Голод...

      Сознание пульсирует где-то на грани подобно тонкой струне, которая вот-вот лопнет. Дыхание сбивается, превращаясь в тихие хрипы.        Это всего лишь последствия дурного сна. Всегда так бывает...       В густой темноте трудно что-либо разглядеть, только смутные очертания пещеры и монстра, что сидит недалеко, сверкая глазами.        Ночной кошмар никак не хочет отпускать, затягивая обратно во тьму все глубже и глубже        Пульсирующая боль расходится от раненого живота по всему телу, а монстр почему-то оказывается слишком близко, склоняется совсем низко над мальчишкой.         Боже! Да его, кажется, начинает есть живьем этот монстр из закоулков подсознания!       Аллен кричит из последних сил, извивается, пытается оттолкнуть монстра руками. Существо недовольно ворчит и надавливает ему на грудную клетку, возвращая в исходное положение, лишая возможности сопротивляться. Ребра с хрустом ломаются, обнажая судорожно сокращающееся сердце. Неужели...Неужели это и правда...его конец?        Мальчишка, измученный внезапно поднявшейся из-за воспалительных процессов температурой, мелко дрожит. Струна сознания со стоном лопается, отпуская во тьму...       В этот раз Аллен приходит в себя слишком медленно, тяжело, моргает пару раз, чтобы привыкнуть к темноте. Приподняться хотя бы на локтях получается не сразу - тело отказывается подчиняться. С неким удивлением он отмечает, что рана на животе неловко, неумело перевязана куском ткани, а сам он накрыт какой-то шкурой. Аллен мотает головой, воспринимая увиденное как галлюцинацию, пытается встать, но волна боли проходит по всему телу и он выгибается, стискивая зубы. Все-таки не галлюцинация - боль слишком реальная. Не без усилий Аллен заставляет себя встать, цепляясь дрожащими пальцами за шершавые стены, но его тут же ведет в сторону, отчего он неловко заваливается набок. Перед глазами мелькают черные точки, а сознание снова погружается во тьму. POV Аллен       Медленно открываю глаза... Видно плохо, будто смотрю через матовое стекло... Где это я? Это не пещера, не деревня... Я здесь раньше не был... Голода нет... Боли нет... Ран тоже... Странно... Быть может, я уже мертв? Нет, это не так... Я знаю это... определенно знаю... Но как я сюда попал? Сложный и довольно интересный вопрос. Меня сюда принесли или привели? Я сам пришел? Хотя последнее очень маловероятно, я ведь даже встать тогда не смог, а лишь упал и снова тьма... Так как я сюда попал? Как мне выбраться? Куда идти? Где искать дорогу?       Как много вопросов, они окружили меня, словно рой назойливых мух, они все время крутятся в голове, не желая отступать, только вот ответа на них я не могу найти, как бы не пытался... Их нет, ни одного... Ладно, пойду просто вперед сквозь этот надоедливый густой туман, может я найду что-то или кого-то...       Как же долго я иду... Порой мне кажется, будто я хожу кругами, хотя это и невозможно, так как я ни разу не свернул, но некоторые элементы пути все равно повторяются...       Что это за место? Я вижу едва различимые очертания чего-то вдалеке. Ускоряю шаг. Туман начинает еще больше сгущаться, обволакивает со всех сторон грязно-белой дымкой, лишает меня всяких ориентиров.       Я дошёл до того, что увидел сквозь туман. Это оказалось воротами. Они были старые и ржавые, казалось, будто они вот-вот развалятся, стоит лишь прикоснуться к ним. Я слегка отворил одну из створок, она даже не скрипнула. Странно... И только сейчас я понял, что за все моё пребывание здесь я не услышал ни единого звука. Вокруг стояла пугающая мертвая тишина. Она давила на мозги, вызывая липкое чувство паники.       Здесь точно что-то не так, определенно.       Я зашел на территорию, что была за забором. Наличие кое-какой дороги меня порадовало, ведь не расстоянии пары метров уже не видно ни зги, а тут хоть можно увидеть направление. Территория была неухожена, видимо хозяевам стало не до неё, а может и хозяев-то уже нет?       Исходя из того, что я вижу, раньше здесь было очень красиво. В тумане мелькают очертания различных декоративных построек, деревьев, клумб... вернее того, что от них осталось. Вся земля была будто выжжена, на ней не было ничего живого, создавалось такое ощущение, что этот участок облюбовала сама Госпожа Смерть... Но может, в доме, что стоит где-то здесь, всё ещё кто-нибудь живёт?       Долго. Слишком долго я иду, кончится ли эта дорога? Не знаю...       Наконец-то я дошёл до дома. Он выглядит крепким, хотя краска уже давно облупилась, да и окна помыть бы не было лишним, но все же через одно из окон первого этажа пробивался тусклый свет. Добрый ли это знак или мне следует уходить отсюда? Ведь я не знаю, кто находится в этом доме, что, если именно он затащил меня сюда, но если нет? Если он тут ни при чём? Да и если уходить, то куда? Из-за постоянно сгущающегося тумана я не смогу найти дорогу, я даже кончиков пальцев на вытянутой вперед руке уже не вижу, что уж говорить об ориентировании на незнакомой местности? Нет, идти обратно не вариант, так я потеряю последний шанс на спасение. Неуверенно стучу в дверь. Мне открывает какой-то пожилой мужчина, приглашает войти.       Почему я не вижу его лица?       Дом довольно уютный, хоть и небольшой. Хозяин — вполне милый старик. Оглядываю комнату, как же тут много фотографий... Все они уже пожелтели от времени, но одна явно свежее остальных. Эта фотография единственная висит в рамке, а не приколота булавкой к стене. Со снимка на меня смотрят два красивых молодых мужчины. Мне кажется, или я и правда одного из них где-то видел?       — Простите... А кто эти двое? —голос звучит тихо и хрипло, как будто и не я сейчас говорю.       — Это мои сыновья... Справа старший — Шерил, слева младший — его зовут Тики. Они пропали зимой прошлого года. Их так и не смогли найти... Flashback       — Па, мы пошли! — прокричали два голоса с порога дома, — вернемся через несколько дней, самое позднее — утром шестого дня, до пещеры идти далеко!       — Будьте осторожны... Вы ведь слышали о духе Вендиго? — старик говорит тихо, его голос был едва слышен на пороге дома.       — Пап, ну снова ты начинаешь! Это все байки из склепа, никаких Вендиго не существует! — уверенно отвечает старший из братьев — Шерил.       — Так что все с нами будет в порядке! К тому же у нас есть карта пещеры! — вторит ему младший брат — Тики.       — Эх... Бесполезно с вами спорить... Шерил, ты уж следи за младшим братом! Головой за него отвечаешь! А ты, Тики, не дай своему брату натворить делов! Счастливого пути! — отцовские наставления были последним, что они услышали, уходя из дома.

