Птичий крик

      Кафе, в которое меня завёл Шикамару, находилось в этом же квартале — а значит, было уже давно мне знакомо. Скидки я ещё, подобно заведениям семей гильдийских, не выбила, но активно к этому стремилась. Хорошо поговорить с сотрудниками тут и там, поулыбаться изредка захаживающему хозяину (шпионы любезно подсказывали мне, когда наступали такие моменты), и сдобрить всё хорошей порцией Обаяния. Конечно, протектор на видном месте и не такая давняя помощь Комацу в «запугивании» (совершенно бесполезная, на мой взгляд, ну, постояли мы с командой за его спиной, посветили статусом шиноби… не удивлюсь, если надолго не сработает) не сильно помогла в налаживании хороших отношений, но и Коноха не сразу строилась.       Я отлично осознавала, что есть вещи и состояния, которых можно достичь сразу, нахрапом, а есть те, которые достигаются медленно. Так вот, обращение всего квартала в последователей «Птички-химе» на минималках — это дело долгое и кропотливое, и спешка может только всё испортить. Я задумчиво прикидывала, через сколько дней Наруто уйдёт из Конохи и через сколько месяцев вернётся, и пока что выходило, что торопиться не стоит. Нужно делать всё максимально эффективно при той же максимальной осторожности хотя бы до того момента, как Джирайя уведёт своего ученика из деревни. А вот к тому моменту, как они вернутся, у меня всё должно быть готово.       Что «всё», я ещё не вполне осознавала — точнее, идеи-то у меня были, огромное количество идей, но всё упиралось в Цунаде и моё подвешенное в плане статуса генин-чунин-АНБУ состояние. Вот узнаю я, чего можно и чего нельзя ожидать от новой Хокаге, пойму, что мне светит в ближайшем будущем, и утвержу свои планы окончательно.       Почему именно так? Потому что к приходу Наруто я должна буду выстроить некий фундамент. Заложить основу репутации, проще говоря. И продвижение в рангах в этом очень поможет. Чунин? Прекрасно. АНБУ, чей статус стоял как бы отдельно от основных званий? Ещё лучше! Возможность прокачаться до джонина? Да с радостью! Джонины до шестнадцати лет — вообще редкое дело, обычно ими становятся ближе к восемнадцати-двадцати, набравшись опыта и сил.       А кроме статуса, нужно работать над известностью. Читай: брать высокоранговые, но при этом не секретные миссии или встречать на своём пути сильных врагов. И первое, и второе происходит редко; к тому же, бой не всегда будет заканчиваться в мою пользу. Хотелось бы, конечно, но имеем что имеем. Можно ещё что-нибудь учудить внутри деревни, но тут дело ещё сложнее, ведь известность должна быть сугубо положительная.       Правда, теперь у меня появилось ещё одно препятствие. Или, скорее, сдерживающий фактор. Шикамару — точнее, клан Нара, потому что к черту оптимизм, будем думать пессимистично и подключать свою паранойю. Хотела было добавить, что с Нара под ручку идут Яманака и Акимичи, но нет. Это не обязательно так. Клан слишком умён, чтобы разбалтывать всякую информацию, даже своим союзникам.       Шикамару, как истинный джентльмен, заказал еды не только себе, но и мне. Я не стала возражать: в конце концов, посиделки с Мизуки-сенсеем хорошо так затянулись, есть хотелось ощутимо. До дебаффа, по ощущениям, ещё далеко, но уже неприятно.       — Начнём сейчас, или сначала поедим?       — Можно и сейчас, ждать немало, — разрешил Нара. И замолчал.       Я разглядывала окружение. Поразглядывала бы его самого, но неприлично. Статус генина, моё шикарное выступление на экзамене на чунина и общение со всякими венценосными личностями, конечно, немного уравнивали наше положение, но не настолько же. В любом случае, предложение поговорить поступило именно от него, а значит, ему и начинать разговор. Ясно дело, я отлично осознаю, о чём именно мы будем говорить… но мне не хочется начинать, когда сделать это может и должен он.       Шикамару громко вздохнул и откинулся на мягком кресле, принимая расслабленную позу. Я краем глаза следила за его телодвижениями. Шинигами-сама, каков ленивец…       — Ты не собираешься рассказывать сама, да? — для галочки спросил он. Я выразительно промолчала. — Как проблемно… Ино всегда не выдерживает. Скажу честно, о твоей забавной организации узнал не я, но, так уж случилось, мой соклановец. Чисто случайно и очень мало. Если бы твои не переступили ей дорогу, и она не обиделась, ничего бы не случилось. Зато теперь мне известно достаточно. Примерное число — больше двух сотен, но меньше трёх, состав — преимущественно гражданские, но процентов десять — шиноби. Вы ничего не делаете, кроме как рыскаете повсюду в своё удовольствие и ищете любой слух, за который можно зацепиться. Стоит сказать, успешно.       Начав говорить серьёзно, Шикамару совершенно никак не поменял своего тона или положения: как развалился лениво, так и сидел; как говорил спокойно и неохотно, так и продолжил. Полнейшее отсутствие желания влиять на собеседника, первым делом подумала я. Потом тут же себя и оспорила: нет-нет, наоборот, он просто выбрал не такой эффективный, как у меня, но всё ещё имеющий шанс на существование путь. Собеседник может недооценить его, несмотря на вещи, которые он говорит, или, наоборот, начать раздражаться из-за того, как он озвучивает важную информацию. Очень в духе Нара.       Что ещё важнее, Шикамару не пожалел информации. Во-первых, сделал комплимент в самом начале — значит, то, что происходит, ему в целом по душе тире потенциально выгодно, иначе зачем сластить пилюлю. Во-вторых, кратко озвучил если не всё, что у него на меня уже имеется, но достаточно, чтобы подозревать, что имеется у него много. В-третьих, вбросил мне путь для продолжения разговора — и я, в целом, была не против посмотреть, к чему же он ведёт. Расклад, где Шикамару говорит, а я слушаю, меня полностью устраивал.       — И как же вы проверили, что успешно? — вежливо спросила я.       — Я. Не мы.       — О, — ещё вежливее удивилась я, нисколько не удивлённая. — Даже так?       Удивляться было нечему. Я любила задирать нос, но даже мне не задрать его настолько высоко, чтобы решить, что за дело с гильдией сразу же взялся весь клан. Вот в историю с кем-то из девчонок-Нара, у которых почти всегда не самый сахарный характер, я верю. В то, что в какой-то момент к расследованию подключился сам Шикамару? Уже меньше, но если девчонка наткнулась на нечто стоящее и рассказала наследнику, то почему бы и нет… И ему надо ведь развлекаться. Опасаться, впрочем, всегда стоит худшего, когда имеешь дело с наследником клана, а не с его рядовым членом. Власти у такого человека больше. Подводя итог: участвовал во всём этом Шикамару и, может, несколько его друзей, а вот то, какие ресурсы он может привлечь… Лучше об этом не думать, станет грустно. Вот в такие моменты — да, хочется быть клановой.       — Я немного напрягся, осмотрелся и внезапно заметил, что рядом со мной и ещё некоторыми людьми подозрительно крутятся гражданские... Ты правда думаешь, что можно спрятаться от Нара в тенях? — с усмешкой переспросил он меня, когда на моём лице проскользнуло сомнение. Что ни говори, а девочки Аянами на постоянной основе использовали мою Скрытность, прокачанную до максимума. Легко их заметить нельзя. Но слова Шикамару имели некую логику, пришлось признать мне. Ну не верю я, что все их клановые дзюцу ограничиваются использованием теней для обездвиживания или убийства! Ох. Подождите-ка. — Конечно, это меня заинтересовало.       Я моргнула. С этой стороны я, признаться, на ситуацию не смотрела. Да, для срабатывания Скрытности нужно находиться в тени или хотя бы далеко от центра внимания человека — иначе эффекта никакого не будет. Это Невидимость игнорировала любую логику и могла бы помочь спрятаться даже в пустыне. Но у моих шпионов-то именно что Скрытность! Для Нара может выглядеть очень подозрительно. Я сразу же пересмотрела свои предыдущие выводы. Наверняка всё началось далеко не со вздорной Нара, а именно с интереса к странным способностям моих людей.       Подозреваю, что первым же делом он убедился, что мои подчинённые не используют чакру. И, скорее всего, несколько… озадачился. А почему они, не использующие чакру гражданские без какой-либо подготовки (неправда, но на данном этапе он вряд ли догадывался), вполне себе удачно могут скрыться от шиноби не-сенсоров в тенях, которые всегда считались оружием клана Нара? А раз всё началось с нескольких человек, значит, следующим его действием, как бы не параллельным первому, было узнать, сколько всего таких уникумов.       За ребятами Аянами, на самом деле, следить сложно. Они уже давно перешли в полноценный шпионский режим, и далеко не всегда докладывали о своих находках напрямую Аянами. Иногда доставляли информацию через других шпионов, иногда — составляли целые таблицы на бумаге. Последнее делали в основном те, кто следил за определёнными людьми. И на шифрование информации они не скупились. Мы с Аянами несколько лет назад специально соорудили нечто рабочее, используя как учебник те шифры, которые я нашла в библиотеке. Смею надеяться, что мы создали хотя бы отдалённо сложный экземпляр. В любом случае, Шикамару всё-таки смог пробраться на территорию банды, и куковал там (сам или кто-то из соклановцев?) достаточно времени, чтобы пересчитать всех. Я вспомнила, сколько у меня ушло на запоминание огромного количество гильдийских и внутренне скривилась.       — Надеюсь, ты понял, что они всего-то хорошо прячутся, — нейтрально спросила я, потому что именно к таким выводам и должен был прийти Шикамару. Правда, это не означает, что он ими доволен. — Так каковы твои мысли по поводу добытой нами информации?       — Я не узнал, что вы точно знаете и для чего всё было затеяно, — с явным неудовольствием признал он. — Но я знаю, на что вы ищете информацию — на людей. Неожиданно было осознать, что там соседствуют такие личности как я и старейшины.       Ожидаемый вопрос о том, как же мои девочки всё-таки прячутся, не прозвучал. Неприятно. Можно было бы ответить на него полуправдой и тем самым создать видимость того, что я тоже делюсь важной информацией. Но Шикамару не глупый, чтобы вестись на такое. Сразу бьёт по самому больному. Я постучала пальцами по столу, беря паузу. Судя по безразличному лицу Шикамару, ему было всё равно: что я отвечу сейчас, что позже — всё равно ведь отвечу. На такие вопросы не отвечать, ну, просто нельзя. Очень уж они скользкие.       Самое смешное, что я даже не знаю, грозит ли мне реальная опасность за отсутствие ответа. Что будет, если я откажусь от всего, встану и уйду? Шикамару оставит нарытое на меня при себе? Сделает так, чтобы это было донесено до старейшин? И даже если оно будет донесено, то что сделают достопочтимые старички? Какой-нибудь болезненный удар по репутации или планам — или пойдут дальше, и с какой-нибудь невинной миссии С-ранга я вернусь с ранами или не вернусь вовсе?       Главный вопрос: насколько сильно подвержены паранойе старейшины? Если не очень, то, в целом, мне ничего не грозит, ведь скоро я, завершив своё первое официальное задание гильдии, буду прикрываться Цунаде, хотя бы чуть-чуть. Если сильно, то…       Именно поэтому лучше было исходить из худшего.       — Насчёт себя не обольщайся, у меня просто большие планы на того, кто меня поведет под венец, — решила начать я с самого безопасного. — Кстати, если бы изучил вопрос подробнее, понял бы, что там не только ты, но и некоторые парни из твоего клана, да и из других достаточно.       За год круг поиска потенциальных женихов был значительно сужен. Я всё больше узнавала про кланы, про их политический вес в деревне, и отметала ненужные варианты. К моей чести стоит сказать, что такие уникумы, как Саске или Наруто, не рассматривались изначально. Клан Хьюга тоже пришлось отбросить очень быстро, пусть и с сожалением. Наши отношения с Неджи нельзя было назвать дружескими, в первое время даже тёплыми, но мы хотя бы были достаточно близко знакомы. Плюс, как ни крути, он уважал меня, а я уважала его, хотя взаимное непонимание висело над нами и мешало общению не меньше, чем характер Неджи. Но проблем, проблем от этого клана было бы невероятно много, минусы перекрывали плюсы.       А вот клан Нара, наряду с теми же Абураме (да ладно, я уже привыкла к Микиру) и ещё парочкой кланов поменьше, был самым приятным. Минусы находились у всех — слишком острый ум; слишком отталкивающая внешность и, как следствие, небольшая популярность именно как людей; слишком неустойчивое положение в деревне — но были не настолько фатальными.       — Ты думала об этом? — Шикамару даже немного ожил. Или, скорее, он ожил оттого, что нам принесли еду. Я без аппетита посмотрела на тарелку. Есть вроде хочется, а вроде нет. — Интересно.       — Я — бесклановая с большими амбициями, которой сенсей только и твердит о том, как у меня мало чакры и как я быстро прогрессирую. Конечно, я буду искать себе покровителя, — я всё-таки взяла в руки палочки. — Получить бы чунина… По-дружески: после моего выступления на экзамене, сколько у меня шансов?       — По-дружески?       — Ты что, смеёшься надо мной? — пораженно вопросила я. — А ну верни нормального Нара!       — Средне, средне, — он не смеялся, но явно веселился. Да, понимаю, мне тоже весело, когда я держу ситуацию в своих руках, а собеседник пытается дёргаться. — Но если брать в расчет твой поход вместе с АНБУ… Я бы увеличил проценты. Добавь сюда то, что Хокаге-сама явно взялась за тебя всерьёз, и получишь почти стопроцентную вероятность.       — Хокаге-сама взялась за меня всерьёз? — я прикинула в голове сказанное. — Да ладно…       Никогда не думала, что возьму и бесполезно упрусь в знания канона, воплощая самое банальное из попаданческих клише. «Цунаде возьмёт в ученицы Сакуру», решила я. «От меня ей нужна разве что моя гильдия, да и то, похоже, пока что в её возможности не очень верят», подумала я. И совершенно забила на анализ ситуации в целом. Задание от Хокаге, пусть и разделённое с Сакурой, милое дефилирование чуть ли не под ручку от госпиталя к башне Хокаге… Это ведь показательные события. И Цунаде не могла не осознавать последствий своих действий. Я даже в Джирайю, который не разбирается в подобных тонкостях, не верю, что уж говорить о Цунаде, которая, на минуточку, химе клана-основателя деревни. Я вскинула взгляд на задумчиво меня разглядывающего Шикамару и решила отложить размышления на данную тему на другой раз.       — Поделишься выводами? — очень вежливо спросил он.       — Конечно, — так же вежливо согласилась я. Вежливость уже на зубах скрипела. В подобных ситуациях я брала далеко не спокойным и размеренным диалогом, а милыми улыбочками и давлением Обаяния. Шикамару, конечно, продавливался, иначе чего бы он был таким охотно разговорчивым, но в остальном... — Ты заинтересовался тем, как моя банда прячется от чужих взглядов, насторожился и начал под нас рыть. Нарыл мои планы на замужество и совершенно не секретную попытку стать Хокаге — для этого я и собираю информацию на парней моего плюс-минус возраста и на не обделённых властью людей Конохи. С Цунаде-сама я, конечно, просчиталась… честно говоря, думала, она больше благоволит к Сакуре, как меднину, а значит, нужно будет подъехать через неё.       Я старательно играла человека, которого приперли к стенке, поставили в неудобное положение и, невиданное дело, заставили говорить правду. Учитывая, что почти всё из этого и было правдой (а если считать полуправду за правду, то вообще всё!) впечатление создавалось самое натуральное. Как бы хорошо Шикамару ни читал по лицам, я очень сомневалась, что он сможет уличить меня во лжи. Да, возможно, он уже самостоятельно дошел до истины — Цунаде приказала мне следить за стариками — но это было лишь бездоказательным предположением.       Самый главный вопрос оставался открытым. Что ему нужно? То же, что и Цунаде, информация? Ведь его клан далеко не шпионы, они, скорее, оперируют уже полученной информацией. Но для этого уже есть давно сформированная тройка Ино-Шика-Чо — Яманака информацию добывают, Нара её анализируют и строят планы, Акимичи воплощают планы в жизнь. Давно, несколько поколений как отработанная схема.       С другой стороны… с чего это я решила, что Яманака хорошо осведомлены о том, что творится внутри деревни? Их глаза и волосы тут узнают все, и даже при простом разговоре будут насторожены сверх меры: ребята славятся вытягиванием нужных сведений даже безо всяких техник. Я отложила палочки, доев свою порцию. Нет, тут что-то не сходится. Даже если Яманака не доверяют, у них должны быть информаторы. Раз клан специализируется на информации, они не могут позволить себе потерять хватку. Да ещё на какой территории, внутри собственной деревни!       — Хорошо, предположим, ты говоришь правду, — кивнул Шикамару. — А если брать во внимание то, что я о тебе слышал, с тебя сталось бы и тут соврать.       — О! Кстати, можешь поведать, что ты обо мне слышал? — оживилась я. — У меня, конечно, есть информация и слухи на себя. Скажу честно, я даже не стесняюсь их корректировать! Но в основном именно в среде гражданских, иногда — бесклановых генинов-чунинов.       — Хорошо, и ты согласишься на то, чтобы нескольких твоих ребят проверили мои соклановцы. Твоих ребят — и тебя. Плюс, ты подумаешь над тем, чтобы добывать сведения по моей просьбе.       Мы поиграли в гляделки. На полном серьёзе, кстати — мне не нравилось его предложение, так как он явно задирал цену, и задирал безбожно. Оно и понятно: вот оно, мы подошли к самой сути нашей встречи. Значит, всё-таки страшно за клановые тайны… но вот информация ему зачем? Поколебавшись, я задала этот вопрос, одновременно оттягивания время на формулировку ответа. Мне нужно торговаться, но торговаться тоже надо за правильные вещи. Что может мне предложить Шикамару? Нет, даже не так. Раз уж он затронул не просто меня, а мою банду… что может мне предложить клан Нара?       — Питаться одной и той же пищей вредно для здоровья, — обтекаемо ответил он. Что, конечно, на языке нормальных людей означало «информацию нужно брать из разных источников, иначе в какой-то очень счастливый для врагов момент вас могут обмануть». Мудро? О, да. Только на что он рассчитывает? Я скептично улыбнулась, но промолчала. Впрочем, ладно, почему бы и нет… Шикамару покачал головой: — Я рассчитываю на то, что со временем твои шпионы смогут забираться дальше.       Я покивала. Надо отвечать. И без дополнительных слов ясно, что он намекает на сильного покровителя, только вот на кого? На Цунаде, о которой догадывается или, лучше сказать, судя по его предыдущим словам, даже знает? На себя и свой клан, как бы предлагая свою поддержку в обмен на требуемые сведения буквально по щелчку пальцев? Первое — не очень хорошо, наверное, но об этом лучше спросить Цунаде. Всё зависит от того, как сильно она хочет оставить мою гильдию, или, скорее, свою связь с ней, в тайне. Второе, впрочем, ещё хуже. Я выстраивала всё долгие годы не для того, чтобы в мгновение ока продать в чужие руки и оказаться в подчиненном положении.       — В целом, я согласна с тем, чтобы твои посмотрели на меня и моих людей. Не знаю, правда, что ты хочешь там найти. Я никогда нормально не видела хидзюцу твоего клана, не говоря уже о воспроизведении одной из такой техник. А предполагать, что я ваш бастард, который волшебным образом смог пересоздать эти дзюцу… — я поморщилась. — Нет, ты можешь, конечно, но внешность у нас всё-таки отличается. В свою очередь, ты не только сообщаешь мне общее мнение: ты ещё и помогаешь мне их скорректировать. Уж не знаю, когда я тебя об этом попрошу, но…       — Слухи, как я понимаю, нужны по первому зову? — Я кивнула. — Нет. Нет, пока не ответишь на второе.       Я цокнула. Так и знала. Ладно уж, «пока» меня успокаивает. Я наклонилась к нему поближе и проникновенно заглянула в глаза. Хм. Тоже темные. Но другие, если присмотреться. Не похожа я на Нара, хоть убей. Отдалённо — да, но кланы на то и кланы, что они там все друг другу по внешности, словно близкие родственники.       — Знаешь, как давно была создана моя банда? Восемь лет назад. Восемь! Мне было пять, когда я её собрала из таких же мелких детей. Иногда эти дети были старше — на год, на два, на пять или на шесть. Но, в конечном итоге, они все подчинялись такой малявке, как я. И до сих пор это делают. В моём подчинении есть даже джонины, если для тебя это станет новостью. И ты сейчас предлагаешь мне бросить все, что было наработано за восемь лет терпеливого взращивания кадров и удержания власти в своих руках? Прости, Шикамару-кун, но я не могу согласиться. Моя независимость слишком дорога мне.       То ли Обаяние наконец окончательно пробило защиту ленивца, то ли озвученная информация стала для него шоком, то ли всё вместе, но я выбила Шикамару из уже привычного для меня спокойного состояния. По его лицу сложно было понять, какая именно эмоция там промелькнула — слишком быстро — но что-то точно произошло.       — Я думал, они называют тебя химе в шутку, — задумчиво протянул он. — Но если всё так, как ты говоришь, то ты и правда похожа на химе. Удивительно, как у тебя получилось провернуть такое без должного обучения.       — Нет, нет-нет, давай сдадим назад, — растерялась я от такого выверта логики кланового создания. Помнится, Микиру как-то раз заявил нечто похожее. Да что их на «настоящности» моего статуса химе так перемыкает? — Птичка-химе — это шутка от одного моего глупого друга, которая в какой-то момент стала достоянием всей банды. Не более. Приписывать меня к вашим клановым заморочкам не стоит.       Я не то чтобы испугалась того, куда грозил завернуть разговор, нет. Скорее, напряглась. Территория этикета клановых была мне знакома, но без карты — читай: подготовки или знающего помощника — я бы туда соваться не стала. Общаться с клановыми как бесклановая я могла совершенно спокойно, ничуть не оскорбляя при этом чьи-то чувства, правила я в себя вбила ещё в Академии, задумываться даже не приходилось. И не то чтобы Шикамару мог как-то повлиять на мой статус бесклановой, но чем черт не шутит — Система у меня есть, и её возможности непонятны. Нет уж, лучше пусть ни у кого и мысли о моей связи с кланами не мелькает.       Я смогу стать Хокаге и без своего клана за спиной, по примеру Четвёртого. Да, поддержка определённо нужна, но это могут быть и не родственники. Судя по тому, что я узнала, Минато помогали Учиха — но после войны, где тот показал себя превосходно, эта поддержка решала далеко не всё. Да, красноглазики помогли приструнить задергавшихся Хьюга, но не более. Существовали, конечно, и другие проблемы, но их можно было решить — и решили — и без Учиха. Всё, что мне нужно: выделиться на Четвёртой Мировой или раньше, но для более ранних и значимых «выделений» у меня нет идей. Можно, конечно, попытаться втиснуться в канонные события и, оперируя своими знаниями, разрулить их быстрее… одна только проблема: у меня нет точных дат. А значит, подготовиться и подгадать «подвиг» не получится.       — Я понял, что это прозвище. Но в каждой шутке есть доля шутки, так? — он хмыкнул. — Хорошо, тогда по-другому. Условие насчёт тебя и твоих людей в силе, также я прошу от тебя по возможности добывать мне информацию. В ответ я обещаю сообщать тебе об изменении в слухах и даже помогать воздействовать на них… по возможности.       Хотелось застонать: как мало я получаю! Да, слухи — великая сила, мне ли не знать, но постепенно члены моей гильдии будут продвигаться в рангах шиноби, и джонинами или токубецу джонинами станет хотя бы половина, все склонности имеются: и регулярные тренировки, и помощь с техниками и обучением, и просто упорство, которое не забывают вбивать старшие товарищи и особенно — то и дело мимо пробегающий Кеншин. Правда, у Кеншина это всегда получается как-то очень завязанным на насилие, но что уж поделать.       — О, то есть это будет «я тебе — ты мне»? Как мило. Оставляем эту беседу и подробности о моей банде в секрете ото всех тех, кто ещё о них не знает, — я запнулась. Я нахожусь в невыгодном положении? Нахожусь, верно, и именно поэтому не могу требовать многого. Но действует ли на Шикамару Обаяние? Действует, и уже очень хорошо, мы так долго говорили, а я так старалась! Значит, стоит воспользоваться своим бедственным положением и начать не требовать, но просить. Это, конечно, совершенно не в моём стиле… хотя, кого я обманываю, добиваться желаемого любым способом как раз-таки в моём стиле, — и твоя поддержка как Нара. Один раз. Пожалуйста?       Он усмехнулся:       — То есть, ты просишь поддержку клана.       — Я прошу поддержки наследника, — не согласилась я. — Это разные вещи.       — Это одно и то же, — не согласился с моим несогласием Шикамару, а потом прикрыл глаза и хрустнул шеей, чуть нахмурившись. — Требую карт-бланш на вход на территорию и на участие в ваших делах, и по рукам.       Смерив его задумчивым взглядом, я покачала головой, не давая ответ, а просто задумавшись. А в целом… почему бы и нет? Чем чаще он в банде, тем больше я смогу на него воздействовать. Да, он будет, фактически, иметь доступ ко всему, но я поговорю с ребятами, объясню им ситуацию, и важные разговоры при нём вестись не будут. Глядишь, сам себя в ловушку и загонит. Он ведь не знает всех моих возможностей, а чем чаще воздействуют на человека Обаянием, тем более он восприимчив, так что я дала своё согласие. Попросила прийти завтра, обязательно одному, назвала район — недалеко от гильдийского, но сразу ясно, что территория «нейтральная». Он согласился.       Раскланялись мы прямо-таки как лучшие друзья, по крайней мере, с моей стороны. Правда, как только Нара скрылся из виду, я в пару прыжков забралась на крышу «гильдийского» здания и поймала одного из мальчиков Аянами. Пусть привыкает к тому, что даже члены банды не застрахованы от слежки. Микиру у меня до сих пор под наблюдением. Не в целях безопасности гильдии, правда, а в целях… не знаю. Его безопасности? Слежка не слишком пристальная, максимально ненавязчивая, но, если что-то случается, я всегда узнаю об этом быстро. Под подобным же наблюдением у меня все приближенные. Кроме, конечно, Аянами, которая сама всем руководит, да и так всегда на виду — она и из дома выходит только для того, чтобы или посетить квартал, или посидеть где-нибудь в ближайшем парке.       