Unsweet

Оставалось каких-то пару минут перед тем, как я услышу звонок в входную дверь. Время показывало почти шесть часов вечера, а значит совсем скоро предстанет Сехун на пороге моего дома. Жду ли я этого момента? Честно, не знаю. Я бы могла соврать и сказать нет, но буду последней лгуньей, если отвечу так. Мне хотелось увидеть его, но сама я пока что этого не осознаю, и я даже чувствую себя безумной, ведь мне так хочется этого. Потребуются огромные усилия, чтобы понять, когда я стала видеть в этом брюнете привлекательного парня, до чёртиков манящего к себе, и мне кажется, я скоро свихнусь, пытаясь избавиться от навязчивых мыслей о Сехуне. Уже стою перед зеркалом в полный рост, нервно поглядывая на себя через стекло. Никогда бы не подумала, что пойду на свидание с этим чёртовым О Сехуном, и к тому же я вроде как не была в восторге, когда соглашалась на эту затею. Но, признаюсь, тогда, в глубине души, я хотела этого не меньше, чем он сам. Я хотела, чтобы он взял инициативу, хотела, чтобы он сделал первый шаг, я хотела этого! И плевать, каким способом он воспользовался. В отражении вижу невысокую миниатюрную девушку, облачённую в маленькое бордовое платьице, не на высоких каблуках, которые бы лучше подошли к образу, а с мелким каблуком и с длинными прямыми тёмными волосами, без тени улыбки. Я нервничаю, и хуже того, я не смогу это скрыть перед ним. В сотый раз проверяю телефон, но не вижу непрочитанных сообщений или пропущенных звонков, снова откидываю его на мягкую кровать, и перевожу взгляд на то же зеркало. К этому ещё добавляется надоевшая мне тревога за подругу, за целый день она ни разу не взяла трубку, а ведь звонила я ей каждый час раз по пять точно. До сих пор не понимаю, что могло произойти с ней. Она казалась такой отчаянной, и я чувствовала себя ещё более отвратительно, понимая, что никак не могу помочь. Она закрылась от меня. Я не могу перестать думать об этом. А ведь сейчас я готовлюсь к свиданию с каким-то парнем вместо того, чтобы на всех парах помчаться к ней. Не знаю, сколько раз уже успели коснутся чужие кулаки о мою дверь, прежде чем я открыла её. Заметное раздражение я увидела на лице Сехуна, которое сразу же сменилось на мягкое смятение, когда наши взгляды встретились. Я ведь говорила, что Сехун необычайной красоты? Я скажу это ещё раз. Он великолепен, и я точно не хочу отрицать это. Сехун стоял напротив меня с букетом белых волшебных пионов. Начиная от идеально ухоженных ботинок и заканчивая роскошной прической, его челка идеально зачёсана наверх, Сехун выглядел неотразимым. Я невольно для себя залюбовалась им, и он, заметив мой взгляд, немного расслабился. Должно быть, он ожидал от меня совсем другой реакции, но что делать, если он уж очень красив? — Пытаешься быть милым? – взглянув на цветы, произнесла я, чем вызвала ещё один легкий смешок. Сехун вновь провел рукой сквозь свои волосы, не сдерживая улыбки на губах, он казался смущённым. — Прости, я давно должен был отдать его тебе, – снова неудобная улыбка, и я не могу оторвать глаза, — я просто... эм... Ты очень красивая, я не смог не засмотреться на тебя, – он говорил это без тени какого-то подвоха, о котором я сразу же подумала, но отвернувшись от своих мыслей, я спокойно приняла букет. — Не думала, что ты будешь заморачиваться по этому поводу. — Хотелось сделать тебе приятное, – пожав плечами, проговорил он и отступил на шаг назад, давая мне пройти за порог дома. Я замкнула дверь на ключ и положила его в свою сумочку. Мы в тишине добрались до припаркованной им ранее черного спортивного автомобиля. Я удивлённо посмотрела на брюнета, совсем не думая, что у него есть машина, да ещё и такая... Ах, ну да, точно, он ведь сын владельца самых распространённых сетей ресторанов во всей