***

      Лаз, не обозначенный на карте, вызывает неподдельный интерес у парней.       — Как думаешь, куда он ведет? — Тики наклоняется низко-низко, вглядываясь в густую черноту, разбавляемую лишь светом фонарика.       — Проверим! — с готовностью отвечает Шерил. — Если смотреть по карте, то он должен соединять два грота вот так, — он проводит карандашом линию на карте.       — Он не выглядит надежным, — хмурится Тики.       — Да ладно тебе, — насмешливо фыркает Шерил, в глазах которого загорелись огоньки азарта. — Тут недолго ползти, так что давай! Прошу, после Вас.       Ворча что-то про неоправданный риск, Тики осторожно пролезает в узкий лаз. Воздух внутри затхлый и тяжелый. Мужчина начинает ползти вперед, слыша, как сзади шебуршит Шерил.       Все проходило довольно спокойно, до конца лаза, естественно, из расчетов Шерила, оставалось немного, как вдруг тишину прорезал странный хруст, а в воздух взметнулась каменная пыль.        — Шерил? — волнение обволакивает все внутри.       — Стой, не двигайся... — шепчет Шерил. — Сейчас ты медленно и осторожно проползаешь вперед, я следом, понял? Никаких резких движений...       Усмиряя волнение, Тики медленно продолжает движение вперед.  Грохот сзади усиливается, а по лазу начинают ползти тонкие трещины.       — Шерил... — испуг слишком явно слышится в голосе.       — Продолжай идти! Осторожно! Ускорься немного... — старший брат напуган не меньше, не каждый раз под тобой обрушается горная порода. Тики, ускорившись, продолжает двигаться вперед, грохот становится все сильнее, а под ним сеткой расползаются трещины. Он делает отчаянный рывок и ощущает, что земля уходит из-под ног в прямом смысле. Тики пытается ухватиться за выступ впереди, но пальцы просто полоснули воздух, и он ощутил, что падает вниз.

