Доказательство твоей любви

Аллура замечает ее первой. Ребенок, человеческий ребенок, на борту Львиного замка. Темно-черные волосы, закручиваясь в локоны, спадают ей на карие, глубокого оттенка глаза. Стоит ей пересечься с голубыми глазами Аллуры, как она, поджав хвост, мчится по коридору в обратную сторону. Аллура очень быстрая, но маленькая девочка быстрее, особенно с минутной форой. Она исчезает где-то в длинном коридоре, и Аллура решает, что, может быть, им стоит для начала позаботиться о местных проблемах, прежде чем переходить на многочисленные планеты.

***

Их созывают на собрание, где Аллура показывает всем присутствующим несколько видео, на которых маленькая девочка ходит по территории замка. — Как она вообще попала сюда? — спрашивает Пидж, потому что они уже больше нескольких дней не швартовались на поверхности какой бы то ни было планеты. — Мы не получали никаких сигналов? — Нет, — отвечает Аллура, чей вид выражает задумчивость. — Но, возможно, она вышла из своего укрытия только сегодня. Возможно, она голодна или хочет пить. — Или, может, она приманка, — говорит Кит, вглядываясь в повторяющееся видео на экране так, будто это бомба замедленного действия, которая в шаге от того, чтобы детонировать. Аллура хмурится: — Я считаю маловероятным, что приманка галра так просто бегала бы по замку, — начинает она, — или чтобы она выжидала так долго, чтобы атаковать. Но ты прав, мы должны быть осторожны, — она замолкает, разглядывая каждого паладина. — И все же, мы говорим о ребенке. Если вы столкнетесь с ней, то мне нужно, чтобы вы были осторожны, но добры. Она подчеркивает последнее слово, в частности глядя на Кита. Тот отводит взгляд. — Что ж, на этом экстренное заседание окончено. Паладины, я предлагаю вам разделиться и сосредоточиться на поисках.

***

Ханк находит ее вторым. Совершенно случайно, мог бы возразить он, потому что он решил сделать перерыв на кухне, чтобы добыть слизистоподобной еды, когда наткнулся на ребенка, вышедшего на в буквальном смысле охоту. (На самом деле малышка сама на него наткнулась). Она стоит в дверном проеме, высовывая голову из-за угла, и, когда их глаза встречаются, она не убегает. Ханк в этот момент чувствует себя кем-то сродни заклинателю детей. — …Привет, — начинает он, и она на секунду замирает, с подозрением вглядываясь в его лицо. — Хочешь есть? Она не двигается, но он замечает, как расслабляются ее плечи. Осторожно Ханк ставит тарелку со слизью на стол и садится напротив. Он ждет. Она смотрит. И медленно, медленно, она шагает вперед и садится за стол. — Извини, это, наверное, не совсем вкусно, но ты очень скоро привыкнешь, — говорит Ханк тихим голосом, чтобы не спугнуть ее. Вместо того, чтобы убежать, девочка бросает на него непонимающий взгляд и жадно отправляет ложку слизи в рот, будто она не ела целую вечность. — …Или нет, — удивленно, мягко говоря, говорит он, пока она уплетает порцию зеленой жижи. Он не двигается, но девочка, кажется, больше не обращает на него никакого внимания. Ханк признает: уже очень долгое время он не видел человеческого ребенка, поэтому просто пялится на нее, пока они сидят в тишине кухни. Конечно, он не может смотреть вечность. Покой никогда не может длиться более нескольких минут, когда поблизости есть Лэнс, и Лэнс выбирает именно этот момент, чтобы ворваться на кухню. — Ханк! Ты нашел ее! — кричит он (Лэнс не умеет говорить спокойным, вежливым тоном), и при звуке его голоса маленькая девочка расширяет глаза настолько, что Ханк не думает, что такое вообще возможно. Она вскакивает на ноги и пытается броситься к выходу, но Лэнс оказывается быстрее ее: он протягивает руку, эффективно захватывая ее в сгиб локтя, прежде чем она успеет проскользнуть в коридор. — Ха! Попа… лась! — говорит он, притягивая ее к груди, чтобы она не смогла выбрыкнуться. — Чувак… если ты лазутчик галра, то это… жалко… Да перестань так дергаться! Он пытается удерживать ее на руках все то время, пока она сопротивляется, пытаясь выбраться из его захвата. Как по команде, но, скорее, их просто привлек переполох, на шум приходят остальные члены экипажа и останавливаются в двери. — Лэнс! Не навреди ей! — огрызается Аллура, и Лэнс возмущенно пыхтит, пытаясь удержать трепыхающееся тельце. — Я не врежу ей. Я всегда делаю так с моими младшими братьями и сестрами, — говорит он. Они все начинают двигаться в сторону двоих, и девочка пользуется возможностью, чтобы вцепиться зубами в руку Лэнса. Тот вскрикивает и отпускает ее, отчего она неуклюже падает на ноги и пробегает мимо остальных паладинов, чтобы спрятаться за спину Широ. Ухватившись за его штанину, она смотрит на Лэнса и прячется за черного паладина. — Ай! Что за… Родители что, не учили тебя не кусаться? — спрашивает Лэнс, глядя на нее из-под нахмуренных бровей. Она показывает ему язык, прежде чем нырнуть обратно за ногу Широ. Широ в полной растерянности опускает на нее взгляд: — Эм. Когда она не отодвигается от его ноги, Аллура медленно приближается и, присев на корточки, опускается до ее уровня, опираясь локтями на колени. Остальные паладины остаются стоять на приемлемом расстоянии, несмотря на интерес. — Здравствуй, — начинает принцесса и делает все возможное, чтобы выдавить успокаивающую улыбку. Ребенок не реагирует. — Ты не должна говорить со мной, но если ты понимаешь меня, то кивай, если да, и качай головой, если нет. Хорошо? Девочка на мгновение отворачивает голову от Аллуры, бросив взгляд туда, где стоят Кит и Лэнс рядом друг с другом. Лэнс все еще потирает место укуса. Она медленно поворачивается обратно к Аллуре и, не глядя ей в глаза, кивает. — Отлично! — бодро проговаривает принцесса. — Благодарю за честность. Ты кажешься милой. Кусать чужих людей за руку не совсем то, что называют милым, хочет возразить Лэнс, но не важно. Аллура продолжает: — Ты потерялась? Девочка закусывает губу, как будто она не совсем уверена, что ответить. Наконец она пожимает плечами. — …Ну, ладно. Может, ты просто запуталась, — сочувственно улыбается Аллура. Все присутствующие в комнате молчаливо наблюдают за взаимодействием. — А ты вообще можешь разговаривать? Она нерешительно кивает. — Понятно! Это здорово. Не могла бы ты нам сказать, как тебя зовут? — Корра… Коррин. Это определенно первый раз, когда кто-то из них слышит, как она разговаривает. Ее голос немного дрожит, произнося слова. — Коррин? — Аллура улыбается, когда девочка кивает. — Какое красивое имя. Сколько тебе лет? — Шесть, — говорит Коррин, крепче вцепляясь в ногу Широ. Улыбка на лице Аллуры дрогнула, и черный паладин уточняет: — Шесть лет? Она смотрит на него и кивает. Аллура встает. — Спасибо, Ханк, Лэнс, за то, что нашли ее, — она игнорирует пальцы, пистолетиком выставленные Лэнсом в ее сторону, и поворачивается к Коррин. — Я собираюсь посмотреть, не отправляли ли нам сигналы, сообщающие, что кто-то ищет очень красивую, маленькую девочку. Хочешь пойти со мной, чтобы мы вернули тебя домой? При слове «домой» Коррин оживляется и, отпустив штанину Широ, хватает руку, которую протягивает ей Аллура. Принцесса сияет, кивая в сторону паладинов. — Тогда мы пойдем. Если что-нибудь случится, вы знаете, где меня искать. При этом Коррин впервые легко улыбается. Каждый провожает взглядом, как Аллура уводит маленькую девочку из комнаты, но прежде та поворачивает голову и смотрит на Кита с Лэнсом долгим, проницательным взглядом, все еще цепляясь за руку Аллуры. Они все стоят в тишине в течение нескольких минут после того, как Коррин и Аллура покинули комнату, пока Широ наконец не говорит: — Я собираюсь отправиться за Аллурой. Лучше перестраховаться, чем потом жалеть. Коран, ты идешь? — Конечно, — отвечает тот, и они вместе уходят из зала. Пидж и Ханк покидают кухню следующими: Ханк берет еще одну тарелку космической слизи с собой, а Пидж говорит что-то о том, что ей нужно проверить обновление в ее льве, — и от этого Кит и Лэнс остаются одни. — Я думал, что ты хорошо ладишь с детьми, — говорит Кит, выглядя в высшей мере невпечатленно. Лэнс хмурится: — Я лажу с детьми! Я поймал ее! — Она укусила тебя и выглядела так, будто хотела убить тебя. Лэнс усмехается: — Прости? Она смотрела так на тебя. Или, может быть, на нас обоих. Да плевать, если одного ребенка недовоспитали, это не означает, что я плохо лажу с детьми. Кит закатывает глаза и направляется к двери, но хмурится, когда замечает, что Лэнс идет за ним: — Куда ты идешь? — На тренировочную палубу, куда, я знаю, идешь ты, — отвечает он просто. Кит позволяет небольшой ухмылке заиграть на его губах, когда он фыркает: — Ладно.

