на удовольствие от обучения владению саями. После саев последовало несколько раундов легилименции и окклюменции. Гарри изо всех сил старался помешать Северусу увидеть хотя бы намек на его сексуальное влечение к нему. Обжигающий зрительный контакт между ними возбудил его, и он был рад, что джемпер миссис Уизли был достаточно длинным, чтобы скрыть это. Северус был столь же благодарен своей мантии. Глава Слизерина был встревожен реакцией организма на прелести своего мужа. Он считал себя слишком взрослым для таких глупостей, но его тело настаивало, и он ощущал пощипывание и покалывание в самых неловких местах. На самом деле хотелось потереться о стену или в буквальном смысле взять себя в руки, хотя чувство стыда от того, что его подслушали два лучших друга Гарри, было еще свежо в его голове. Но больше всего он хотел поцеловать Гарри и соблазнить его, обнимать его без этих синих джинсов и свитера. И, может быть, просто, возможно, у него это получится, ведь Гарри так упрямо и охотно разделяет с ним постель.