Hey, Mister Policeman

— Добрый день, мистер Чон. Вас уже разыскивал капитан Чхвэ, поторопитесь, — молоденькая секретарша, вечно бегающая тут с документами и привычно сталкивающаяся с ним у входа, приветливо улыбнулась и подхватила папку со стола, направляясь по своим делам. — Добрый, Сандара. Ты как всегда прекрасно выглядишь! — Чонгук встаёт рядом у лифта и улыбается в ответ, слыша приглушённый смешок. Заигрывать с секретаршей стало уже, кажется, привычкой. — Он хоть в каком настроении меня искал? — Взволнованном. Если я не ошибаюсь, миссия по поимке того наркодилера сорвалась. — Вот чёрт… Он с меня сейчас всю кожу сдерёт. — Ну, я и говорю, во взволнованном. Предвкушает, кажется, сей процесс. — И тебе удачного дня, солнышко, — Чонгук щурит глаза, криво усмехнувшись, и выходит из лифта, со вздохом направляясь в кабинет начальника. Стоило взять отгул на несколько дней, так теперь его в живых не оставят, что он трубку не брал и, вообще-то, действительно вылечиться пытался. Но его работа не знает состояния, когда тебя разрывает изнутри, и вообще исключает такую возможность. Сам виноват, что заразу подхватил, теперь выкручивайся. Чонгук стучит пару раз по двери и открывает её, нацепляя на лицо мягкую улыбку и стараясь не замечать молний в чужих глазах. — Вызывали, господин Чхвэ? — Ещё вчера, паршивец. Мы упустили его. — Сандара уже обрадовала этим с утра. — Да ты в дверях не стой, заходи. Присаживайся, Чонгук. По лицу вижу, что не особо лучше стало. — Терпимо, господин Чхвэ. — Я бы тебя сейчас оштрафовал за то, как себя вёл, если бы мы случайно не вышли на его след снова, — глаза Чона радостно загораются, слыша о ещё не утерянной возможности, но капитан как-то подозрительно фыркает и наливает себе в стакан воды, тяжело вздохнув. — Рано радуешься. Он теперь нос не высунет в ближайшее время, а наркота расходиться продолжит. Мы вынуждены наблюдать за ним, ибо если сунемся в место их торговли с пушками и ордерами, нас либо живо сметут, либо мы больше его точно не увидим. — Да, и мы не знаем место их торговли. — Это тебе выяснить и предстоит. Понял? — Да, сэр. — Твой напарник слился, перевёлся в другое отделение, так что пока работаешь один. И съезди в главный офис, забери отчёт о произошедшем, заодно и все бумаги по этому выскочке. Изучи заново, вдруг твой ненаглядный что-то упустил. Ты опрометчиво доверил изучение дела новичку. — Я не доверял, меня вынудили, — Чонгук хмыкнул. — Да и… — Болел ты, я помню, иди уже. Не оправдание это, Чонгук. Жду результатов. Чонгук со вздохом поднимается с места и, откланявшись, направляется обратно к выходу. Главный офис не так далеко, а хранить особо важные документы не в участке, а в офисном здании начальству приспичило не так давно. Это здание занимается многим, помимо своей библиотечной функции, помогая отслеживать, выискивать, взламывать и передавать сведения в участки. Оно основное и важное, с тщательным подбором персонала, вечной суматохой внутри и неощутимой поначалу жёсткой дисциплиной. Чонгук одновременно любит и не любит туда ездить. Да, там можно пофлиртовать с молоденькими секретаршами, напроситься на чашку кофе в обеденный перерыв и показать себя во всей красе, но и нарваться на время ожидания или начальство выходит запросто. Плюс бензин — не дешёвое удовольствие, особенно с зарплатой обычного следователя. Чонгуку двадцать шесть, он работает полицейским уже четвёртый год. Ему чертовски идёт форма, а в голове довольно много смекалки и никогда не подводящей интуиции, несмотря на красивое личико и отсутствие манер. Нет, конечно, служба и шесть лет в полицейском колледже сделали из него мужчину, но Чонгук всё равно остался слишком своевольным и наглым. Совершенно таким же, каким туда и пришёл. У Чона нет семьи, а обучение в полицейском колледже было единственным выходом избежания детдома. Чонгук в двенадцать лишился всего, став свидетелем нападения на их дом, и оказался выброшенным на улицу, со страхом в глазах и детской наивностью. Тот самый