На данный момент внутри базы из приближенных был только Юкио. Увидев меня, он кубарем скатился с края крыши. Лицо у него было говорящим: видимо, кто-то из шпионов увидел меня в кафешке с Шикамару, передал информацию в банду, где ещё видели дожидающегося меня Шикамару, и правильные выводы были сделаны. А возможно, он присутствовал уже тогда, когда Нара пришел…       — Живём, живём, — я похлопала его по плечу. — Правда, придётся провести людям сеанс внушения. Шикамару теперь допущен до банды. Аянами от него, впрочем, лучше прятать, пусть сам думает, куда шпионы сливают всю инфу. Может, на меня будет думать, так даже лучше. Плюс в течение нескольких дней мне нужно будет забрать с собой нескольких ребят…       — Если нужны неразговорчивые, то лучше посоветоваться с Аянами, — правильно уловил мою мысль Юкио. — И ты хочешь, чтобы я тебе помог ввести в наш круг Нара? Это будет сложно.       Лицо у Юкио уже потеряло ту яркую обеспокоенность, и теперь на нём читалась напряжённость. Я коротко кивнула. Да, будет сложно. Мы оба помнили мою речь в день, когда в банду был введен Микиру — точно так же, как её помнят остальные слушатели. Возможно, не дословно. Но они не смогли бы забыть моё обещание: все вводимые в гильдию участники, в том числе клановые, будут приносить банде пользу. Шикамару?.. Даже моя репутация — польза лично для меня, а значит, придётся играть на грани фола.       Юкио, как шиноби, может помочь мне распространить нужные настроения. Остальных ниндзя нужно будет тоже убедить говорить именно то, что мне нужно. Пусть мои гражданские и разбираются в делах шиноби получше, чем другие, они всё ещё более озабочены другими вещами. А значит, у меня есть шанс, и немаленький. Подключу ребят Аянами — всё вообще будет в шоколаде.       — Честно говоря, меня больше всего волнует, как мы не заметили наблюдателей, — я потерла переносицу. — У них, что, серьёзно есть техника, которая позволяет скрываться от сенсоров? Если да, то мы ещё хорошо так продержались, именно сенсоров-то у нас и нет... А если без техники, то я даже не знаю, кого наказывать за такую халатность. Может, сам Шикамару скажет?       С опаской посмотрев на моё доброе-доброе лицо, Юкио тяжело вздохнул. Лицо у него было грустным. Так мы и стояли рядом на крыше, задумчивые. Я — пыталась построить план, который не нарушил бы и другие мои планы — Мизуки-сенсей, тренировки, — а Юкио… уж не знаю, о чём он думал. Возможно, над моими шансами опять выйти сухой из воды. Наконец, он решительно поджал губы и повернулся ко мне:       — Я помогу тебе, конечно. Сейчас же найду Кеншина, он должен быть в деревне… Но не думаешь, что стоит стать осторожнее?       — Осторожнее? — не поняла я. — О чем ты вообще? Шикамару о нас узнал далеко не из-за моей неосторожности. Честно говоря, тут вообще ничьей вины нет, все делали именно то, что должны были… но профукать целого шиноби! Надо устроить втык всем, для профилактики.       Пожав плечами, Юкио отстал, за что я была ему благодарна. У меня было много дел.       Во-первых, как можно спокойнее у себя в мыслях говорила я, надо заскочить к Аянами и решить всё с Шикамару. И вряд ли этот разговор будет недолгим или лёгким, а солнце уже очень низко. Во-вторых, надо будет с ней же обсудить, что у нас уже есть по заданию от Цунаде и что мы можем ещё, чисто теоретически, добыть. Из-за того, что теперь рядом будет Нара, придётся действовать осторожнее именно внутри банды, а это никак не может пойти на пользу делу. И с того момента, как я получила задание, едва ли прошла неделя, почти ничего ещё не готово… Стиснув зубы, я побежала к своему главному шпиону.       Аянами, в итоге, высказала мне только то, что я знала сама: ситуация не лучшая, но сделать больше ничего нельзя, только работать с тем, что уже есть. Но мою идею стеснять себя из-за присутствия Шикамару она отбросила резко и не принимая возражений:       — Он в любом случае догадается или вынюхает. Он Нара, да ещё и наследник, он умнее нас обеих. Возможно, не вместе взятых… — всё же протянула она, и я усмехнулась. Аянами тут же опять нахмурилась: — Я не пытаюсь погладить твою самооценку! Мы не будем сообщать ему ничего — это верно. Мы будем пытаться держать его подальше от важной информации — тоже правда. Но откровенно таиться на своей территории я не собираюсь, и тебе советую делать то же.       — Будто у нас есть причины ему доверять, — я покачала головой. — Мы, конечно, в одной лодке сейчас, и мы ему нужны, раз он пошел на контакт, но мне это не нравится.       — Тут уже не важно, нравится тебе сложившаяся ситуация или нет. Он уже знает, на кого ты копаешь, и он не настроен тебе угрожать. Ребят, которых ему покажешь, выберешь сама, — Аянами вздохнула и ненадолго замолчала. — Есть у меня ощущение, что мы ещё сможем вытянуть из него достаточно выгоды… В любом случае, у меня тоже есть информация для тебя. Шина смогла приблизиться к Утатане-сан. Ей как раз нужна была новая домработница.       — Потому что у прошлой внезапно что-то случилось?       — Не внезапно и абсолютно неподозрительно, но ты права, — Аянами натянула ничего не значащую улыбку. — И хотя мне всё ещё не нравится идея того, что должность выпала именно Шине, Утатане-сан сама выбрала её из других согласившихся на участие девушек.       Узнавать, как Аянами устроила отбор только из наших, гильдийских, я не стала. Имея почти сотню подчас незаметных людей в своём подчинении, устроить такое становится вполне осуществимой задачей. Просто у нескольких других кандидаток прямо в день икс случилось нечто, как уже было упомянуто, не очень страшное, но требующее немедленного присутствия. А зная нелюбовь Аянами к тому, чтобы светиться, эти «нечто» были исключительно обычными и не вызывающими подозрений.       — Хорошо, ладно, — сама себе кивнула я. — Получается, расходимся и начинаем делать каждый свою работу? Мне нужно продумать, как общаться с Шикамару, потому что если я этого не сделаю, то мы оба перестанем меня уважать… Досье на самых доверенных и не вызывающих подозрений девочек?       Остаток вечера я провела, выбирая людей. Сложное это дело — заниматься кадрами! Особенно если знаешь, что эти кадры наверняка очень, очень вдумчиво будут проверять чужие ирьёнины. Не то чтобы моих шпионов проверяли вообще какие-то ирьёнины, исключая тех детей, что проходили обследование на пригодность по запасу чакры при Академии. И не то чтобы у меня было, что скрывать: сколько Сакура ни билась, так и не смогла найти ничего, что отличало бы моих людей от остальных гражданских. Впрочем, может, «нечто» найдёт ирьёнин более высокого ранга? Я на секунду остановилась, а потом мотнула головой и отложила очередную бумажку. Если так, то меня ничего не спасёт: абсолютно все шпионы Аянами получили от меня навык Скрытность, который активировался, когда они того хотели. Можно было подсунуть Шикамару обычных членов моей банды, верно, но я планировала ещё повернуть ситуацию в свою сторону, и начинать наши отношения с обмана было бы невыгодно.       