Пепельное сердце

Паника. Ужас. Отчаяние. Именно они захватывают меня в свои сети, давят так, что перед глазами начинает темнеть. Из-за этих чувств не могу нормально сосредоточится на окружающей обстановке, которая с каждой секундой пугает всё больше. Так хочется сейчас оказаться в уютном месте наедине с едой и сериалами, забыв обо всех проблемах. Но жестокая реальность против того, чтобы мои мечты осуществились. Кидаю взгляд на изрядно потрёпанную Малию и уставшего Кастиэля, которые в данный момент страдают из-за меня. Они пытаются помочь, да вот только толку от этого никакого. Лишь вредят сами себе, зная, что бой уже заранее проигран. Безумно благодарна им, что они не оставили меня одну на произвол судьбы, но одновременно ругаю их, ведь в итоге они могут умереть. Демонам нужна я, а какие-то ангел и оборотень их не интересуют. По факту времени прошло немного с тех пор, как дьявольские отродья напали на нас, но кажется, будто уже мы целый час отбиваемся от них. Тейт предпринимает попытки как-то сражаться сразу с тремя демонами, но потрёпанный вид выдаёт девушку с головой. На её скуле красуется багровый синяк, из раны на плече вытекает кровь. Ещё, кажется, у Малии сломана рука, раз она так за неё держится, искажая лицо от боли. У Каса обстоят дела не лучше: из носа и разбитой губы струится алая жидкость, пока ангел мужественно терпит удары от врага в живот. Конечно, демон мог бы уже давно прикончить ангела, но, видимо, ему доставляет удовольствие вид раненого противника. Тяжёлый вздох слетает с губ, когда вижу, как очередной посланник Ада приближается ко мне с такой дьявольской ухмылкой, что охота заехать ему по лицу, чтобы стереть её. Но не успеваю осуществить желаемое, ведь сзади другой демон с силой хватает меня за руку и разворачивает к себе, отбирая моё единственное оружие — ангельский клинок. Теперь я совершенно бессильна против врагов, которые как никогда близки к победе. Неужели этот день запомнится тем, что орава демонов наконец-то смогла поймать меня, девушку, которой удавалось целых два месяца избегать самого худшего? Осознание явного поражения заставляет стискивать от досады зубы, впиваясь ногтями в кожу ладоней. Никогда не думала, что такая мысль промелькнёт у меня в голове, но... Лучше бы меня уже убили, нежели пытались схватить живой, чтобы потом использовать в своих мерзких целях. Сначала с нескрываемой ненавистью смотрю на стоящего передо мной габаритного демона, который пока в ответ буравит меня мрачным взглядом, а затем акцентирую своё внимание на Кастиэле и Малии. Мои друзья по какой-то причине застыли на месте, собственно, так же, как и наши противники. В чём дело? Демоны, ангел и оборотень-койот наблюдают за тем, как две машины останавливаются около поля битвы. Одну из них узнаю сразу. Это синий джип моего брата. Другой автомобиль, который я до этого уже видела, привлекает гораздо больше внимания, чем старая развалюха Стайлза. В конце концов, потрёпанный временем джип на фоне чёрной спортивной машины выглядит даже как-то ущербно. И если мне не изменяет память, то это либо роскошная Тайота, либо шикарная Камаро. Но, конечно, до Импалы Винчестеров ещё далеко. Из массивного джипа выходит — ладно, вываливается — Стайлз, громко хлопая дверцей. Следом за худощавым парнем вылезает Скотт на пару с невысокой девушкой азиатской внешности. Её зовут то ли Кора, то ли Кира. А может, вообще Кристи. Затем с каменным выражением лица появляется Дерек, который, видимо, является владельцем чёрной Камаро (да, это всё-таки она). Ну конечно, у крутого мужика должна быть крутая тачка. Лидия, выходящая из автомобиля Хейла, выглядит так, словно собралась на показ мод. Её светлое платье молочного цвета идеально сочетается с чёрными туфлями на высокой шпильке, а бежевый жакет лишь дополняет образ. А про прекрасно уложенную причёску и отличный макияж даже говорить нечего. Эта девушка — грёбаная королева, чего греха таить. В голове не укладывается, что она может быть оборотнем. Хотя, я ещё не видела ни её клыков, ни когтей, так что вполне возможно, что огненноволосая бестия далеко не вервольф. Но, честно говоря, ни разу не видела, чтобы в стае оборотней состоял, например, вампир или перевёртыш. Вижу, как все недавно прибывшие направляются в нашу сторону. Стилински нервно сжимает в руках свою биту, рядом с ним неуверенно шагает Мартин, Хейл и МакКолл выпускают острые когти, а азиатка замыкает цепочку, гордо подняв голову и достав катану. Это что, типа, отряд спасения, состоящий из неуклюжего парня с СДВГ, рыжей бабы на высоченной шпильке, молодого Альфы со странной формой челюсти, Джеки Чана в юбке и грозного мужика со взглядом а-ля «мне насрать, кто ты, но я всё равно перегрызу твою глотку своими зубами»? Подавляю готовый вырваться наружу смешок, пока в это время демоны недоумённо переглядываются между собой. Конечно, их беспокойство понятно. Ведь нас теперь стало восемь. А этих уродов, если посчитать, семь. Численное преимущество уже на нашей стороне, что заставило черноглазых засомневаться. Но ведь они не знают, что, например, Стайлз не нанесёт им особого вреда. Или та же Лидия. На таких каблуках ей только по красной дорожке ходить, а не вступать в схватку со злом. Я прекрасно понимаю, что все они приехали только с одной целью — спасти Малию. На меня и Каса им абсолютно всё равно. Но есть шансы, что и нам удастся улизнуть, если, к примеру, Хейл вырубит парочку демонов. — Стой на месте, Стилински! — командным тоном приказывает моему брату Дерек, нападая на противника и впечатывая того в стену пятиэтажного дома. — Тебя это тоже касается, Лидия. Создаётся такое ощущение, будто Хейл и есть настоящий Альфа. Один его угрожающий вид уже вселяет чувство страха у нормальных людей, а про его привычку постоянно командовать я вообще молчу. Именно этому оборотню роль вожака подходит куда больше, нежели Скотту, который пока даже школу-то не окончил. И эта ещё одна причина, почему я считаю данную стаю странной. Что ж, теперь, когда вроде как пришло некое подобие подмоги, стало как-то спокойнее. Пускай они и собираются спасти не меня, а Тейт, но почему-то только сейчас дошло, что подруга вряд ли оставит меня на произвол судьбы. Ведь когда демоны напали, она не убежала, хотя я её и просила об этом. От всепоглощающего страха не осталось и следа, появилась уверенность в своих силах. Именно благодаря ей выбиваю из рук демона ангельский клинок, воспользовавшись его замешательством. На лету ловлю оружие и тут же вонзаю его в грудь врага, видя, как тот коротко вскрикивает и падает на асфальт. Переступаю через мёртвое тело, краем глаза замечая старшего брата, который предпринимает попытки ударить черноглазого битой, но тот ловко уворачивается. Вот ну и чего этот гиперактивный идиот не может спокойно постоять на месте? Если драться не умеешь, то, соответственно, на поле битвы тебе делать нечего. Демон замахивается, чтобы сделать больно моему брату, потому в мгновение ока оказываюсь рядом с ним. Со всей силы бью врага ногой в живот, тот издаёт пронзительный вопль и держится за место удара. — Ну что, как тебе ощущения? Нравится? — язвлю, обращаясь к демону. И ещё раз бью его: в этот раз по лицу. Кулак начинает побаливать, но это абсолютно ничто, если сравнить с тем, как морщится сам демон. Конечно, я не обладаю никакими сверхспособностями, и, возможно, удар был далеко не самым болезненным в жизни посланника Ада, но по его мимике можно понять, что