полицейский, который нашёл его спрятавшимся в подворотне, ему это и предложил, аргументируя местью и открывающимися возможностями. Только Чонгук мстить не хотел, но пойти туда согласился. Тот опер стал его временным опекуном, ровно до того, пока ему не стукнет совершеннолетие по мозгам. Чонгук долго приходил в себя, был скрытным и замкнутым лет до шестнадцати, никуда не лез, но не переставал нагло смотреть обидчикам в глаза, не боясь их совершенно. А потом он будто бы очнулся, вернул свою непоседливость и болтливость и вроде бы отошёл от случившегося, наконец. Чонгук успешно сдал экзамены и направился в академию, решив за время пребывания в колледже стать следователем. Чонгук вообще ни разу не пожалел о том, что на это всё согласился. Быть полицейским действительно оказалось его призванием. Ему нравилось, он по-детски мечтал о сценах из боевиков со своим участием и полюбил учиться, пронеся это с собой до выпуска из академии. Чонгук был рад, что выбрал себе такой путь и теперь служил уже четвёртый по счёту год в отделении полиции. Чонгук был красивым, язвительным и обманчиво легкомысленным, отчего все поначалу ставили на то, что образование он себе купил, — не верил в молодого следователя никто. Но Чонгук оказался способным и дотошным, распутал пару дел и быстро вошёл в доверие к остальным. В центральный же участок его перевели полгода назад, и Чонгук до сих пор иногда встречает вражду в глазах некоторых служащих, да и особо друзей здесь себе не нашёл. Дела попадались пустяковые, к тому же Чонгук откровенно халявил в последнее время, так что снисходительного отношения он тут особого не заработал. Даже тот новичок, которого прикрепили к нему в качестве напарника, оказался тем ещё прохвостом, сбежавшим, кажется, от него самого. Ну, и от обязанностей. Потому что если нет дел вне участка, бумажной работы здесь будет предостаточно. Чонгук паркует чёрный внедорожник и выходит из машины, негромко хлопнув дверью за собой. Двери офиса привычно разъезжаются в стороны, впуская брюнета в помещение, и поспешно захлопываются сзади, отрезая пути к отступлению. Чонгук двигается к ресепшену, очаровательно улыбается новенькой блондинке и уже хочет задать вопрос, как его окликают, становясь рядом и бросая смущённой девушке ещё одну улыбку. — Эй, мистер полицейский, как не стыдно парковаться в месте для офисных работников. Есть парковка для всех на этаже ниже. — Я всего на пару минут, подумаешь. — Не подумаешь, работаете в правоохранительных органах, а правила парковки не знаете. Ужас! — Всё сказал? Иди, куда шёл. — Так мистер полицейский ещё и грубиян. Боми, не ходи с ним пить кофе, обведёт вокруг пальца, да ещё и нахамит. — Парень, я что-то не пойму, ты чего ко мне прикопался? — Я? Да я мимо проходил, ничего я не прикапывался. Боми, дай ключ от кабинета, — парнишка, хмыкнув, отворачивается и обворожительно улыбается блондинке, получая долгожданный ключ, и, кинув взгляд на нахмурившегося Чона, фыркает и уходит прочь. Чонгук смотрит ему вслед, тяжело вздыхает и разворачивается обратно к девушке, мягко интересуясь, где находится господин Ким и через сколько к нему можно будет попасть. — Вам надо бы догнать того парня, он его помощник. Может, быстрее бы документы забрать получилось, — блондинка виновато улыбается и жмёт плечами, мол, ничего поделать с занятостью босса не могу. Чонгук удручённо стонет и, кивнув, плетётся к лифту, вспоминая, от какого кабинета брал ключ тот красноволосый паренёк. Такой мелкий, а такая язва. И чего ему вдруг не понравилось? Сам, что ли, глаз на эту блондинку положил? Чонгук поднимается на нужный этаж и бредёт к кабинету, совершенно не радуясь предстоящей компании парня, но чем быстрее он с этим разберётся, тем быстрее вернётся обратно в участок и займётся делом, а не ролью посыльного. Чонгук облокачивается о косяк у раскрытой двери и наблюдает за парнишкой, привычно проверяющего сохранность всех бумаг и скользящего изучающим взором по листам. Чонгук тяжело вздыхает и кашляет пару раз, привлекая