***

К этому времени Лэнс стал довольно хорош в рукопашном бою против Кита. Красный паладин все равно почти всегда побеждает, но он тоже близок к этому, и теперь их драки намного более насыщены. К этому моменту Лэнс даже не может вспомнить, почему он вообще начал заниматься этим. Он не любил прилагать дополнительные усилия, когда этого не требовалось, но он, вероятно, начал пытаться угнаться за Китом. Для, знаете. Их соперничества. Да. «Соперничества». (Лэнс умеет мириться с чувствами. Иногда. Это может занять некоторое время, но у него получается). Кит пользуется преимуществом, когда Лэнс витает в своих мыслях, и сбивает его с ног, прижимая к земле. Если бы это был настоящий бой, а у Кита был бы его нож? Лэнс был бы мертв. (Что, вероятно, не должно быть настолько горячо). Кит встает не сразу, распластавшись сверху на Лэнсе и хватая воздух губами, и, когда их взгляды встречаются, Лэнс чуть не произносит какую-то глупую шутку, просто чтобы она была. Атмосфера настолько густая, что ее можно было бы разрезать тем самым ножом. К счастью, прежде чем Лэнс успевает сделать что-нибудь идиотское, из динамиков звучит голос Аллуры, нарушая тишину: — Паладины, просьба собраться немедленно. Лэнс самодовольно ухмыляется, самоуверенно глядя на Кита снизу вверх: — Ты выиграл только потому, что я сейчас инвалид, — он слабо поднимает руку, куда он был ранее укушен, и Кит закатывает глаза, становясь на ноги. — Смирись уже. Ребенок даже не оставил следов зубов. — Эй, да будет тебе известно, это все равно больно! Господи, чувак, — Лэнс встает с пола и бросает на Кита обиженный взгляд. Тот его игнорирует. — Я весь потный и отвратительный. Как думаешь, Аллура разозлится, если сначала я приму душ? — Нет, — огрызается Кит, протягивая руку и дергая Лэнса за рубашку. — Я не позволю, чтобы это собрание отложили только потому, что ты недостаточно пахнешь Олд Спайсом. Лэнс драматически вздыхает и опускает голову. — Ладно.

***

Когда они собираются вместе, Аллура выглядит… Противоречиво. В частности, несмотря на то, что ее взгляд следует за Лэнсом и Китом, когда они входят в зал, она избегает смотреть на них, когда заговаривает: — У нас небольшая проблема, — говорит она, и Лэнс думает, что, возможно, Широ внутренне стонет. Кажется, у них всегда есть проблема. — Эта ситуация оказалась немного сложнее, чем мы думали изначально. Лэнс приподнимает бровь, однако вопрос задает Пидж: — Насколько сложнее? Аллура прекращает ходить вокруг да около и наконец останавливает взгляд на том месте, где рядом друг с другом стоят Кит и Лэнс: — Я получила видеосигнал. Кит и Лэнс… из будущего хотят, чтобы мы вернули их дочь обратно. Лэнс давится собственной слюной. Он хрипит, стучит себя по груди, когда остальные паладины поворачиваются к нему лицом. К ним, на самом деле, и, надо отдать Киту должное, тот совсем не реагирует. Боже, иногда Лэнс бы многое отдал, чтобы забраться в голову этого парня. — Прошу прощения? — выдавливает Лэнс, отдышавшись. Его глаза метаются к маленькой девочке, которая стоит рядом с Аллурой, и та демонстративно игнорирует его, опустив взгляд на свои туфли. Его… дочь? — Она из будущего? — спрашивает Пидж, в чьем голосе проскальзывает недоверчивость и любопытство. — Такое возможно? — Это сложно, — спешит ответить Аллура, пока в ее сторону не полетели другие вопросы. — Я считала, что эта технология утеряна навсегда на Алтее, но, возможно, в будущем мы нашли какой-то способ восстановить ее. Они также нашли способ связаться со мной, передав видеообращение, но, боюсь, такая связь односторонняя. Она отходит в сторону и нажимает на одну из многочисленных кнопок на панели управления. На голографическом экране появляется лицо Лэнса, хотя тот выглядит старше. Трудно определить точный возраст, но он, наверное, в начале тридцатых годов. (Лэнс был бы впечатлен тем, как великолепно он сохранился, если бы он не чувствовал странную смесь из глубочайшего непонимания и смутного беспокойства). Видео включается. — Привет, — начинает Лэнс — будущий Лэнс — на экране. — Так, Пидж говорит, что мы не можем передать всю информацию таким образом… Какая-то техническая ботанская фигня… — Эй! — вставляет голос за кадром. Будущий Лэнс игнорирует его и продолжает: — …Но, надеюсь, это дойдет куда нужно. Аллура, — он неловко замолкает. — Если ты получила это, то хорошо! Уверен, ты выглядишь очень молодо, — Лэнс подмигивает. — Не то чтобы сейчас ты выглядела не молодо. Это шутка. Во всяком случае, я думаю… Я надеюсь, что моя дочь где-то в львином замке. Она высокая, у нее темные волосы, задумчиво-обиженное лицо. Она переняла это у второго папы, кто бы удивился. Он очень много машет руками, подчеркивая свои слова жестами, и выглядит весьма бодрым, но его голос все равно немного натянутый. Это так странно — наблюдать, как говорит будущий он, что у Лэнса просто не укладывается в голове. — Вы узнаете ее, если увидите. Наверное, она единственный ребенок в радиусе нескольких миль… Он снова прерывается, но только потому, что в кадре появляется лицо Кита. И боже, будущий Кит просто загляденье, если бы он не выглядел таким вымученным. Не беря в расчет его темные мешки под глазами, Лэнс замечает, что его волосы, возможно, совсем немного длиннее, чем сейчас… Но, не видя затылка, это трудно определить. — Лэнс, ты болтаешь лишнее, — говорит будущий Кит, отодвигая Лэнса в сторону, чтобы поместиться в кадр. Несмотря на то, что он выглядит так, будто не спал несколько дней, его слова не звучат язвительно. Просто уставше. — Аллура. Пидж и Ханк составили список и некоторые инструкции, чтобы ваши Пидж и Ханк смогли воссоздать устройство, перенесшее Коррин. Если вы будете следовать им, то сможете вернуть ее в это время, — на мгновение раздается пауза. — Пожалуйста. Он звучит так отчаянно, что его голос почти надламывается. У Лэнса появляется желание отвернуться, но он просто не может оторвать глаз от экрана. — Пидж говорит, у нас мало времени, но, Корра, — снова заговаривает будущий Лэнс. — Если ты видишь это, то мы любим тебя! И мы скучаем по тебе, и… — Веди себя хорошо, — сокращает Кит. — Мы скоро увидимся. И впервые с тех пор, как Кит появляется на экране, он улыбается: — Люблю тебя, Корра. Передача заканчивается. Никто не говорит столько, что кажется Лэнсу целой вечностью. Коррин шмыгает носом и прячется за платье Аллуры, чтобы скрыть это. Лэнс украдкой бросает взгляд на Кита, потому что тот ведет себя подозрительно тихо все это время, и… Ой. Он красный. На самом деле красный, как цвет его куртки или льва, и жует свою губу, как делает это обычно. Он настолько красный, что от этого сам Лэнс чуть ли не начинает краснеть. Широ первым нарушает молчание: — Инструкции пришли? — спрашивает он, и Лэнс рад, что Широ — голос разума, потому как сейчас он не может подобрать нужных слов. Аллура кивает: — К счастью, да. Хотя глядя на них… Они кажутся очень сложными. Это может занять некоторое время, не говоря уже о том, что на поиски некоторых предметов из списка может уйти несколько земных дней. — Я уверена, что мы справимся, — говорит Пидж, похлопывая Ханка по спине. — Я имею в виду, тогда Кит и Лэнс будут в неоплатном долгу передо мной. Даже если перед будущей мной, это полностью того стоит. Она смотрит на двоих с насмешливым оскалом, но ни один из них не в настроении для этого. Ханк кивает, переманивая внимание на него с Пидж: — Я просто не хочу снова видеть Кита таким, — говорит желтый паладин. — Никогда не думал, что буду строить машину времени для того, чтобы отправить дочь Кита и Лэнса в будущее… — Могу поспорить, что ты никогда не думал, что будешь летать на корабле с гигантскими робото-львами! — встревает Коран. Ханк снова кивает, только на этот раз более задумчиво. — Да. Здесь ты прав. Аллура прочищает горло: — Как бы там ни было. Если вы взглянете на инструкции, я смогу установить курс на наше следующее место посадки, где мы сможем приобрести все необходимое, — она кивает в сторону Ханка и Пидж, прежде чем переключить свое внимание обратно к Коррин: — Скоро мы вернем тебя домой, хорошо? Коррин кивает, и Лэнсу кажется, что он заметил, как та трет глаза, будто пытаясь скрыть слезы. Его сердце немного сжимается. Возможно, он понимает, каково это — скучать по дому. Но прежде чем он успевает задуматься над этим как нужно, твердая рука хлопает его по плечу. — Ну, поздравляю вас! — бодро говорит Коран, и Лэнс чувствует, как его лицо стремительно краснеет, когда он понимает, что вторая ладонь Корана покоится на плече Кита. — Разве это не здорово — знать, что уготовило для тебя будущее? Не очень, это все о чем может думать Лэнс, не в силах посмотреть в сторону Кита, я думаю, что некоторые вещи лучше сохранить в секрете.

***

Коррин спит с Аллурой в комнате последней. Девочка разговаривает исключительно с Аллурой, помимо тех случаев, когда отвечает на прямо заданные вопросы. И даже тогда она обычно просто кивает или качает головой. Она не очень разговорчива. Лэнс не знает, было ли то от врожденного смущения, то ли из-за того, что на нее слишком многое навалилось за один день. Несмотря на то, что это, возможно, самая странная ситуация, в которую он когда-либо попадал, и, наверное, никто никогда не испытает такого, Лэнс обнаруживает, что он в каком-то смысле… очарован малышкой. Он, вероятно бы, попытался поговорить с ней, если бы она не пугалась так сильно от одного только его или Кита присутствия. Аллура пытается заставить ее выйти из спальни на ужин, но, видимо, она просто качает головой. — Я думаю, она немного потрясена, — объясняет Аллура за ужином, откладывая тарелку со слизью для Коррин. — Она через многое прошла сегодня, но я уверена, что завтра она будет более открытой. Помимо этого, ужин проходит в полнейшей тишине. Без обычно шумного Лэнса, напряженность в воздухе плотная и все кажутся глубоко задумчивыми. (Если бы вы неделю назад сказали Лэнсу, что из-за ребенка на борту корабля будет тише, он бы никогда не поверил). Пару раз Лэнсу кажется, что Кит смотрит на него. Но каждый раз, когда он поднимает голову, взгляд Кита находится где-то в другом месте. Наконец Кит заканчивает и извиняется за то, что уходит так рано. Лэнс направляется в постель. Никто из них не говорит об этом.