ему было неприятно. Мои действия вновь заводят демона, который сквозь зубы процеживает: — Ты будешь гореть, сучка! Открываю рот, чтобы выдать очередную саркастичную фразу, но сделать мне это не даёт Стайлз. Он, с такой холодной злостью, какой я ещё никогда не видела, ударяет врага по коленной чашечке. Тот снова вскрикивает, роняя на землю острый, начищенный до блеска нож. К моему ещё большему удивлению, братец поднимает оружие, сжав губы в тонкую полоску, и не без презрения втыкает его прямо в шею противника. Кровь фонтаном хлынула, пачкая одежду и мою, и Стайлза. Прежде чем демон издаст последний вздох, Стайлз, разозлённый и решительный, на выдохе произносит те слова, которые побуждают меня приоткрыть рот от удивления: — Не смей называть её сучкой, ты, ошибка природы. Чёрт, а это было впечатляюще. Особенно, если учитывать хроническую неуклюжесть и нерешительность этого с виду хилого парня. Для Стайлза данный поступок, мне кажется, совершенно нехарактерен. Он смог не просто ударить опасного демона, но и без тени страха на лице убить его. И, похоже, Стилински разозлили именно слова врага, когда тот наглым образом оскорбил меня. Хотя, конечно, мне не привыкать слушать в свой адрес, казалось бы, обидные словечки, которые никоим образом не заботят меня. Но то, что брат заступился за меня, греет душу и даёт надежду на многое. Не успеваю поблагодарить юношу, как до ушей доносится звук, отдалённо похожий на визг. Это, видимо, была Лидия, раз Стайлз бросается в её сторону, крепче сжимая в руках биту. Ладно, вдвоём они как-нибудь разберутся. Я на это сильно надеюсь. Чтобы оценить сложившуюся обстановку, с любопытством оглядываю поле битвы. Скотт, выпустивший белые клыки и коричневатые когти, борется с одним демоном, который превосходит его в габаритах, но Альфа всё равно дерётся с ним на равных. Рядом Дерек уверенно заносит руку, дабы полоснуть когтями по горлу противника, но тот выбирает самый лёгкий способ: он решает покинуть тело своего сосуда, от чего из его рта вырывается чёрный дым. То же самое проделывают остальные. Кроме одного, самого главного. Похоже, он выбирает достойную смерть, нежели трусливый побег. Благородно, но глупо. Победа у нас в кармане, это очевидно. Нервно растягиваю губы в улыбке, собираясь направиться в сторону Малии и Кастиэля. Но резкая боль в области головы заставляет меня пошатнуться и, коротко вскрикнув, упасть на изодранные в кровь колени. Машинально вцепляюсь себе в волосы, словно это поможет утихомирить внезапное и такое отвратительное ощущение, как будто мне с невероятной силой дали кувалдой по голове. И с каждой секундой становится лишь хуже. Боль усиливается. Звон в ушах затмевает остальные звуки. Картина перед глазами теряется, краски размываются. Что, твою мать, сейчас происходит? Почему мне так больно? И тут я слышу голос. Его голос. Того, кто по ночам не давал мне спать. Из-за него я просыпалась в холодном поту, боясь заснуть снова. Он не давал мне покоя целый месяц, а потом резко кошмары кончились. И я больше не слышала его в своих снах. До этого момента. Но есть одна проблема. Сейчас я не сплю. Это не сон, это реальность. — Малы-ы-ышка... — сладко протягивает он с издёвкой, от которой у меня всё внутри переворачивается и делает кульбит. — Соскучилась по мне? Нет, нет, нет... Это ведь невозможно. Я слышу до боли в рёбрах знакомый голос, но его обладателя не вижу. Перед глазами лишь застыл образ до чёртиков перепуганного Стайлза, стоящего примерно в двух метрах от меня. Но он не решается подойти ко мне ближе. Как и все они, эти его псевдодрузья. Они стоят, тупо пялятся с открытыми ртами. Но ничего не предпринимают. — Ну конечно, ведь им всем плевать на тебя, — он озвучивает и заканчивает за меня мою же собственную мысль. — Даже этому мешку с костями, которого все зовут Стайлзом. Идиотское имечко, не правда ли? С въевшейся под кожу злостью кусаю нижнюю губу до крови, закрывая глаза. И тут же жалею об этом. Образ моего мучителя из кошмаров так ярко представляется, что создаётся такое пугающее чувство, будто он находится в метре от меня. И этот пугающе реалистичный образ Дина, в которого вселился демон, заставляет меня открыть глаза в попытке избавиться от него. И высокий мужчина правда исчезает, но его хриплый голос по-прежнему разламывает мой череп на две половины, побуждая впиваться ногтями в кожу ладоней, дабы не позволить себе снова закричать. — У-уходи, я не хочу слушать т-тебя, — язык заплетается, мешает связно говорить. — Ты ненастоящий, я-я знаю это! Просто вали из моей головы, урод! — последнюю фразу говорю как можно увереннее. Но в ответ слышу смех Винчестера-старшего, которого явно забавляют мои жалкие попытки прогнать его. — Ты правда думаешь, что от меня так просто избавиться, Нелли? — он произносит это таким тоном, как будто съел два больших вкусных пирога. — Мы с тобой связаны, а эту связь не так легко разорвать, знаешь ли. — Что ты несёшь? — не без труда процеживаю сквозь зубы. — Ты всего лишь тупой демон, который прячется за маской Дина! Для чего тебе это вообще надо? Почему так долго мучил меня во снах, говоря о том, что я стану монстром? — при одном воспоминании об этих кошмарах меня передёргивает. — Чего ты добиваешься? Хочешь свести меня с ума? Так вот хрен тебе, понял? У тебя ничего не выйдет! На мой внезапный порыв, которого я и сама от себя не ожидала, демон вновь усмехается, что злит меня ещё больше. Головная боль никак не желает уходить, но пока это каким-то образом отошло на второй план. Во снах я не могла говорить, отвечать Старшему Винчестеру, потому пытаюсь пользоваться такой возможностью сейчас. — Слишком много вопросов, деточка, — спокойно произносит, не обращая внимания на мою агрессию. — Я лишь могу пока сказать тебе одно. Я не демон. И боль, адская и невыносимая, исчезает так быстро, как будто её и вовсе не было. Голос Дина больше не звучит у меня в ушах. Картина перед глазами начинает приобретать прежнюю чёткость и ясность. Теперь снова могу различить силуэт старшего брата, который обнимает испуганную Лидию. Рядом с ними стоят странно смотрящие на меня Скотт и его девушка азиатской внешности. Дерек же стал ещё серьёзнее, чем обычно. А вот того вожака демонов, который не стал убегать, почему-то не видно. Куда он подевался? На этот вопрос ответ приходит моментально. Главный демон из-за угла бежит в мою сторону, явно собираясь либо ранить меня, либо взять за руку и перенести в другое место. Ещё до конца не оправилась от болевого шока, потому соображать стало сложнее. Мой ангельский клинок, видимо, вылетел у меня из рук, когда я почувствовала боль, так что ответить врагу мне сейчас нечем. Демон уже почти приблизился ко мне, потому паника вновь подступает к горлу. Зажмуриваю глаза, надеясь на лучшее, но в душе понимая, что враг сейчас добьётся своей цели. Секунда, две, пять, десять... И н-ничего? Никакого резкого удара или ощущения тошноты при перемещении из одного места в другое? Хмуря брови от недоумения, открываю веки и вижу перед собой искажённое от ужаса лицо габаритного демона. Опускаю взгляд чуть ниже, на уровень живота врага, и удивлённый вздох слетает с губ. Младший Хейл, стоя за спиной демона, сжимает в руках мой клинок, который он хладнокровно воткнул в противника, от чего из его живота вытекает алая жидкость. И одно не мало важное осознание стреляет в голову. Дерек Хейл спас меня.

***

Никто не изменит того зверя, в которого он превращается.

