Гостиная с книгами о Гарри Поттере.

      — Глава 8. Специалист По Волшебному Зельеварению,— начал Джордж.— Вон он, смотри!       — Где?       — Да вон, рядом с высоким рыжим парнем.       — Это который в очках?       — Ты видел его лицо?       — Ты видел его шрам?       — Вы не представляете как это бесит. Каждый год одно и тоже, — вздохнул Поттер.       — Этот шепот Гарри слышал со всех сторон с того самого момента, как на следующее утро вышел из спальни. За дверями кабинетов, в которых у Гарри были занятия, собирались толпы школьников, желающих взглянуть на него. Одни и те же люди специально по нескольку раз проходили мимо, когда он оказывался в коридоре, и пристально смотрели ему в лицо. Гарри предпочел бы, чтобы они этого не делали, потому что они его отвлекали, а ему надо было сосредоточиться на том, чтобы добраться до очередного кабинета.       В Хогвартсе было сто сорок две лестницы.       — Что? Правда? — удивился Рон.       — Да, возьми «Историю Хогвартса», почитай. Это вообще довольно-таки полезное занятие, в смысле чтение, — сообщила Джинни.       —Одни из них были широкие и просторные, другие — узкие и шаткие. Были лестницы, которые в пятницу приводили Гарри совсем не туда, куда вели в четверг.       — Зачем они вообще двигаются? — спросил Ри.— Можно же зафиксировать их, безопасность повысится и дорогу легче найти, ещё ступеньки починить не помешает, хоть проваливаться в них перестанем, — подал здравую идею Гарри.       —Были лестницы, у которых внезапно исчезало несколько ступенек в тот самый момент, когда Гарри спускался или поднимался по ним. Так что, идя по этим лестницам, надо было обязательно прыгать. Гарри, ты себе ничего не ломал? — спросил Орджи. Поттер покачал головой, радуясь данному успеху.— С дверьми тоже хватало проблем. Некоторые из них не открывались до тех пор, пока к ним не обращались с вежливой просьбой. Другие открывались, только если их коснуться в определенном месте. Третьи вообще оказывались фальшивыми, а на самом деле там была стена.       — И с этим надо что-то делать, — заявила Гермиона.       — Мы пытались, мисс Грейнджер, пытались, — вздохнула декан Гриффиндора.— Но ничего не вышло.       — Можно нормальные двери покрасить краской, может чёрной, может белой, а можно и любой другой, — проявил себя ещё один новатор, коим был Принц Слизерина.— Белым — кабинеты и аудитории, а чёрным — неиспользуемые, серым — через которые можно проходить по коридорам, красным кругом отмечать места, где надо прикоснуться для открытия, зелёным — «Вежливые Двери». Как-то так, кто за?       Вверх поднялись все руки учеников. Минерва кивнула и записала всё под подсказки окружающих, добавив кремовые двери в туалет.       — Запомнить расположение лестниц, дверей, классов, коридоров и спален было очень сложно. Казалось, что в Хогвартсе все постоянно меняется и сегодня все иначе, чем было вчера. Люди, изображенные на портретах, ходили друг к другу в гости. И Гарри был убежден, что стоящие в коридорах рыцарские латы способны бегать.       — Вы правы, мистер Поттер. Доспехи — это один из уровней защиты школы при нападении. Помните те каменные статуи горгулий и рыцарей в стенах замка? Это тоже защита. Доспехи — внутри, статуи — снаружи.— дети завороженно слушали профессора, которой это льстило. — Но давайте продолжим.       — Добавляли хлопот и привидения. Гарри всегда оказывался в шоке, когда сквозь дверь, которую он пытался открыть, вдруг просачивалось привидение. С Почти Безголовым Ником, призраком башни Гриффиндор и, следовательно, союзником, проблем никогда не было. Даже наоборот — он всегда был счастлив показать первокурсникам, как пройти туда, куда им надо. Но вот Пивз был опаснее двух закрытых дверей и ведущей в никуда лестницы — особенно если встретить его, когда опаздываешь на занятия. Пивз ронял на головы первокурсникам корзины для бумаг, выдергивал из-под них ковры, забрасывал их кусочками мела или благодаря своей невидимости незаметно подкрадывался и внезапно хватал за нос с хриплым криком: «Попался!»       — А нельзя провести ритуал экзорцизма? — с какой-то жестокостью спросил Поттер.       — Нет, Мерлин упаси, это жестоко!       — Жаль, — вздохнул Поттер.       — Казалось, что хуже Пивза… Ну эй, нормальный он, просто надо знать подход. …ничего и никого быть не может, однако выяснилось, что это не совсем так — школьный завхоз Аргус Филч оказался куда более неприятной личностью.       — Как его вообще в школе держат? — корча морду от отвращения, спросил Малфой.       — Нам нужен смотритель, а ещё Дамблдору его жаль, думаю. Но это не повод. Мне, вообще, кажется, что он садист, каких поискать надо, жуткий тип и на педофила похож, уж простите, но это так. Меня в дрожь бросает от него, — честно призналась Джиневра. Ребята кивнули, соглашаясь.       — В первое же утро Гарри и Рон обратили на себя его внимание — к сожалению, в плохом смысле слова.— Близнецы понимающе фыркнули, а Снейп хмыкнул.— Филч застал их в тот момент, когда они пытались открыть одну из дверей. К несчастью, выяснилось, что именно за этой дверью начинается тот самый закрытый для всех коридор на третьем этаже, про который говорил на банкете Альбус Дамблдор.       — Везёт вам, — иронично хихикнул Фред.       — Филч отказывался верить, что ребята просто заблудились. Смотритель был уверен, что они специально хотели проникнуть на запретную территорию, и угрожал запереть их в находящуюся в подземелье темницу.       — Вот об этом я и говорю, жестокий садист, — воскликнула девочка.       — Но в самый критический момент их спас проходивший мимо профессор Квиррелл.       — Теперь можно заявить, что нас спас сам Тёмный Лорд, — пафосно проговорил Рональд, отчего все фыркнули.       — Ага, вот почему нужно зафиксировать лестницы, они любят менять направления.       — У Филча была кошка по имени миссис Норрис — тощее пыльно-серое создание с выпученными горящими глазами, почти такими же, как у Филча. Она в одиночку патрулировала коридоры. Стоило ей заметить, что кто-то нарушил правила — сделал хотя бы один шаг за запретную линию, — и она тут же исчезала. А через две секунды появлялся тяжело сопящий Филч.       — Он ходит по потайным коридорам? — спросила Джин.       — Походу, — ответил Гарри.       — Филч знал все секретные ходы лучше, чем кто-либо другой в школе — за исключением, пожалуй, близнецов Уизли, Благодарю за столь лестную оценку. Он появлялся так неожиданно, словно был привидением. Ученики его ненавидели, и для многих пределом мечтаний было отважиться дать пинка миссис Норрис.       — И кто тут ещё жестокий? — протянул Малфой.       — На жестокость отвечаем жестокостью, — серьёзно произнёс Гарри.       —Но найти нужный кабинет было еще полдела, потому что занятия оказывались порой куда более непростыми, чем поиск той или иной комнаты. Как быстро выяснил Гарри, магия вовсе не сводилась к помахиванию волшебной палочкой и произнесению нескольких странных слов.       — Ещё бы, — фыркнула Гермиона.       —Каждую среду ровно в полночь они приникали к телескопам, изучали ночное небо, записывали названия разных звезд и запоминали, как движутся планеты. Трижды в неделю их водили в расположенные за замком оранжереи, где низкорослая полная дама — профессор Стебль — преподавала им травологию, науку о растениях, и рассказывала, как надо ухаживать за всеми этими странными растениями и грибами и для чего они используются.       Самым утомительным предметом оказалась история магии.       Все фыркнули.       — Это были единственные уроки, которые вел призрак. Профессор Бинс был уже очень стар, когда однажды заснул в учительской прямо перед камином, а на следующее утро он пришел на занятия уже без тела. Бинс говорил ужасно монотонно и, к тому же, без остановок. Ученики поспешно записывали за ним имена и даты и путали Эмерика Злого с Уриком Странным.       — Ну, или я один их путал, — хмыкнул Ри, разводя руками.       —Профессор Флитвик, преподававший заклинания, был такого крошечного роста, что вставал на стопку книг, чтобы видеть учеников из-за своего стола. На самом первом уроке он, знакомясь с курсом, взял журнал и начал по порядку зачитывать фамилии. Когда он дошел до Гарри, то возбужденно пискнул и исчез из вида, свалившись со своей подставки.       Ученики прыснули.       —А вот профессор МакГонагалл была совсем другой. Гарри был прав, когда, увидев ее, сказал себе, что с ней лучше не связываться. Умная, но строгая, она произнесла очень суровую речь, как только первокурсники в первый раз пришли на ее урок и расселись по местам.       — Всё ещё считаете, что со мной лучше не связываться, мистер Поттер?       — Скорее, не ссориться.       — Трансфигурация — один из самых сложных и опасных разделов магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе, — начала она. — Любое нарушение дисциплины на моих уроках — и нарушитель выйдет из класса, и больше сюда не вернется. Я вас предупредила.       После такой речи всем стало немного не по себе. Затем профессор МакГонагалл перешла к практике и превратила свой стол в свинью, а потом обратно в стол.       — Зачем нам надо превращать неживое в живое? В смысле, стол в свинью? Я понимаю камень в голубя или сову, отправить письмо о помощи, но свинку из стола… при этом даже её нельзя есть! Ладно, если свиностол начнёт искать трюфели. А они это могут начать делать? — спросил Гарри, обращаясь к Минерве.       — Трансфигурированные предметы не наделяются способностями животного, в которого его превращают, — отозвалась задумчивая МакГонагалл.       — Кхм. Все были жутко поражены и начали изнывать от желания поскорее начать практиковаться самим, но вскоре поняли, что научиться превращать предметы мебели в животных они смогут еще очень нескоро.       