***

Пидж всегда не ложилась до поздней ночи. И не то чтобы она расскажет об этом кому-нибудь (особенно Широ), но иногда она не спит вообще. Что тут такого? Некоторым людям нужно больше сна, некоторым — меньше, а у некоторых вообще нет распорядка. Пидж относится к последней категории. Такое бывает. Экран компьютера освещает ее лицо в кромешной темноте, пока она вчитывается в инструкцию к прибору, который поможет отправить маленькую девочку домой. В некоторых пунктах смысл есть, а другие кажутся ей совершенно бессмысленными, но она поймет. Она всегда понимала. Не говоря уже о том, что у нее всегда есть Ханк, с которым можно обмозговать дельные идеи. Пидж не отрывается от монитора, пока не слышит слабое шарканье — безошибочный звук того, что приближается кто-то без обуви. Она поднимает голову — отчасти ожидая увидеть Лэнса, он ходит иногда по ночам, поэтому в этом не было бы ничего необычного, — но вместо этого она чуть не получает сердечный приступ, увидев ребенка, который пристально смотрит на нее из темноты. — Твою мать, — выдыхает она, хватаясь за грудь. Это похоже на ту сцену из гребаного «Сияния». Она запоздало понимает, что, возможно, ей не стоило ругаться при маленьком ребенке. Ну да ладно, теперь уже поздно. Коррин не приближается, но и не уходит. Она просто переносит свой вес с одной ноги на другую, подпрыгивая на месте, будто нервничает. Атмосфера фильма ужасов официально испорчена. — Эм, — начинает Пидж, потому что, наверное, она должна что-то сказать. — Разве ты не должна быть в комнате Аллуры? Спать? Она перестает так сильно ерзать, когда слышит голос Пидж, и кивает. Пидж смотрит на нее несколько минут, прежде чем пожать плечами и вернуться к компьютеру. Что она должна делать? Накричать, чтобы та ушла? Она совсем не знает этого ребенка. …Но. Этот ребенок, вероятно, знает ее, понимает Пидж. И да, возможно, она не самый лучший человек, который ладит с детьми, но… она не бессердечна. Коррин по-прежнему стоит на месте, вцепившись кулаками в маленькую розовую ночную рубашку, которую, Пидж понимает, дала ей Аллура. Откуда, черт возьми, принцесса достала ее, — остается только догадываться, но это мелочи, которые можно отложить на потом. — …Ты можешь присесть, если хочешь. Пидж не знает, ждала ли она приглашение, но после этого Коррин двигается и садится на пол, скрестив ноги, достаточно далеко, чтобы не касаться Пидж, но достаточно близко, чтобы видеть, чем она занята. Пидж приподнимает бровь. Ее дела не могут быть интересными, особенно для шестилетнего ребенка. …Ну, все равно в это время ночи больше нечего делать. Пидж смиряется с этим и продолжает работать. — …У тебя короткие волосы, — тихо лопочет Коррин. Пидж удивленно поворачивается к ней лицом, потому что это, возможно, самая длинная фраза, которую она произнесла за все время, что находилась на борту корабля. А еще… это интересно. — И какой длины они обычно? — спрашивает она, потому как не уверена, имеет ли ребенок представление о путешествиях во времени или нет, но она думает, что, скорее всего, нет, поэтому воздерживается от того, чтобы сказать что-то вроде «у вашей Пидж». На малышку и так свалилась целая куча непонятных вещей за один день. Коррин жестом проводит по своим плечам мягкую линию, и Пидж мычит. На такой же длине спадают волосы Коррин. Не такие длинные, как раньше, но больше, чем сейчас. Это довольно интересно. — Круто, — говорит Пидж, потому что она правда не знает, что еще сказать. Коррин кивает, и они снова погружаются в тишину. Пидж первая нарушает молчание несколько минут спустя, поскольку она уже отвлеклась от работы. И если Коррин решила поговорить, то Пидж может воспользоваться ситуацией и узнать то, что может. — Ты знаешь, где ты? — спрашивает она, потому что она совершенно не понимает, имеет ли ребенок какую-то осведомленность о ситуации. Коррин кивает: — В замке-корабле. Не совсем тот ответ, который искала Пидж, но… он правильный, и неплохо знать, что девочка хотя бы понимает, на чем она находится. И все же. — Я не это имела в виду. Я хотела сказать… — какое бы слово подобрать, — временное соотношение. Коррин озадаченно морщит нос, но затем понимающее выражение пересекает ее лицо. Пидж смотрит на это с легкой забавой, потому что, может, она не похожа на Кита (или на Лэнса, если на то пошло), но она никак не могла отрицать, что это их ребенок, когда ее лицо вытягивалось прямо как у него. — Хм, в прошлом? — Эй, хорошая работа, — реагирует Пидж, и у Коррин на лице появляется небольшая улыбка. Ладно, может, дети не такие уж и плохие. Или, возможно, только она в частности. — Как ты это поняла? Улыбка сразу же спадает с ее губ, и Пидж чувствует себя виноватой. — Эм… Ну, дядя Ханк построил машину времени, и я хотела вернуться в то время, когда я была на Земле. Чтобы принести подарок Papá, но я ошиблась и, эм. Я не могу вернуться, и, наверное, у меня будут большие неприятности. Ее голос слегка задрожал на последнем предложении, а губы надулись. Пидж смотрит на нее, выпучив глаза, потому что если она заплачет, как раньше, то Пидж буквально умрет. — Эм, эй! Эй, не грусти! Я уверена, что у тебя вообще не будет проблем. Спорим, твои папы просто… очень скучают по тебе. Шмыгнув носом, Коррин поднимает на нее взгляд и смахивает слезы с глаз. — Правда? — Я уверена, — говорит Пидж, хотя у нее нет достоверных источников. Но она знает нынешних Лэнса и Кита, и они бы ни за что не накричали на этого милого ребенка, пока она плачет. Ни за что. Внезапно ее обнимают. Маленькие ручки оборачиваются вокруг ее плеч, и это настолько удивляет Пидж, что она даже не думает обнять в ответ. Объятия исчезают так же быстро, как и появляются, и Коррин стоит на ногах. — Эм, мне пора идти спать, — говорит она, потирая глаза, и сложно сказать в темноте, но Пидж думает, что, возможно, лицо девочки немного покраснело. И да, определенно ребенок Кита. Пидж слабо машет рукой, когда Коррин бежит по коридору, направляясь в комнату Аллуры.

***

Лэнс знает, что он должен поговорить с Китом. Он должен, потому что по охраняемому замку бесшумно гуляет маленькая девочка, будто кто-то схватил поведение Кита и портатировал его в тело поменьше. Но все же. Это… уникальная ситуация. И иногда — иногда — проще избегать проблему. Да, Лэнс знает, что это неправильно, но намного проще, когда проблема избегает тебя в ответ. (Несколько проблем, на самом деле. Кит не единственный, кто внимательно наблюдает за ним, а потом отводит взгляд в сторону, когда его замечают и пытаются установить зрительный контакт). После очередного молчаливого и неловкого завтрака Лэнс понимает, что он так больше не может. На самом деле это может принести неприятности, если они попытаются собрать Вольтрон, и Широ пока что ничего не сказал ему, но Лэнс знает, что это лишь вопрос времени. Единственная вещь, которая делает завтрак терпимым, — это разговор Аллуры и Корана, и ему кажется, что он заметил, как Коррин улыбается Пидж. (Он понятия не имеет, что упустил). Поэтому Лэнс решает поговорить с Китом. Для, знаете, команды. И, может быть, это и правда паршиво, что Кит избегает его. Лэнс находит красного паладина в его комнате, потому что найти Кита не так уж и сложно. Если он не на тренировочной палубе и не полирует своего льва, то он в своей комнате. Он как запрограммированный неигровой персонаж из видео-игр 90-х. — Привет, — говорит Лэнс, когда Кит открывает дверь на стук, и выражение того сразу же переходит от нейтрального к нейтральному-но-слегка-расстроенному, потому что Кит не так уж хорошо скрывает свои эмоции, как он думает. — Мы должны поговорить. О… кое-чем. Кит поднимает бровь, но отходит в сторону, молчаливо приглашая Лэнса войти внутрь. — Кое-чем, — повторяет он, прислонившись к стене рядом с дверью. Лэнс стоит напротив него. — Да. Кое-чем. Кит закатывает глаза: — Ты только что назвал это «кое-чем»? — Ты только что назвал это «этим»! — Как и ты! Только что! Лэнс делает паузу, чтобы сделать драматический вздох. Он посмотрел достаточно земных сериалов, чтобы знать, как справиться с этой ситуацией должным образом. — Ты должен взять на себя ответственность, — его голос уверенный, непоколебимый, сексуальный. Все прилагательные он только что придумал сам, конечно же. Вместо того, чтобы быть впечатленным, Кит выглядит так, будто не может поверить словам, которые вышли из уст Лэнса. — Что… Я… Почему я должен взять на себя ответственность? — вот что он наконец-то решает произнести, споткнувшись о слова несколько раз. Лэнс усмехается: — Потому что она ходит туда-сюда так же, как и ты, она тихая, как и ты, угрюмая и задумчивая — прямо как ты иногда. Вот. — Я не угрюмый и задумчивый! — перечит Кит. Лэнс закатывает глаза: — Я тебя умоляю. Ты не можешь отрицать, что она ведет себя так же, как и ты. Лицо Кита быстро становится все более красным, и Лэнс не знает, было ли то из-за разочарования или смущения. — Ты был на видео большую часть времени! Ты и бери на себя ответственность! — Кит, мужчины не могут делать детей сами. Кит хрипит: — Очевидно, что она… Мы не… Лэнс, никто из нас не рожал ее. — В космосе случаются странные штуки, — отвечает он, вглядываясь на Кита очень серьезным взглядом. Кит запускает руки в волосы и стонет: — Лэнс. — Никогда нельзя исключать любых возможностей. — Убирайся из моей комнаты. — Любых возможностей. — Она не похожа на нас! — Кит выбрасывает руки в воздух в очень лэнсово-драматичном жесте. Лэнс чувствует легкий прилив гордости. Приятно осознавать, что его поведение распространяется на всех. — Лэнс, уходи. — Отлично! — выкрикивает Лэнс, разворачиваясь на каблуках и двигаясь в сторону двери. Только из любви к драматизму в шаге от порога он оглядывается и говорит: — Но я буду требовать алименты! Дверь за ним захлопывается. Ну, могло быть… и хуже. По крайней мере напряженность между ними спала.