— Дин! — голос Сэма звучит так отдалённо, хотя он стоит буквально в трёх метрах от него. — Дин, хватит! — брат кричит, с ужасом в глазах наблюдает за отвратительной сценой, которую устроил зеленоглазый шатен. — Всё кончено! Она мертва. И только сейчас до Винчестера-старшего доходит всё происходящее. Мужчина как будто побывал в замедленной съёмке. Вот он видит Аббадон, у которой наглая усмешка не сходит с лица, вот она, не подходя к нему, с помощью магии прижимает его тело к стене, что лишает охотника возможности сдвинуться с места... А вот он мысленно умоляет выпавший у него из рук Первый клинок оторваться от пола и приземлиться прямо ему в руку. И, к удивлению Дина, эти молитвы были услышаны. Клинок снова у охотника, он крепко сжимает его рукоятку. А дальше... дальше всё было словно в тумане. Он благодаря силе древнего оружие «отлипает» от холодной стены, тут же надвигаясь на Аббадон. Та, испуганно вытаращив глаза, начинает отступать, но Дин успевает воткнуть клинок в живот Рыцаря Ада. Сила такого могущественного оружия мгновенно убивает ту, которая хотела завладеть Адом. Казалось бы, дело в шляпе, одной проблемой меньше, но... Что-то пошло не так. Винчестер, разозлённый и одновременно обрадованный победой, с невероятной яростью начинает наносить удары в уже мёртвое тело женщины, пачкая кровью одежду, лицо и руки. Глаза шатена никогда ещё не выражали такого холодного гнева, который нахлынул на него при виде бездыханного тела Абаддон, погибшей от его руки. И лишь сейчас, когда Дин наконец пришёл в себя, он осознает, что натворил. И каким монстром в данный момент он выглядит в глазах своего Сэмми. — Сэм, я... — он не находит подходящих слов, понимая, что оправдания его поступку нет. — Чёрт, я не знаю, что на меня нашло. Младший Винчестер, странно поглядывая на брата, сидящего перед истерзанным телом врага, в луже крови и Первым клинком в трясущихся руках, осторожно делает шаг к нему. Сэм до сих пор не может поверить, что перед ним находится его брат, а не очередное чудовище, на которое они обычно охотятся. — Это всё метка Каина, Дин, — серьёзно и уверенно произносит Сэм, видя, как брат отбрасывает клинок в сторону. — Нужно срочно избавляться от неё, пока ты... — Пока я не навредил тебе, Касу или Чарли, — заканчивает за братца фразу и, смотря на свои окровавленные руки, добавляет: — Или Нелли.

***

Внезапно поднявшийся ветер буквально хлещет по лицу, из-за чего волосы лезут то в рот, то в глаза, закрывая обзор. Скоро мне это уже надоело, потому собираю копну каштановых волос в высокий конский хвост. Вновь оглядываю улицу, где недавно на меня напали демоны, и невольно замечаю, что на нашу компанию, состоящую из сверхъестественных существ, странно косится незнакомый старичок. Если он видел всю битву от начала до конца, то боюсь, что его представление о мире поменялось. Как бы ещё сдуру полицию не вызвал. Шмыгая носом, перевожу усталый взгляд на Кастиэля, вытирающего кровь с лица рукавом плаща. Ангел выглядит потерянным, ему наверняка хочется поскорее покинуть поле битвы и излечить раны. Но он продолжает стоять на месте, отрешённо смотря куда-то вдаль. Принимаю решение подойти к нему, дабы поблагодарить его за то, что пытался помочь. Мгновенно оказываюсь рядом с другом, тот заметно вздрагивает. — Спасибо, Кас, — натягиваю улыбку, внимательно вглядываясь в небесно-голубые глаза мужчины. — Ты, можно сказать, спас меня. — Не я спас тебя, Нелли, а эта стая, — кивает в сторону Стайлза и его дружков, с сожалением поджимая губы. — Прости. — Да за что ты извиняешься? — совсем не понимаю логику стоящего передо мной ангела, который выглядит как провинившийся щенок. — Всё нормально, слышишь? Я в порядке. Кастиэль, тяжело вздохнув, оглядывает меня с головы до ног, а затем качает головой. Он с прищуром всматривается мне в глаза, словно пытается найти в них ответы. — Не стоит лгать, — как можно вежливее говорит и, сделав небольшую паузу, осторожно продолжает: — Что-то произошло с тобой. Тебе было больно, это очевидно. Возможно, если бы я смог телепортироваться, то ничего бы и не случилось. — Перестань, Кас, иначе я тебе сейчас врежу, — на полном серьёзе отвечаю, складывая руки на груди. — Ты ни в чём не виноват, ясно? — произношу это с такой интонацией, чтобы было понятно, что спорить с утверждением бесполезно. — Кстати, почему ты не мог телепортироваться? — Демоны. Это их рук дело... Они наверняка связались с ведьмой, чтобы та наложила заклятие на них, — по, наверное, моему глупому выражению лица он осознаёт, что я ни черта не поняла, потому добавляет: — Есть такое заклятие, которое можно наложить на любого человека или, в нашем случае, на демона. В результате те, кто находятся рядом с ним, просто не смогут телепортироваться. — Но некоторые демоны смогли покинуть тела своих сосудов. Или это не относится к телепортации? — Не относится, — кивает в ответ головой. — Ладно, я уже знаю твой ответ, но всё равно попытаюсь, — вздыхая, прикусывает нижнюю губу. — Может, вернёшься к Дину и Сэму? Нервный смешок слетает с полуоткрытых губ, когда ангел задаёт этот вопрос. Он что, серьёзно? Неужели он здесь по просьбе Винчестеров? — Нет, — уже без улыбки произношу, — по крайней мере, не сейчас, — делаю акцент на последнем слове, смотря в сторону брата, который кладёт биту в багажник джипа. — Здесь моя семья. Я не могу уехать, пока не налажу отношения с папой и Стайлзом, понимаешь? Кастиэль, тяжело вздохнув, устало кивает головой. Он бросает ещё один взгляд в сторону стаи Скотта МакКолла, а затем, слабо улыбнувшись мне, прощается и исчезает в воздухе. Как же я рада, что он остался жив. Я бы не могла нормально продолжать жить, если бы ангел умер по моей вине. Он стал для меня вроде старшего брата, которого мне тогда так не хватало. Кстати, о брате. Стайлз, как и все остальные, уже приготовились уехать подальше от этого места. Но они, вероятно, кого-то ждут. Если судить по тому, как на меня смотрит Малия, то я и есть та, кого они дожидаются. Конечно, грозный и недовольный взгляд Дерека подтверждает то, что он абсолютно не рад этому. Но зачем он тогда спас меня? [...] — Куда мы едем? — вопрос так и вертится на языке, потому спокойно произношу его вслух, смотря на профиль Стайлза, сидящего за рулём синего джипа. Парень напряжённо пялится на дорогу и, впившись длинными пальцами в руль, кусает тонкие губы. Он выглядит довольно вымотанным: из-за бледного, даже болезненного тона кожи мешки под его глазами ещё сильнее выделяются, взгляд полон отрешённости, на синей клетчатой рубашке красуются засохшие капли крови того демона. Возможно, Стилински сейчас воспроизводит у себя в голове тот момент, когда он без капли жалости воткнул клинок в дьявольское отродье. — В лофт Дерека, — кажется, спустя вечность произносит братец, сворачивая в противоположную от нашего дома сторону. — Это что-то типа вашего логова? Там вы собираетесь вместе? Идея поехать в дом Хейла не показалась мне хорошей, она, наоборот, в каком-то смысле ужаснула меня. Стайлз с трудом, но всё-таки кивает головой, тем самым дав мне понять, что да, это место считается неким убежищем. Тогда какой смысл везти меня туда? Они ведь считают меня врагом, так с чего вдруг хотят открыть мне местоположение их логова? — Зачем же везёшь меня туда? — задаю очередной вопрос, кидая взгляд на заднее сиденье, где уютно устроился Скотт вместе со своей девушкой, которую всё-таки зовут Кира. — Твоя стая не доверяет мне, собственно, как и я ей. — Зато тебе доверяет Малия, — за Стайлза, явно не настроенного на разговор, отвечает Скотт. — А это уже не мало, знаешь ли. Обычно Малия не находит общий язык с людьми. Тем более, с охотниками. Открыто усмехаясь, поворачиваю голову в сторону Альфы. Тот, обнимая с виду хрупкую девушку, растягивает губы в натянутой улыбке. На его смуглом лице не осталось даже и царапинки. Видимо, раны у