***

      Вдох получается слишком болезненным, разрывающим легкие на части. Где он и что произошло Тики понимает не сразу. Пошевелиться он не может, конечности словно отсутствуют. Тики молится всем известным богам, чтобы они и позвоночник были целы. Его взгляд направлен вверх, где виднеется большая дыра, откуда все ещё сыпятся мелкие камушки. Хочется позвать Шерила, но из горла вырывается только тихий хрип.       — Тики? — голос брата раздается где-то сбоку. — Боже, ты жив!       Звук шагов гулко раздается в пещере. Шерил, немного прихрамывая, подходит к Тики, помогает ему приподняться. — Где... мы?.. — хрипит Тики, пытаясь разглядеть что-либо в темноте. Света единственного уцелевшего фонарика не хватает.       — Лаз обрушился, и мы провалились во внутреннюю пещеру, — тихо отвечает Шерил. Его голос звучит взволнованно и несколько уставше.       — Мы можем... выбраться? — говорить пока ещё трудно, дыхание иногда прерывается.       — Не знаю... через тот же лаз нам точно не выбраться, надо искать другой путь... — Шерил говорил задумчиво, освещая фонарем ближайшие стены пещеры. В дальнем углу обнаруживается небольшой проход, который сразу и не заметишь. Шерил осторожно подходит к нему, боясь, что это окажется игрой теней.       — Вот видишь, тут есть проход! — сообщает он, пытаясь успокоить то ли Тики, то ли себя. — Я проверю.       Шерил протискивается внутрь. Оглядываясь по сторонам и подсвечивая каждый угол, он проходит по узкому коридору в небольшое ответвление, к сожалению, тупиковое. Мужчина выругался сквозь зубы. Теперь стало действительно страшно. Разочарованный, он выбрался из этой дыры.       — Ну что? — с надеждой спросил Тики, уже принявший вертикальное положение, правда, его немного шатало. Шерил вздохнул и покачал головой.       — Тупик...       — Чёрт! Зачем мы вообще сюда поперлись?! — Тики то срывался на крик, то снова говорил тихо. Злость на самого себя, на эту гребанную пещеру и на Шерила постепенно сменялась отчаянием, что медленно просачивалось в самое сердце. — Мы умрем здесь, да?..       — Хей, что за мрачные мысли? — ободряюще улыбнулся Шерил. — Отец всех на уши поднимет, если мы не вернемся, и нас начнут искать. Нас обязательно найдут!       — Ты сам-то в это веришь? — серьезно спросил Тики.       Впервые Шерил не знал, что ответить....

***

      Тики уже потерял счет времени. Сколько они уже здесь находятся? Много, слишком много. В темноте, сырости,  тишине... Однажды там, на поверхности, были слышны голоса людей. Братья пытались звать их, но ответом им служило только эхо. Пещера была устроена таким образом, что звук изнутри не долетал до поверхности, а вот что творилось снаружи было слышно прекрасно. Слова Шерила больше не дарили надежду, напротив вызывая некое равнодушие внутри, там, где билось сердце, пока ещё билось... А еда с чистой водой уже начинали подходить к концу...

***

       Еды осталось совсем немного, и Шерил, который сейчас больше напоминает живую тень, отдает Тики эти жалкие крошки, впрочем, как всегда. Тики мотает головой, отказывается и почти отталкивает руку брата.       — Не надо! Тебе тоже надо поесть! — почти ругается он. — Ты же еле держишься!       В ответ Шерил вымученно улыбается — сил у него почти не осталось.       — Бери... — еле слышно шепчет мужчина. — Я как-нибудь продержусь, тут немного осталось... И ещё я обещал отцу позаботиться о тебе...       Тики называет брата  дураком и уже почти умоляет съесть хоть немного, но Шерил не соглашается, уверяя, что все будет хорошо, хотя сам он увядает на глазах подобно цветку, срок которого подошел к концу. В этот день к еде никто не притронулся...       Шерил честно держался, старался быть бодрым, что плохо удавалось, ведь вставать он уже не мог, каждый раз говорил, что скоро этот кошмар закончился. Неизвестно, что он имел ввиду под этим «немного осталось», но одну из ночей он пережить не смог...

