Пепельное сердце

Голос солиста популярной рок-группы Metallica разносится по всему бункеру Просвящённых, кому-то доставляя неимоверное удовольствие, а кому-то — действуя на нервы. Приятные ароматы готовящихся на плите румяных панкейков витают в воздухе. Тёплые бледно-жёлтые стены больших размеров кухни радуют глаз, а неяркий свет освещает просторное помещение. За круглым дубовым столом мирно сидят и занимаются своими делами трое высоких мужчин. Сэм спокойно и сосредоточено читает книгу Джека Лондона «Сердца трёх», жадно впитывая в себя каждое слово и эту невероятную атмосферу классического произведения. Младший Винчестер ярко представляет у себя в голове жаркое палящее солнце, лёгкий прохладный ветерок, бирюзово-лагунное море с небольшими волнами. Кастиэль, облокотившись на спинку стула и подперев рукой подбородок, с увлечением смотрит на экран ноутбука, показывающий довольно знаменитый сериал «Игра Престолов». На некоторых моментах ангел хмурит брови, не совсем понимая смысла слов героев или их поступков. Дин держит в руках газету и пытается найти в ней новости, касающиеся странных смертей, но зеленоглазый шатен не находит ничего интересного, кроме статьи, в которой упомянули о каком-то двадцатилетнем парне, умершем от удушья, подавившись абрикосовой косточкой. Охотник откладывает скучную газету, кидая заинтересованный взгляд на крутящуюся около плиты Нелли, которая кивает головой в такт музыке и переворачивает панкейки. Её тёмные волосы собраны в высокий конский хвост, выставляя напоказ тонкую бледную шею. Свободная синяя футболка с логотипом Бэтмена в сочетании с серыми хлопковыми штанами выглядят на ней так просто и по-домашнему, что уголки губ Старшего Винчестера невольно приподнимаются вверх. Но от разглядывания невысокой девушки его отвлекает низкий и спокойный голос Каса. — Я не слышу слов Дейенерис, Дин, — чуть прикрикивает ангел, чтобы его услышал охотник. — Сделай музыку потише, пожалуйста. Винчестер-старший кидает короткий взгляд на своего друга, всё же снижая громкость песни на своём телефоне. Охотник прикрывает свои глаза цвета молодой листвы и складывает руки на широкой груди, обтянутой лёгкой тканью чёрной футболки. Втягивает в себя этот божественный запах панкейков, оседающий на стенках лёгких и напоминающий ему то время, когда мама была ещё жива. — Налетайте! — с лёгкой улыбкой говорит Стилински, ставя перед братьями Винчестерами тарелки с панкейками, политыми кленовым сиропом. Дин и Сэм благодарно улыбаются в ответ и берут в руки нож с вилкой, пробуя на вкус приготовленное их подругой блюдо. Сама же Нелли проделывает то же самое и медленно смакует кусочек панкейка, наблюдая за увлечённым сериалом ангелом, которому не нужно наполнять свой организм пищей. — Боже, малыш, это так очешуенно, — от наслаждения Дин закрывает глаза и издаёт протяжный вздох, ведь он давно не ел обычную домашнюю еду, вместо неё выбирая фастфуд и пиво. Стилински лишь усмехается уголками рта и засовывает в рот очередной кусочек вкусного панкейка. Где-то глубоко в душе молодая охотница наслаждается светлой и поистине уютной атмосферой, царящей в бункере. Ей хочется всегда видеть это расслабленное выражение лица Сэма, природное спокойствие Каса, лёгкую и искреннюю улыбку Дина. Ей хочется, чтобы они были счастливы. — Нелли Купер! — громкий голос мистера Финстока отвлекает и вырывает из воспоминаний, заставляя едва заметно вздрогнуть. — Вижу, тебе очень интересно слушать мои лекции, — с явным сарказмом кидает в мою сторону, опираясь пятой точкой о свой стол. Облокачиваюсь о спинку неудобного стула и нервно тереблю в руках шариковую ручку, с силой сжимая губы в тонкую полоску при упоминании своей идиотской фальшивой фамилии. Чёрт, как же раздражает. Смотрю куда-то перед собой, разжимая губы и медленно выдыхая через рот. Одной рукой чешу кончик носа, а другой — поправляю высокий ворот бледно-бежевого свитера