к себе внимание, а паренёк удивлённо моргает пару раз и, продолжая заниматься делами, насмешливо фыркает, отводя взгляд. — Что, мистер полицейский, соскучились по мне? — Непременно, — Чонгук заходит внутрь и подходит к столу, облокачиваясь на него руками. — Мне нужны документы о вчерашней неудаче и о бароне Ли в целом. Мистер Ким чем-то занят и вообще не здесь, как я понял, зато мне можешь помочь ты. — Да? Интересно как. А потом меня уволят, потому что приказа не было. — Не уволят, свяжись с ним. Ты же его помощник. — Помощник? Я, вообще-то, стажёр только, но раз уже называют помощником, значит, точно возьмут, отлично, — красноволосый мимолётно улыбается и убирает принесённые с собой папки в шкаф, аккуратно расставляя их на полку. — Ну, и чего медлишь? Позвони ему просто и всё. — В этом нет необходимости, — парень фыркает и огибает Чона, направляясь к выходу, а тот недоумённо следит за ним взглядом, уже начиная внутренне закипать от злобы. Но красноволосый останавливается у самой двери и поворачивает голову к Гуку, иронично выгибая одну бровь. — Ты передумал забирать документы? Они хранятся не здесь, пойдём, если тебе они всё ещё нужны. — Но… — Меня предупредили о том, что ты приедешь. — Тогда какого чёрта?! — Мне просто нравится издеваться над вами, мистер полицейский. Не стой столбом, у меня своей работы полно. Чонгук, выругавшись себе под нос, направляется за парнем, сверкнув недовольным взглядом, а тот лишь улыбается насмешливо в ответ и поправляет волосы, сворачивая к лифту. В руке позвенькивает связка ключей, а Чонгук от этого раздражается ещё сильнее. Что за надоедливый парень, в самом деле! — Ты не мог бы это прекратить, раздражает. — Ой, какие мы, оказывается, неженки. И как только таких на работу берут. — Я прям уверен, что ты справишься с этим в разы лучше. — О, спасибо. Я этого даже отрицать не буду. — Послушай, стажёр… — Чимин. Меня зовут Пак Чимин, мистер полицейский. — Отлично, Чимин, не выводи меня из себя, нарвёшься ведь. — Что, за решётку посадите за оскорбления? — Посажу. Имей совесть, в конце концов. Чимин в ответ фыркает и отворачивается, молча выходя из лифта и двигаясь в сторону нужного кабинета. Чонгук идёт следом, привычно оглядывается по сторонам и замирает за спиной парня, пока тот возится с ключами и отпирает дверь в архив. Чимин ниже его почти на голову, а желчи в нём больше, чем в трёх таких Чонгуках. И чего он так пристал к нему, Чонгук понять не может. А ещё он очень надеется, что больше с ним не пересечётся ни за что. Если того, конечно, на работу так и не возьмут. — Тебе придётся мне помочь, потому что те файлы вряд ли остались на компе, а по какому принципу их разложили, я не в курсе. Мистер Ким что-то пробурчал невнятное и отключился, так что придётся поднапрячь свои красивые извилины. — Спасибо за комплимент, стажёр. — Я не о твоих, — Пак издевательски хохотнул. — В любом случае, посмотри в неразобранных делах, они могли оставить их на сегодня, а я гляну в датах, вдруг убрали. Чонгук со вздохом бредёт к указанному столу и, стараясь не нарушать последовательность, принимается разбирать листы, бегло скользя по ним взглядом. Отчёт о баллистике, заключение вскрытия, памятка о найденном трупе, подозрение о состоянии в террористической группе, описание вещдоков, причины и следствия, материалы на повторное изучение — чего там только нет, Чонгук даже удивляется старому делу, которое, видимо, достали для пересмотра, которое, к слову, закрыл он больше года назад. Его одолевает любопытство, и он открывает папку, принимаясь быстро перечитывать знакомый, напечатанный когда-то им самим текст. — Держи, чего там тебе ещё надо было? — Чимин кидает папку с заключением перед ним на стол и устало лохматит волосы, вопросительно смотря на увлёкшегося чем-то Чонгука. — Ты чем вообще занимаешься? Я тебе тут не ищейка, эй! Чонгук в ответ виновато улыбается и закрывает папку, возвращая её на место. Чимин сверкает недовольством в глазах и скрещивает руки, грозно смотря на