него были не настолько серьёзные, раз они так быстро затянулись благодаря регенерации. Вот везёт же оборотням. Они могут драться не на жизнь, а на смерть, но всё равно через буквально дня два на их телах не найдёшь ни единого следа побоев. А простым смертным приходится довольствоваться шрамами. Несправедливо. — Это были демоны, да? — спрашивает Стайлз, продолжая смотреть на расстилающуюся перед нами дорогу, по которой впереди нас едет машина Дерека. — Они охотятся на тебя? — моим ответом служит кивок головы. — И неужели ты не имеешь ни малейшего понятия, почему они делают это? Звучит бредово. — Ты сейчас серьёзно? Нашёл, блять, время для подозрений. — Не матерись при мне, — окинув меня осуждающим взглядом, как можно спокойнее проговаривает и явно старается сдерживать в себе порыв не понятного мне гнева. — Ну так что, правда нет никаких догадок? Громко цокая языком, протяжно вздыхаю и прикрываю глаза. Совершенно нет желания больше говорить. Просто охота забраться в постель, отрубиться и не просыпаться до тех пор, пока вся эта хрень с демонами и ангелами, желающими то свернуть мне шею, то забрать в плен, не закончится. — Я не знаю, чем на свою бедную голову привлекла этих уродов, — абсолютно честно и без утайки отвечаю, потирая начинающие слипаться глаза. — Хочешь верь, хочешь нет, но это правда. — Ладно, — сквозь зубы процеживает он. — Что был за мужик в плаще, с которым ты мило беседовала? — Слушай, я без понятия, какого чёрта ты ведёшь себя как свинья, но давай просто будем ехать в тишине, окей? — выдаю вполне разумное, по моему мнению, предложение, надеясь, что допрос закончится. — Иначе мы разругаемся, и будет только хуже. Стайлз, явно не желая прерывать беседу, приоткрывает рот, дабы обрушить на меня волну негодования, но его прерывает Кира, наслаждающаяся теплом, исходящим от её парня: — Не надо, Стайлз, — вроде бы не грубо, но настойчиво приказывает она. — Просто помолчи. И, хвала Небесам, Стилински и вправду затыкается, что сильно меня удивляет. Какую-то девушку, возможно являющуюся оборотнем, он слушает, а меня, его родную сестру, он, конечно же, ни во что не ставит. Класс. Своё возмущение решаю засунуть куда подальше, ведь в противном случае мы просто не доедем до лофта, не разрушив половину машины. Я сказала Стайлзу, что не знаю, почему он ни с того ни с сего начал вести себя так странно, но всё же догадки-то у меня есть. Скорей всего, дело в том, что он так хладнокровно убил демона, а теперь винит меня в этом (хотя я его и не просила об этом). А может, парень считает, что из-за меня пострадала Малия и его другие друзья. Вот в этом-то я виновата, не спорю. Сделав глубокий вдох, принимаю решение на время выбросить из головы всё связанное с тем, что произошло сегодня. Но голос Дина-демона совершенно не желает покидать мою голову. Та боль, которую я испытала в тот момент, когда услышала голос Винчестера, была просто невыносимой. Словно меня выворачивали на изнанку, затем возвращали в нормальное состояние, а потом снова выворачивали. На мгновение показалось даже, что каким-то образом попала в Ад. А когда тот, кто принял облик Дина, сказал, что он вовсе не демон, я чуть не задохнулась от непонимания всего происходящего. Да и сейчас ничего не изменилось. Господи, поскорей бы этот день уже закончился.

***

Мрачный лес, окутанный тьмой, окружает со всех сторон молодую девушку, время от времени смотрящую на яркую полную луну. На каждый звук, шорох, которые издают маленькие лесные жители, охотница оборачивается, выставляет перед собой пистолет, заправленный серебряными пулями, словно она боится, что невинные создания природы только и ждут момента, чтобы напасть. Но это не так. Нелли просто осознаёт всю опасность данной ситуации, ведь оборотни во время полнолуния становятся ещё более неуправляемыми машинами для убийств, чем в обычные дни. Нужно быть настороже, иначе одна небольшая оплошность приведёт к непоправимым последствиям. Стилински, конечно, никогда бы не отправилась в здравом уме на охоту на вервольфов при полной луне, да ещё и в одиночку. Это практически равносильно самоубийству. Но сегодня, похоже, день исключений. Нелли спокойно себе ехала на украденной машине, слушала любимую музыку, даже напевала, как громкий женский крик, доносящийся из густого леса, затмил все остальные звуки. А следующий за ним нечеловеческий вой чуть не заставил девушку подпрыгнуть на месте, от чего та, долго не раздумывая, остановила автомобиль и направилась в сторону леса, при этом успев взять из багажника оружие. Сейчас же охотница жалеет, что она ломанулась прямиком в гущу событий, даже не разработав хоть какой-то план действий. Можно же было позвонить знакомым охотникам, кроме Винчестеров, естественно. Но на то, чтобы приехала подмога, нужно время, а у той жертвы счёт идёт на секунды. — Помогите! — вновь слышится жалобный крик о помощи, от которого у Стилински внутри всё холодеет. — Нет, не трогайте меня, пожалуйста! — и снова раздаётся вопль, словно женщине вспарывают кишки, хотя, скорей всего, так и есть. Кареглазая охотница переходит на бег, так как уже нет смысла идти тихо, ведь оборотни наверняка давно её учуяли. Если судить по тому, как хорошо слышно истошные крики и вопли бедной женщины, то Нелли уже близко. — Отпустите её! — до слуха Стилински доходит ещё один женский голос, который не выражает никакого страха, только беспокойство за жертву. — Это всё полнолуние, вы должны держать себя в руках. Сконцентрируйтесь на чём-нибудь, вспомните о вашем якоре! — девушка даёт вполне разумные советы, а значит, она знает о тёмной стороне мира. — Ну же, Грэм и Молли, остановитесь, подумайте о ваших детях! Что было бы, если бы они сейчас стояли здесь и видели, чем вы занимаетесь? Да они были бы в ужасе, они стали бы бояться вас! Вы же не хотите, чтобы они называли вас монстрами? Незнакомка пытается переубедить тех, кто так жестоко издевается над невинным человеком, но её слова не действуют на них как холодный душ. Тот изголодавшийся волк внутри семейной пары гораздо сильнее, чем беззащитный человек. Быстро выставляя перед собой пистолет, Нелли начинает аккуратно подступать к двум оборотням, их жертве и какой-то девушке, которой примерно столько же лет, сколько самой Стилински. Конечно же, её услышали сверхъестественные существа, повернувшие к ней головы. И у среднего роста мужчины, и у его невысокой женщины рот, руки, одежда испачканы в чужой крови. А их глаза не выражают ничего, кроме холодного безумия и желания истерзать тело жертвы до костей. Зрелище, честно говоря, не из приятных. Будь на месте Нелли Стилински слабонервный человек, то он бы наверняка упал в обморок, или бы его просто стошнило. — Оба отошли от неё, иначе вы умрёте прежде, чем скажете фразу «мы в дерьме»! — держа оружие наготове, как можно увереннее произносит охотница, но оборотни и ухом не повели. — Я ведь не шучу. В качестве доказательства своих слов брюнетка целится в сердце мужчины, но промахивается и попадает в плечо. Тот взвывает от внезапной боли, а рядом стоящая жена протяжно рычит, в считанные секунды оказываясь рядом с охотницей. Желание отомстить за мужа захлёстывает её с головой, потому Молли валит Нелли на землю, занося когтистую руку для смертельного удара. Стилински как может извивается, чтобы достать пистолет, который она уронила при падении, но тщетно. Оборотень, конечно, сильнее, это очевидно. Уже не надеясь хоть на крошечный шанс на спасение, Стилински зажмуривает глаза. Мысленно она представляет себе, куда попадёт после смерти. Безусловно, ей, как и любому другому человеку, хотелось бы оказаться в Раю. Может, она бы там увидела свою маму, которой ей так не хватает. Мечты оказаться на Небесах рассеиваются в тот момент, когда обезоруженная охотница осознаёт, что никакого удара и последующей боли нет. Девушка осторожно приоткрывает один глаз, всё ещё чувствуя