шерстяной вязки, чтобы закрыть красные отметины на шее, ибо не хочу чувствовать на себе осуждающие взгляды прохожих людей. Откидываю назад средней длины волосы, каштановым водопадом струящиеся на плечах и спине. — Иди-ка, сходи за моим журналом в спортзал, Купер, — вновь обращается ко мне коротко стриженный мужчина, на что я лишь одаряю его хмурым взглядом, но поднимаюсь с места. Чувствую взгляды своих одноклассников, которые внимательно следят за каждым моим движением, словно эти любопытные зеваки видят перед собой подопытную крысу, а не почти обычную девушку. Прохожу между первым и вторым рядами, уже оказываясь около двери кабинета. Накрываю холодную ручку ладонью, слыша у себя за спиной насмешливый голос учителя: — Не заблудись там. Приоткрываю дверь и выхожу из класса, решая пропустить мимо ушей усмешку тренера. Хотя, будь у меня подходящее настроение, я бы кинула в ответ учителю какую-нибудь колкую фразу, не боясь, что он может оставить меня после уроков. Тихо шмыгаю носом, прикрывая за собой дверь и оказываясь в пустом коридоре. По коже сразу пробегают мурашки, когда в задворки подсознания врезаются отрывки вчерашней ночи, оставившей после себя неприятный осадок. В горле моментально пересыхает, голова начинает раскалываться, в глазах мелькает образ демоницы, хватающей меня за горло. А при осознании того, что это отребье всё ещё ходит по земле, а не жарится в Аду, дыхание перехватывает. Но дикое желание вонзить Ламии в сердце демонский клинок во много раз сильнее, нежели чувство тупого страха. Более уверенно спускаюсь вниз по белой лестнице, всё ещё думая о том, что было бы гораздо проще, если бы Дин выстрелил в Ламию из моего пистолета, заряженного серебряными пулями, на которых выгравирована пентаграмма. Тогда она бы не смогла раствориться в воздухе, и охотник довёл бы дело до логического конца. Но, увы, Винчестер пустил в демоншу обычную серебряную пулю. Не спеша шагаю по коридору, стараясь найти спортзал. В этой школе учусь относительно недавно, потому не совсем хорошо ориентируюсь в действительно большом учебном заведении. Но каким нужно быть идиотом, чтобы не отыскать огромную дверь спортивного зала, из которого доносятся звуки падающих мячей и шарканье затёртых о пол подошв кроссовок. Быстро оказываюсь около массивных дверей и дёргаю их на себя, входя в светлое просторное помещение. В ноздри тут же забиваются терпкие запахи пота и духов вперемешку с одеколонами. Сочетание не из приятных, на что лишь морщу нос. От внезапного и громкого свистка заметно вздрагиваю и поворачиваю голову к источнику звука. Тихо ругаюсь под нос, когда вижу высокую фигуру Дина, который слишком грубо обращается к ученикам, сидящим на скамейке. — Ваши липовые справки засуньте себе куда подальше, недоумки, — от грозного тона Старшего Винчестера бедные ученики уже дрожат и явно хотят провалиться сквозь землю. — Иначе это сделаю я. От низкого, словно сталь, голоса охотника невольно дёргаю плечами. С губ слетает тихий вздох, когда ближе подхожу к стоящему ко мне спиной мужчине. Ощущаю его раздражение, так и витающее в воздухе, но всё равно насмешливо приподнимаю уголки губ вверх и прочищаю горло: — Вы пугаете этих детей, мистер Винчестер. Словно ошпаренный горячей водой, Дин разворачивается ко мне лицом. В его травяных глазах отображаются нотки лёгкого удивления и отголоски недавнего гнева. Тонкие губы слегка сжаты в полоску. Острые, словно лезвие ножа, скулы едва заметно напряжены, а лёгкая трёхдневная щетина придаёт ему ещё более угрожающий вид. Длинные пальцы сжимают два школьных журнала, один из которых, видимо, принадлежит тренеру. Приоткрываю рот, чтобы быстро попросить у него журнал, но чувствую, как охотник тянет меня за локоть подальше от не желающих заниматься физкультурой учеников. Мне совершенно не нравится то, с какой лёгкостью Винчестер-старший ведёт меня в сторону, где меньше подростков, занимающихся