***

      Тики напоминает собой дикого зверя, что мечется в клетке. Там, в груди, все разрывается на части, образуя огромные раны. Слез нет, хочется выть, кричать. В голове лишь один вопрос — почему? Почему именно с ними это случилось? Почему Шерил? Тики в какой-то непонятной ярости, ненависти ко всему свету, бьет кулаком по стене, раздирая костяшки до крови, но боли он не чувствует. Мужчина в моральном изнеможении опускается на землю, с шумом втягивая воздух. Как же больно... В прострации он пробывает несколько часов, глядя в одну точку. Отстраненно Тики думает, что нужно оттащить тело Шерила, чтобы похоронить... чтобы он не лежал так...       Тики голыми руками роет жесткую землю в углу пещеры, стирая кожу до крови, чтобы создать хоть какое-нибудь подобие могилы... Сил нет, но он упорно продолжает это занятие... Шерил должен быть похоронен... должен...

***

      Вот уже несколько дней нет еды и чистой воды, но Тики находит пещерное озеро с мутной водой. Она не особо пригодна для питья, но выбирать не приходится... Сейчас главное выжить... Потому что Шерил отдал свою жизнь, чтобы он, Тики, жил...       Есть хочется все сильнее. Забыться во сне уже не получается: голод преследует мужчину и там. В голову начинают лезть неправильные мысли, и Тики тут же одергивает себя, он не будет так делать...

***

      Голод достиг своего апогея, переполняя Тики изнутри, лишая трезвого мышления, двигая на ужасные поступки. Немного дрожащими руками он разгребает землю и камни, под которыми покоится Шерил.       — Прости меня, Шерил, прости... — повторяет он шепотом. — Ты же понимаешь, это мой единственный шанс выжить... у меня правда нет выбора, я умираю от голода. Прости, прости, прости...        До этого Тики никогда не думал, что сможет совершить такой аморальный поступок, нет... преступление против человечества...    Когда отчаяние и чудовищный голод сплетаются вместе, рождается Оно...        Тики отстраненно смотрит на свои руки, покрытые густой багровой жидкостью, которой вымазано и его лицо. На одежде также были темные большие пятна, от чего она неприятно липла к телу.        Чудовище... монстр... пожиратель человеческой плоти... Вендиго, как зовет его племя индейцев кри...       От осознания содеянного Тики выворачивает, слишком мучительно, до пелены слез на глазах. Что он наделал... Тики мелко дрожит, ему хочется свернуться клубком, спрятаться от всего этого кошмара, забыться... Но в голове прочно засела картинка  произошедшего, а металлический привкус во рту слишком силен. Было страшно признавать, но крохотная частичка внутри хотела ещё...

***

      Изменения в организме протекают медленно, но они пугают. Он худеет слишком быстро даже для человека, не евшего несколько дней. Замысловатый узор вен отчетливо виден сквозь тонкую и слишком бледную кожу. Сначала Тики не придает этому значение, вернее, не хочет придавать. Он также не хочет думать ни о чем плохом, когда у него начинают выпадать зубы. Мужчина хочет сослаться на болезнь, но во время болезни у людей не вырастает множество мелких клыков. В какой-то момент они разрывают щеку, потому что становятся слишком длинными... Мысли начинают путаться...     ...В какой-то момент Тики с ужасом понимает, что начинает забывать всю свою жизнь, до попадания в пещеру... Страшно...     ...Тики видел свое отражение в воде пещерного озера, куда из разлома падал холодный свет такой далекой луны... видел того монстра, что скалился в ответ. Ему хочется кричать от отчаяния, но из горла вырывается нечеловеческий, звериный вой...      ...Его зовут Ти...ки? И он ГОЛОДЕН.

***

      С момента ухода братьев прошло семь дней, хотя они должны были вернуться в крайнем случае по истечении шестого. Все в деревне уже волновались. Отец братьев не находил себе места. Один из соседей с сыном, накануне отправки поисково-спасательной группы, зашли к нему.       —  Хей, старик, не переживай так! Все с твоими сыновьями будет хорошо: они уже так много раз туда ходили. Но группу все равно, думаю, надо отправлять сейчас, а не выжидать 2 дня как обычно.       — Я могу туда пойти, — предложил сын соседа. — Я ведь тоже как-то раз с ними ходил, все ходы знаю. Да и если что, я мелкий, пролезу  везде.       — Спасибо вам за помощь, — поблагодарил старик. — Ну, с Богом! Удачного вам похода. Надеюсь, вы сможете их спасти...