на себе вес женщины-вервольфа. Но, как оказалось, она потеряла сознание, что сильно удивило охотницу. Сбросив с себя тушу оборотня, Нелли поднимается на ноги, отряхивает чёрные джинсы и замечает рядом стоящую ту незнакомую девушку, пытавшуюся вразумить своих друзей. Она, держа в руках приличных размеров камень, оценивающе оглядывает Нелли, которая только сейчас увидела выступившие на руках незнакомки когти. Получается, эта девушка из той же породы, что и та женатая пара, подумала Нелли. — Это ты вырубила её? — осторожно спрашивает охотница, краем глаза замечая, как мужчина изнывает от адской боли в плече. — Ага, — так просто отвечает высокая девушка, будто она сейчас не спасла охотницу от своего же сородича. — Порядок? Неуверенно кивая головой в ответ на вопрос подозрительной особы, Стилински оглядывает её с головы до ног. Стоящая перед ней высокая стройная шатенка поправляет на себе светлый жакет и, видя, куда направлен взгляд юной охотницы, убирает коричневатые когти, на месте которых появляются обычные человеческие ногти. Обе девушки кидают обеспокоенные взгляды в сторону жертвы оборотней, надеясь, что та жива, но, увы, её раны оказались несовместимы с жизнью. Стилински разозлил тот факт, что она не смогла спасти человека. Охотница находит в траве свой пистолет и, собираясь пустить пулю уже не в плечо мужчины, а в сердце, готовится спустить курок. Но помеху создаёт вставшая напротив дула шатенка. — Не смей! — скалится она. — Я не для того тебя спасла, чтобы ты убила моего друга. — И для чего же тогда ты спасла мне жизнь? — интересуется Стилински, с любопытством взглянув на незнакомку. — Чтобы потом самой прикончить, да? Если так, то прости, я не стану тупо стоять и ждать своей участи. — За твой острый язык мне, конечно, хочется тебя прикончить, но не охота пачкать руки, — в тон Нелли отвечает собеседница, направляясь в сторону истекающего кровью Грэма. Стилински открыто наблюдает за действиями той, которая спасла её. Этот поступок поразил сестру Стайлза до глубины души, пускай с виду она и не показывает настоящих чувств. Девушка никогда не думала, что оборотни способны на что-то, кроме убийств. Именно сейчас она поняла, насколько ошибалась. — Эй, спасительница! — с иронией в голосе прикрикивает Нелли, видя, как незнакомка с сочувствием смотрит на рану мужчины. — Может, скажешь, как тебя зовут? — Тейт, — называет свою фамилию, а затем добавляет: — Малия Тейт.

***

Лофт Дерека Хейла, самого хмурого и вечно всем недовольного оборотня из всех тех оборотней, которых я когда-либо встречала, выглядит, честно говоря, абсолютно так, как я себе его представляла. Гостиная, совмещённая с кухней, выполнена в чёрно-белых тонах, а мебели в ней находится совсем немного: чёрный кожаный диван, прилагающиеся к нему такого же цвета два кресла, овальной формы большой белый стол, не малых размеров шкаф, заполненный книгами, и, конечно, люстра. Всё строго и лаконично. Минимализм, как никак. Кухня оформлена в том же стиле и примерно тех же оттенков, что и гостиная. Нужные для жизни предметы фурнитуры, безусловно, присутствуют: белый холодильник, плита, вытяжка, прямоугольный стол, мойка, навесные шкафчики. Повсюду, к моему удивлению, под ногами не валяется мелкий мусор или носки, что присуще большинству мужчин, которые живут одни. Здесь же, наоборот, лофт смотрится вполне опрятно. — Ну и где же пещера с кучей человеческих костей? — без сарказма я, разумеется, просто не могу. — Кажется, мы ошиблись адресом. В ответ на мою ироничную реплику слышится тихий рык со стороны чернобородого мужчины, который явно не рад, что я нахожусь здесь. — Мы тебе не животные, — раздражённо огрызается Хейл. — Ещё раз услышу что-то подобное, и ты быстро вылетишь отсюда. Поняла? — Как страшно, — закатив глаза, отвечаю ему и без всякого стеснения плюхаюсь на диван, — уже трясусь от ужаса. Не знаю, к счастью или нет, но Дерек проигнорировал меня, от чего рядом слышится облегчённый вздох. Обернувшись, вижу стоящего за спинкой дивана Стайлза, который выглядит... взволнованно. Парень боится, что скоро начнётся Третья мировая война из-за меня и Хейла-младшего. Вспыльчивый характер оборотня и мой постоянный сарказм явно несовместимы друг с другом. Что поделать, видимо, не судьба мне поладить с этим хмурым типом. Рядом с моим братом находится Лидия, явно чувствующая себя комфортно, хотя, небольшая царапина на щеке наверняка немного омрачает её внезапно поднявшееся вверх настроение. Возможно, дело в том, что друзья рыжей красавицы покинули поле битвы, оставшись живыми. Скотт, продолжающий держать за руку Киру, пустым взглядом впивается в одну точку в стене, углубившись в собственные мысли. Альфа явно думает о чём-то, чего он не понимает. Это замечает Юкимура, которая вырывает его из омута раздумий. Сладкая парочка, слабо улыбнувшись друг другу, садится в одно из кожаных кресел. Точнее, в него плюхается МакКолл, а его подружка удобно устраивается у него на коленях. Парень, обвивая руками талию азиатки, утыкается ей носом в шею, вдыхая слабый аромат её духов и демонстрируя идиотскую лыбу. Господи, меня же сейчас стошнит. Оторвав взгляд от Скотта и Киры, акцентирую своё внимание на развалившемся в другом кресле Айзеке, высоком кудрявом парнишке. Оборотень не прибыл на то место, где на меня напали черноглазые уроды, не сражался за то, чтобы вызволить Малию из опасной ситуации. Наверно, причина была, но как-то не особо интересно узнать её. Кстати, о Малии. Она присоединяется ко мне, тоже плюхаясь на вполне удобный диванчик и устало выдыхая. На лице у девушки кровь запеклась, раны в скором времени затянутся благодаря регенерации оборотня. Тейт задирает рукав голубой кофты, морщась, смотрит на неестественно выгнутую левую руку. Чёрт, точно. У неё же ещё рука сломана. С сожалением смотря на подругу, шепчу ей тихое «прости», отчего та кидает на меня недовольный взгляд, гласящий, что я ни в чём не виновата. Но это не так. Вина лежит полностью на мне. Так же к нам присоединился дядя Дерека — Питер. Он спокойно, без тени заинтересованности на лице садится на диван, рядом со мной и Малией. В руках красивый мужчина держит стакан с жидкостью, по цвету больше напоминающую виски. Сейчас бы не отказалась от такого алкогольного напитка. По правде говоря, охота напиться. В хлам. В дрова. До потери пульса. Так, чтобы на утро не вспомнить ничего из того, что произошло за последние два месяца. Например, горечь предательства близких людей. Или ощущение, будто по мне бульдозер несколько раз проехался. Или постоянный страх за собственную жизнь. Или осознание того, что я, оказывается, нахрен никому не нужна. — Итак, — нарушая повисшую в воздухе напряжённую тишину, начинает Питер, который делает очередной глоток алкогольного напитка, — может, объясните, что произошло? Во что вы вляпались на этот раз? — Мы? — с губ Стайлза слетает нервный смешок. — Мы-то в этот раз вообще ни при чём, Питер. У нас отличилась Нелли, — брат так и испепеляет меня грозным взглядом. — Из-за неё многие пострадали, в первую очередь, Малия. Ну всё, теперь точно понятно, почему мой старший братец так взъелся на меня. Его выбешивает тот факт, что им пришлось спасать Тейт от демонов, рискуя собственными жизнями. А когда юноша убедился, что я не имею никакого понятия о причине такого поведения черноглазых тварей, это лишь подлило масло в уже разгоревшийся огонь. Прекрасно, такими темпами мы точно не наладим отношения. — Слушай, я не отрицаю, что виновата в произошедшем, — как можно спокойнее отвечаю братцу, внутри чувствуя такое привычное раздражение, — но если я не понимаю, какого чёрта эти ублюдки ведут охоту на меня, ты не имеешь права осуждать. — О-охота? — удивление, застывшее на лице Лидии, вполне понятно. — Они решили поохотиться на охотника? Серьёзно? — Я сейчас похожа на человека, который шутит? — выражение лица Мартин