различными спортивными упражнениями. — Здесь я Майкл Смит, не Дин Винчестер, — как можно тише говорит он, оглядываясь по сторонам, чтобы проверить, не подслушивает ли нас кто. — Да хоть Леонардо ДиКаприо, мне всё равно. Спускаю брови к переносице и издаю протяжный, полный усталости вздох. Провожу языком по верхнему ряду зубов, вскидывая голову вверх, чтобы смотреть мужчине прямо в глаза. Снова поправляю ворот свитера, оттягивая его как можно выше, что не укрывается от Винчестера, который внимательно наблюдает за каждым моим действием и останавливает взгляд на моей шее. Дин слишком пронзительно смотрит на неё, будто пытается представить у себя в голове эти отвратительные бледно-красные отметины, которые через пару дней станут похожими на ярко-багровые синяки. — Почему ты не на уроке? — переводит взгляд с шеи на моё лицо, с прищуром вглядываясь мне в глаза. — Финсток послал за журналом, — коротко и ясно поясняю ему, кивая головой на его сильные руки, держащие то, что мне нужно. Дин без лишних вопросов отдаёт мне большого размера тетрадь в твёрдом переплёте, на обложке которой написаны инициалы тренера. Прикусываю нижнюю губу, понимая, что у меня нет особого желания говорить с охотником, но разъедающее меня внутри непонимание так и хочет вырваться наружу. Сильнее прижимаю к себе журнал и не выдерживаю, отводя взгляд от глубоких глаз мужчины, который смотрит на меня с неким беспокойством. Вижу, как он засовывает одну руку в карман чёрных спортивных штанов и пускает тяжёлый вздох. — Я не понимаю, — нарушаю повисшее между нами молчание, заставляя Дина вскинуть брови вверх и приоткрыть рот. — Почему ты спас меня? — Это моя работа, — видимо, охотник ожидал от меня подобного вопроса, потому отвечает сдержанно, поджимая губы и тяжело сглатывая. Но на его пустые слова лишь усмехаюсь, цокая языком: — Твоя работа? Серьёзно? — как-то слишком нервно бросаю слова, заправляя за ухо локон волос. Резко перевожу взгляд на его лицо, замечая, как от этого каждая клеточка тела охотника заметно напряглась. — Тогда почему в тот раз ты оставил меня умирать? Прежняя злость возвращается ко мне с новыми силами, пытается затуманить разум, побуждает принимать необдуманные и спонтанные решения. Стискиваю зубы и сжимаю ладони в кулаки, стараясь держать себя в руках. Вижу, как Дин мгновенно теряется и делает вид, что мои слова подобны острым ножам, которые я яростно втыкаю ему в спину. В его растерянном взгляде отображается странный спектр эмоций: то мелькают намёки на сожаление, то появляются отблески дикой тоски. — Это... это сложно объяснить, — бросает банальные и примитивные слова, которые произносят тогда, когда у человека нет желания рассказать правду. Издевательски растягиваю губы в едкой ухмылке, скрывая за ней разъедающую внутренности тупую боль, которая так давит на грудную клетку, что становится трудно дышать. При одном мимолётном взгляде на Винчестеров тяжесть тут же начинает сжимать рёбра, а когда приходится разговаривать с ними, кажется, что она к чертям раздавит все органы. Все те моменты, когда мы были вместе, проносятся перед глазами, словно в замедленной съёмке, и останавливаются на том роковом дне, в котором я истекала кровью, боясь даже пошевелиться, в то время, как Винчестеры не удостоили меня взглядом и спокойно ушли, не произнеся ни единого слова. — А ты попробуй объяснить, — складываю руки на груди, выжидающе смотря на поникшего охотника. — Не здесь, — выдавливает из себя Дин. Чёрт возьми, Винчестер, перестань находить причины, чтобы увильнуть от разговора. Или ты просто сам себе не можешь найти оправдание тому, что делаешь? То оставляешь подыхать в луже собственной крови, то спасаешь? У тебя что, раздвоение личности? Так и хочется задать все эти вопросы прямо ему в лицо, но вместо этого тихо произношу: — Всё с тобой ясно, — как можно равнодушнее бросаю слова, словно ребёнок, которому надоело