Маска

POV Захарра Отдав Феликса в дядины руки, я поехала домой. Приехав, я никого не обнаружила в доме. Ясно, что родители на работе, а Фэш где-то шляется. И наверняка с Ником и Мааром. Пожав плечами, я быстро разогрела оставленный мамой ужин. Потом также быстро его съела. Я поднялась наверх в свою комнату. Раскинув руки, я шлёпнулась на кровать. И ударилась о край кровати (блин, да я идиотка). Сначала я зашипела на свою ссадину, а потом на треклятый край моей любимой кроватки (нет, точно идиотка!). Посетовав на отсутствие у себя мозгов, я схватила телефон и зашла в сеть. Забила в поиск сайт нашей новой школы. Да-да, у школы оказывается имеется собственный сайт. Пф-ф. Я удивилась, увидев, что на сайт заходят почти все ученики каждый день (и не лень им?), и рассмотрев повнимательнее новости, я вздохнула. Конечно, на сайт заходят из-за сплетен, которые записывают буквально все ученики, если они видят что-то стоящее сайта. И разумеется, там нашлось много вещей о рыжей ледышке Василисе. Правда, были не сплетни, а ахи и охи о том, «какая Василисочка хорошая, какая красивая». Нет, ну я понимаю, она действительно красивая, на модель смахивает, но чтобы не замечать её, как я заметила, скотского характера?! Типа «любовь слепа», ага. Эх. Ну ладно, не мне судить о других людях. Чёрт, чем дольше я об этом думаю, тем сильнее болит голова. Пожалуй, мне стоит часок поваляться и потом приступать к урокам. А сейча-а-с… Спать.

***

POV Василиса М-м, обожаю гонять! Когда мчишься по трассе почти в полную мощь своей обожаемой тачки, да ещё и с открытым окошком — это нечто! Ощущение свободы и безграничного счастья! Захватывающая эйфория. Со мной такое всегда, когда я на машине или же на байке. Это моё любимое времяпровождение. Когда ты один наедине со своими мыслями и ветер, треплющий распущенные волосы… Думаю, нет в мире ничего лучше этого. Но вот я уже подъезжаю к детскому саду, в котором находится Ника. Так, сейчас вечер, а из этого выходит следующее (это элементарно, Ватсон!): утром детей в группе Николь принимала Ольга Михайловна, а после, когда дети легли спать Ольга Михайловна ушла и её сменила… Марта Михайловна! Точно! Замечательно! Марта Михайловна очень милая, добрая и открытая. Уверена, она мне будет только рада. Захожу во двор (дети должны уже были выйти на улицу, чтобы играть и уже оттуда их сдают с рук на руки родителям) и сразу замечаю спешащую ко мне Нику. Моя девочка… Светловолосая, милая, такая забавная. Её не портит и цвет глаз отца — серо-зелёный. Не то, чтобы я ненавидела отца, просто у нас с ним напряжённые отношения — после смерти матери он на меня почти не смотрит и не общается со мной, ведь я ему очень напоминаю её… Так, Белка, не отвлекайся. Николь подбегает и только после того, как она подбежала, я заметила Марту Михайловну, которая, как оказалось, бежала за Никой, но видимо так и не смогла догнать. Глядя на запыхавшуюся женщину, я тихо засмеялась и с укором посмотрела на улыбающуюся Николь. В ответ эта маленькая мартышка показала мне язык. Я пригрозила ей кулаком, но она засмеялась. Затем смеялись мы уже обе. И тут мы услышали: — Вот смотрю на вас, девочки мои, и никак не могу наглядеться на вашу семейную идиллию, — подняв головы, мы с Никой увидели подошедшую Марту Михайловну, которая сейчас улыбалась. — Здравствуйте, Марта Михайловна! Рада вас видеть, — я улыбаюсь. Ведь действительно рада её видеть. — И тебе, Василисочка, и тебе. Ну что, приехала забирать Никочку? — Ну конечно! — я засмеялась, — эта «Никочка» тот ещё чертёнок иногда. Можно её забрать? — Да-да, девочки, езжайте, а я, пожалуй, пойду, вон уже остальные родители приехали за детьми. Пока-пока, солнышки мои! — и эта милая и забавная женщина побежала к родителям, уже высматривающих своих ненаглядных чад. Я же посмотрела на Николь. — Ну что, маленькая, домой? — Да! Да! Домой! — малышка весело рассмеялась и схватила меня за руку, — ну же, поехали, — она забавно надула губы и засмеялись мы уже вместе. В то время, пока мы ехали в машине, мой маленький ангелочек рассказывала как провела день в садике. О том, как весело поиграла в куклы с Машей и Алиной, о том, что успела поиграть в машинки с Костиком во время обеда, за что им обоим сделали замечание, но никто из них из-за него не расстроился, о том, что давали кушать на завтрак, обед и полдник и ещё о многом другом. Я же, иногда отвлекаясь от дороги, с улыбкой посматривала на Николь. Всё же она мне необычайно дорога. Я ни за что не променяла бы мою малышку на всякие человеческие блага. Как только мы приехали домой и зашли, ко мне тут же повернулась Ника: — Василиса! Василёчек, пойдем играть ко мне в комнату? — и этот чертенок сделала такую просительную мордашку, что я просто не смогла ей отказать. Я тяжело вздохнула. Николь увидела в моих глазах неохотное согласие и визгнула от радости. — Ура! Ура! Идем! — схватила меня за руку и потащила в сторону детской комнаты, находящейся наверху. Я опять тяжело вздохнула и с видом великомученика поплелась за ней следом.