***

Коррин становится достаточно комфортно, чтобы она перестала цепляться за Аллуру и иногда шастать вокруг Пидж. Пидж не знает, что она чувствует по этому поводу, но ребенок хотя бы не раздражает. В основном, она просто… есть. Они с Ханком составляют список вещей, которые могут понадобиться им на следующей планете, когда узнаваемый звук маленьких шагов заставляет их остановиться. Коррин замирает у дивана, на котором они сидят, и ее глаза едва видны за его спинкой, когда она становится на цыпочки. Ханк метает взгляд в нее, а затем — в Пидж, пытаясь глазами передать немой вопрос. Пидж только пожимает плечами в ответ. — …Привет, — наконец-то говорит Ханк, возвращая внимание к девочке, перевесившейся через диван. Она слабо, застенчиво машет ему рукой. — Ты что-то хотела? Она качает головой. Взгляд Пидж встречается с ее, и… О, боже, она была милой. Смягчившись, Пидж похлопывает по месту рядом с собой, и глаза Коррин загораются, даже если совсем немного. Что Пидж ожидает, так это то, что она обойдет диван и тихо сядет рядом. Чего она не ожидает, так это то, что Коррин, судя по всему, решает, что это лишняя трата энергии, и подтягивается на спинку дивана, теряет равновесие и падает лицом прямо в диванные подушки. Пидж и Ханк смотрят на нее, выпучив глаза, пока малышка тонет в подушках, прежде чем оттолкнуться на руках и поднять изумленное лицо. Пидж боится, что та может броситься в слезы или что-то вроде того… Но прежде, чем зеленый паладин успевает выдавить: «Ты в порядке?», удивленное выражение на лице Коррин превращается в улыбку. Которая превращается в очень легкий смешок. Ханк и Пидж ошеломленно наблюдают, как морщится нос Коррин, как прищуриваются ее глаза, как она смеется над собственной неуклюжестью. Боже милостивый, она даже выпускает тихое фырканье. — О, боже, — шепчет Ханк, как будто она не сидит прямо перед ними и не способна слышать его. — Это самое очаровательное, что я когда-либо видел. Девочка перестает хихикать и ухмыляется ему, хлопая ресницами. Пидж изумленно выдыхает, даже не пытаясь скрыть своего веселья. — О, нет, эта девчушка опасна, — говорит она, подталкивая Ханка локтем и ухмыляясь. — Посмотри на это. Она знает, что она милая. Коррин лишь снова невинно улыбается. Сосредоточившись на выходке малышки, никто из них даже не замечает приближающихся шагов. Или — каким-то образом — связанными с ними голосами, пока на пороге в общий зал не останавливаются пререкающиеся Кит с Лэнсом. Коррин всем телом прижимается к диванной подушке, видимо, пытаясь скрыться от их взглядов. — Пидж! — кричит голос Кита через всю комнату. Она чуть не подпрыгнула от его тона. — Что? — Скажи Лэнсу, что я не должен платить ему алименты за нашего ребенка, который в это время еще даже не родился! Пидж морщит нос: — Даже не втягивайте меня в ваши странные споры. Лэнс закатывает глаза так сильно, что Пидж почти слышит их вращение в глазницах. — Ханк, скажи Киту, что… — Э-э… — Ханк качает головой. — Нет, я не хочу вмешиваться в ваши любовные ссоры. — Тебе официально отчисляется пять баллов из моего бро-списка. — Я собираю ингредиенты для десертов, когда мы останавливаемся на планетах. — Тебе официально зачисляется пять баллов в мой бро-список. Кит усмехается и, пользуясь случаем, уходит, пока Лэнс отвлекается на Ханка. Лэнс следует за ним, когда замечает это («Эй, я еще не договорил с тобой!»), и неприятность исчезает так же быстро, как и появляется. Пидж смотрит на Коррин: — Все чисто. Она выпрямляется, на ее лице хмурое выражение, а ее обиженные карие глаза выглядят гораздо печальнее, чем они, вероятно, имеют на то право. Пидж похлопывает ее по голове: — Что случилось? — Хм, — начинает Коррин, — Papá и папочка, хм… злятся друг на друга. Ханк моргает: — Я уверен, что Кит больше раздражен, чем зол. От этого Коррин ничуть не лучше. Пидж хмурится: — Постой, а кто из них «Papá», а кто — «папочка»? Коррин смотрит на свои ногти. — Papá — это Papá, а папочка — это папочка, — просто отвечает она. Пидж размышляет, нормально ли это — язвить детям, уставившись на нее плоским взглядом. — Ты не знаешь, как их зовут? — О, — говорит она, а затем кивает. — Papá зовут Лэнс, а папочку — Кит. — Ну, — говорит Ханк в очередной попытке поднять настроение, — я уверен, что они не будут спорить долго. Их аргументы не вечные! — он замолкает, прежде чем добавить: — …Кто-нибудь хочет мороженое со вкусом гоо? Коррин тихо ахает. Ханк усмехается: — Я буду на кухне… — но прежде, чем он успевает закончить фразу, она вскакивает с дивана и мчится на кухню. — Хорошая работа, дядя Ханк, — издевательски тянет Пидж, когда девочка выбегает из комнаты. Ханк смеется: — Эй, да какая разница. Я просто хочу мороженое.

***

Лэнс очень удивлен, когда видит Коррин, которая сидит за кухонным столом поздней ночью, опустив голову на сложенные на гладкой поверхности руки. Нет ничего необычного в том, что он разгуливает по замку в такое время суток, но единственный человек, с которым он пересекается, — это, как правило, Пидж. (Он очень ценит, что она никогда не задает ему вопросов). Он думает, что маленькая девочка спит — может быть, она выскользнула из комнаты Аллуры, чтобы попить, и просто грохнулась здесь на обратном пути? — но когда он пытается бесшумно прошмыгнуть мимо нее, он слышит очень тихий всхлип. Он замирает, напрягая слух. Конечно, слышится еще одно слабое шмыганье. Трудно сказать, учитывая, насколько здесь темно, но ему кажется, что она немного сдвигается. Она не спит. Она плачет. Осознание тяжело бьет по Лэнсу. В трех футах от него сидит маленькая девочка, которая не спит в столь поздний час и беззвучно плачет за столом. Сердце в его груди разрывается несколько раз, не говоря уже о том, что она… судя по всему, его дочь из будущего. (Ему все еще трудно уложить это в голове). — …Эй, — говорит он голосом чуть выше шепота, чтобы не спугнуть ее. Коррин все равно вздергивает головой и вытирает глаза, чтобы убрать слезы, фокусируя на нем взор. Он медленно приближается, когда она не убегает. — Можно присесть здесь? — спрашивает он, указывая на стул рядом с ней. Она моргает несколько раз, прежде чем пожать плечами. — Это не ответ, — указывает Лэнс. Она снова шмыгает носом, а затем кивает. Он оттягивает стул и садится. Никто из них ничего не говорит. Что больше удивительно с его стороны, чем с ее, но вопреки распространенному мнению Лэнс вполне может читать настроение и выбирать молчание. Он просто… не делает этого большую часть времени. Коррин трет глаза, и он не знает, от усталости это, или она пытается скрыть слезы. Он пользуется возможностью, чтобы высказаться. — Иногда я хожу по ночам, когда начинаю думать о доме. Здесь тихо, и я лучше вспоминаю, когда хожу, — он делает паузу. — Я очень скучаю по Земле. Она слушает его молча, ничего не говоря несколько тиков. — …Я была на Земле. Он смотрит на нее, расползаясь в ухмылке:  — Да? Хочешь рассказать мне об этом? Она неуверенно улыбается в ответ и кивает: — М-м, я часто там бывала. Мы приезжаем в гости и… ходим на пляж. Счастье, которое появляется у Лэнса после ее слов, — настоящее. Он не только проявляет интерес, чтобы успокоить ребенка, но и испытывает настоящую радость, когда думает о значении того, что он возвращается на Землю. Несколько раз — чтобы снова увидеть свою семью. (С его семьей). — Ты хорошо плаваешь? — спрашивает он, и она энергично кивает; печаль, которая присутствовала в ней раньше, кажется, уходит. — Ты всегда говоришь, что я как рыба в воде! М-м… Но ты тоже хороший пловец, поэтому ты тоже рыба. Большая рыба! Мы катаемся на досках, пока папочка смотрит, а потом ты закапываешь его в песок и строишь сверху песчаный замок, — она замолкает на мгновение, и Лэнс немного удивлен, что она так легко открылась ему. Всего десять минут назад он никогда не слышал от нее более пяти слов за раз. — Звучит очень весело, — говорит он и старается не звучать слишком тоскливо. По крайней мере, теперь он знает, что ему есть, чего с нетерпением ожидать. Коррин смотрит на него, наклоняя голову. — Не бойся. Когда-нибудь ты тоже увидишь это, — она протягивает ладонь и гладит его по руке. Это странным образом успокаивает, даже если он закусывает щеку, чтобы не рассмеяться, когда она делает это. — Спасибо, Коррин. — Корра. Ты всегда называешь меня Коррой. Лэнс моргает. — Ладно, тогда Корра. Спасибо. Она выставляет большие пальцы вверх и криво ухмыляется, прежде чем остановиться на мгновение. Она выглядит так, будто к чему-то готовится, прежде чем протягивает к нему правую руку, сжатую в кулак. Ему требуется минута, чтобы обработать то, что происходит, когда он понимает, что она пытается удариться с ним кулачками. Черт, это самый крутой ребенок в мире. Ее лицо снова загорается, когда он легко стукает ее кулак своим, и он не может поверить, что научил свою будущую дочь биться кулачками. Ну, он может, но все равно клево. Она зевает и снова трет глаза, и на этот раз Лэнсу хочется сделать то же самое. Он протягивает руку, чтобы потрепать ее по волосам. — Готова вернуться в постель, малышка? Я могу проводить тебя к комнате Аллуры, — он подпирает голову ладонью и хмурится, когда ее ухмылка немного вздрагивает. — Что случилось? — Эм, — говорит она. А потом что-то бормочет, так тихо, что он не может разобрать слов даже в тишине пустой кухни. — Что? — переспрашивает он, и она трет свои щеки. Он уверен, что они покраснели. — Эм, — снова говорит она, но на этот раз громче. — М-м. Когда я, эм. Не могу уснуть, ты иногда… м-м… разрешаешь мне спать с тобой и папочкой. Лэнс открывает рот. Потом закрывает. И снова открывает. Он сможет. Он привык все время спать со своими младшими братьями и сестрами. Честно говоря, он даже соскучился по такому общению. — Ладно, — говорит он, кивая. Соскочив со стула, он протягивает ей руку. — Окажет ли прекрасная Корра честь моей руке и позволит ли мне отвести ее в нужную комнату? Хихикая, она берет его за ладонь и следует за ним по коридору.