***

      — Спускайтесь осторожнее, здесь все очень хрупкое! — сухой приказ отдан громовым голосом деревенского старосты, который возглавил операцию по спасению братьев.       — Вас поняли, шеф! — отвечают ему пятеро человек, что пошли вместе с ним.       Часть поисково-спасательной группы спускалась в нижние пещеры. Вот уже несколько дней подряд они искали пропавших братьев, а этот лаз заметили только сейчас. Серьезный просчет.       Пещеры встретили спасателей темнотой.       — Так, нужно проверить тут все, смотрите внимательно! — отряд начинает обход пещеры, подсвечивая каждый угол.       «Еда, еда, еда... еда?»       — О боже... — луч фонаря одного из спасателей упал на почти полностью обглоданный скелет. Следы от зубов ясно выделялись на костях, немного розоватых в суставах. — Боже...        — Что там у тебя? — Командир отряда подошел к замершему подчиненному. —Что за?!       Теперь и остальные члены поисково-спасательной группы подошли к месту страшной находки.       — Это может быть один из братьев. Если это так, то второй тоже должен быть где-то здесь.       — Кто мог это сделать?!  — прошептал кто-то ужасе.       — Не знаю, но нам стоит быть осторожнее... — староста отвечает шепотом, что если «оно» близко?       «Еда-а-а-а-а...»       — Далеко не расходимся друг от друга и... — Командир замолкает на полуслове, глядя в противоположный конец пещеры. Нечто размером с человека стояло там, принюхиваясь. Оно приблизилось к рюкзаку с дополнительным оборудованием, оставленному возле стены, и деловито начало изучать содержимое.       — Нужно выбираться отсюда, — почти одними губами произнес кто-то.       Существо замерло, кажется прислушиваясь, а потом направилось к перепуганным людям, бесшумно ступая.       — Боже, оно нас заметило... — в голосе неизвестного говорившего лишь страх и отчаяние.       Подобно акуле монстр начал кружить вокруг несчастных, он подходил совсем близко, внимательно обнюхивал и с любопытством вглядывался в их лица мутными глазами. Кто-то из присутствующих в жалкой попытке закрыться руками случайно направил луч фонарика прямо на морду монстра. Последний же замотал головой, злобно бурча, и попытался отмахнуться лапой от раздражающего света. Выключать фонарик люди, обрадованные таким поворотом событий, не спешили, надеясь тем самым прогнать монстра. Но тот грозно ощерился, обнажая клыки, и выгнул спину, готовясь к прыжку. Существо зашипело и стремительно понеслось к людям, страшно воя. Группа людей бросилась в стороны, чтобы спасти себя. Но разве можно спастись от монстра?..         Человеческие кости ломались легко, с громким хрустом. Было приятно ощущать, как бьются в агонии тела, сжимаемые острыми когтями.  Теплая густая кровь брызнула на пол пещеры и на стены. Тики перетащил изувеченные до неузнаваемости тела, некоторые из них еще подрагивали, в угол и довольно облизнулся. Он услышал, как где-то снаружи раздались человеческие голоса. Тики оскалился и впервые за это время, цепляясь когтями за стены, оставляя кровавые отпечатки, полез на поверхность, туда, где ходила столь необходимая ему добыча. End of Flashback       — Простите... — шепчу я, видя, что старик погрузился в воспоминания.       — Ничего... — его голос звучит глухо и очень печально.       Тики?! Неужели это и правда он? Если вспомнить лицо монстра, убрать все эти жуткие клыки и рога, то... лицо одно и тоже... Это точно он...       — Молодой человек, могу я Вас попросить кое-что сделать для меня? —сказано неуверенно, извиняющимся тоном.       — Да, конечно.       — Мой сын пропал в районе пещер Эскуро, не могли бы вы еще раз осмотреться там? — после этих слов старик замер, ожидая моего ответа.       — Я там был недавно... — говорю неуверенно, не хочу раскрывать ту тайну, хранителем которой невольно стал.       — И что же вы видели? — в голосе старика сквозит нетерпение.       — Я видел там Вашего сына... Мне жаль... Его не вернуть... Он уже не человек... — я так не хотел говорить этого...       — Вендиго, я прав? — старик горько усмехается и поудобнее устраивается в кресле, — ты уж пригляди за ним, я ведь знаю, что он тебе доверяет, я все вижу...       — Откуда Вы все это знаете?! Вы ведь так далеко от того места? — удивление и непонимание — единственное, что звучало в этом вопросе.       — Мертвые всегда наблюдают за миром живых... — ответили мне.       И только сейчас я понял, почему я не видел его лица...

***

      Резко просыпаюсь от жуткой боли. Боже, как же мне хочется от нее сбежать... End POV Аллен