расслабившегося полицейского. — Просто нашёл старое дело, стало интересно, чего ты сразу начинаешь? — Это то, про педофила? О, так ты у нас Чон Чонгук, значит. — Вижу, наслышан обо мне, — Чонгук расплывается в самодовольной ухмылке, на что Чимин снисходительно улыбается в ответ и недовольно фыркает. — Я задолбался исправлять твои ошибки в тексте, безграмотное ты существо. Господи, мои глаза едва не вытекли. — Там были ошибки? Странно, — Чонгук озадаченно потёр щёку и простодушно пожал плечами, мол, я тут не при делах. Моя работа держать в сохранности людские жизни, а не вот это вот. — Чего тебе ещё надо было? — Биография? Точнее всё, что у вас есть об этом наркобароне. — Ты вообще в курсе, что у него не одно имя? А Ли, не факт, что настоящая фамилия. — Не учи меня дела раскрывать, умник. Я прекрасно это знаю, поэтому и прошу ВСЁ, что есть о нём. Чимин лавирует между стеллажами, бегая глазами по пометкам на папках, и пропускает все слова Чона мимо ушей. Тот идёт следом, с лёгким интересом разглядывает заставленные полки и врезается в спину стажёра, слыша недовольное шипение впереди. Тот сверкает раздражённым взглядом и тянется к верхней полке, вставая на носочки и еле подцепляя пальцами край папки. Чонгук наблюдает за его мучениями молча, решая не лезть, но Чимин внезапно озлобленно фыркает и разворачивается к замершему брюнету, упирая руки в бока. — Чего стоишь, придурок? Не видишь, я не достаю?! Помог бы, блять, охранник порядка грёбанный. — И где моё вечное обращение? — Будь, сука, так любезен, мистер полицейский. Чонгук тихо смеётся над взвинченным состоянием Пака и пропускает все оскорбления мимо ушей. Того только что ущемили, поставили в неловкое положение из-за роста, и он огрызается, стараясь скрыть смущение за маской недовольства. Чонгук лишний раз нарываться не будет, тем более когда он тут уже порядком задержался, и просто сделает вид, что ничего не произошло. Ему, к слову, тоже приходится поднапрячься, чтобы папку с полки снять, словив насмешливый смешок со стороны. Так и папка в придачу оказывается с незакреплёнными файлами, разлетевшимися в разные стороны от встряски, и неудобной на ощупь. Информации в ней мало, мимолётно сразу же подмечает Чонгук, но хоть что-нибудь он нароет. Чимин недовольно принимается собирать рядом упавшие листы и пару раз так и норовит столкнуться с Чоном лбами, еле избегая удара в самый последний момент. — Теперь всё? — Да, спасибо. — А как же мой телефончик? — Ты не та очаровательная блондинка из приёмной, и это немного не по моей части. — Зато я очаровательный красноволосый парень, но, знаешь, телефончик я бы тебе не дал. Вы не в моём вкусе, мистер полицейский. Надеюсь, мы с вами больше не увидимся! — Чимин скалится, а Чонгук ухмыляется в ответ, кивая. — Я тоже на это надеюсь, стажёр Пак.

***

Чонгук нервно смеётся и залпом допивает кружку ещё не остывшего кофе. Два дня он копался с этими отчётами, разбирался, что упустил за время своего отсутствия, а теперь его снова посылают в офисное здание за новыми сведениями. Капитан Чхвэ скачет, как ужаленный, с самого утра, грозится всем яйца оторвать, если те упустят языка, и Чонгук благодарит всех известных ему Богов, потому что дело не его, так что на сохранность есть смысл рассчитывать. А ещё лучше побыстрее уже съездить в офис и не нарываться лишний раз, пока его во что-нибудь тоже не впрягли. Чонгук со вздохом заводит свой внедорожник и трогается с места, аккуратно огибая все припаркованные машины и набирая скорость. Ему ехать, в принципе, не больше двадцати минут, а если дворами, то и без пробок добраться можно, но Чонгук лучше время потянет и поедет по центральной дороге, соберёт все светофоры, пробки и прочие приколы дороги. Чону это только на руку, потому что он подозревает, кто его там обязательно встретит. Чонгук тратит на дорогу почти час, паркуется в этот раз там, где следует, не желая больше слушать всё по новой от надоедливого стажёра, и удручённый поднимается наверх, снова мило улыбаясь девушке