играть с очередной игрушкой. — Ты просто конченный мудак, — нервно усмехаюсь и, проводя языком по верхней губе, сую свободную руку в карман чёрных обтягивающих джинсов. — И ничто не изменит тебя. [...] Дин Винчестер проклинает всеми возможными ругательствами того, кто решил поставить ему предпоследним уроком два старших класса, полных наглых подростков, которые не могут ничего делать, кроме как отсиживать собственную задницу на скамейке. Короткостриженый охотник спокойно, хладнокровно, без эмоций наблюдает за тем, как женская половина десятого класса играет в волейбол с девушками, старшими их на год. Многие ученицы одеты в короткие шорты, что, конечно, не укрывается от похотливого взгляда Винчестера. Он строит из себя строгого учителя, хотя внутри от таких привлекательных девиц у него голова идёт кругом. И самое забавное, что большая часть учениц готова пофлиртовать с ним, если судить по их взглядам, полным восхищения. Но мысли профессионального охотника омрачает лишь одна девушка, ворвавшаяся в его с братом жизни, как ураган, и оставившая после себя разрушения. Нелли. Их недавний разговор оставил неприятный осадок. Мужчина воспроизводит у себя в голове выражение лица молодой охотницы, её нескрываемую ненависть и ранящие прямо в сердце слова, подобные персональным пулям, летящим точно в лоб. Конченный мудак. Да, именно так кратко и точно описывает его Стилински. И Дин полностью согласен с ней. Тому, как они с Сэмом поступили, нет прощения, если только не попытаться рассказать правду. Но Нелли не должна о ней узнать, иначе она вернётся к ним и снова станет рисковать собственной жизнью. Дин проводит языком по нижней губе, смотря за тем, как одиннадцатиклассница по имени Лидия Мартин подаёт волейбольный мяч, отчего салатового цвета майка слегка задирается, оголяя часть плоского живота. Сине-жёлтый мяч принимает по ту сторону сетки Нелли. Пусть девушка не совсем вышла ростом, но, несмотря на это, она с особой ловкостью умудряется сильно ударить по мячу, да так, что ни одна из соперниц не смогла отбить его, и это принесло команде Стилински ещё одно очко. Про себя Винчестер думает, что кареглазая неплохо играет в волейбол. Теперь настаёт очередь совершать подачу блондинистой красавице Мелани, которая из кожи вон лезет, чтобы выглядеть привлекательно. И, похоже, у неё это получается успешно, раз большинство парней чуть ли не слюнями давятся. На эту вполне естественную реакцию охотник лишь тихо усмехается, вспоминая себя в этом возрасте. Мужчина кидает взгляд на юношей, играющих в конце спортзала в футбол, а затем на тех, кто просиживает штаны на скамейке. Среди них учитель замечает высокого темноволосого парня с россыпью родинок на молочной коже, держащегося за лодыжку и корчащегося от острой боли. Юноша тяжело дышит через рот, ведь пару минут назад он играл в футбол, собственно, из-за которого и подвернул ногу. Дин вспоминает его имя — Стайлз Стилински, — хмуря брови и проводя рукой по щетинистому подбородку. Фамилия совсем такая же, как и у Нелли, которая, кстати говоря, почему-то у него записана как Нелли Купер. От явного непонимания у Старшего Винчестера в голове проносятся две мысли: либо молодая охотница соврала им насчёт своей фамилии, либо произошла какая-то ошибка, и всё-таки Стайлз с Нелли просто однофамильцы. Об их родственной связи охотник даже не думает, потому что, по его мнению, звучит как-то абсурдно. Хотя, брюнетка не особо рассказывала о своей семье и старалась не поднимать эту тему, поэтому всё возможно. Братьям Винчестерам известно лишь то, что мать Нелли была убита демоном, и благодаря этому девушка ввязалась в сверхъестественный мир. Но всё-таки Нелли и Стайлз похожи. Когда Дин снова обращает своё внимание на игру девушек, стараясь выбросить из головы этого юношу, которого охотник вчера ночью видел в школе, он замечает следующую картину: лежащая на полу Нелли держится рукой