***

Лэнса будит очень громкий стук в дверь, и, как только он открывает глаза, он понимает, что сейчас слишком рано. Брошенный взгляд на часы рядом с его кроватью лишь подтверждает это; сейчас даже не близко к времени на завтрак. Он не прочь игнорировать стук, но затем слышит, как Кит по другую сторону кричит: «Лэнс, проснись!». Учитывая, что в его кровати спит шестилетний ребенок, он осторожно встает и открывает дверь, моргая мутными со сна глазами. — Лэнс! — Ш-ш-ш, — прерывает его Лэнс, прикладывая палец к губам, потому что серьезно. Кто кричит в такое время суток. Кит хмурится: — Не шикай на меня, Аллура поставила всех на уши. Коррин пропала! — Ш-ш-ш, — шипит он на этот раз немного громче, отступая в сторону и указывая на свою кровать. Брови Кита в замешательстве сходятся вместе, но он делает шаг внутрь и отводит взгляд от Лэнса на… Коррин, которая в целости и сохранности спит. В постели Лэнса. — О, — говорит он, понизив голос. — Почему она здесь? — Потому что прошлой ночью мы скорешились, и она не могла уснуть, поэтому попросила спать со мной, — самодовольно отвечает Лэнс. — Что, завидно? — Нет! — ощетинивается Кит, скрещивая руки на груди. — Ты должен был предупредить Аллуру, она всех с ума свела… — Тебя, видимо, тоже, — ухмыляется Лэнс. — Ну, чтоб ты знал, она цела и невредима, и она пришла ко мне со своими проблемами. Ладно, это не совсем так. Скорее Лэнс сам случайно нашел ее. Но все же, он заставил ее открыться ему, а это что-то да значит. Кит хмурится: — И? — И я лучший родите… Его прерывает стонущий звук, который доносится с кровати. Кит и Лэнс поворачиваются к Коррин, которая сидит на краю постели с растрепанными волосами и подушкой в руках. — Никто из вас не лучше! — рассерженно пыхтит она. И что-то Лэнсу подсказывает, что эта тема поднималась не раз. — Мы все пообещали больше не спорить из-за этого! Даже в шутку! Они моргают, глядя, как она трет сонные глаза и как осознание, где она находится, медленно рассветает на ее лице. Покраснев, она спрыгивает с кровати и шаркает мимо них. — Корра… — начинает Лэнс, но она качает головой. — Пойду поищу Луру. Пока. И она уходит. Кит и Лэнс смотрят на дверь, когда та закрывается. Лэнс первым нарушает молчание: — …Ты правда думаешь, что мы спорим из-за этого? Кит бросает на него плоский взгляд.

***

Коррин, на удивление, оказывается более оживленной, чем кажется на первый взгляд. Во многом таким же образом, как и Кит, понимает Лэнс, наблюдая за ними за завтраком. Его глаза движутся туда-сюда, наблюдая за тем, как выражения их лиц зеркально отражают друг друга. В какой-то момент он просто останавливается на движениях Кита, пока тот разговаривает с Широ, пока Пидж не пинает его ногой под столом. — Ау! — Если планируешь пялиться на него, то сделай хотя бы фотографию. Так хоть на дольше останется, — фыркает она.

***

Логически, Лэнс знает, что его необъятная любвеобильность раздражает Кита до усрачки. Лэнс знает, что его слишком много и он ведет себя очень нелепо, потому что он хорош в этом. Не в том, чтобы быть всегда и везде и выставлять себя идиотом, как Мистер Я-брошусь-прямо-в-эту-битву-потому-что-я-думаю-что-мне-подвластен-весь-мир, а по-другому. (По крайней мере Лэнс знает об этом). Существует особенный феномен, который проявляется, когда ты живешь с пятью другими братьями и сестрами: ты учишься привлекать внимание любыми доступными средствами, а старые привычки? Они живучи! (Возможно, он любит флиртовать от природы, но Кит все равно не воспринимает его заигрывания всерьез. И это большая проблема, спасибо огромное). Но Лэнс знает, что так продолжаться не может. Даже если внимание из-за раздражения — лучше, чем никакого внимания, то не так… Не так он хочет, чтобы это происходило. — Кит, — говорит он, найдя красного паладина на кухне с чашкой в руке. Кит выгибает бровь, вытирая какую-то странную инопланетную жидкость, которую он только что пил, с губ тыльной стороной ладони. — Да? Лэнс не может определить точный момент, когда он понял, что испытывает… испытывает… симпатию, к Киту. И он провел много времени, думая об этом, пытаясь выяснить это. Самый близкий вывод, к которому он пришел, — это то, что их первоначальное «соперничество» вызвано завистью с его стороны, которая превратилась в восхищение, которое превратилось в… Во что бы оно там ни превратилось, из-за этого он хотел броситься к Киту и поцеловать его жестко и агрессивно. А еще медленно и мягко. И все то, что посередине! С языком. Да. Все очень плохо. — Кит, — повторяет он, на всякий случай. — Мы должны поговорить. И нет, не об алиментах. Ну, о чем-то вроде алиментов. Лэнс, вероятно, не сможет думать о решении этой проблемы, если не подтвердит, что они, видимо, настолько нравятся друг другу в будущем, что вместе удочерили ребенка. И возвращаются на Землю, где играют на пляже. Вместе! И спят в одной постели тоже, и да, если это не подтверждение того, что он тоже нравится Киту, то кое-кто в будущем живет во лжи. (Эта мысль немного удручает, поэтому он продолжает). Кит щурится, как будто готовит себя к чему-то очень глупому, что покинет лэнсов рот. Ха, хорошо, готовься к шутке, потому что Лэнс сбросит бомбу получше. — Ты мне нравишься. Вот оно, в открытую. Мяч подан — и сейчас летит на корт Кита. Из рук Лэнса. Матч вничью. Постойте, тут нет очков. Возможно, ему не стоит думать о теннисной аналогии. Кит оглядывает кухню, будто ожидая, что из шкафа выпрыгнет Пидж с камерой наперевес. Когда он понимает, что это не шутка, он фокусируется обратно на Лэнсе и хмурится. — О, — говорит он. — Как долго? Это не совсем та реакция, которую предвидел Лэнс, что означает, что все его репетиции перед зеркалом — пустая трата времени. Кит даже отдаленно не падает в обморок. Лэнс открывает и закрывает рот, как выброшенная рыба. — Я… — начинает Лэнс. — Не знаю? Какое-то время? — возможно, даже дольше, чем он думал первоначально. Он отлично помнит, как несколько раз заценивал задницу Кита, когда они начинали тренироваться вместе. Его подсознание, видимо, знало раньше него самого. — Подожди, ты должен был хотя бы удивиться! Кит моргает: — По замку бродит маленькая девочка из будущего, которая называет нас Papá и папочка, а я должен был удивиться, что я тебе нравлюсь? Ладно, хорошо, засчитано. Если Лэнс хотел лучшей реакции, он должен был сделать это неделю назад. — Ну, наверное, — Лэнс скрещивает руки на груди и пожимает плечами. — Подожди, так я тоже нравлюсь тебе? — Да, — говорит Кит, сохраняя ровный тон голоса, несмотря на увеличение красноты на его лице. — Как долго? — словно попугай, Лэнс повторяет недавний вопрос Кита. Тот смотрит на свою ладонь и отсчитывает пальцы на руках. — Э-э… Семь месяцев, — говорит он с уверенностью. Челюсть Лэнса отвисает. — Семь… Я нравлюсь тебе семь месяцев, а ты молчал? — Откуда я знал, что я тоже нравлюсь тебе! — парирует Кит, разводя руками. — Ты вообще не знал, что я нравлюсь тебе! Я не собирался ничего говорить! Неловкое молчание зашкаливает на кухне после этого, пока Лэнс обрабатывает всю эту новую информацию. — О, — наконец говорит он в ответ. — Да. То есть. Да, точно. — Да, — повторяет Кит. Это все еще неловко. — Мне нужно на тренировку с Широ, — наконец говорит Кит, и Лэнс уверен, что он врет, потому что Широ валялся на диване, когда Лэнс проходил мимо. Кит движется в сторону выхода, когда Лэнс хмурится. — Подожди, мы тут… в чувствах признаемся вообще-то! — Пока, — говорит Кит и уходит. Лэнс стоит в одиночестве на кухне и задается вопросом: что, черт возьми, только что произошло.

***

Кит готовился к инопланетянам. Кит верил в существование снежного человека. В мире, где нет ничего невозможного, когда Кит летал на гигантском металлическом синем Льве, ничто не пошатнуло его уверенности. Однако. Ничто не могло подготовить его к виду Широ, который сидел напротив его дочери, которая прибыла из будущего и, вероятно, вообще не должна была существовать, и ритмично хлопал с ней в ладоши, напевая в унисон.

На дороге, у развилки, Повстречались две дразнилки.