на ресепшне, в этот раз уже не той симпатичной блондинке, а знакомой с давних времён мелированной шатенке. — Привет, Юри-я, не подскажешь, где носится сейчас ваша красноволосая бестия? — Чимин-ши? И чего так ласково-то? Уже успели что-то не поделить? — шатенка мило улыбнулась и взяла в руки телефон, бегло порхая аккуратными пальчиками по экрану. Она прикладывает телефон к уху и вслушивается в гудки, тут же расплываясь в улыбке, стоит оппоненту взять трубку. — Чимин-а, ты где сейчас? Тут к тебе из отдела приехали… да-да, симпатичный высокий брюнет, он самый. Куда его направить? Хорошо, передам. Пока. Чонгук смотрит выжидающе, а девушка, скинув вызов и положив телефон обратно на стол, поднимает взгляд и кивает в сторону лифта. — Он ждёт тебя у архива, поднимайся. — Спасибо, что бы я без тебя делал, — Чонгук лучезарно улыбается, вызывая лёгкое смущение у шатенки, и скрывается за дверями лифта, поднимаясь на нужный этаж. Чимина рядом с архивной нет, и появляется он спустя минут десять, беззаботно попивая кофе из кружки и пряча за напускной улыбкой насмешку. — Прости, дела. Чонгуку хочется бросить что-нибудь ироничное в ответ, ведь у него-то дел совсем нет, но решает вовремя заткнуться, пока они снова кусаться не начали. Чимин отпирает дверь, заходит первый внутрь и ставит стаканчик на стол, запуская руку в волосы и разворачиваясь к прикрывшему дверь Гуку. — Снова нужна моя помощь, мистер полицейский. Так и быть, что у тебя там? — Кибом-ши звонил и говорил, что у вас какие-то новые наводки, а по телефону не сообщают о таком. Что стряслось? — Так какого чёрта тебя притащили ко мне? Я же не в разделе разведки. — Без понятия, он сказал, чтобы тот, кого отправят, встретился с тобой. — И ты сразу вызвался? Не думал, что я так вам понравился, мистер полицейский. — Следи за языком, стажёр Пак. И я бы ни за что не согласился, узнай я сначала, что общаться придётся с тобой. — Дар речи теряешь при виде меня? Боже, что прям настолько понравился? — Довольно, — Чонгук раздражённо шипит, а Пак в ответ лишь давит снисходительную улыбку. — Давай уже закончим с этим и разойдёмся, хватит действовать на нервы. — Хорошо, но, смотрите, вы даже не отрицали того, что я сказал, мистер полицейский, — Чимин насмешливо фыркает, а Чон в ответ закатывает глаза и мотает головой, пытаясь успокоиться. — Вообще, я без понятия, что я тебе должен тут отдать, поэтому пошли к отделу разведки. Чувствую себя экскурсоводом для детей. — Я уверен, что старше тебя. И ты уже определись, на «ты» ко мне будешь обращаться или на «вы». — Мне нравится тебя дразнить, так что обойдёшься. И, да, ты старше меня, но кто ещё из нас ребёнок! Не жди никаких уважительных частиц. — Как тебя только на работу взяли, — Чонгук удручённо вздыхает и плетётся за стажёром следом, хлопая дверью и надеясь поскорее от всего избавиться. Точнее от одного очень надоедливого паренька. Чимин пропускает его реплику мимо ушей и бодро спускается по лестнице ниже, бесцеремонно входя в разведотдел и направляясь к нужному, видимо, им столу. — Чунхон, проснись, — Чимин садится на краешек стола рядом с недовольно нахмурившимся парнем и мимолётно улыбается, опуская на него взгляд. — Что у вас по наркобарону? Чего такого срочного передать надо было? — Срочного? Ничего. Просто немного инфы нарыли не они, а наши спецы. Тот выскочка сзади тебя их следователь, что ли? — Ага, Чонгук твой, который любит не слушаться, — Чимин фыркает, а тот самый Чунхон выпрямляется и разворачивается в своём кресле, устремляя на брюнета угрюмый взгляд, а после отворачиваясь обратно. — Чтоб я ещё раз ему твердил, куда надо нос совать, а куда нет. Вот нервы же треплет постоянно. Чонгук недоуменно вскидывает брови, а Пак давит в себе смешок, кидая на брюнета весёлый взгляд. Чонгук прочищает горло, собирается возразить и спросить, собственно, какого хрена, но Чунхон вдруг щёлкает мышкой на компе и чуть отъезжает вбок, давая обзор на экран. Чонгук видит жилые здания, подходит ближе и вопросительно вздёргивает