Корее. Сехун открыл дверцу переднего пассажирского сидения, приглашая во внутрь, и я, не сомневаясь, уселась на кожаное сидение. Закрылась дверь, и Сехун, обогнув машину, приземлился рядом. Автомобиль внутри, как и снаружи, выглядел безумно дорогим, поэтому комфорт был присущ ему. Тихая музыка отвлекала от неловкого молчания, даже успокаивала, но я не могла перестать ёрзать на своём месте. Я нервничала, и это мог не заметить только глупец, каким не оказался Сехун. — Куда мы едем? – в томительном ожидании не выдерживаю и не отвлекаюсь от разглядывания дорог за окном. Мы ехали уже довольно долго, и всё это время я оглядывалась на парня, и замечала его взгляды на себе, хоть они и были в несколько раз короче моих. Какую-то минуту Сехун игнорировал мой вопрос, мне даже казалось, что он вовсе не услышал его, но как только мы остановились у высокого здания на парковке, он ответил: — Уже приехали. Выйдя из машины, я оглядела местность вокруг, и поняла, что мы на самой окраине города, в достаточно дорогом месте. Здесь я не была бы так часто, если бы не разные мероприятия, касаемые работы отца, которая просто вынуждала его, а иногда меня, посещать их. Я не была особенно рада, когда отец просил провести с ним вечер в подобной обстановке, но возражать ему я никогда не хотела. У дверей ресторана нас встретила миловидная девушка. Она проводила нас к раннее заказанному столику и так же молча удалилась. Наверное, сложно улыбаться посетителям каждый день, даже когда ей грубят, но это её работа, и за это она получает свои законные деньги. Пока мы выбирали заказ, я ловила на себе многозначные взгляды Сехуна. Он, совсем не стесняясь, рассматривал меня, из-за чего я готова была съёжиться под его взором. Обычно я не смущаюсь такого, но сегодня точно необычный день, если вспомнить, что никогда прежде я бы не согласилась идти с ним на свидание. Когда решение было принято, я озвучила его девушке, которая была вся во внимании Сехуна. Я чувствовала себя неловко, и внезапная нервозность как ни кстати подступала всё ближе и ближе. Сехун откинулся на спинку кресла напротив меня и выжидающе посмотрел. Я старалась не обращать никакого внимания на него, но вскоре сдалась, отвечая ему тем же взглядом. Я не знаю, что он увидел в нём, но он странно всматривался мне в глаза, словно пытался что-то найти в них. — Слишком угрюмая, – констатирует он, ведь я правда была на взводе из-за какой-то официантки. Но не признаться же ему в этом? Да и проблемы с пропащей подругой вряд ли ему понравятся. — Не находишь это глупым в такой-то вечер? — Я здесь против своей воли, – равнодушно произношу, хотя внутри всё кипит. — Можешь и дальше говорить мне это, но я всё равно не поверю, что ты не хотела оказаться со мной наедине, – губы снова сомкнулись в ухмылке, и он был как никогда прав. Он видит меня на сквозь, и это бесит. — Много самолюбия, не считаешь? Раздражённо хмыкнув, я отвела взгляд, пытаясь увлечь себя чем-то другим. К тому времени, как нам принесли заказ, я уже была порядком раздражена. Джихён снова не отвечает на мои звонки и сообщения. Я знала, что она игнорирует меня, и после этого вечера я намерена без приглашения войти в её дом, неважно, ждёт она меня или нет. Её молчанию должна быть причина, и сегодня я узнаю её. Все мои действия не укрылись от глаз брюнета, что пристально наблюдал за мной всё это время. Он сделал какие-то выводы в своей голове, но озвучивать их не стал. Когда же я обречённо бросила свой телефон на стол, что больше похоже на то, что я швырнула его, Сехуну надоело молчание. — Выглядишь нервной, – снова замечает он. — Что-то случилось? — Мы не в тех отношениях, чтобы обсуждать мои личные дела, – отгрызываюсь я, хотя я вовсе не хотела нагрубить ему. — Кто это? – он кивком указал на