за голову, пока Мелани едко ухмыляется и возвышается над ней. В мгновении ока Винчестер-старший оказывается около Стилински, наблюдая за тем, как она кряхтит от боли в области затылка. — Что произошло? — громко обращается ко всем ученицам, следящим за пострадавшей брюнеткой. Она тяжело дышит через рот и старается сфокусировать взгляд на Дине, сидящем на корточках и пытающемся приподнять голову Нелли, на что та болезненно морщится. — Эта неуклюжая неумёха запнулась обо что-то и упала, — с притворным беспокойством хихикает Мелани, накручивая на палец локон светлых волос. — Ну да, конечно, — с трудом процеживает сквозь зубы Стилински-младшая, приподнимаясь на локтях, чтобы кинуть взгляд на блондинку, гласящий о том, что жить ей осталось совсем немного. — Сама толкает, а потом нагло врёт, — злостно проговаривает и не без помощи Дина встаёт на ноги, опираясь рукой о его широкое плечо. Но через пару секунд охотница шарахается от зеленоглазого мужчины, как от огня. В её взгляде снова читается раздражение, что приводит учителя в расстройство, но он старается делать вид, что ничего не заметил. Винчестер спокойно наблюдает за тем, как Стилински медленно подходит к деревянной скамейке и садится на неё. Видимо, ученица не собирается обращаться за помощью к медикам. Она снова дотрагивается до ушибленного места, от тупой боли поджимая губы, и поворачивает голову к рядом сидящему Стайлзу, который сам сидит на скамейке из-за того, что подвернул ногу. — Ты в порядке? — до мужчины доносятся слова парня, который чуть обеспокоенно смотрит на девушку. — Да, просто в глазах двоится, — не без болезненной усмешки приподнимает уголки пухлых губ Нелли и пытается делать вид, что она чувствует себя нормально. Но дальше слушать их разговор Дин Винчестер не собирается, он лишь тупо переводит взгляд то на прикрывающую ликёрные глаза Нелли, то на обеспокоенно наблюдающего за ней Стайлза. Парочка синхронно пускает тяжёлый вздох и прикусывает нижнюю губу. И эти, казалось бы, ничего не значащие жесты заставляют ещё одну мысль промелькнуть в голове охотника. Они похожи не только внешне.

***

Прохладно. Пасмурно. Ветрено. Погода вполне типичная для середины осени. Мелкий, едва заметный дождь тихо накрапывает, но не заставляет искать зонт. Ветер становится всё сильнее, отчего приходится кутаться в куртку, лишь бы не дать холодному воздуху забраться под одежду. Серо-синие тучи висят над городом, словно тяжкий груз. Пускаю короткий вздох, продолжая неспешно идти по узкому тротуару, по обе стороны которого расположены наполовину голые высокие деревья и рядом растущие кусты. Разноцветные листья забавно шуршат под ногами и как-то разбавляют этим отсутствие людской суеты. Такое чувство, будто все прохожие люди просто вымерли. Кладу замёрзшие руки в карманы утеплённой джинсовой куртки, дёргая плечами от ветра, дующего мне прямо в спину и словно подгоняющего домой. Голова всё ещё неприятно раскалывается после того случая на физкультуре, когда чёртова стерва Мелани без причины с силой толкнула меня, я не смогла удержать равновесие и упала, ударившись затылком о пол. Руки уже чешутся, чтобы сомкнуть их на тонкой шее блондинки. Но в душе прекрасно понимаю: сейчас проблем и так хватает, и тратить драгоценное время на глупых девиц не стоит. Для начала нужно узнать у Стайлза, что он делал вчера ночью в школе, при этом прекрасно зная, что в ней происходят убийства учеников. Но боюсь, что брат спросит тоже самое, и мы придём в большой тупик. Стайлз и так не особо доверяет мне, всё время ищет какой-то подвох в моих словах и действиях. И это чертовски ранит. Сжимаю искусанные до крови губы в тонкую полоску, думая о том, чтобы найти Кроули, который может помочь ответить на терзающие меня внутри вопросы. Этот торгаш имеет большие связи со многими сверхъестественными существами, так что для него не составит особого труда нарыть информацию о якобы