— Ах, зараза, — смеется Широ, когда он теряет заданный темп и прерывает их. Коррин хихикает: — Все хорошо. Давай попробуем еще раз. Широ выставляет перед собой ладони, чтобы продолжить, когда краем глаза замечает Кита и поворачивается, чтобы посмотреть на него. Коррин следует за его взглядом. — Кит, — говорит он вместо приветствия. Его глаза переходят от него к Коррин, и Кит практически видит, как крутятся шестеренки у него в голове. — Эй, Коррин, почему бы нам не дать Киту попробовать? Прошло несколько дней с тех пор, как неожиданно прибыла Коррин, и она медленно, но верно начала общаться с другими паладинами и проводить с ними время. Она не была ураганным бедствием, так что Аллура не чувствовала необходимости назначать кого-то, чтобы следить за ней, но девочка имела привычку прятаться. Пока кто-то знает, где она находится, все прекрасно. Единственный человек, с которым она ни разу не разговаривала, — это он. — Я не знаю, как в это играть, — автоматически выдает Кит, потому что это правда, и Широ выгибает бровь: — Коррин отличный учитель. Я уверен, что у тебя всё получится, — возражает он, вставая и указывая на место напротив нее. Кит вздыхает. Ему никак не удастся отвертеться. Он садится, скрестив ноги, напротив Коррин, и смотрит на нее. Она смотрит в ответ. Широ наблюдает. — Эй, Коррин, — начинает старший паладин, нарушая тишину. — Покажи Киту первые шаги, как показала это мне. — О, — она отводит взгляд вниз, а потом обратно на Кита. — Хорошо. Эм, вытяни руки вот так… Она показывает каждое движение, объясняя ему каждый шаг, прежде чем зачитать стишок.

На дороге, у развилки, Повстречались две дразнилки.

Они пропевают его вместе. Она добавляет еще один куплет, когда он запоминает предыдущий, и ритм ускоряется.

Повстречались, подразнились, Не сдержались — и сцепились!

Кит настолько сосредотачивается на том, чтобы ничего не испортить, что не замечает небольшую толпу, собравшуюся вокруг: Аллура и Коран останавливаются в дверях, за ними следуют Ханк и Пидж.

Прибежали разнималки — Помешали перепалке.

Лэнс останавливается последним, заметив всех присутствующих, когда проходил мимо. Он делает шаг вперед и открывает рот, чтобы спросить, но Ханк кладет руку ему на плечо и указывает на Кита и Коррин. Лэнс округляет глаза, когда они ускоряют ритм еще больше.

И к развилке на кобыле Прискакали две мирилки.

Они становятся все быстрее и быстрее с каждым мгновением, что они продолжают, и у Кита против воли на лице появляется улыбка, когда он секундно поднимает взгляд и видит, что Коррин настолько сосредоточена, что высовывает кончик языка. Он чуть не нарушает темп, наблюдая за ней.

Прекратилась перепалка, И тогда пришла считалка.

Все совершенно очарованы ритмичным хлопаньем. От скорости, которую они набирают, невозможно оторвать глаз.

Раз-два-три-четыре-пять- Хорошо друзей считать!

При последнем слове Коррин легко поддается вперед и прижимает указательный палец ко лбу Кита. Он смотрит на нее, выражая полное непонимание, когда она хихикает. — Я вытерла о тебя козявку гориллы! — уточняет она. — Поэтому я выиграла, а ты проиграл! Из Лэнса вырывается смех. — Подожди, ты не говорила мне об этом! — говорит Кит, сводя брови на переносице, пока Лэнс наклоняется и ударяется с ней кулаками. Она пожимает плечами: — Ну, а ты должен был знать. — Я хочу матч-реванш, — говорит Кит, скрещивая руки на груди. Она хихикает, но прежде чем она может согласиться, ее прерывает Аллура: — Подождите! Я бы тоже хотела узнать, как в нее играть, — говорит она, мило улыбаясь. — Возможно, мы можем по очереди? Коррин задумчиво поглаживает подбородок, пока Кит молча хмурится.  — Хм, на самом деле мы можем поиграть все вместе! Если сядем в круг. Глаза Аллуры ярко сверкают. — Отлично! Все встали в круг. Это пойдет на пользу нашей связи. Все шагают, чтобы создать круг на полу, и Коррин твердо вклинивается между Китом и Лэнсом. Она протягивает руки ладонями вверх, и все следуют её примеру. В одну руку она берет ладонь Кита, в другую — Лэнса. — Я могу начать! Все, что вам нужно делать, — это хлопать по следующей руке, пока мы ускоряемся. Первый человек, который все портит, на время выходит. Готовы? Каждый кивает. Она хлопает по ладони Лэнса и начинает.

На дороге, у развилки, Повстречались две дразнилки…

***

Всего несколько дней спустя Лэнса будит стук в дверь, сопровождающийся приглушенным плачем. Он шарит к двери, чувствуя легкую панику, потому что, черт возьми, когда он открывает ее, он видит Коррин. Слезы бегут по ее лицу, она трет глаза и снова жалобно шмыгает носом. — Корра? Что случилось? — он приседает на корточки и вытирает одинокую слезу с ее щеки. — Корра… Она практически кидается на него, оборачивая маленькие ручки вокруг его шеи, и утыкается лицом в его рубашку. Она снова начинает плакать, скорее всего сопли размазываются по всей его ночной футболке, но сейчас это ни капли его не волнует. — Эй, тш-ш, все будет хорошо, — говорит он, поглаживая её по спине. — Тише. Тебе приснился плохой сон? Она шмыгает носом, дрожа в объятиях Лэнса. Ему кажется, что его сердце немного разбивается. —…к папочке, — приглушенно бормочет она в рубашку Лэнса. Он хмурится: — Что? — Хочу к папочке, — повторяет Корра. Она поднимает голову с его рубашки, но пальцы крепче цепляются в ткань. Он кивает, оборачивая руки вокруг нее и поднимая ее вверх. — Папочке… Ох, да, ладно. Пойдем посмотрим Кита. Она немного расслабляется. Он так давно носил ребенка на руках в последний раз, что уже забыл, каково это — держать кого-то намного меньше тебя. Она утыкается лицом в его плечо, пока он идет по коридору и стучит в дверь Кита, удерживая ее на одной руке. На ответ уходит не так много времени. Лэнс не удивляется; он знает, что у Кита очень чуткий сон. И все же он выглядит немного вялым, когда выглядывает в коридор, лицо шмыгающей Коррин скрыто от его взора. — Что… — он трет сонные глаза. — Лэнс? Что происходит… — Она просилась к тебе, — говорит он, не чувствуя необходимости сообщать, что она плакала так сильно, что задыхалась несколько минут назад. Он немного поправляет ее, подкидывая на локте, и она льнет к нему сильнее в ответ. — Корра, — тихо говорит Лэнс. — Кит здесь. Хочешь, чтобы я поставил тебя? Она яростно качает головой. Кит вздыхает и проводит рукой по своим волосам. — Просто входи, — говорит он, отступая в сторону. Он закрывает дверь за Лэнсом и садится на свою кровать. Лэнс следует за ним, надеясь, что, может быть, почувствовав под собой постель, Коррин отцепится от его рубашки. — Что случилось? — спрашивает Кит низким голосом, и Лэнс пожимает плечами так, как может с прильнувшим к нему детенышем коалы. — Я не знаю. Может быть, плохой сон. Мои братья и сестры всегда приходили ко мне с этим, — говорит он. И осторожно пытается заставить ее снова отпустить себя. Она наконец ослабляет хватку, поворачиваясь, чтобы на этот раз похоронить лицо в рубашке Кита. Он шокированно смотрит на нее, а потом поднимает умоляющий взгляд на Лэнса. Если бы это случилось в другое время, он бы нашел это забавным. — Н-не уходи. Кит моргает и опускает глаза, глядя, как она сопит, поднимая голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Он озадаченно хмурится. — Уходить… Куда? — Куда-то, — она говорит, а потом слезы начинают катиться по ее щекам. Кит паникует. — Я никуда не уйду, — говорит он, опуская руку на ее темные волосы, и отчаянно смотрит на Лэнса. Лэнс только растерянно пожимает плечами. — Я… Я здесь, Корра. Её плечи вздрагивают. — Papá тоже? — Прямо здесь, — отвечает Лэнс. Она выкручивается на коленях у Кита, будто пытается убедиться, что он не врет. Она хлюпает носом, а затем кивает, когда их взгляды встречаются. — О-оставайся здесь. Он не может сказать, просьба это или требование, или что-то между ними, но узнавать не собирается. — Хорошо, — отвечает он. — Я здесь. Она наклоняется подальше от Кита, чтобы ухватиться за Лэнса во второй раз и положить голову ему на грудь, а не прятать лицо, как раньше. Кроме нескольких икающих звуков, ее дыхание выравнивается, и Лэнс имитирует то, что Кит делал раньше, нежно расчесывая ее волосы пальцами. — …Кажется, она уснула, — говорит Лэнс после нескольких минут молчания. Он чувствует, как Кит вздыхает от облегчения. — Хорошо. Отнесешь ее обратно? Лэнс пытается встать, но его движения заставляют ее заскулить сквозь сон, и ее пальчики крепче вцепляются в его рубашку. Он качает головой. — Не очень хорошая идея. Я не хочу снова будить ее. Что, если она начнет плакать? Кит вздыхает. — Можешь оставить ее здесь? Я не против поспать с ней сегодня. — Она удерживает меня крепче, чем те черные узкие джинсы, которые ты носишь, — отвечает Лэнс, снова качая головой. Кит закономерно хмурится. — Эй, — огрызается он, а потом зажимает переносицу. — Так… что нам делать? Лэнс закусывает нижнюю губу. Коррин равномерно дышит в его руках, совершенно не замечая общего напряжения, которое она вызывает между ними. — Э-э. Я имею в виду, я мог бы просто лечь. Она сказала не уходить, да? Так что если она проснется и кого-то из нас не будет рядом, она может разволноваться. Кит обдумывает это. — О. Лэнс очень рад, что в комнате Кита темно, потому что он уверен, что его лицо превращается в очень интересный цвет красного. — Да. Я имею в виду, только на одну ночь, ради Корры. Мы поместимся, если будем спать на боку. — Да, — говорит Кит, а потом откашливается. — То есть, да. Это нормально. Ему интересно: лицо Кита такое же красное, как, судя по жару на щеках, его? Очень, очень аккуратно передвигаясь, он откидывается спиной на стену позади себя и укладывает рядом с собой Коррин, свернувшуюся калачиком в его руках. Она довольно выдыхает, и Кит ложится рядом с ней. В такой темноте Лэнс едва может разглядеть глаза Кита, который смотрит на него с другой стороны. Он ухмыляется, надеясь, что ухмылка выйдет не такой нервной, как ему кажется. — Ночи, Кит. — Да, ночи.