и её глупые вопросы ещё больше выводят меня из себя, хотя если бы Стайлз не дерзил мне, то я была бы более благосклонна. — Думаешь, охотники не могут стать добычей? Хотя, откуда тебе знать, — пожимаю плечами, вздыхая, — ты же и есть нечисть. Кажется, последняя фраза была лишней. Тишина снова воцарилась в лофте, лишь тиканье настенных часов стало слышно. Вижу, как МакКолл стискивает от злости зубы, кидая взгляд в сторону Мартин и моего старшего брата. Снова обернувшись, наблюдаю такую картину: Стайлз, явно готовый свернуть мне шею за такие слова, сжимает руку Лидии, которая от моей наглости тупо хлопает накрашенными ресницами. Сейчас что-то будет. И это «что-то» явно закончится для меня плачевно. Интересно, есть ли хоть крошечный шанс свалить отсюда, сохранив при этом все органы? Стилински в данный момент похож на бомбу. Сделаешь одно неверное действие, и ты уже покойник. Я его сделала. Наверно, осталось ждать своей участи. Но Дерек мешает Стайлзу осуществить план по убийству собственной сестры. — Я предупреждал тебя, — Хейл оказывается около меня, возвышаясь надо мной. — Что было непонятного в моих словах? — Да брось, чувак, я ведь правду сказала, — инстинкт самосохранения снова помахал мне рукой и ушёл восвояси. — Вы все нечисть. Или сверхъестественные существа. Или оборотни. Это ведь одно и то же по сути. Похоже, у Хейла-младшего скоро глаз начнёт дёргаться. По крайней мере, именно сейчас он выглядит так, словно его и без того висящее на волоске терпение скоро просто лопнет. Доводить людей до белого каления я, конечно, умею, и порой это играет со мной плохую шутку. — Не смей называть меня чуваком, Стилински, — сквозь зубы процеживая, ближе наклоняется к моему лицу. — Без проблем, чувак! Да блин, само вырвалось. Вот тут мне точно влетит, моя задница чувствует это. Отчётливо выступившие вены на шее и руках мужчины лишь подтверждают мою теорию, которая скоро осуществится на практике. Злобный оскал Дерека, его дикое желание разорвать мою грудную клетку, так и читающееся в оливковых глазах, — всё это должно было напугать нормального человека. Но кто сказал, что я нормальная? Хейл ничего не сделает мне. Малия и Стайлз не дадут ему убить меня. По крайней мере, я сильно надеюсь на это. Бородатый мужчина без всякого сожаления берёт меня за горло, одним рывком заставляет подняться с дивана. Инстинктивно хватаю его за руку, которой он сейчас сжимает мою шею, дабы ослабить его стальной напор. Но высокий вервольф, видимо, не собирается отпускать меня, потому, угрожающе рыкнув, он тащит моё тело к холодной стене и прижимает меня к ней с такой силой, что кажется, будто рёбра не выдержат такого напора. Вот сейчас, когда оборотень близок к тому, чтобы лишить меня жизни, страх постепенно подступает к горлу, а ощущение, что брат и подруга не дадут мою персону в обиду, становится блёклым и тусклым. — Отпусти меня, Хейл, — шипя, словно змея, вглядываюсь в зелёные глаза мужчины, полные неподдельной ярости. — Иначе... — Что «иначе»? — в тон мне отвечает, продолжая держать меня за шею. — Что ты мне сделаешь, Стилински? — наклоняется ко мне настолько близко, что я чувствую его тёплое дыхание у себя на лице. — Я оборотень, я в сто раз сильнее тебя, я в любой момент могу свернуть тебе шею голыми руками. — Дело далеко не в силе. Охотникам глубоко насрать на вашу силу. Они всё равно продолжают убивать вас, —задыхаясь, хриплю, испепеляю его уничтожающим взглядом. — Вам чертовски повезло, что я ничего не сказала про вас Винчестерам. Но в любой момент могу это исправить, — ухмыльнувшись, наблюдаю за реакцией вервольфа. — Один звонок, и вы уже в дерьме. Крылья носа Дерека угрожающе раздуваются, он готов перекрыть мне доступ к жизненно-необходимому кислороду, наверняка представляя у себя в голове, как я умираю. — Ничего из этого не произойдёт, если я сейчас убью тебя. Хейл всем своими видом показывает, что готов исполнить то, о чём только что сказал. Но он же блефует. Если бы сильно хотел, то уже давно сделал бы. — Моя смерть лишь подольёт масла в огонь, Дерек, — победно улыбнувшись, уже без помех убираю его руку с собственной шеи, — ты сам понимаешь это. Как бы там не возмущался Хейл, но внутри он наверняка прекрасно осознаёт, что с моей смертью всё для них станет только хуже. Если Винчестеры сказали мне правду насчёт того, что они оставили меня в том подвале ради моей же безопасности, то в случае моего летального исхода они приедут и разнесут к чертям этот городишко. Надеюсь, они не врали. Хотя, я ведь сегодня могла проверить это. Винчестеры говорили, что я бы по-любому не умерла, ведь Кастиэль точно бы исцелил меня. Собственно, именно это он тогда и сделал. Значит, я вполне могла спросить у ангела, правдива ли эта версия событий Дина и Сэма или нет. Кас не умеет врать, я бы с лёгкостью определила его ложь. Чёрт, чем я вообще думала в тот момент? Снова плюхаюсь на мягкий диван, видя, как на меня смотрят все, кто находится в лофте. Ну и чего они уставились? Делать больше нечего? — Ты не права, — говорит Питер. — Нет, конечно, мы все, кроме Стайлза, нечисть, но не все из нас оборотни. Нет, моя челюсть не повстречалась с полом. Нет, я не была удивлена. Сомнения насчёт того, вся ли стая Скотта состоит из вервольфов, закрались в мой разум давно. Та же Лидия, вся такая изящная и женственная, просто не представляется в образе кровожадного оборотня. — Ты совсем рехнулся, идиот? Зачем ты говоришь это охотнику? — выпаливает Дерек. О да, стоило видеть выражение лица Хейла-младшего, который, ещё не отойдя от стычки со мной, начинает злиться на своего же собственного дядюшку. — Да ладно тебе, если бы она хотела прикончить нас, то уже попыталась бы это сделать, — отмахиваясь, словно от назойливой мухи, запрокидывает голову Старший Хейл и одним глотком допивает виски. — Тебе ведь интересно узнать, кто же окружает тебя, да, лапушка? — подмигнув мне, начинает крутить в руках уже пустой стакан. Приподнимаю брови вверх, поражаясь нахальству Питера. Какая я ему, нахрен, лапушка? Меня так иногда называет Кроули, а теперь ещё и этот странный мужик со взглядом настоящего маньяка. Пускай Питер кажется мне гораздо приятнее Короля Ада, но это не означает, что ему можно называть меня этим идиотским уменьшительно-ласкательным словом. Конечно, очень хочется высказать это ему в лицо, но всё-таки правда любопытно узнать, кем же являются все члены стаи Скотта МакКолла. — Скотт у нас, знаешь ли... долбанутый на всю голову, потому и берёт в свою стаю кого попало, — на высказывание дяди Дерека смуглый парень оскорблённо покосился на него. — Лидия вот, например, банши. — Банши? — переспросив, перевожу подозрительный взгляд на рыжую девушку. — Получается, она может убить криком? — уверенный кивок Питера подтверждает мои слова. — Охренеть, да ты не такая милая, какой кажешься. Так значит, Лидия Мартин — банши. Девушка, которая может прикончить человека криком. Жесть. Получается, это она заорала на всю школу тогда, когда нашла мёртвое тело жертвы, убитой от руки Ламии. Но её крик никого не лишил жизни. Значит, юная зеленоглазая одноклассница Стайлза ещё не умеет пользоваться своей по истине необычной силой или тщательно её контролирует. — Это ещё не всё, дорогуша, — развязная улыбочка на лице Питера потихоньку вызывает раздражение. — Кира у нас... — Хватит! — прерывая мужчину, вскипает Альфа. — Ты не имеешь никакого права говорить ей хоть что-то о моих Бетах, — МакКолл, явно готовый вырвать сердце дяде Дерека, выглядит довольно угрожающе. — Пускай она и сестра моего лучшего друга, я ей не доверяю. Забавно. Все уже признали меня сестрой Стайлза, кроме самого Стайлза. Охрененно, что могу сказать. — Ладно, как хочешь, Скотт, — пожимая плечами, одаривает смуглого парня пустым взглядом Питер, — но рано или поздно она всё равно узнает. А пока... Вы собираетесь объяснять мне, что с вами случилось?