Потом профессор МакГонагалл продиктовала им несколько очень непонятных и запутанных предложений, которые предстояло выучить наизусть.       — Это же проходят на Нумерологии? — тихо спросил Ри у Мионы, девушка кивнула.       — Затем она дала каждому по спичке и сказала, что они должны превратить эти спички в иголки. К концу урока только у Гермионы Грейнджер спичка немного изменила форму—профессор МакГонагалл продемонстрировала всему курсу заострившуюся с одного конца и покрывшуюся серебром спичку Гермионы и улыбнулась ей. Эта улыбка поразила всех не меньше, чем превращение стола в свинью, — ведь казалось, что профессор МакГонагалл вовсе не умеет улыбаться.       — Я создаю такое суровое представление о себе, — удивилась женщина.       — С особым нетерпением все ждали урока профессора Квиррелла по защите от Темных искусств, однако занятия Квиррелла скорее напоминали юмористическое шоу, чем что-то серьезное.       — Темнейший нас обучал, но так ничему и не научил, — хихикнул Фред.       — Его кабинет насквозь пропах чесноком, которым, как все уверяли, Квиррелл надеялся отпугнуть вампира, которого встретил в Румынии.       — Вы уверены? — тихо спросил Снейп.       — Нет, — покачал головой Поттер, — думаю, он пытался скрыть запах разложения.       Мужчина кивнул, соглашаясь с парнем.       — Профессор очень боялся, что тот вот-вот явится в Хогвартс, чтобы с ним разобраться.       Тюрбан на голове Квиррелла тоже не прибавлял его занятиям серьезности. Профессор уверял, что этот тюрбан ему подарил один африканский принц, которому он помог избавиться от очень опасного зомби. Но по-настоящему никто не верил в эту историю.       — Прикрытие он выбрал великолепное, нечего сказать. И отыгрывал неплохо, все поверили, — с долей уважения сказал Сибир, садясь напротив Джорджа на стол.       — Эм… Во-первых, потому, что, когда Симус Финниган спросил, как Квиррелл победил зомби, Квиррелл покраснел и начал говорить о погоде. А во-вторых, потому, что тюрбан как-то странно пах, а близнецы Уизли уверяли всех, что это не подарок африканского принца, а просто мера предосторожности. По их словам, под одеждой Квиррелл был весь обвешан дольками чеснока, и в тюрбане его тоже был спрятан чеснок, поскольку профессор, боясь вампиров, желал быть полностью защищенным. И даже спал в том, в чем ходил по школе, — чтобы вампир не застал его врасплох.       — Неплохая теория. Но на этом никто не зациклился. А сейчас как-то без разницы, давайте читать по быстрей.       — За первые несколько дней учебы Гарри с облегчением убедился в том, что он не хуже, чем другие. Очень многие школьники родились и выросли в семьях маглов и, как и он, даже понятия не имели о том, кто они такие, пока не получили письмо из Хогвартса.       — А ты что-то другое представлял? — спросила Гермиона, Ри пожал плечами.       — К тому же, первокурсникам столько всего предстояло выучить, что даже Рон, родившийся в семье волшебников и, кроме родителей, имеющий пятерых старших братьев, не имел особого преимущества перед остальными.       — Ну это скорее из-за лени, — хихикнули Гарри и Мио.       — Пятница стала для Гарри и Рона великим днем. Они наконец смогли спуститься в Большой зал на завтрак, ни разу не сбившись с пути.       Близнецы зааплодировали, к ним присоединились Джинни с Драко и Гермионой, Гарри встал и шуточно поклонился, а Рон почти смеялся в подушку. Закончив небольшой балаган, все расселись обратно на места.       — Что у нас там сегодня? — спросил Гарри, посыпая сахаром овсянку.       — Два занятия по зельям — заниматься будем вместе со слизеринцами, — ответил Рон. — Занятия ведет профессор Снейп, а он их декан. Говорят, что он всегда и во всем на их стороне, выгораживает их перед остальными преподавателями и ставит им лучшие отметки. Вот как раз и увидим, так ли это.       — Теперь вы знаете, что это не совсем правда, — сказал Малфой. Остальные кивнули.       — Хотел бы я, чтобы МакГонагалл всегда заступалась за нас, — задумчиво произнес Гарри.       — Много хотите, Поттер,— фыркнул зельевар, на что Гарри с улыбкой развёл руками.       "Мечтать не вредно",— про себя усмехнулся Ри.       — Профессор МакГонагалл была деканом факультета Гриффиндор, но это не помешало ей позавчера дать им огромное домашнее задание.       — Это мог и пропустить, — буркнул Ри под вопросительными взглядами профессоров. Дети хихикнули.       — Пока они завтракали, прибыла почта. Теперь Гарри уже привык к этому, но в свое первое утро в школе он даже испугался...— Ещё один смешок пробежался в комнате. —…когда во время завтрака в Большой зал с громким уханьем влетело не меньше сотни сов. Они начали кружить над столами, высматривая своих хозяев и роняя им на колени письма и посылки.       — Кто их учит не промахиваться? —спросил Фред, повернувшись к своей точной копии.       — Не знаю, — честно признался Джордж и продолжил чтение.— Пока Букля не принесла Гарри ни одного письма. Сова иногда залетала в зал вместе с другими, чтобы посидеть у него на плече и ласково похватать его клювом за ухо. А потом, съев кусочек тоста, улетела в совятню, как называли в школе домик, где жили совы, и там спокойно засыпала.       — Откуда ты знаешь, что Букля там делала? — фыркнула Джинни. Мальчик-Который-Находит-Приключения-Себе-И-Друзьям-На-Мягкое-Место лишь развёл руками.       — Но этим утром Букля, приземлившись между сахарницей и блюдцем с джемом, уронила в тарелку Гарри запечатанный конверт.       — Что вы там говорили про обучение сов меткости? — вскинув бровь, аки Снейп, спросил Поттер.— Я заметил как их обучают.       — Гарри тут же вскрыл его — он просто не мог спокойно завтракать, не прочитав свое первое письмо.       — Оно же упало в еду, — поморщился Малфой.       — Дорогой Гарри, — было написано в письме неровными буквами. —Я знаю, что в пятницу после обеда у тебя нет занятий, поэтому, если захочешь, приходи ко мне на чашку чая примерно часам к трем. Хочу знать, как прошла твоя первая неделя в школе. Пришли мне ответ с Буклей.

Хагрид.

      — Откуда у Хагрида расписание Гарри? — спросила Герми, но очередной вопрос остался без ответа.       — Гарри одолжил у Рона перо, нацарапал на обороте письма: «Да, с удовольствием, увидимся позже, спасибо» — и вручил письмо Букле.        Гермиона прыснула, Рон и Ри вопросительно на неё посмотрели.       — Гарри, ты всё ещё так делаешь. Ты когда-нибудь будешь носить всё с собой?        Поттер развёл руками чуть улыбнувшись.       — Гарри повезло, что впереди его ждал чай с Хагридом, потому что занятия по зельеварению оказались самым неприятным из всего, что с ним пока произошло в школе.       — Это даже включая попытки Волдеморта убить тебя? — скептически спросил Рональд.        Поттер нервно глянул на Снейпа и, погодя несколько секунд, ответил:       — Думаю, что уже нет. Самое худшее будет впереди. Я в этом уверен на все сто.       — И отчего же такая уверенность, мистер Поттер? — тихо спросил зельевар.       — Иначе бы нас сюда не запихнули, Сэр, — сглотнув, ответил Ри.       — На банкете по случаю начала семестра Гарри почувствовал, что профессор Снейп почему-то невзлюбил его с первого взгляда.— МакГонагалл укоризненно посмотрела на бывшего ученика.— К концу первого урока он уже понял, что ошибся.        Все вопросительно уставились на книгу, как будто она могла им ответить, ну… Не прямо, а как-нибудь по другому. Джордж прокашлялся и ответил на возникший вопрос.       — Профессор Снейп не просто невзлюбил Гарри — он его возненавидел.       — А ну тогда понятно…— протянули близнецы.       — «Кабинет Снейпа находился в одном из подземелий. Тут было холодно — куда холоднее, чем в самом замке — и довольно страшно. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные.»       — И растения, — шепнула Герми.       — «Снейп, как и Флитвик, начал занятия с того, что открыл журнал и стал знакомиться с учениками. И, как и Флитвик, он остановился, дойдя до фамилии Поттер.       — О, да, — негромко произнес он. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость. Драко Малфой и его друзья Крэбб и Гойл издевательски захихикали, прикрыв лица ладонями.»       — А что смешного, я не поняла, — спросила Гермиона. Драко покраснел и тихо ответил.       — Ну. Ничего, просто хотели поиздеваться. В то время это прошло, а сейчас выглядит глупо.       — «Закончив знакомство с классом, Снейп обвел аудиторию внимательным взглядом. Глаза у него были черные, как у Хагрида, только в них не было того тепла, которым светились глаза великана. Глаза Снейп были холодными и пустыми, и почему-то напоминали темные туннели.       — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он.        Снейп говорил почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Как и профессор МакГонагалл, Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс.»       — Ага, конечно, даром. Годы тренировок и практики, вот что это, а не дар, — буркнула МакГонагалл.       — «Как и на уроках профессора МакГонагалл, здесь никто не отваживался перешептываться или заниматься посторонними делами.       — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп.— Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.       После этой короткой речи царившая в курсе тишина стала абсолютной. Гарри и Рон, подняв брови, обменялись недоуменными взглядами. Гермиона Грейнджер нетерпеливо заёрзала на стуле — судя по её виду, ей не терпелось доказать, что уж её никак нельзя отнести к стаду болванов.»       — Ну хоть не баранов, — попытался пошутить Фредди.       — «Поттер! — неожиданно произнес Снейп. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?»       — Поттер, а сейчас Вы знаете ответ на этот вопрос, — спросил Снейп, не надеясь на ответ.       — Да, Сэр, — подумав, ответил Ри.       — И каков он будет?       — Напиток Живой Смерти, профессор.       — Ну, хоть что-то запомнил.       — «„Измельченный корень чего с настойкой чего?“ — хотел переспросить Гарри, но не решился.»       — И я рад, что не решился.       Снейп тяжело вздохнул.       — «Он покосился на Рона, но тот, похоже, был не менее ошарашен вопросом. Зато Гермиона Грейнджер явно знала ответ, и ее рука взметнулась в воздух.       — Я не знаю, Сэр, — ответил Гарри. На лице Снейпа появилось презрительное выражение.       — Так, так… Очевидно, известность — это далеко не все. Но давайте попробуем ещё раз, Поттер. Снейп упорно не желал замечать поднятую руку Гермионы. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?»       — Мистер Уизли, который Рональд, сможете ответить на вопрос?       — Какой из?       — На оба, — невозмутимо пропустил шпильку зельевар.       — Последний, да, сэр. Первый в желудке козы, горной.       — И где Вы, мистер Уизли, найдёте горную козу в городе? — ехидно оскалился Северус.       — Ну, а если в городе, профессор, то в аптеке. А если в школе, то либо в лазарете, либо у Вас, — невозмутимо продолжил Рон.       — Верно, — одобрил ход мыслей юноши Северус.       — «Гермиона продолжала тянуть руку, с трудом удерживаясь от того, чтобы не вскочить с места. А вот Гарри абсолютно не представлял, что такое безоаровый камень. И старался не смотреть на Малфоя, Крэбба и Гойла, которые сотрясались от беззвучного смеха.»       — А ты бы смог ответить, Малфой? — решил осведомиться Гарри.       — Да, смог бы, а вот насчёт Винсента или Грега, я не уверен.       — «Я не знаю, сэр, — признался он.       — Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, преждевременно чем приехать в школу, так, Поттер?!       Гарри заставил себя не отводить взгляд и смотреть прямо в эти холодные глаза. По правде, он читал свои новые учебники, пока жил у Дурслей, но неужели Снейп рассчитывал на то, что он наизусть выучит „Тысячу волшебных растений и грибов“?»       — Хотя бы учебник по Зельям, — поправил мысли ученика из книги зельевар.       — «Снейп продолжал игнорировать дрожащую от волнения руку Гермионы.       — Хорошо, Поттер, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха?»       — Мисс Уизли, вопрос к Вам.       — Ну… Это одно и тоже. Вроде ещё и Аконитом называется.       — Хоть и неуверенно, но верно, — провёл мини-тест Снейп и получил положительный результат, что не могло не радовать.       Гермиона, не в силах больше сидеть спокойно, встала, вытягивая руку к потолку.       — Я не знаю, — тихо произнес Гарри. — Но мне кажется, что Гермиона это точно знает, почему бы вам не спросить её?       Послышался смех. Гарри нервно оглянулся, чтобы увидеть, кто еще над ним смеется, кроме Малфоя и двух его приятелей, — ему показалось, что смеявшихся было человек десять, как минимум, — и встретился взглядом с Симусом. Симус одобрительно подмигнул ему, и Гарри подумал, что смеются, видимо, не над ним, а над его ответом, который почему-то всем показался остроумным. Но как бы там ни было, Снейп его таковым не нашёл.       — Теперь я чувствую себя идиотом, — честно признался Ри.       — Я нисколько не сомневался в этом, Поттер, — гаденько осклабился зельевар.       — Северус! Ну хоть Вы ведите себя прилично, — укоризненно сказала Минерва. Снейп ничего не ответил, но улыбаться перестал.       — Сядьте! — рявкнул он, на мгновение повернувшись к Гермионе.— А вы, Поттер, запомните: из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов. А волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, также известное как аконит. Поняли? Так, все записывайте то, что я сказал!       — Северус, Вы слишком резки с детьми. Не мне Вас учить, как преподавать, но всё же…       — Минерва, — остановил женщину Снейп и многозначительно посмотрел на детей.       — Все поспешно схватились за перья и зашуршали пергаментом. Но тихий голос Снейпа перекрыл поднявшийся шум.       — А за ваш наглый ответ, Поттер, я записываю штрафное очко на счет Гриффиндора. Для первокурсников факультета Гриффиндор уроки Снейпа обещали быть не самыми приятными.       — В особенности тебе, друг, — тихо сказал Рон, тыкая локтем под рёбра Гарри, тот хихикнул.       — После того как Снейп усадил Гарри на место, произошло еще кое-что совсем безрадостное. Снейп разбил учеников на пары и дал им задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов.       — Почему безрадостное? — не поняла Гермиона.       — Ну, наверное, пришлось резать, простите, — попросила прощения Джинни, — Мерзкие на вид и ощущение вещи?       — Как вариант, — согласился Гарри.       — Он кружил по классу, шурша своей длинной черной мантией, и следил, как они взвешивают высушенные листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. Снейп раскритиковал всех, кроме Малфоя, которому, очевидно, симпатизировал.       — Я так и не понял эту симпатию, — честно признался Гарри.       Драко посмотрел на Северуса и подумав сказал:       — Тут всё просто, профессор Снейп — мой крёстный.       Все шокировано посмотрели на двух слизеринцев. Зельевар вздохнул, покачивая головой из стороны в сторону.       — Что, правда? — недоверчиво переспросил Рон.       — Да, — согласно кивнул Малфой.       — Кхм, — привлёк всеобщее внимание Джордж, — Я продолжу. В тот момент, когда Снейп призвал всех полюбоваться, как Малфой варит рогатых слизняков, темница вдруг наполнилась ядовито-зеленым дымом и громким шипением. Невилл каким-то образом умудрился растопить котел Симуса, и тот превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое они готовили в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников.— Профессор МакГонагалл ойкнула, — через мгновение все с ногами забрались на стулья, а Невилл, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли, так как на его руках и ногах появились красные волдыри.       — Идиот! — прорычал Снейп.       — Северус! — возмущённо воскликнула женщина. — Они же дети, как ты можешь так с ними обращаться! — зельевар хотел было прервать Минерву, но та только громче заговорила. — Невилл пострадал и чувствовал невыносимую боль, а Вы, а ты даже не удосужился обследовать его! Что уж говорить про первую помощь! Тебе на всех плевать с Астрономической башни, Северус. — Ничего подобного, Минерва! — не выдержал мужчина.— Если в этой поганой книжонке ничего не сказано о моих действиях, это не значит, что я этого не делал! Я не только приглушил, как ты выразилась, невыносимую боль у этого мальчишки, но и начал восстанавливать! Я пекусь о своих и чужих учениках больше, чем ты о собственных львах, растя их в спартанских условиях. И если мои методы кажутся тебе излишне суровыми, а то и жестокими, то, уж прости, как умею, — к концу своего монолога Снейп не говорил, а шипел.       Все дети сидели вжавшись в кресла, Джинни вцепилась в руку Фреда с такой силой, что парень перестал её чувствовать. Чуть подостыв, профессора сели на свои места, они даже не заметили как встали, настолько были возмущены друг другом. Джордж, сглотнув, поднял книгу с пола, которая лежала весь спор под столом и запинаясь начал читать.       — К-как я понимаю, прежде чем… снять котел с огня, вы до-добавили в зелье иглы дикобраза?..       Невилл вместо ответа сморщился… и заплакал — теперь и нос его был усыпан красными волдырями.       Со стороны МакГонагалл послышалось шипение в стиле недовольной кошки.       — Отведите его в боль…ничное крыло, — скривившись, произнес Снейп, обращаясь к-к Симусу. А потом повернулся к Гарри и Рону, работавшим за соседним столом. — Вы, Поттер, почему… Вы не сказали ему, что нельзя добавлять в зелье иглы дикобраза? Или вы подумали, что если он ошибется, то Вы… будете выглядеть лучше его? Из-за Вас я записываю еще одно штрафное очко на счет Гриффиндора.       — Да что за несправедливость?! — не выдержала Трансфигураторша.— Да что ты. Вы так относитесь к моим воспитанникам? Неужто Вы думаете, что будете лучше тех четверых, что Вас…       — Замолчите! — подорвался с места Снейп. — Молчите, Минерва. Я прекрасно знаю о чём Вы, но поверьте, так надо. Не мне Вам говорить, какой человек Дамблдор, — сжимая стол до побеления костяшек, произнёс мужчина.       Макгонагалл замолчала, из-за чего дети не понимали, но радовались, что ссора на повышенных тонах закончилась.       — Это было ужасно несправедливо. Гарри уже открыл рот, чтобы возразить, когда Рон пнул его под столом.       Поттер неосознанно потянулся рукой к своей ноге, но отдёрнул её, вспомнив, что это книжному Гарри больно, а не ему.       — Не нарывайся, — прошептал Рон. — Я слышал, что Снейп, если разозлится, может очень сильно навредить.       Час спустя, когда они вышли из темницы и поднимались по лестнице, голова Гарри была полна всяких неприятных мыслей, а радостное настроение с которым он приехал в Хогвартс, совсем улетучилось. В первую же неделю пребывания в школе он заработал два штрафных очка.       — Не огорчайся, Гарри, — начал Фред.       — Мы в первый день получили штраф на сорок…— продолжил второй.       —…баллов, по двадцать каждый, — заверил старший из Уизли.       — Жуть, — протянули младшие из учеников.       — Кхм. И все из-за того, что Снейп почему-то возненавидел его.— Поттер кинул быстрый взгляд на мужчину, тот, попивая чай, гладил кота, что устроился у него на коленях. — И он очень хотел бы узнать почему.       Гарри ожидающе уставился на профессора Снейпа, мужчина ехидно сказал: «Не дождётесь». Парень вздохнул и вернулся к прослушиванию книги.       — Выше нос, —подбодрил его Рон. — Фреду и Джорджу тоже не везёт на уроках Снейпа. Эй! Не перевирай факты, братец! — возмущённо произнёс Джордж.       — Всмысле?       — Мы на зельях великолепны! — воскликнул Фред, со стороны зельевара послышался хмык. — Ну, ладно, хороши.       — Так вот! Все снятые с нас баллы — это всё за наши проделки, — договорил Джордж.       — Хорошо, — недоверчиво согласились Рон и Джинни.       — Знаешь, сколько штрафов они у него получили? Слушай, а можно я пойду с тобой к Хагриду?       Без пяти три они вышли из замка и пошли по школьной территории к дому Хагрида. Он жил в маленьком деревянном домике на опушке Запретного леса. Над входной дверью висел охотничий лук и пара галош. Знаешь, братец, — обратился чтец к близнецу, — А ты никогда не думал, почему ни у кого нет желания своровать арбалет?       — Слушай, а ведь и правда никогда не думал, — ответил за Фреда Рон. — Это что ж выходит, на нем чары что ли?       — Похоже, — подтвердила Гермиона.       — Когда Гарри постучал в дверь, ребята услышали, как кто-то отчаянно скребется в неё с той стороны и оглушительно лает.       — Клык, — прыснули гриффиндорцы.       — А через мгновение до них донесся зычный голос Хагрида:       — Назад, Клык, назад!       Дверь приоткрылась, и за ней показалось знакомое лицо, заросшее волосами.       — Заходите, — пригласил Хагрид. — Назад, Клык!       Хагрид пошире распахнул дверь, с трудом удерживая за ошейник огромную черную собаку.       «Блэк мог спокойно поселиться у Рубеуса, с его-то анимагической формой», — подумала Минерва.       — Как называется эта порода, Хагрид не знал, хотя и пояснил, что с такими собаками охотятся на кабанов. — Вообще-то, Клык — это неаполитанский мастиф*, — выдала Герми своё профессиональное мнение. Все приняли это к сведению и сразу же забыли.       — В доме была только одна комната. С потолка свисали окорока и выпотрошенные фазаны, на открытом огне кипел медный чайник, а в углу стояла массивная кровать, покрытая лоскутным одеялом.       — Вы… э-э… чувствуйте себя как дома… устраивайтесь — сказал Хагрид, отпуская Клыка, который кинулся к Рону и начал лизать ему уши. Было очевидно, что Клык, как и его хозяин, выглядел куда опаснее, чем был на самом деле.       — Ну не скажите, — не согласилась МакГонагалл. — Мастифы добрые по характеру, но могут и руку отгрызть. С Хагридом та же история.       — Тоже руку может отгрызть? — пошутил Малфой, все посмеялись. — Не думал, что Лесник настолько, — Драко сделал неопределённый жест рукой, — ну вы поняли.       Дети согласно закивали, не переставая улыбаться.       — Это Рон, — сказал Гарри.       В это время Хагрид заваривал чай и выкладывал на тарелку кексы. Кексы соприкасались с тарелкой с таким звуком, что никаких сомнений в их свежести не возникало — они давным-давно засохли и превратились в камень.       Всех передёрнуло от воспоминаний, кроме Малфоя — его, скорее, от омерзения. (Автор. Нда, выпечка Хагрида это то ещё удовольствие. На любителя, так скажем.)       — Еще один Уизли, а? — спросил Хагрид, глядя на веснушчатое лицо Рона. — Я полжизни провел, охотясь на твоих братьев-близнецов.       — О-о! — протянули двое затейников. — Мы польщены, Хагрид.       — Они все время… ну… пытаются в Запретный лес пробраться, а мне их ловить приходится, да!       — Зачем вам туда? — недовольно спросила Джинни.       — Да так, просто, — пожал плечами Фред.       — Нам тоже надо было ПРОСТО сходить в лес, — недовольно буркнул Рональд, — так Гарри наткнулся на Волдеморта, потом мы на Арагога с его стайкой, а позже и Гарри с Гермионой, а потом вообще была сотня дементоров. Да ПРОСТО сходили в Лес!       Трио нервно засмеялось. Все ошалело глянули на них.       — Эм. О каменные кексы легко можно было сломать зубы, но Гарри и Рон делали вид, что они им очень нравятся,.       — Лицедеи, блин, — фыркнула Герми, парни неуверенно улыбнулись, пытаясь понять первое слово.       — …и рассказывали Хагриду как прошли первые дни в школе. Клык сидел около Гарри, положив голову ему на колени и пуская слюни, обильно заливавшие школьную форму.       Малфоя в очередной раз передёрнуло от омерзения.       — Гарри и Рон ужасно развеселились, услышав, как Хагрид назвал Филча старым мерзавцем.       — Правда? Так и назвал? — удивились девочки.       — Ага, — подтвердили все рыжие и единственный Поттер.       — А эта кошка его, миссис Норрис… ух, хотел бы я познакомить ее с Клыком. Вы-то небось не знаете, да! Стоит мне в школу прийти, как она за мной… э-э… по пятам ходит, следит все да вынюхивает. И не спрячешься от нее, и не обманешь… она меня нюхом чует и везде отыщет, во как! Филч ее на меня натаскал, не иначе.       — Кошки не собаки, чтобы их натаскивать, — недовольно сказала Джинни.       — Гарри рассказал Хагриду про урок Снейпа. Хагрид, как и Рон, посоветовал Гарри не беспокоиться, потому что Снейпу не нравится подавляющее большинство учеников.       — Но мне кажется, он меня ненавидит.       — Да ерунда это! — возразил Хагрид. — С чего бы это ему?       Однако Гарри показалось, что Хагрид, произнося эти слова, чуть-чуть отвел взгляд в сторону.       — Врёт наш друг, совестно врёт, — произнёс Фред.       — В смысле «совестно»? — переспросил Рон.       — Ну, глаза Хагрид отвёл? — спросил Фред, ему кивнули, — Отвёл. Не стал лгать напрямую? — ещё кивок, — не стал. Вот и получается, что совестно ему. Знает, значит.       — Лучше бы вам было совестно, Фред, Джордж, — вздохнула Минерва.       — Простите, профессор, у нас атрофирована совесть, — в один голос пропели близнецы.       — А как твой брат Чарли? — поспешно поинтересовался Хагрид, повернувшись к Рону. — Мне он жутко нравился: уж больно хорошо он со зверьем умел обращаться.       Гарри спросил себя, не специально ли Хагрид сменил тему разговора.       — Получил ответ? — спросил Малфой.       — Неа, не получил. Но! Но теперь уверен в этом.       — Пока Рон рассказывал Хагриду о Чарли, который изучает драконов, Гарри взял кусок бумаги, лежавший на столе под чехлом для чайника. Это была вырезка из «Пророка».       — О-о-о, — протянуло Трио.       — Что это с вами? — спросила Джинни.       — С этого самого момента и началась наша детективная деятельность, — ответил Гарри.       — Мне даже интересно стало, — сказал Джордж.       — А до этого что, нет? — спросил Ри. — Не отвлекайся, читай.       — Ну ладненько. ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ О ПРОИСШЕСТВИИ В БАНКЕ «ГРИНГОТТС» — гласил заголовок статьи.       Продолжается расследование обстоятельств проникновения неизвестных грабителей или грабителя в банк «Гринготтс», имевшего место 31 июля. Согласно широко распространенному мнению, это происшествие — дело рук темных волшебников, чьи имена пока неизвестны.       Сегодня гоблины из «Гринготтса» заявили, что из банка ничего не было похищено. Выяснилось, что сейф, в который проникли грабители, был пуст, — по странному стечению обстоятельств, то, что в нем лежало, было извлечено владельцем утром того же дня.       Мы не скажем вам, что лежало в сейфе, поэтому не лезьте в наши дела, если вам не нужны проблемы, — заявил этим утром пресс-секретарь банка «Гринготтс».       — Интересно, интересно, — пробормотал Фред.       — Что? — спросила Джин.       — То есть всё расследование началось из-за старой газеты? — уточнил Фред.       — Ага, — подтвердил Поттер.       — Жуть. Гарри вспомнил, как в поезде Рон рассказал ему о том, что кто-то пытался ограбить «Гринготтс», но Рон не назвал дату. А теперь…       — А что теперь,— прервала брата Джинни.       — Не мешай, Джи. Самому интересно. Хагрид! — воскликнул Гарри. — Ограбление «Гринготтса» произошло как раз в день моего рождения! Возможно, грабители проникли туда, как раз когда мы с тобой там были!       На этот раз не было никаких сомнений в том, что Хагрид избегает взгляда Гарри. Великан промычал что-то нечленораздельное и предложил Гарри еще один каменный кекс.       — Да начались наши приключения на мягкие места, — заявил Рон, вскидывая руку со сжатым кулаком в воздух.       — Да! — вверх поднялась ещё пара.       — Гарри вежливо поблагодарил его, но кекс брать не стал, а вместо этого еще раз перечитал заметку.       По странному стечению обстоятельств, то, что лежало в сейфе, в который проникли грабители, было извлечено из него владельцем утром того же дня.       Тем утром Хагрид кое-что извлек из сейфа номер семьсот тринадцать — маленький коричневый сверток. Не это ли искали воры? Как я понимаю, вы решили податься в детективы?       — Можно и так сказать, — согласился Ри.       — Когда Гарри с Роном шли обратно в замок на ужин, карманы их были набиты каменными кексами, от которых они из вежливости не смогли отказаться.       Гарри думал, что ни один из уроков не дал ему столько поводов для размышлений, как встреча с Хагридом. Если Гарри был прав, то Хагрид забрал из сейфа сверток как раз вовремя, но случайно или нет? И где этот сверток хранится теперь? Ведь чтобы его не выкрали, требуется гораздо более надежное место, чем «Гринготтс»? Как много вопросов. И вы на все нашли ответ?       — Да, — ответила Герми.— Но вам мы не скажем, иначе зачем читать?       — Ну да, логично, — согласились ребята.       — И еще Гарри спрашивал себя, не знает ли Хагрид о профессоре Снейпе чего-нибудь такого, о чем не захотел ему рассказывать.       — Знает ведь? — спросил Рон.       — Знает, — подтвердил Гарри, — но не скажет.       — Слушайте, ребята, профессора, а может просто Поттер кратко перескажет главы? — предложил Малфой. — Перечитает их и припомнит что-нибудь, но сделает рассказ максимально кратким?