***

Пидж выходит из своей комнаты как раз вовремя, чтобы увидеть выходящих Лэнса, Коррин и Кита из комнаты последнего. Лэнс и Коррин по-прежнему в пижамах, их волосы неряшливые и растрепанные, девочка до сих пор спит в объятиях несущего ее Кита. Пидж устанавливает прямой зрительный контакт с двумя товарищами. Время в коридоре застывает. — Я хочу, чтобы вы взяли мою очередь мыть посуду на следующей неделе, — говорит она. Лэнс хмурится, а Кит протестует: — Но… — Неделю. Кит топает в комнату Лэнса, унося с собой Коррин. Лэнс с прищуром смотрит на Пидж: — Ты знаешь, что шантаж — это очень, очень низко как для защитника Вселенной, — говорит он, цыкая языком и качая головой. Пидж категорично смотрит на него в ответ: — Сейчас я превращу это в две недели. — Ладно, неделя, увидимся, Пидж! — он машет ей и ныряет в свою комнату. Пидж фыркает себе под нос. Можно подумать, что остальные не в курсе.

***

Прошла целая неделя с тех пор, как Коррин была найдена на корабле. Неделя, которая начиналась напряженной, неудобной, невыносимой атмосферой, закончилась массовыми играми в ладушки в общей комнате. Если Лэнс когда-нибудь осмелится сказать, что паладином быть скучно, то он лжец. Эволюция, которую он наблюдал всю неделю, почти феноменальна. Он никогда бы не подумал, что шестилетний незваный гость может сделать их всех ближе. (Он также никогда бы не подумал, что из-за шестилетнего ребенка он будет спать в кровати Кита каждую ночь, но это тоже произошло). Коррин сидит на коленях у Кита, пока тот собирает ее волосы в хвост, а Лэнс просматривает алтеанские фильмы, будто он прекрасно понимает, о чем они. Откуда ему знать, что из них для детей, когда он не может прочитать даже название? Пока Лэнс размышляет, стоит ли ему обратиться за помощью к Корану, Коррин урчит. — А знаете, что смешно? Однажды Алек попытался засунуть слизь в видеоплеер и попал в такие большие неприятности, — хихикает она над воспоминанием, пока Кит и Лэнс, нахмурившись, обмениваются взглядами. — … Кто такой Алек? — спрашивает Кит, потому что за всю неделю, что она была здесь, он никогда не слышал, чтобы она разговаривала о ком-нибудь еще. Она слегка наклоняет голову, и короткий хвостик за ее спиной колышется при движении. Это невероятно мило. Лэнс считает, что Кит проделал отличную работу. — Эм… Мой брат, — отвечает она. Лэнс моргает, отворачиваясь от алтеанских фильмов. — У тебя есть брат? — он сглатывает, будто мало ему того, что у него с Китом в будущем есть один ребенок, так теперь их два. Она кивает. — Подождите, а почему ты не упомянула об этом раньше? Она пожимает плечами: — Потому что… его нет здесь? Хорошо. Трудно спорить с такой логикой. — Он большой плакса, — говорит она, закатывая глаза, — и он всегда рассказывает о том, какой он крутой. Но он не крутой, потому что я однажды видела, как он порезался бумагой и начал плакать. Кит с крахом провалился, пытаясь скрыть смех. — Ух ты. Звучит очень знакомо. Коррин наклоняет голову назад, чтобы посмотреть на Кита с его колен. Они обмениваются понимающими улыбками. — Ну, во-первых, я возмущен. Во-вторых, может, тебе стоит быть немного повежливее со своим братом, — говорит Лэнс, подходя к ним. Он становится перед ними и скрещивает руки на груди, подняв бровь. — Я вежливая, — настаивает Коррин. Кит снова фыркает. Лэнс притворно бросает на него сердитый взгляд. — Кит, ты плохой родитель. Как думаешь, Корра? Она качает головой, улыбаясь. Лэнс имитирует шок, хватаясь за грудь. — Что? Ты на его стороне? Я не могу поверить, меня предала родная… Он разворачивается на каблуках и резко валится на Кита с Коррин. Реакция приходит незамедлительно. Коррин визжит резкое «нет!» и пытается выкарабкаться из-под него, но безрезультатно. Кит сопит, подмятый тяжестью Коррин и Лэнса, полностью ограниченный в движениях. — Уф… Господи, Лэнс… — жалуется он, но его слова заглушает смех Коррин, которая пытается выбраться из кучи. Лэнс смещает на нее немного больше веса, и она кряхтит. — Что я сделал, чтобы заслужить такое… такое… предательство! — говорит он, выдыхая драматический стон. Коррин смеется еще громче, шевелясь между бутербродом из Кита и Лэнса. Ханк выбирает нужный момент, чтобы войти в комнату. — Эй, ребята, мы только что вернулись с планеты… — он обрывает себя, когда видит картину перед собой. Коррин машет ему рукой, едва заметная из-под куртки Лэнса. — Ой. Устроили связывающую кучу малу? — Я умираю, — отвечает Кит. — Покойся с миром, — откликается Лэнс. Наконец Киту удается сесть, отодвигая от себя остальных людей. Коррин катится в сторону и хихикает, когда видит, что Лэнс притворяется мертвым. — Вы такие милые, — комментирует Ханк, все еще стоя на пороге. Кит краснеет, наблюдая, как Коррин экспериментально тычет пальцем в тело «мертвого Лэнса». Он возвращается к жизни, захватывая ее каждой стороной куртки, и обволакивает, пока она кричит и смеется. — Так как прошла поездка? — начинает Кит, стараясь вести себя как можно более непринужденно, чтобы розовые пятна с его лица ушли. Ханк показывает ему большой палец: — Все круто! Так получилось, что сейчас эта планета скорее торговый пост, так что мы собрали почти все, что нам нужно, за одну поездку! Думаю, алтеанские сведения немного устарели. Хотя ничего удивительного. В любом случае, мы сократим расчетное время примерно вдвое, — Ханк переключает внимание на Коррин, которая выглядывает на него из-под куртки Лэнса. — Это означает, что мы сможем вернуть тебя домой через неделю. Может, даже меньше. На ее лице расцветает огромная улыбка. (И Лэнс не хочет признаваться — по крайней мере вслух, — но что-то тонет глубоко в нем, когда он понимает, что она скоро уйдет, и честно? Лэнс будет скучать).

***

Прошло пару дней, и Коррин спит на диване. Лэнс стряхивает свою куртку с плеч и накидывает на ее тело, потому что рядом нет одеяла, а она ближе всего. Он делает шаг назад и смотрит на нее с играющей на губах улыбкой. Пидж и Ханк нашли последний недостающий фрагмент, который они искали на планете, которую они покинули ранее. Все, что осталось, — это сложить части вместе. Аллура, Широ и Коран были рады, что они смогут вернуться к делам Вольтрона. Ханк и Пидж были счастливы, что они смогли самостоятельно собрать воедино передовые инструкции, оставленные им. Сама же Коррин была счастлива, что она сможет вернуться к своей семье. (К своей настоящей семье, напоминает себе Лэнс. Возможно, она называет его Papá, но она еще даже не родилась). Он слышит приближающиеся шаги и поворачивает голову, чтобы посмотреть за спину. Кит молча подходит к нему, останавливаясь рядом, и смотрит на Коррин. Кит. Единственный человек, о чьих чувствах по поводу ее ухода он ничего не знает. — Будешь скучать по ней? — спрашивает Кит голосом едва громче шепота. Никто из них не хочет разбудить ее. — Я разговаривал с Пидж. Она сказала, что осталось около трех дней. — Да, — отвечает Лэнс. Они не смотрят друг на друга — только на нее. — Да, буду. — Она не может остаться здесь, — говорит Кит, несмотря на очевидность заявления. Лэнс знает об этом. Он вздыхает. — Я надеюсь, что будущее более стабильно, — говорит он. — Земля не уничтожена и не захвачена, или еще что-то. Она сказала, что мы поедем туда в отпуск. Они мгновение стоят там в тишине. — Давай отвезем их в Диснейленд. Я никогда не был там, — говорит Кит. Лэнс с удивлением смотрит на него: — Правда? Ну, после того, как мы спасем Вселенную, мы будем героями. Держу пари, мы получим бесплатный вход в любой парк, который только захотим. Мы могли бы посетить все курорты Диснея, — он подталкивает Кита плечом, заставляя его улыбнуться. — Мы можем устроить ночь кино и посмотреть актуальные земные фильмы, — говорит Кит. Лэнс смеется: — О, да, черт возьми. Происходит еще одна пауза. — Я тоже буду по ней скучать, — голос Кита еще тише, чем раньше. — Мне было очень весело, когда она была здесь. Даже если сначала она ненавидела нас. — Я думаю, она просто боялась. Представь себе: увидеть своих родителей в молодости, до того как ты родился? Я бы, наверное, тоже испугался, — усмехается он. — Пидж сказала, что она думала, что у нее будут проблемы. Может, поэтому она избегала нас. — Может, — соглашается Кит. Их руки касаются друг друга. И Лэнс не знает, кто делает это первым — если один из них вообще сделал это первым; может быть, это было взаимное решение, — но их пальцы переплетаются. И они просто стоят, держась за руки, одни, не считая их спящей однажды дочки.

***

Это случится завтра. Пидж и Ханк подтвердили, что у них все готово к отправке. Они ждали еще сутки только ради Лэнса и Кита. — Ты в порядке? — спрашивает в темноте Кит. На этот раз они лежат в постели Лэнса, Коррин спит между ними. Лэнс кивает. — Я буду в порядке, — отвечает он честно. — А ты? — Да, — отвечает Кит. Несколько минут слышно лишь тишину. — Можно я признаюсь кое в чем? — спрашивает Лэнс. Кит кивает. — Мне было легче спать… вот так, — он делает жест рукой, обведя их троих. Кит снова кивает. — …Мне тоже, — говорит он. Сердце Лэнса прыгает в горле. — Ты не против, если мы будем делать так постоянно? — спрашивает он. Его голос еще мягче, чем раньше. — Даже после того, как она уйдет. Кит жует нижнюю губу, и Лэнс идет на попятную. — Я имею в виду, если это странно, то мы не… — Нет, — прерывает его Кит. — Нет. Я хочу. Мне тоже… это помогает. Лэнс ярко и широко улыбается, его зубы видны даже в темноте. — Спасибо, Кит.