И, что греха таить, мне было банально интересно. Обнаружат ли что-то? Обнаружат ли что-то во мне? После Академии я не проходила никаких обследований, а навыки, тем временем, улучшились. Стала ли та давняя-давняя аномалия, которая бесчисленное количество лет назад смутила ирьёнина из Академии, больше? Я хмыкнула, привлекая внимание Аянами и помахала бумажками с именами четырёх людей. Две девочки, два мальчика, возраст разнится от тринадцати до восемнадцати. Пусть ищут секрет…       — Отлично, я скажу им, когда и где вы встречаетесь. Или?..       — Мы встречаемся послезавтра, но никакого «где» пока что нет, — отрицательно покачала головой я. — И я их сама найду, поговорю с каждым заранее. Просто не давай им никаких заданий и отмени имеющиеся, хорошо? Я же никого важного не забрала?       Аянами бегло взглянула на имена, цокнула недовольно, но всё же кивнула. Значит, выбрала не самых мелких «принеси-подай». Хотя, у нас и не было таких, считай: самые доверенные шпионы, конечно, менялись нечасто, но в остальном — рангов не было. Сегодня тебя могли отправить следить за Утатане, завтра — краем глаза наблюдать за Шиной, после — вообще на время отстранить от работы.       Весь следующий день пролетел в одно мгновение. Вот я бегу в банду, вылавливать своих людей и объяснять им ситуацию — как хорошо, что у Аянами только самые понимающие люди (полагаю, профессиональная деформация), а вот уже без жалости лью и другим людям в уши Обаянием, надеясь, что урон будет не критическим. Урон оказался в сорок — сорок! — очков репутации и выпавшим заданием:       Вы получили новое задание гильдии!       Подпиленные ножки трона       Несмотря на то, сколько раз вы доказывали свою власть в гильдии, люди начинают сомневаться. Не допустите брожения умов, иначе они могут решить, что вне гильдии будет куда как спокойнее, чем внутри. Дополнительно: поверните ситуацию в свою сторону в кратчайшие сроки (время не указано).       Награда за выполнение: вы не понесёте потерь, +1500 опыта; дополнительно: +100 к репутации       Наказание за провал: потеря 25% членов гильдии; -200 к репутации       Прочитав условия, я чуть не задохнулась от возмущения. Не так это должно работать! Что за туманное «в кратчайшие сроки», спрашивается? Почему обычное выполнение задания не приносит ровным счетом ничего, за исключением полутора тысяч опыта, которые при текущем уровне (а до следующего надо добить сорок девять тысяч) не важны, а дополнительное — так мало? И почему за провал отнимут так много… Я ещё поворчала, попрыгала с крыши на крышу и наконец успокоилась. Хорошо, ладно. Я сделаю это. И выберусь из ситуации, и поверну её в свою сторону. Главное, чтобы эти кратчайшие сроки включали в себя недельки эдак две. Тогда всё будет не идеально, но уже неплохо. Задание Цунаде будет закончено, так или иначе, и Шикамару немного примелькается в банде.       Если, конечно, он захочет примелькаться? Я внезапно опять поняла, что учитываю не всё. Что, если разрешение на появление в зданиях гильдии в любой момент ему нужно, в действительности, не для того, чтобы появляться здесь сколько-нибудь часто? Сложно поверить, что он стал бы торговаться ради чего-то, что ему не нужно, но можно предположить, что он понимает, что я хочу и, возможно, могу как-то повернуть в свою пользу его постоянное присутствие. Может, потом он и начнёт захаживать в гости чаще — разрешение ведь останется за ним, — но самое важное будет происходить не потом, а сейчас.       Назревает другой вопрос: сильно ли он против, чтобы я что-то с этим делала? Потому что может статься и так, что не особо, и тогда его появление здесь, продиктованное любопытством, состоится как можно раньше. Может быть и противоположный вариант, и тогда, я уверена, Нара попридержит свои желания в узде.       Что здесь замешано любопытство, я не сомневалась. Зачем, спрашивается, ещё?       В середине дня я, чуть не опоздав, прибежала на тренировку. Хаяте-сенсей смерил внимательным взглядом отвлеченную донельзя меня, перешел на серьёзного Юкио и чуть меланхоличного Микиру (парню, оказывается, грело сердце то, что он единственный клановый во всей гильдии, и приход Шикамару стал ударом по больному), и даже не стал задавать вопросов. Первую половину тренировки. Зато гонял нас — будь здоров, пришлось забыть о проблемах в банде и сосредоточиться на тех, что доставлял нам сенсей. Ну, философски думала я, смотря на сиротливо валяющееся в паре метрах от меня вакидзаси и баюкая собственное запястье, никогда не поздно вспомнить, чем опытный джонин отличается от трёх — будем честны — чунинов. Вот токубецу джонина мы, может быть, и завалили бы втроём — хотя и с большой натяжкой, я думаю. Сенсея? Не-а.       — Как думаете, сенсей, через сколько лет у нас получится вас победить? — на волне размышлений внезапно спросила я. — Просто уже, считай, сколько? Округляя, два года мы вместе. И, вроде как, стали сильнее, а результат не меняется.       — Конечно, результат не меняется, учу-то вас я, — чуть ли не с жалостью посмотрел на меня сенсей. — Я тебе больше скажу: результат изменится только тогда, когда вы или сравняетесь со мной в силе, или уйдёте к другим сенсеям. Но даже так, я всё равно буду иметь преимущество. Базовые знания вы получили от меня, именно я лучше всех знаю ваше поведение в бою. Любые новые навыки будут накладываться на уже изученное.       — Очень хотелось бы, чтобы это работало и в обратную сторону, — пробормотал Юкио. Я мысленно с ним согласилась.       Попросить, что ли, какого-нибудь джонина провести спарринг? Чтобы не слишком сильно унывать, даже всю команду можно уговорить, мальчишки точно согласятся. Вопрос в другом: кого просить. Точно не Гая-сана, он нас всех втопчет в землю и ещё поулыбается, посочувствует и даст совет по тайдзюцу. Кто у меня ещё есть из знакомых, пусть даже шапочно, джонинов?.. Какаши-сан? Даже если он согласится, в чём я очень сомневаюсь, итог будет чем-то похож на тот, что я нарисовала для спаррингов с Гаем-саном. Только улыбаться он вряд ли будет.       Асума-сан через Шикамару?.. Нет-нет, не хочу его просить о чём-то. Мизуки-сенсей? Он не джонин и, думается мне, сейчас немного не в том настроении, чтобы спарринговаться. Попросить девушку Хаяте-сенсея? Ох, не нравится она мне, мутная она какая-то… Но это вариант.       