телефон, который в ту же секунду завибрировал, извещая о смске. Недолго думая, я схватилась за телефон, но оказалась разочарованной, когда увидела, что мне написал Чанёль в попытках спросить, как проходит вечер. Я оставила проигнорированным его вопрос. — Твой телефон даже не думает отключаться, – фыркнул он, взглянув на нескончаемые уведомления. — Телефон вообще не должен думать, – в точь его тону отвечаю. — Может быть, отключишь его? — Он мешает только тебе, Сехун. Почему я должна его выключать? – было интересно злить его, но я не собиралась перебарщивать. Он отвёл взгляд в сторону. Ему надоело спорить со мной, и я почувствовала себя в какой-то степени виноватой, ведь он пытался сделать этот вечер более романтичным, но я всё портила, как только произносила что-то вслух. — У тебя что-то случилось? - он вновь повернулся ко мне, и он выглядел взволнованным, что удивило меня, ведь я не думала, что смогу вызвать у него какие-то эмоции. — Я же сказала, тебя это не касается, – я пыталась быть более безразличной, но, очевидно, у меня плохо получалось скрыть своё волнение. Я не скажу, что у меня трясутся коленки или дрожать ноги, нет, ничего это этого. Я просто чувствую легкое раздражение, которое постепенно переходит в открытую нервозность. Мне было приятно общество Сехуна, ведь он казался таким... спокойным сейчас, что я даже подумала, что его поддержка будет полезна мне. — Каждый раз ты не даёшь нам шанса, – спустя какое-то время он заговорил. Сказав это, он показался мне таким... искренним? — Ч-что? Я в полном недоумении уставилась на него и переваривала его слова. Что он имел в виду? — Попытайся хотя бы сейчас быть честной, – что-то в его взгляде изменилось, и теперь я видела его таким задумчивым. Я настороженно киваю. — Я нравлюсь тебе, но не понимаю, почему ты противишься своим же чувствам, – не успела я возразить, как была остановлена всё тем же взглядом. Он хотел продолжить говорить. — И не думаю, что ты боишься отказа. — Ты не нравишься мне, – чётко произношу я, чем получаю ещё одну порцию ухмылок. — Ты так думаешь или чувствуешь? — Я знаю это, Сехун, – убеждающе проговариваю. Он какое-то время внимательно вглядывался в каждый миллиметр моего лица, пытался найти подвох в моих словах, хотел словить меня, но я чётко контролировала свои эмоции, никак не выдавая себя. И даже здесь он видел меня, как облупленную, не верил моим словам. — Ты сама убеждаешь себя в этом. Я вижу, Сохён. Я не слепой, чтобы не заметить. — Ты напрасно думаешь, что все девушки по щелчку пальца окажутся у твоих ног, – насмешливо произнесла я, пытаясь придать своему голосу больше остроты. Мне хотелось, чтобы он перестал думать о себе как о всемирно известном айдоле. Что в это парне не так, что он считает себя идолом? — Прекрати видеть во мне только плейбоя, – раздраженно произнёс он, все ещё не потеряв попытки вынудить из меня признание. — С момента нашей встречи именно в таком свете ты себя подавал. Или хочешь сказать, они сами липнут к тебе? — Разве нужно говорить об этом, чтобы понять? — Сехун, я не хочу быть очередной девушкой в твоей жизни, – честно говорю, но я совсем не планировала этого, — очевидно ведь, в ней было их было слишком много. — Не хочешь стать особенной? — Зачем мне это? — Хотя бы затем, что я тебе нравлюсь. — Я ведь даже не говорила тебе подобного, – промямлила я. — Этого не нужно говорить, чтобы понять. — И с каких пор ты понимаешь меня лучше меня самой? — Сохён, из нас двоих ты одна не понимаешь очевидного. Ты не хочешь принимать тот факт, что я нравлюсь тебе, а я пытаюсь тебе показать, что нет ничего плохого встречаться со мной. — Плохо пытаешься, раз я не хочу. — Ты хочешь, просто прекрати противиться. Ты всегда была такой упёртой? Усмехаюсь, ведь он прав. Если задуматься, то