бровь, облокачиваясь одной рукой о стол. — Пока не официальная информация, мы роем, как и вы, но он в последнее время часто зависает в этом клубе. Причём непонятно когда успевает оттуда уйти, но смывается каждый раз, стоит нам приблизиться хоть на метр. Они сейчас тщательно следят за всеми нашими передвижениями, поэтому наш отдел точно связан по рукам и ногам, мы лишь можем наблюдать через камеры. — Я знаю про это место, мы были там недавно. Только ни его, ни его людей там не было, — Чонгук скрывает удивление за ровным голосом мастерски, вызванное внезапно уложившим на него руки и голову Паком, но быстро приходит в себя, потому что тот явно это сделал для того, чтобы картинку тоже видеть, как и говорящего с ним Чунхона. — Значит, мы спугнули, простите. — Да ничего, всё равно место оказалось чистым. Обычный клуб с гейской тематикой. — И часто вы в такие места заглядываете, мистер полицейский? — Чонгук старается игнорировать насмешку в чужом голосе, отчётливо просачивающуюся сквозь. — Очень, стажёр Пак. Хочешь, в следующий раз с собой возьму? — Чонгук огрызается в ответ и недовольно сводит брови, стараясь успокоиться от вновь накатившего раздражения. — Нет, спасибо, я в такие места не хожу — Так, давайте вы потом отношения выясните, голубки, у меня уже сахар на языке от вас, — блондин ерошит волосы и возвращает Гуку взгляд. — В любом случае мы продолжаем за ним следить. Ваш участок не докладывал, что вы там были, поэтому нас и попросили сообщить. — Спасибо, но есть одно подозрение, можно тебя нагрузить? — Валяй. — Я рылся в бумагах о нём и нашёл одно пристрастие. Помимо его особой любви к молоденьким смазливым мальчикам и травке его тянет на кинковые развлечения. Клуб, соответствующий его запросам, у нас такой только один. Достаньте видео с камер за последние пару дней, может, появлялся там. — Это глупо, клуб почти у центра и слишком чистый. Мы проверяли его по несколько раз. Кроме нестандартных увлечений и первоклассных стриптизёров там ничего нет. — Всё же я настаиваю на этом, Чунхон. — Пустая трата ресурсов, его там слишком легко было бы засечь, — блондин фыркает, но чиркает название клуба на стикере, собираясь заняться этим чуть позже. — Но, окей, я потрачу на это время. Если вдруг что-то действительно будет, я передам тебе. — Спасибо. Это всё? — Да, всё. И я так понимаю, это не официальная просьба? — Чонгук в ответ только снисходительно улыбается и медленно выпрямляется, скидывая с себя Чимина и разворачиваясь к выходу. Чимин недовольно фырчит, а затем, кинув Хону мимолётный взгляд, идёт следом, собираясь вернуться к делам. — Ты уверен в том, что делаешь, Чонгук? Это действительно звучит глупо, — Чимин пристраивается у лифта и сводит брови, поворачивая к парню голову. Чонгук в ответ лишь фыркает и закатывает глаза, нацепляя на губы усмешку. — Нет, я просто решил занять время Хона, вот и всё. Не учи меня работать, Чимин. — Я не учу, просто спрашиваю, — Чимин ведёт плечом и заскакивает внутрь, на безмолвный вопрос Гука сам нажимая на первый этаж. — Мне ключи вернуть. И… недавно пришёл химанализ той хрени, что они продают. Читал уже отчёт? — Нет, но тебе, вообще-то, запрещено такое видеть. — Запрещено, но мы никому не скажем. — Так в чём дело? — Штука не сказать, что опасная, но заказ на производство идёт внутри страны. Нет смысла отслеживать перевозки, они не перевозят. — И к чему такая уверенность? — Просто глянь в отчёт, мне кажется, у тебя тоже должна быть подобная мысль, — Чимин жмёт плечами и замолкает, дожидаясь их прибытия. Стоит дверям открыться, и Чимин будто меняется в лице, выскакивает первым и, снова растянув губы в насмешливой улыбке, поворачивается к Чону, сверкая взглядом. — Надеюсь, в этот раз вы задание не провалите, мистер полицейский. Чонгук в ответ только закатывает глаза и поспешно покидает офис. Он потратить на это должен был гораздо меньше времени, но сам был отчасти виноват в том, что так задержался. В любом случае, день только начался, а работы у него по горло.