Инцидент Абура но Кодзи

Семь часов вечера Солнце над вечерним Киото клонилось к закату. Лучи особого красноватого оттенка только усиливали теплые цвета, характерные лету и подавляли холодные. Еще чуть-чуть, и солнце скроется за стеной, защищающей территорию особняка. Оперевшись спиной о стену здания, Хейске любовался закатом, стоя на заднем дворе в тени сакуры. Несколько часов назад все отряды получили приказ не покидать этим вечером территорию штаба. Не проблема. Вполне выполнимый приказ. — Эй, Хейске! — во двор по ступеням спустился его товарищ, — Хотсума-сан собирает отряд. Пошли скорее. — Командир? — отозвался Хейске. — А, сейчас иду. Нехотя оторвавшись от созерцания причудливой игры света лучей, клонящегося к закату солнца в листьях сакуры, Хейске оттолкнулся от стены и пошел следом за товарищем. — Из-за чего такая суматоха, — спросил он, — мы готовимся к какому-то заданию? — Без понятия. Вот у командира и спросим. В холле выстроились первый и второй отряды. В полном составе, как заметил Хейске, проходя мимо и направляясь к точке сбора своего. Фусума одной из довольно просторных комнат на первом этаже были полностью отодвинуты. Там стояли, тихо переговариваясь между собой, воины. Около десятка. Но Хейске знал, что без них двоих и командира их должно быть семеро. Ну вот и на месте. Вскоре появился Хотсума-сан. — Ну что, все уже здесь? Сегодняшняя ночка обещает быть веселой. Ито-доно приказал собрать все войска в штабе. Кое-кто планирует от нас избавиться и, согласно данным разведки, наиболее вероятное время нападения — сегодняшняя ночь. Основная задача — отразить нападение, защитить Ито-сама и, по возможности, понести как можно меньше потерь. Теперь касательно того, как все будет проходить. Все ворота уже закрыты. Основной удар примут первый и второй отряды. Мы будем ожидать здесь. Через несколько минут после того как все начнется вступаем в бой в качестве подкрепления. Все ясно? — Хай*, — в один голос ответил отряд. "Самозащита, значит. Ну вот, совсем другое дело. В Шинсенгуми приходилось убивать и действительно виновных, и просто случайных свидетелей. Да если б не Хиджиката-сан, Соджи убил бы и ту девчушку, Чизуру, даже не задумываясь. Жизнь настолько коротка и быстротечна. Неужели она сейчас ничего не стоит?" — анализировал ситуацию Хейске. А затем вспомнил одну фразу из сообщения командира. — Погодите-ка, а кто собирается на нас напасть? — Да какая разница кто, мы их всех уничтожим! — отозвались его сослуживцы. — Верно, — согласился Хотсума-сан. — От того, как я их назову, факт нападения никуда не денется и для нас ничего не меняется. Задвиньте фусума. Ожидаем здесь. Помимо всех прочих распоряжений, которые Ито-сан отдал командиру третьего отряда, Хотсума-сану, было следующее: "И еще кое-что. Позаботься, чтобы Хейске не прознал о том, с кем мы будем сражаться. В этом случае он, скорее всего, просто останется безучастным, сомневаясь чью сторону принять. Но следи за ним. Если он решит помочь Шинсенгуми — уничтожь." Ожидание длилось не менее получаса. А затем началось. Из коридора донесся шум боя. Прождав несколько минут, командир отдал приказ: — Приготовиться! Выходим! Один из воинов отодвинул фусума. Мечи наизготовку, все напряжены. Хейске на автомате вынимает катану из ножен. Он ожидал увидеть что-угодно, но только не это. Хейске увидел не врагов. И даже не людей. Перед ним, как в замедленной съемке, пронеслись хаори*. Синие. С белым. — Сдавайтесь и мы вас не тронем! — вывел из оцепенения от просмотра замедленной ленты голос. Хейске сконцентрировал взгляд на человеке перед собой. На его лице. На лице Соджи, держащего катану у его горла. Ни за что! Каким бы тяжелым ни был бой, каким бы безвыходным ни казалось положение, кто бы ни был его противником, Хейске никогда не сдастся! Даже если это его бывшие товарищи. НИКОГДА! — звякнула об пол его катана. Как это случилось? Он даже не заметил момент, когда пальцы разжались. Почему? Сослуживцы Хейске оказались более прямолинейны. Враг есть враг. Врага нужно уничтожить. Несмотря на численный перевес Шинсенгуми, воины отряда Хотсумы бросились им наперерез, преградив