у меня нет веских причин и дальше отпираться от него, но для чего я тогда строю из себя неприкосновенную королеву? — Я не хочу быть брошенной через неделю. — Я не брошу тебя. — Да ну? – скептически выгибаю бровь и смотрю на него в упор. — Ты уже не отрицаешь тот факт, что я не безразличен тебе, – ехидно улыбается. Ненавижу его проницательность, его взгляд полностью говорит за себя. — Послушай, – как-то отстранённо начала я, придвинувшись ближе к столу, — я не встречаюсь с парнями вроде тебя. Ты слишком привлекаешь внимание со стороны противоположного пола, а я не хочу через всё это проходить. Ты думаешь, это так легко — постоянно ловить на себе косые взгляды, идя с тобой под ручкой? Слушать, как за спиной плохо говорят обо мне? Каждый раз, когда тебя нет рядом, боятся идти по темному переулку, потому что плохие мысли сами накручиваются с каждым шагом? – я стала серьёзно разговаривать с ним, и всё, что я сказала — это те домыслы, что преследовали меня, когда я хотела согласиться с ним, и принять его. Он дал возможность мне закончить, он знал лучше меня, что это всё будет мешать нашим отношениям. — Ты боишься сложностей, Сохён, – мягко произнес он и прикоснулся к моей руке на столе, — я понимаю. В его взгляде что-то поменялось, в нём читалась нежность, что так была необходима мне. Он понимающе смотрел на меня, словно хотел сказать, что готов защитить меня от этого. Я сдалась, решив довериться ему. — Я пыталась пройти через это, – продолжала я, считая нужным рассказать ему свои прошлые отношения, — но не смогла. В конце концов я просто стала параноиком. В Лондоне был парень, Стив Робинсон, который так же отчаянно пытался добиться моего внимания, как и сейчас Сехун. Но он был слишком популярен среди девушек, какой бы шаг он не сделал, рядом с ним всегда были девчонки, хвостиком гонявшиеся за ним. Он делал всё: возможное и невозможное, чтобы хоть как-то быть ближе ко мне. Его ухаживания, старания и попытки сделать меня счастливой — всё это сделало его значимым человеком для меня. Скажу одно: у него получилось. Но у него не хватило сил и терпения отгородить меня от последствий наших отношений. Мы стали встречаться, показывать себя в качестве пары, возлюбленных, и я действительно влюбилась в него. Но он так и не смог осчастливить меня. Каждый Божий день меня преследовали его бывшие и не бывшие девушки, они угрожали меня, караулили под дверями моей квартиры, они сделали мою жизнь сущим адом. Конечно, я понимаю, что чувствовал в тот момент мой молодой человек, но и я страдала. В конечном итоге мы приняли решение расстаться, и нам оно показалось правильным. Мы оба страдали от этих отношений, и я не хочу снова проходить через это. И сейчас Сехун был похож на Стива. Мне не хотелось снова связывать свою жизнь с кем-то похожим на него, ведь я знаю, что будет дальше: я буду страдать. — Он недостаточно тебя любил, и он не смог отгородить тебя от своих проблем, – он крепче сжал мою руку, и мне вдруг стало тепло рядом с ним. Я ощутила то другое, чего не хотела чувствовать раньше. Мне хотелось чувствовать его руку и дальше. — А я смогу. Ты доверишься мне? С последним вопрос он определённо хотел увидеть надежду во мне. Я долго молчала. Я не знала, чего слушаться: разума или сердце? В голове чётко слышалось нет, но в сердце, наоборот, оно кричало сказать да. И что же делать? Стоит хотя бы попытаться? Но если Сехун был похож своим образом жизни на Стива, то у них было ощутимое различие — Сехун смог за считанные секунды заставить меня думать о нем днями и ночами, а Стиву понадобились месяцы на это. Тогда, может моей судьбой с самого начала был Сехун? Может быть, мне не стоило уезжать из Сеула, чтобы встретиться с парнем мечты? В любом случае, лучше попробовать и разочароваться, чем