***

Пидж проводит рукой по волосам. — Хотелось бы мне проверить ее, — говорит она вслух перед группой. — Но она работает только в одну сторону. Когда Коррин уйдет, она уйдет вместе с ней. Это не та большая, неповоротливая машина времени, которую ожидает увидеть Лэнс. Она маленькая, построенная как раз для кого-то размером с Коррин. Построенная для нее. Во рту у Лэнса пересыхает. — Ты не уверена, что она сработает? — спрашивает он, сжимая руку Коррин немного туже. — Мне это не вселяет доверия, Пидж. Кит стоит с другой стороны от Коррин, держа ее за вторую руку. Он ничего не говорит, но его глаза сужаются. Пидж вздыхает. — Начнем с того, что я такого не говорила, — заявляет она, скрестив руки. — И я просто следовала инструкциям, поэтому если хочешь кричать на кого-то, то кричи на будущую меня. — Я не могу накричать на будущую тебя, Пидж, — говорит Лэнс. Зеленый паладин пожимает плечами. — Значит, ты не можешь накричать на меня. Ханк, запускаем? — она смотрит на него, и он поднимает большие пальцы, прежде чем повернуться к группе. — У вас есть пять минут, чтобы попрощаться. Лэнс и Кит отпускают ее руки и делают шаг назад, чтобы Аллура подошла первой. — Ты очень умная, красивая девочка, Коррин, и для меня было большим удовольствием провести с тобой эти две недели, — принцесса притягивает ее в объятия, и Лэнсу кажется, что он видел слезы в ее глазах. — Я с нетерпением жду встречи с тобой. — Спасибо, Лура. Хм, хочешь расскажу тебе секрет? Аллура смущенно улыбается, когда Коррин наклоняется к ее уху и что-то шепчет. Лэнс понятия не имеет, что она говорит, но, когда девочка отходит, Аллура такая же красная, как Лев Кита. — О-ох, — говорит она, перебывая в ступоре. — Я… благодарю… тебя. За то, что сказала мне, — она прочищает горло и поднимается на ноги. Коррин кивает: — Не за что. Я просто не знаю, как он вылез из твоего животика. Если такое возможно, то Аллура становится еще краснее. Все паладины смотрят на нее, вскинув брови. — Ах, эм, Широ! Почему бы тебе не пойти следующим. Он смотрит на нее растерянным взглядом, но тем не менее выходит вперед. Присев на уровень Коррин, Широ улыбается. — Было приятно познакомиться с тобой, Коррин. Неудивительно, что ты такая классная, с такими-то папами, — он смотрит на Кита и Лэнса и подмигивает им. Они оба краснеют. — Держись подальше от неприятностей, ладно? Коррин оборачивает руки вокруг его шеи. — Ладно, дядя Широ. Увидимся когда-нибудь! — Да, обязательно, — он улыбается ей и встает. Коран уже стоит позади него, ожидая своей очереди. Широ шагает в сторону. — Знаешь, я думаю, тебя назвали в мою честь! — говорит он. Она таинственно улыбается ему. — Ну, или это забавное совпадение, — подмигивает он. — Было очень приятно познакомиться с тобой, Коррин. Я никогда не думал, что увижу земного ребенка вблизи, и я рад, что они такие же приятные, когда становятся старше, — он наклоняется и коротко обнимает ее. — Я уверен, что когда-нибудь ты станешь отличным членом команды. — Пока, Коран, — говорит она. Он кивает. — Пока, Коррин. Пидж подходит и лохматит ее волосы, портя прическу. Коррин хихикает, пытаясь пригладить их обратно. Пидж нагибается. — Я знаю, Широ сказал, чтобы ты держалась подальше от неприятностей, но тебе лучше держать от неприятностей и этих двоих тоже, — она смотрит прямо на Кита и Лэнса, пока говорит. Лэнс показывает ей язык. — Видишь, о чем я говорю? Коррин хихикает: — Я сделаю все возможное. — Черт, я не сомневаюсь, — она протягивает руку для того, чтобы дать пять, на что Коррин охотно отвечает. Пидж отходит в сторону и машет Ханку. Тот смотрит на Лэнса и Кита. — У нас осталось всего пара минут, так что я быстро. Он поворачивается к Коррин и незамедлительно берет ее на руки, сжимая в объятиях. — Дядя Ханк! Я умираю!— жалуется она, извиваясь в его руках. Он отпускает ее, и она приземляется обратно на ноги, делая глубокий вдох. — Скажи будущему мне, что прошлый я передает, что он должен тебе мороженое. Настоящее мороженое, — уточняет он. Глаза Коррин загораются. — Я буду скучать по тебе, малышка. — Скоро увидимся, дядя Ханк, — говорит она. И тогда остаются только Лэнс и Кит. Они кивают друг другу и одновременно присаживаются перед ней. Она бежит в их руки, обнимая их за шеи. — Эй, Корра, — говорит Лэнс, когда она отклоняется назад. Он старается изо всех сил держать голос ровным. Не плачь при ребенке, не плачь при ребенке. — Скажи будущему мне, что мы получили видео и я очень доволен тем, как я выгляжу в возрасте. Кит смотрит на него прищуренными глазами, прежде чем повернуться обратно к ней. — Передавай Алеку привет. Она кивает. — И передай еще будущим Пидж и Ханку спасибо, — говорит Лэнс. — За инструкции, и за то, что вообще построили эту машину, — он щипает ее за щеку. — Без нее мы бы никогда не встретили тебя. Она отстранятся от его руки, морща нос. Кит усмехается. — Эй. Мы будем скучать по тебе. Она снова обнимает их. — Еще тридцать секунд! — предупреждает Ханк. Лэнс чувствует, как его желудок падает. Он сглатывает комок в горле, прижимая ее крепче. Наконец, она отстраняется, чтобы поцеловать каждого из них в щеку. — Люблю тебя, Papá. Люблю тебя, папочка, — говорит она, ярко улыбаясь. Они встают, беря ее за руки. — Пятнадцать секунд, — объявляет Ханк. Они идут к машине. — Я тоже люблю тебя, — говорит Лэнс. Кит целует ее в лоб. Они отпускают ее руки, и она протягивает кулак в сторону Лэнса до того, как ступить в машину. Удар кулачками. Лэнс чуть не бросается в слезы прямо там и сейчас. Вместо этого он нежно прижимает кулак к ее и расплывчато подмигивает. Она машет всем остальным, заходя в машину. — Пока! — говорит она. Пидж велит Киту и Лэнсу сделать шаг назад. Они делают. Мгновение ничего не происходит. В одну секунду она все еще там, машет рукой, а в следующую… Она исчезает, машина растворяется вместе с ней.

***

Последние пару дней Лэнс был никаким. Сразу после того, как это произошло, он разрыдался в рубашку Ханка и не останавливался в течение часа. Хотя сейчас он чувствовал себя лучше. В конце концов, им нужно спасать Вселенную. Аллура зовет Лэнса и Кита спустя примерно неделю после того, как Коррин уходит. Она улыбается, когда видит их обоих, и Лэнс понимает, что его вызвали не потому, что он как-то возился с бластером и, возможно, прострелил отверстие в одной из стен замка. Хорошо. — Сегодня мне пришел еще один видеосигнал, — начинает принцесса. — Я подумала, что, возможно, вы захотите посмотреть на это. Прежде чем они могут задать вопросы, она начинает воспроизведение. На экране появляется Коррин и еще один ребенок, которого Лэнс не знает, но он похож на нее как две капли воды. Она улыбается на камеру. — Привет, Papá и папочка из прошлого. Хм, Пидж сказала, что мы должны снять видео, чтобы вы знали, что я в порядке. Итак, я в порядке! — она машет рукой. Малыш рядом с ней повторяет действие. — Привет! — говорит он ярким голосом. Коррин поворачивается к нему. — Это Алек, — говорит она, и ох. Пфф. Лэнс не может поверить, что не понял этого раньше. — Он зануда. — Я не зануда, — парирует Алек. Он смотрит в камеру и, явно позируя, опирается подбородком на руку. — Я… самый лучший. Лэнс округляет глаза, в то время как у Кита вырывается смех. Даже Аллура тихо усмехается. Видео продолжается: Коррин делает очень похожее на Кита выражение и закатывает глаза. — Я надеюсь, что вы помните, как играть в ладушки, поэтому, эм, как-нибудь поиграем еще раз! Пидж сказала, что это не может быть очень долгое видео, поэтому на этом я закончу. Но прежде чем связь обрывается, на экране появляется очень знакомое лицо. — Что вы делаете? Пидж сказала не играть с ее вещами, — предупреждает он. Его взгляд направлен на Коррин, когда он говорит это. Она слегка ежится. — Но Пидж разрешила! Мы снимаем видео, чтобы отправить его Papá и тебе в прошлое! — говорит она. Кит хмурится, а затем смотрит в камеру. — О, — звучит задумчивая пауза. — Ну… тогда спасибо. За то, что вернули ее домой. А потом он подмигивает. Кит из будущего подмигивает. — Папа! — кричит Алек, вскакивая на диване. — Что случилось с твоим глазом?! — Что? Ничего не случилось с моим… Видео прерывается, прежде чем он успевает закончить фразу. Трое стоят в тишине. Вся ситуация отчетливо напоминает Лэнсу ту, что произошла несколько недель назад. — Вот и все, — говорит Аллура первая. — Не стесняйтесь передавать другим, что она благополучно вернулась, если хотите. Я просто подумала, что вы захотите посмотреть видео. Они кивают и благодарят ее, выходя из комнаты. Кит поворачивает голову в противоположную сторону, наверное, к тренировочной палубе, судя по направлению, но Лэнс останавливает его, хватая за руку. — Чт… Кит не успевает закончить вопрос, когда Лэнс прижимает его к стене и соединяет их губы. Слова умирают у него в горле, когда он тает в поцелуе. Через несколько мгновений Лэнс отстраняется, тяжело дыша. — Давай сделаем близнецов. Кит недоуменно моргает, прежде чем что-то всплывает в его сознании. Он хмурится. — Лэнс, повторяю последний раз: они приемные!..