моей смерти. В базе данных города Бейкон Хиллс я числюсь мёртвой, но за его пределами — официально жива. Вот только есть одно «но». Кроули никогда ничего не делает просто так. Всегда нужно за всё платить. Внезапные шаги у меня за спиной отвлекают от раздумий. Каждая часть моего тела тут же напрягается. Ускоряю шаг, позади себя слыша, как кто-то делает то же самое. Сразу же хочется пуститься в бега, но понимаю, что мои ноги, уставшие после урока физкультуры, вряд ли смогут унести меня подальше отсюда. Поджимаю губы и разворачиваюсь лицом к высокому мужчине, доставая из-за пазухи пистолет и готовясь нажать на спусковой крючок. Но как только узнаю в этом странном бородатом типе знакомого моего брата, которого, кажется, зовут Дерек, от удивления распахиваю и без того большие глаза и в этот раз не собираюсь убирать оружие. Лишь крепче сжимаю в руках пистолет, целясь точно в сердце. Пока стрелять не буду, но стоит подстраховаться. — Чего ты от меня хочешь? — свожу брови к переносице, чётко проговаривая слова. — Зачем следишь? На мою не совсем обычную реакцию нормальный человек давно бы покрутил пальцем у виска, но Дерек лишь издаёт подобие усмешки и даже под прицелом пистолета сохраняет хладнокровное выражение лица. — Я не следил за тобой, — кидает на меня взгляд, оглядывая с головы до ног. — И от тебя мне нужно узнать, кто ты такая. Вскидываю брови вверх и провожу языком по сухим губам, всё же опуская оружие вниз, но не убирая обратно. Я без понятия, на что способен здоровяк, который выглядит так, будто ненавидит всё, что движется и дышит. — Полегче, красавчик, — почему-то меня забавляет то, как он пытается быть серьёзным человеком. — Я обычная семнадцатилетняя девушка. На мои слова Дерек лишь недоверчиво косится на пистолет, мирно покоящийся в моей правой руке: — Обычные семнадцатилетние девушки имеют у себя в запасе помаду, а не оружие. — А я смотрю, ты у нас остряк, — насмешливо оглядываю мгновенно оскалившегося Дерека, которому, видимо, я уже успела вынести мозг. Что ж, я это умею. Зеленоглазый мужчина переводит свой взгляд, полный нескрываемого раздражения и злости, куда-то мне за спину, будто там кто-то стоит. Рот Дерека чуть приоткрывается, а в оливковых глазах читается явное недопонимание и удивление. Он сжимает широкие ладони в кулаки, словно готовясь в любой момент заехать ими кому-то по лицу. Дыхание уже начинает сбивается только при одном виде напрягшегося темноволосого мужчины, который лишь одним жестом показывает мне, чтобы я подошла к нему чуть ближе. На это лишь резко выдыхаю кислород и мгновенно поворачиваю корпус, чтобы увидеть среднего роста взрослого мужчину, который взглядом убийцы просто прожигает во мне огромных размеров дыру. Снова выставляю перед собой пистолет, но когда в руке у нежданного гостя появляется блестящий, серебряный ангельский клинок, я понимаю, что для него оружие в моих руках подобно ничего не значащей игрушке. Это ангел. Всё же делаю один шаг к Дереку, лишь бы отдалиться от того, кто появился здесь не для того, чтобы сказки рассказывать. Дыхание уже давно сбито, сердце готово выпрыгнуть из грудной клетки, руки начинают едва заметно трястись. У меня с собой нет ничего, чтобы смогло как-то ослабить ангела. И это, чёрт возьми, пугает. До дрожи в коленках. До скрежета зубов. Создание Бога медленно подходит ко мне и Дереку, сокращая между нами расстояние. На лице ангела нет ни тени улыбки, лишь серьёзность, будто он просто исполняет свой долг. И с каких пор в обязанности ангелов входит убийство ничего не сделавшей им девушки? Невольно хватаюсь за запястье Дерека, стараясь привести его в чувство, чтобы он прекратил так смотреть на ангела, у которого в руках оружие. Почему Дерек выглядит так, словно готов сразиться с тем, против кого у него нет даже крошечного шанса? Да что с этим бородатым типом не так? Неужели ему внушает уверенность то, что у меня имеется при