не пытаться что-то изменить и жалеть об этом. — Я доверюсь тебе. Второй рукой я накрыла наши ладони в знак, что теперь он много значит для меня. Сехун улыбнулся, предоставляя моему взору его белоснежные ровные зубы, он улыбался искренне, а я не смогла сдержаться, чтобы не улыбнуться в ответ. Кажется, теперь всё будет по-другому. — А теперь ты расскажешь, что тебя тревожит? На тебе совсем лица нет, – осторожно спросил брюнет. И я задумалась, я ведь сказала, что доверяю ему, так почему бы не рассказать? Мы теперь вроде как близки. Да и этот груз сложнее нести одному, мне было необходимо кому-то рассказать всё, что накопилось во мне. Я немного отстранилась от Сехуна, возвращая свои руки в обычное положение, чем вызвала отстранённый и немного недовольный взгляд, но сразу же улыбнулась, давая понять, что не передумала о своём решении. — Джихён в последнее время странно себя ведёт. Я не понимаю, что с ней происходит. Вчера я пыталась что-то узнать, но она наотрез отказалась рассказывать. Она выглядела такой подавленной, такой измученной, я просто... просто... — Просто ты волнуешься за неё, это нормально, вы ведь подруги, – он внимательно выслушивал, иногда где-то вставляя свои слова. — Я чувствую себя ужасной подругой, я ничем не могу помочь ей, – грустно выдохнула я. — Она не хочет мне ничего рассказывать, и это добивает меня. Наверное, глупо тебя спрашивать, что мне делать? — Я думаю, дело в тебе, – после минутного молчания произнес брюнет, и я, совсем сбитая с толку, нахмурилась и посмотрела на него, — возможно, она узнала что-то, что касается тебя, и не может тебе рассказать об этом. Или это могут быть сухие предположения, о которых она заморочилась, и не расскажет тебе, пока не удостоверится в их правдивости. — Но не правильнее было бы поделиться со мной этим? Мы ведь подруги. — Она девушка, в первую очередь, а вам(девушкам) всегда в таких ситуациях лезут не самые приятные мысли. Может, она неуверенна в чём-то, – задумчиво произнес он. — Ей, должно быть, сложно сейчас. — Сехун, – тихо позвала его, — прости, но я должна быть с ней сейчас, – с сожалением проговорила я, надеясь, что он понимающе кивнёт. — Хорошо, я отвезу тебя, – он встал с кресла, подзывая к себе официанта, чтобы расплатиться. — Нет, тебе не стоит, – я пыталась возразить, махая перед ним руками, из-за чего он мягко улыбнулся. — Ты доверяешь мне, помнишь? Мне ничего не остается, кроме последовать за ним и довериться полностью. Он вызывал во мне приятные трепетные чувства, и я смогла принять их. Ему потребовались совсем малые усилия, чтобы заставить меня овладеть собой. Когда же мы оказались в авто, он взял меня за руку, показывая, что всё в порядке, и волноваться не о чём. Но самым странным было то, что я поверила, стоило ему только коснуться, и с нежностью посмотреть на меня. Он что, ведёт себя, как влюблённый парнишка? И я веду себя так, словно этот парень для меня всё. Я ещё сотню раз пыталась дозвониться до Джихён, но она не отвечала, и я была на грани того, чтобы выкинуть свой телефон в окно. Вместо ответных сообщений от подруги, я получала только навязчивые смски, присланные Чанёлем. Мне не было плевать на волнение друга, поэтому я всегда отвечала ему, при этом не забывала добавлять, чтобы он избавил меня от своего беспокойства. Чанёль - не из тех, кто мог бы обидеться на такую ерунду, пусть и в грубой форме. Менее, чем за тридцать минут мы оказались у ворот дома Джихён. Свет горел почти во всех комнатах, а главное — в комнате Джихён, значит, она дома. Я выбежала из машины, оставив Сехуна одного, и за считанные секунды оказалась напротив огромной деревянной двери. Мне потребовалось пару минут, чтобы её открыла заплаканная до покраснения подруга с потухшим взглядом, обращённым ко мне...