А ещё есть Грач, внезапно подумала я. Раз он АНБУ, да ещё и рядом с Хокаге, значит, по определению должен быть достаточно силён — джонин. Существует вероятность, правда, что он тоже неимоверно сильный шиноби — как Какаши-сан и Гай-сан — но я в этом сомневалась. Самых сильных шиноби деревня предпочитает показывать, чтобы не казаться в глазах других слабой. А вот просто сильных можно и под маской спрятать.       Вечером меня ждала ещё одна важная встреча, но уже дома. Вообще, устав за этот день — тот разговор приходился на середину тренировки, и этот небольшой обмен репликами далеко не успокоил его желание вытрясти из нас все мысли — я даже зашла домой не через окно в своей комнате, как это часто бывало, а через дверь. Родители тоже были приятно удивлены такому событию: обычно я приходила к ним и к брату позже, на зов социализации, голода или желания с чем-нибудь помочь. Впрочем, меня тут же обеспечили по всем трём пунктам: накормили, выслушали моё нытьё об излишне сильном сенсее и внезапно огорошили просьбой как-нибудь оставить клона для помощи в магазине.       Когда я уже собралась к себе в комнату, думать коварные думы и, скорее всего, параллельно резать из дерева ещё кого-нибудь из знакомых, на меня с разбегу налетел Амада, тут же захватывая в объятия. Я умилилась и потрепала его по тёмным коротким волосам.       — Ты мне дала задание, и я его сделал, — сказал он. — У тебя есть банда!       О. Точно. Я ведь сказала ему узнать, что за людей он несколько раз видел следящими за мной. Правда, я думала, что ему понадобится несколько больше времени. В конце концов, как я поняла, девочки начали скрываться от него ещё тщательнее. Так каким образом?..       — Они начали прятаться лучше, правда, но и я начал их искать. Так что опять стал замечать, — пожал плечами он на мой вопрос. — Потом пытался проследить за ними, но они умеют ходить по стенам, прямо как ты… было сложно. Но они ходили не постоянно, так что я нашел ваше место.       Что верно, то верно: мои ребята не слишком часто пользуются своим преимуществом. Во-первых, это привлекает внимание. Во-вторых, нам не нужны лишние вопросы. В-третьих, чакры у них, как правило, немного, и даже такое действие требует нешуточной концентрации — как я поняла, когда чакры слишком мало, закон «чем меньше, тем лучше контроль» работать перестаёт.       Но упорство Амады заслуживает уважения. Прошло ведь не так много времени, а он уже смог проследить за кем-то. Наверняка не с первого раза, Скрытность — это всё же не единственный приём, которым владеют мои шпионы, но ему всего семь лет! И он не попаданец, а реальный ребёнок.       — Итак, ты нашел наше место, и?..       — Я зашел, и на меня сразу обратили внимание, — оживлённо жестикулируя, пояснил он и потянул меня в свою комнату. — Там было не очень много людей, но одна девочка подошла ко мне и попыталась узнать, не заблудился ли я, а другая внезапно сказала, что я — твой брат! Я, конечно, сразу это подтвердил. Потом она сложила какую-то печать…       Согласно кивая, я восстанавливала в голове картинку, пусть пока что и примерную. Итак, он дошел до нашей базы. При приближении незнакомого человека, как всегда, большая часть людей сбежала из поля зрения, ходы уже давно отработаны. В помещении остаются несколько человек, которые будут поддерживать иллюзию… чего бы там Микиру уже не напридумал вместе с Кеншином. Они же пытаются выяснить, что же завело к нам незадачливого путника. Одна из гильдийских действует по сценарию, а вот вторая внезапно узнаёт моего брата.       Не то чтобы люди в банде не знали, что у меня есть семья. Но основная масса не знала их лиц. Значит, девочка или из одного из самых первых захваченных районов, или работает на Аянами. Да ещё и сложила печать! Проверяла, не хенге ли? Значит — шиноби. Круг подозреваемых неумолимо сужается… Я, впрочем, сделала для себя пометку: надо научить шпионов простейшему Кай. Чакры на что-нибудь простенькое у всех хватит, а от чего-то более сложного и так, и так нужно бежать без оглядки.       Но вот после того, как в Амаде узнали моего брата, всё пошло не так, как надо. Ему не должны были, пусть и без подробностей, рассказывать, что это за место! О какой секретности речь, если секреты выдаются так легко… Нет, девочка-шиноби точно не работает на Аянами. Та бы за такое прибила, да и у меня от возмущения руки зачесались. Что это за такой уникум, что избежал работы на моего тайного канцлера, обучаясь в Академии или уже получив протектор? Мне казалось, что все под крылышком находятся, под крылышком... Факт, впрочем, оставался фактом: Амада справился. Никаких условий, кроме как «узнать, что происходит», я ему не ставила, и в этих свободных рамках он своё задание выполнил.       Я задумчиво на него посмотрела. Изначально я думала о преемнике: в конце концов, очень скоро он мне понадобится. Тот, кто будет заменять меня, лидера, в гильдии, при этом оставаясь в моей власти. Подходил ли Амада на эту должность? Странная способность видеть через Скрытность, достаточно пробивной характер, пусть и не без своих минусов, миленькая внешность. А что ещё нужно, если правильно воспитать, ммм?       — Ты молодец, братец! — я ободряюще ему улыбнулась и опять потрепала по макушке. — И, раз ты был достаточно умён и способен, чтобы это провернуть, я приглашаю тебя в свою банду. Сначала на самую маленькую должность, но потом ты будешь расти!       — Должность? То есть, как работа?       — Банда требует очень больших усилий. И нужно выполнять несколько условий… да, похоже на работу, — я подмигнула. — И первое правило: никому не говорить о банде. Даже родителям!       Кажется, первое правило вызвало неслабую борьбу в голове брата, но он всё же кивнул. Я улыбнулась шире. Ой, мой маленький бунтарь! Это мне легко скрывать что-то от родителей, ввиду самостоятельности и, наверное, просто своеобразного характера. Но Амада? Нет, ему будет нелегко. Но, в целом, я буду не против, если родители узнают. Они наверняка уже что-то подозревают или даже в чём-то уверены, а убедить их в том, что затея для Амады не опасна — ведь это действительно так! — будет не сложно.       — Тогда у меня ещё одна просьба: немного подожди. Скажем… чтобы оформить тебя на новую работу, нужно время.       — Хорошо, я понял, — серьёзно кивнул он. — Я подожду.       Получено новое основное задание!       Маленький принц       Каждый рано или поздно задумывается о том, кому передать свои знания или умения. Вы задумались об этом рано, да и не особо стремитесь что-то передавать… Но задача ясна: воспитайте себе преемника! Возможно, скоро придётся переложить часть своих обязанностей на чужие плечи, ведь груз станет неподъёмным.       