путь. Кто-то же должен защитить Ито-сама. Кто, если не они? Неужели эти Шинсенгуми настолько мастерски владеют мечом? Они так быстро прошли через первый и второй отряды при минимальных потерях. Хотя, там было много новобранцев, а третий отряд состоит из опытных воинов. Да и здесь, в коридоре здания, они не смогут напасть все разом. У Соджи будто гора с плеч свалилась, когда Хейске замер где и стоял, выронив от удивления катану. По крайней мере, на его руках не будет крови друга. Не подав виду, какая буря эмоций проносилась в его душе в этот момент, Соджи убрал катану от горла Хейске и переключился на более опасного врага. Сталь ударила о сталь. Лезвия чуть ли не высекали искры. В один ряд в коридоре стали три пары фехтующих. С громким треском Шинсенгуми проломили фусума, значительно увеличив свободное пространство. Хейске наблюдал. Будто издалека. Будто из другого мира. Хотя его тело было здесь, в эпицентре событий. — Тодо, что ты делаешь? Убей их! — донесся до его затуманенного сознания голос Хотсума-сана. "Убить? Кого? Кто друг? Кто враг? Почему друзья сражаются? Что вообще происходит? Катана Соджи у горла... Неужели, сделай Хейске одно неверное движение, он и его бы...?". Медленно опустился на пол, сев на колени. Беспомощно наблюдая. Хейске все-еще не нашел ответ на свой вопрос. На чьей же стороне в этом мире справедливость? Он не готов выбрать сторону прямо сейчас. Вот Акира-кун, друг Хейске. Улыбчивый, жизнерадостный парень. С ним можно броситья в битву, легко и весело разделавшись с врагами, а затем глушить в баре саке, весь вечер рассказывая анекдоты и любуясь танцем гейш. Выставив перед собой катану, он блокирует удар Шинпачи-куна, друга Хейске, улыбчивого и жизнерадостного парня. Все втроем, Хейске, Шинпачи и Саноске, могли легко устроить хорошую драку, а затем весь вечер глушить в баре саке, с анекдотами, гейшами и прихватив с собой еще пару товарищей по отряду. С режущим слух звоном, лезвия катан проскользили друг по другу и разошлись в стороны. Выпад, удар, смена позиции. Акира и Шинпачи двигались по окружности друг напротив друга, обмениваясь мощными ударами. Они замерли на какую-то секунду. Катаны скрестились. Резко отпустив блок, Акира присел на правую ногу и, крутанувшись вокруг своей оси, левой выполнил подсечку под левую ногу Шинпачи. И пока тот падал на спину, резко вскочил, не дав ему оправиться, ударил катаной сверху, норовя разрубить пополам. Катана не выпала из руки Шинпачи во время падения, и, вовремя ее подняв, он парировал смертельный удар. Напряг руки, он отодвинул от себя катану противника, приподняв ее на несколько сантиметров вверх. Сгруппировался. Кувырок назад. Нога Шинпачи ударяет плашмя по клинку катаны, чуть ли не выбив оружие из рук Акиры. Но тот, подняв меч над головой, тут же снова обрушивает его на воина Шинсенгуми. Завершив кувырок и стоя на правом колене, Шинпачи блокировал удар. Распрямив правую ногу, поднялся, их мечи оказались на одном уровне. Катана Акиры снизу. Одним движением ее полностью опускают вниз. А затем удар. Снизу вверх. Акира замирает. Катана все-еще в его руках, но поднять ее он уже не в состоянии. По клинку, вышедшему со спины, стекает кровь. Он судорожно выдыхает, но сделать новый вдох поврежденные легкие не могут. А... Акира... кун... Тело медленно оседает на пол, соскользнув с клинка в руках Шинпачи. Облаченный в хаори Шинсенгуми воин умело отражает удары Хотсума-сана. Клинки скрещиваются, с громким скрежетом высекают искры, разлетаются в стороны лишь затем, чтобы уже в следующий миг с новой силой обрушиться на противника. Катана заведена назад на вытянутой руке, яростный взгляд устремлен на командира отряда Хейске, который, как и все, не пожелал отступить. Воин Шинсенгуми снова атакует. Его катана, описав широкую дугу, ударется о клинок противника, но тот подныривает под мечом, отразив удар. В следующий миг воин в синем хаори согнулся пополам от удара ногой в живот. Взмах катаны — и глубокая рана на бедре заставляет его потерять равновесие. Даже упав, он не собирается сдаваться. Рукоять катаны все-еще в его ладони. А затем на клинок наступают, придавив