***

Гробовая тишина, царящая в бункере Просвящённых, застыла в воздухе, делая атмосферу напряжённой. Никто из присутствующих пока не осмеливается нарушить молчание. Усталый от этого дня Сэм бросает пистолет на круглый стол, садясь на стул рядом с огненноволосой девушкой, которая чувствует себя явно не в своей тарелке. Смотря на сжатые в тонкую полоску губы Дина и нахмуренные брови Сэма, Чарли понимает: что-то случилось. И это «что-то» не сулит ничего хорошего. Дин, старающийся не смотреть в глаза брату, выглядит, по мнению Брэдбери, ужасно. Его синяя куртка, клетчатая рубашка и чёрные джинсы испачканы в засохших пятнах крови, а на лице отображается притворное спокойствие, смешанное с напряжённостью. За этой маской охотник всегда прячет истинные чувства, которые терзают его, убивают изнутри, заставляя стискивать от боли зубы. И Чарли знает это. Ведь девушка давно изучила двух братьев-акробатов вдоль и поперёк. Она знает их слабые и сильные стороны, догадывается, о чём и тот, и другой думают, словно младшая сестра. В общем-то, Винчестеры таковой её и считают. — Может, наконец объясните, что произошло? — любопытство берет вверх, и рыжая задаёт вопрос. — Аббадон мертва или нет? Винчестер-старший, не желая отвечать на расспросы подруги, покидает огромную гостиную и идёт на кухню с целью достать из холодильника пиво, тем самым взвалив ответственность за рассказ всего произошедшего на брата. — Да, Чарли, — вздохнув, потирает шею Сэм, — она мертва. — Тогда в чём проблема? — искреннее недопонимание отражается на лице у Брэдбери. — Почему вы такие кислые? Сэм, не молчи. У меня ж сейчас инфаркт будет! Кажется, у Чарли сердце разрывается от её собственных догадок того, что же случилось с братьями. Или, наоборот, от того, что они снова натворили. Если это очередной апокалипсис, то тут сразу можно идти вешаться, подумала Брэдбери. — В твоём возрасте тебе не грозят никакие инфаркты, — говорит Сэм, уходя от темы. Конечно, рыжей пришёлся не по душе ответ Винчестера. Они ведь договорились больше ничего не скрывать друг от друга. Секреты не доводят до добра, уж братьям это известно. Словно прочитав мысли девушки, Сэм уже приготовился всё рассказать Чарли, чтобы та наконец успокоилась, но тут в гостиную возвращается Дин, держа в руках две бутылки пива. Высокий охотник с видом чертовски уставшего человека ставит на стол пиво, отдавая одну бутылку брату. Чарли, естественно, он не взял алкоголя, и девушка заметила это, цокнув языком. Дин порой бывает слишком заботлив по отношению к ней и Сэму, но проблема его в том, что он забывает о себе. — Меня занесло, Чарли, — Дин, проводя ладонью по лицу и прикрывая глаза цвета молодой листвы, решает сам объяснить причину их подавленного настроения. — Когда я воткнул клинок в эту суку, Метка взяла надо мной вверх, — воспроизведя у себя в голове тот момент, мужчина ёжится. — Я... Я начал наносить удар за ударом, пока от Аббадон не осталось лишь кровавое месиво. Мною двигала такая ярость... От такой откровенности у Брэдбери чуть челюсть не отвисла. Старший Винчестер обычно закрывается в себе, говоря, что с ним всё нормально, хотя на душе у него порой так паршиво и гадко. Охотник попросту не любит никому рассказывать о своих проблемах, и Чарли через пару секунд понимает, почему сейчас он сделал этот несвойственный ему поступок. — Я не обижусь, если ты уйдёшь, — смотря прямо в зелёные глаза своей родной, пускай и не по крови, сестре, Дин понимающе пожимает плечами. — По правде говоря, я хочу, чтобы ты ушла. Так будет безопаснее. — Ты издеваешься? — конечно, девушке не позволяет совесть бросить охотников, когда настали такие трудные времена. — Я не собираюсь убегать. Тем более от тебя! — Чарли, ты не понимаешь. Я сейчас опасен. До этого я думал, что справлюсь, — рваный вздох слетает с его губ, — но я ошибся. Метка сильнее. Я могу навредить тебе, Сэму, Нелли, Касу, да кому угодно! Его слова вообще не повлияли на Брэдбери, и оба Винчестера видят это. Чарли Брэдбери — до чёртиков самоотверженная и упрямая девушка. — Повторюсь: я никуда не уйду, — Брэдбери придаёт голосу ещё больше настойчивости и решительности. — Мы найдём способ избавиться от Метки Каина. А пока ищем, ты ничего не сделаешь мне и остальным людям, которыми ты дорожишь. — С чего ты это взяла? — терпение Винчестера-старшего тает на глазах. — Я не сдержался сегодня, значит могу не сдержаться и в следующий раз! Мне не охота терять близких людей снова, — по появившейся печали в его глазах можно понять, что он вспоминает тех, кого ему не удалось спасти от страшной участи. — Не заставляй нас поступать с тобой, как мы однажды поступили с Нелли! Стукнув кулаком по столу, Винчестер ставит точку в разговоре. К его сожалению, Чарли даже с места не сдвинулась, только заметно вздрогнула. Девушка, нахмурившись, прожигает дыру в Дине, словно пытается найти в нём ответы на интересующие её вопросы. Естественно, ничего не найдя, она решает, что должна знать о случившемся со Стилински. — И что же такого вы сделали Нелли, что она вас так ненавидит? — пожалуй, это единственная вещь, о которой Дин и Сэм пока умалчивают. Словно для них этот поступок — очередное тёмное пятно в их и без того мрачных жизнях, полных опасностей и потери близких. Сэм, на лице которого отобразилась грусть, опустив взгляд, старается не смотреть на Чарли, непривычно хмурую и сосредоточенную. Мужчине стыдно признаться ей, ему, как и его брату, сложно рассказать правду. Оставить Нелли Стилински истекать кровью в подвале, где лежали два мёртвых оборотня, — было трудным решением, но сейчас им кажется, что это была глупая затея. Рассказав причину их бесчеловечного и ужасного поступка кареглазой девушке, братьям стало чуть-чуть легче. Возможно, охотница сможет простить их, ведь всё было сделано ради её безопасности. И, зная характер и нрав семнадцатилетнего подростка, Сэм не уверен, что они когда-нибудь услышат слова прощения. Но надежда умирает последней, ведь так? Дин, раздражённый упрямством их подруги, борется с желанием хорошенько накричать на Брэдбери, чтобы хоть что-то в её голове щёлкнуло и надоумило покинуть бункер. Винчестер-старший, не собираясь пока просвещать девушку в историю, связанную с Нелли, отпивает из горла бутылки пиво и хочет сказать Чарли, что разговор окончен, но тут как тут появляется Кастиэль. Присутствующие замечают, каким измученным выглядит их друг. — Что опять случилось, Кас? — Дин понимает, что день преподнёс им ещё какой-то сюрприз. И, похоже, неприятный. — Нелли, — как только с губ ангела слетает имя каштановолосой девушки, в груди у Старшего Винчестера что-то предательски щёлкает. — На неё снова напали. В этот раз демоны. В помещении вновь повисла гнетущая тишина. Винчестеры и Брэдбери чувствуют тревогу, смешанную со страхом за эту несносную занозу в одном месте. Какой бы колючей и вспыльчивой Стилински ни была, для них она всё ещё дорога. — Чего ты, чёрт возьми, молчишь? — первым не выдерживает Дин, нервно постукивающий длинными пальцами по дубовой поверхности стола. — Что с ней, Кас? Она в порядке? — и опять молчание в ответ. — Да твою мать, ответь! — Что? — словно вырвавшийся из небытия Кас злит и без того разозлённого шатена, нервы которого на пределе. — Нелли жива, да, — у Дина как будто бы камень с души упал, — а на счёт того, в порядке ли она, я не знаю. Демоны, конечно, ранили её, но дело не в этом, — увидев напряжённость в движениях Винчестеров, Кастиэль продолжает: — Во время битвы с ней кое-что произошло. Ей стало плохо. — Плохо? В каком смысле плохо? — Сэм волнуется не меньше, чем его брат. Ему не хватает вечных саркастичных подколов Нелли, её мелких перепалок с Дином, её взгляда, полного понимания. В конце концов, охотнику хочется вернуть ещё одну девушку, ставшую его младшей сестрой. — В прямом, — опираясь пятой точкой о стол, спокойно и без лишних нервов говорит Кастиэль. — Скорей всего, у Нелли сильно заболела голова. И ещё... Она во время этого... приступа с кем-то разговаривала. Дин, молча пытаясь переварить полученную информацию, протяжно вздыхает, допивая пиво и бросая пустую бутылку куда-то в стену. Звук разбивающегося стекла заставляет Сэма и Чарли, поморщившись, кинуть на шатена обеспокоенный взгляд. Тот, нахмурившись, дотрагивается до правой руки, где расположена Метка Каина, и тут же шарахается от прикосновения словно от огня. — Эта девчонка может прожить хоть один день без неприятностей? — риторический вопрос, заданный самому себе, вырывается у Винчестера-старшего, у которого сердце разрывается от той чертовщины, что происходит со Стилински. — Всё, больше не могу, — встав с места, идёт к двери бункера. — Я в бар.