себе пистолет? Ну да, вряд ли он думает, что обычные пули не смогут нанести вред нашему гостю. Дерек поворачивает голову в мою сторону, и я тут же делаю всё, чтобы он бежал отсюда как можно быстрее и дальше, но этот идиот даже с места не сдвинулся. Почему я не могу найти в его глазах хоть намёка на страх? Почему он уверен в том, что ангел не тронет нас? Я, конечно, понимаю, что Дерек думает, будто сейчас перед нами стоит обычный человек, но неужели клинок не вызывает у него чувства настороженности? Кто же ты на самом деле, Дерек? — Неужели ты даже не попробуешь дать мне отпор, Нелли? — вскидывает брови вверх ангел, крепче сжимая в правой руке клинок. — Я думал, будет не так скучно убивать тебя. Приоткрываю рот, чтобы кинуть напыщенному индюку что-нибудь колкое, лишь бы скрыть страх, который с каждой секундой затягивает меня в свои крепкие сети, но не успеваю и слова вымолвить, как из ниоткуда появляется знакомая фигура в светло-коричневом плаще и чёрных классических брюках. — К-Кас? — с трудом выдавливаю из себя имя своего друга, которого не видела уже два месяца. Коротким кивком головы ангел здоровается со мной, но тут же вытаскивает из рукава плаща свой клинок. Кастиэль наблюдает за тем, как неизвестный ангел поворачивается к нему передом и раздражённо вздыхает. Два ангела долго и пронзительно смотрят друг на друга. Но Кас решает не церемониться: он быстро делает выпад и начинает атаковать своего соратника, нанося удары, которые противник умело блокирует. — Бегите! — громкий голос Кастиэля словно приводит меня в чувство. Провожу тыльной стороной ладони по лбу, колеблясь и не собираясь оставлять в беде своего друга, которому может понадобиться помощь. Но понимаю, что я бессильна против ангелов, потому, кидая сожалеющий и благодарный взгляд в сторону Каса, с силой хватаю за руку Дерека и с трудом сдвигаю его с места, убегая в сторону своего двухэтажного дома вместе с ним и осознавая, что теперь на душе становится гадко и как-то пусто. Ведь Кас может пострадать из-за меня. [...] Буквально влетаю в просторный дом, оказываясь в гостиной, где спокойно сидит на диване отец, а брат увлечённо смотрит на экран телевизора. Но как только они замечают меня с Дереком, растрёпанных и старающихся привести дыхание в норму, мгновенно вскакивают с мест и выжидающе наблюдают за нами. Быстро стягиваю с себя джинсовую куртку и, вешая её на вешалку, без лишних слов иду к деревянной лестнице. Тяжело дышу через рот, держась за правый бок, который от непрерывного бега неприятно болит. Да ещё в придачу левое плечо, в которое меня ранили в тот раз два демона, по какой-то причине начинает ныть. К чёрту, сейчас это неважно. — Что произошло? — задаёт вполне типичный и банальный вопрос Стайлз, преграждая мне путь ко второму этажу и кидая взгляд на стоящего у входной двери бородатого мужчину. Вскидываю голову вверх и с нескрываемым раздражением смотрю в шоколадные глаза своего брата, который не собирается отпускать меня в мою комнату. С губ слетает короткий вздох, когда сквозь зубы процеживаю: — Дай пройти, — чуть толкаю Стайлза в грудь, но парень даже не шелохнулся. — Дерек тебе всё расскажет. Снова кареглазый юноша смотрит в сторону своего приятеля, который, похоже, делает какой-то жест, соглашающийся с моими словами. С недоверием брат отходит от лестницы и освобождает мне путь, на что лишь благодарно киваю головой. Быстро добираюсь до второго этажа, со скоростью света оказываясь в своей комнате. Трясущимися руками не с первого раза закрываю дверь на замок, скатываясь по ней спиной и садясь на пол. Провожу рукой по спутавшимся каштановым волосам, прикрывая глаза, чтобы постараться совладать с нарастающей панической атакой. В детстве со мной такое уже происходило, но сейчас атаки становятся сильнее, чем предыдущие. Резко выдыхаю через полуоткрытый рот и прокручиваю у себя в голове лишь одну мысль. Мне нужно успокоиться.