к полу и повреждая кисть руки. Оружие не сдвинуть. Опущенное вертикально лезвие с размаху вонзается в грудную клетку, слегка проворачиваясь, чтобы увеличить повреждения. Из раны небольшим фонтаном выплескивается кровь, а затем равномерно, но быстро пропитывает одежду. С губ успевает сорваться вскрик. Последний. Хейске не помнил даже точного имени воина. Знал только, что тот из отряда Саноске. Широ-кун, молодой темноволосый парень, относился к числу тех, с кем Хейске отлично ладил. Но, поскольку Ито-сан не поладил с Шинсенгуми, то судьба свела его сегодня с Соджи. Провернув пару обманных маневров, вперед устремилась катана. Широ пришлось резко уворачиваться от непредсказуемой атаки и лезвие просвистело на волосок от его щеки. Мощный удар в ответ отводит оруже на более безопасное расстояние. Каждый последующий ищет бреши в защите противника но каждый раз сталь ударяется о сталь, так его и не задев. Воин Шинсенгуми, вероятно, уже выдохся в предыдущем бою. Шаг за шагом он отходил назад. Дыхание становилось все тяжелее. Широ только усилил натиск. Лезвие катаны со свистом рассекает воздух. Удар — и противник с трудом уворачивается. Лезвие проходит в миллиметре от его лица, срезая взметнувшуюся от резкого движения прядь волос. Соджи перехватывает рукоять своей катаны, развернув ее на стовосемьдесят градусов, подняв вверх, отражает удар Широ. Поворот вокруг своей оси. Рука с мечом выбрасывается вперед, сгинаясь в локтевом суставе. Катана описывает широкую дугу. Завершив движение, замирает. Они оба замирают на секунду в том положении, как и стояли. Спиной друг к другу. Соджи, с перехваченной клинком вниз катаной, удерживаемой горизонтально в согнутой в локте руке. И Широ, с выброшенной вперед на вытянутой руке катаной. Казалось, сейчас развернутся и еще яростней бросятся друг на друга. Казалось. Из перерезанной артерии фонтаном ударила кровь. Из поврежденного горла вырвался всего лишь хрип. Хоть Широ и не верил в происходящее, считал, что это может случиться с кем-угодно, но не с ним, не признавал своего поражения, жаждал сражаться дальше, тело его решило иначе, начав опускаться на пол, пока жизнь вместе с изливающейся кровью медленно его покидала. Ши... Широ... кун... Он упал спиной к Хейске и, к счастью, не видел, что с ним происходило. Как же так? Кого нужно было спасать? Широ от Соджи или Соджи от Широ? И как спасать, убив другого? Так или иначе, одна из сторон будет в проигрыше. Тут уж ничего не поделать. И эту истину он понял. Рука Хейске потянулась к все-еще лежащей рядом катане. Вокруг еще шел бой. Шинсенгуми уже просто брали числом, нападая вдвоем-втроем на одного. Все закончилось быстро. Подняв катану, Хейске ничего не оставалось делать, кроме как вернуть ее в ножны. — Йоо*, Хейске, и снова добро пожаловать в отряд! — к нему подошли Шинпачи и Саноске. — Какого черта вы все здесь делаете? — проговорил Хейске. — Как, какого? Работу свою выполняем, — широким взмахом смахнув с катаны кровь и, вернув оружие в ножны, к ним подошел Соджи. — Кстати, Хейске, а где Сайто? Он уже должен был к нам присоединиться. — Не знаю. Я полдня его не видел. — Как это, не видел? — опасения, которые были у Соджи вначале, только усилились, — а кто, тогда, видел? Соджи стал озираться по сторонам и, явно, найдя то, что искал, двинулся к цели. Он присел на корточки у одного из воинов отряда Ито. Тот, полулежа, опирался спиной о стену. Его голова и грудь были в крови, но Хейске признал в нем Хотсума-сана. — Эй, ты живой? Воин, хоть и слабо, но дышал. Когда Соджи его встряхнул, приоткрыл глаза. — Где Сайто Хаджимэ? — Кто-кто? А, это тот предатель? — протянул, будто припоминая, раненый. — Мы с ним уже разобрались. А как он кричал, когда я ломал ему ребра... — Что..? — Соджи едва мог поверить в услышанное. — Где он? Отвечай! Завершить допрос Соджи не удалось. Ухмылка постепенно сползла с лица раненого воина, а голова безвольно упала на грудь. _______________________________ Хай — тут: так точно! Хаори — накидка прямого покроя без пуговиц, надеваемая поверх кимоно. тут: форменные накидки Шинсенгуми; Йоо — мужской вариант приветствия (неофиц.).