***

В итоге Стайлз рассказал Питеру все события сегодняшнего дня: нашу встречу с Малией, нападение на нас оравы демонов, спасательную «операцию» стаи Скотта, закончившуюся удачно. Про мой приступ головной боли парень не упомянул, за что я ему благодарна. Но зато брат подчеркнул тот факт, что демоны могут вернуться за мной, а это означает лишь одно: их стае тоже будет угрожать опасность, если они продолжат общаться со мной. Конечно, по большей части это адресовалось Малии. — Какая же ты, Нелли, везучая, — естественно, Старший Хейл промолчать просто не мог. — Ты определённо сестра нашего гиперактивного дружка. У него тоже проблемы с везением. — Да, просто обхохочешься! — в тон Питеру отвечаю, чувствуя боль во всём теле, уставшем после ударов противников. Аккуратно дотрагиваюсь до плеча, на котором красуется приличного размера рана, доставшаяся от клинка одного из демонов. Кровь из плеча сочится, пачкая разорванную кофту. Разбитая губа тоже ноет, но уже не кровоточит, что радует. Конечно, стоило бы обработать полученные раны, но поскольку аптечки у меня с собой нет, придётся просто промыть их. — Где у тебя ванная комната? — обращаясь к Дереку, хозяину квартиры, встаю с удобного диванчика, потягиваясь и слыша, как тихо хрустит позвоночник. Хейл лишь, косо посмотрев в мою сторону, приподнимает одну бровь в немом вопросе. — Да не собираюсь я ничего плохого делать, идиот. Мне уже нельзя промыть свои раны? — Прямо по коридору, потом налево, — внимательно окидывая меня взглядом, Дерек наконец указывает мне местоположение комнаты. Аллилуйя. Коленки сильно болят из-за того, что при драке упала, но приходится, стискивая зубы, терпеть боль и идти по направлению к ванной. Лучше отмыть кровь сейчас, чем потом. Ощущая спиной взгляды членов стаи МакКолла, продолжаю шагать к цели, впиваясь ногтями в кожу ладоней. Мысленно представляю себе уютную кровать с мягкой пуховой подушкой и тёплым одеялом, и дикое желание оказаться в этой кроватке захлёстывает меня с головой. Вскоре одёргиваю себя, понимая, что мечтать не время. Находясь в одном помещении со стаей оборотней, стоит всегда быть начеку, ведь не знаешь, что у них на уме. Как бы Стайлз не говорил про то, что они на людей просто так не бросаются, я, как охотник, не питаю к ним никаких чувств, кроме недоверия. По крайней мере, пока. Наконец, нахожу белую дверь, ведущую в ванную комнату. Оказавшись в небольшом помещении, с любопытством оглядываю интерьер. Но, не увидев ничего особенного, подхожу к раковине и, закатав рукава испорченной кофты, включаю кран с тёплой водой. В зеркале, находящемся прямо над раковиной, вижу себя, усталую и выжатую как лимон. Глаза какие-то красные, словно пила весь день, тёмные круги под ними стали больше, чем обычно, нижняя губа распухла, волосы спутались и теперь похожи на воронье гнездо. Класс. Меня можно ставить в огород в качестве пугала, птицы точно испугаются. Решив больше не смотреть на себя, чтобы снова не расстраиваться, беру в руки висящее рядом светлое махровое полотенце, смачиваю его водой и, пустив тяжёлый вздох, прислоняю к глубокой царапине на плече. Рану обожгло, но всё равно продолжаю смывать кровь. К несчастью, алая жидкость никак не желает останавливаться, ещё больше начиная течь. Всё-таки нужно обработать и заклеить большим пластырем, но где же его взять? Ответ приходит довольно быстро. На пороге комнаты появляется Дерек Хейл собственной персоной, наблюдающий за моими действиями. По началу я подумала, что он пришёл, чтобы убедиться в том, что ничего плохого я не замышляю и не делаю, но, увидев в его руках белую коробочку с красным плюсом, понимаю: мужчина принёс мне аптечку. Удивленно хлопаю ресницами, до конца не веря в происходящее. Тот, кто недавно грозился свернуть мне шею голыми руками, теперь помогает? Это сон? Без лишних слов Дерек протягивает мне коробку, смотря прямо в глаза, словно он что-то пытается в них найти. С подозрением принимаю аптечку и, рвано выдохнув, в ответ буравлю взглядом стоящего передо мной оборотня. Чертовски привлекательного оборотня, кстати. Характер у него, безусловно, сложный, собственно, как и у меня, но с виду, внешне он ничего так. Выразительные оливковые глаза, трёхдневная чёрная щетина, острые, словно лезвия, скулы, прямой нос, чуть пухловатые губы — всё это делает его вполне красивым мужчиной. Господи, о чём я вообще думаю? Он — оборотень, я — охотник. У меня такого даже в мыслях не должно быть. Чёрт. — Спасибо, — тихо говорю, но со своим идеальным слухом оборотня Хейл точно услышал меня. По его вытянувшейся челюсти можно понять, что он не ожидал от охотника, практически своего врага, слов благодарности. Честно говоря, я и сама не ожидала. — Не только за аптечку, но и за то, что спас тогда, — последняя фраза далась тяжело, но заставляю себя вскинуть голову вверх и смотреть чётко ему в глаза. — По идее, ты не должен был делать этого. — Не должен был, — соглашаясь со мной, кивает головой, — но почему-то сделал, — видимо, он сам не понимает причины своего поступка. — Особо не обольщайся, теперь ты у меня в долгу, — и, сказав это, он хлопает дверью, оставляя меня одну наедине с собственными мыслями. Какой же ты мастер портить моменты, Дерек-чёрт-бы-тебя-побрал-Хейл.