Награда за выполнение: +4000 опыта; вариативно за каждое достижение на пути к конечной цели.       Наказание за провал: невозможность передать гильдию в чужие руки без потери влияния.       Пошли богатые на квесты дни, хах? Я ещё раз заверила Амаду, что моё «нужно время» обязательно когда-нибудь закончится, так что я его не обману, и вчиталась в задание внимательнее. Система, как всегда, радовала подходящими под мои цели заданиями. С личностью своего заместителя я уже определилась, а уж правильно его вырастить... выращу, куда денусь. Может, несколько советов у Мизуки-сенсея попросить? Он ведь работал с детьми достаточно времени. И всё равно, что эту работу он, скорее всего, ненавидел — выполнял ведь! И выполнял неплохо, принцип должен знать. Учитывая, какие вопросы я задаю ему обычно, за такой невинный сенсей должен будет ухватиться всеми руками и ногами!       Единственный вопрос: почему этот квест пошел в категорию основных, а не квестов гильдии… Ещё не было такого, чтобы задания или другие системные сообщения содержали ошибку. Информация, полученная через Интуицию? Да, она иногда не соответствовала истине. Но на то и выделялась по-другому, как бы намекая, что отличается ото всей остальной.       В любом случае, ответа у меня не было. Предположения — были, но все одинаково необоснованные, так что я быстро откинула все мысли на эту тему, создала клона, торжественно кинула ей тетрадь с записями о попытках улучшить технику Теневого клонирования (в одну печать, как это преподносит оригинальная техника, я решила дзюцу не вмещать, а различные комбинации одноручных давали… интересный итог), сама засела за Артефакторику. Я решила: как только добью её до двадцатого уровня (подождала бы до тридцатого, но ждать, честно говоря, не хотелось, и так на такую быструю прокачку навыка уходило много времени) — сразу же сделаю себе что-нибудь. Не одежду, это точно, ведь одежда имела свойство изнашиваться, её я лучше буду покупать в хороших местах, по завышенной цене, но содержащей плюсы, а аксессуары!       Представив себя, обвешанную с ног до головы колечками-серёжками-браслетами-ожерельями, я захихикала. Начало уже было положено: общий для всей команды браслетик висел на запястье, кулончик с пчелкой дополнился недавно купленным железным треугольником. Во-первых, он напомнил мне дары смерти, во-вторых, давал целых пять очков к интеллекту. Такую вещь обязательно надо держать при себе! И в копеечку не вылетело, как это обычно бывает с подобными вещами. Волосы, опять же, представляли собой хаотичный микс из цветных ленточек... Учитывая, что открытой одежде и самовыражению я предпочитаю закрытую одежду и минимальную защиту, зрелище в скором времени будет то ещё. Вопросов, впрочем, это не вызовет: сойдёт за то же самое самовыражение. Все шиноби, так или иначе, страдают желанием выделиться. Просто иногда это желание идёт во вред. Взять, как пример, ту же Анко… Я вспомнила её наряд, представила, что будет с ней, если рядом просто пронесётся любая техника Ветра, которая, что логично, создаёт неслабый поток воздуха, поднимающий с собой кучу пыли и других небольших вещей, посочувствовала. А если не успеет сгруппироваться и упадёт, пропашет боком или ногами землю? Содранная кожа, грязь в ранах… опять же, есть возможность защитить себя с помощью чакры, но всегда существует шанс того, что ты не успеешь.       Фигурка Наруто, которую я собиралась резать изначально, как-то незаметно для меня превратилась в фигурку Шикамару. Я посмотрела в окно — солнце уже давно опустилась. Смерила взглядом пока что грубую фигурку в своих руках с узнаваемым хвостиком волос. Вздохнула и подозвала своего клона.       — Как прогресс?       — У нас пятнадцатый уровень техники, о чём ты вообще?       — Вообще, мы быстро прокачали её, — прикинув скорость, с которой выросли уровни, присвистнула я. Для сравнения: Лунный стиль имел, на данный момент, то же значение. А Лунный стиль я учила гораздо дольше. С другой стороны, и даёт он гораздо больше. — А по ощущениям? Записи-то я вижу…       — Развей меня уже, — не выдержала клон.       С недовольной миной я подчинилась её самоубийственному желанию. Ох уж эти клоны… Одна печать техники каким-то образом содержала в себе немало ограничений для созданного клона, и одно из них — сосредоточенность на той задаче, для которой его создавали — меня раздражала, но избавляться я от неё не собиралась. Это полезно. Да, умирают клоны очень легко, но мне жизненно важно, чтобы они не артачились и выполняли всё то, что мне от них нужно. Значит, в цепочку печатей, с помощью которой я смогу активировать улучшенное Теневое клонирование, нужно будет включить и такую, которая поможет сохранять клонов послушными. Я потёрла висок. Развеявшаяся копия одарила своими воспоминаниями, которые показали, что ни одна из вариаций Овцы под это дело не подходила. Жаль, жаль. Но у меня ещё немало печатей.       Новая созданная копия послушно уселась на освободившийся стул, взяла в руки фигурку Шикамару и осторожно начала добавлять детали. Не то чтобы у меня были серьёзные намерения закончить до завтрашнего дня, но что-то толкало на такие действия. Спать, впрочем, тоже хотелось, так что я выбрала компромисс.       Наутро оказалось, что клон неосторожно задела себя ножом и развеялась ещё в середине ночи. Если бы себя так задела я сама, то, возможно, не осталось бы даже царапины: владение стихией Земли делало кожу прочнее, при этом не придавая ей видимой грубости. Но вот на копии этот эффект не распространялся. Ещё одна мечта — сделать Теневые копии прочнее. Я моргнула, дотянулась до тетрадки со своими исследованиями и сделала пометку. Вот для этого хоть какой-нибудь из аналогов печати Овцы точно должен подойти! Впрочем, тут же возникает другой вопрос: в какую точку последовательности печатей воткнуть именно эту? Да так, чтобы вся техника не развалилась?       Я со стоном закинула тетрадку обратно и начала собираться. Деревянный Шикамару был почти готов, но, в отличие от других фигурок, не был раскрашен. Я повертела его в руках и осторожно поставила. Глупости какие-то в голову лезут, и зачем захотела закончить её к сегодняшнему дню? Ладно бы, они действовали, как некие «куклы вуду», так ведь самые обычные фигурки! Система упорно говорила, что ничего необычного в них нет, да и сама я ничего странного не ощущала. Может, это намёк от Интуиции, что когда-нибудь они перестанут быть обычными?       Фенотип клана Нара, в отличие от фенотипов Учиха или Хьюга, мог немного колебаться. Да, они все были смуглыми, темноглазыми и темноволосыми, но оттенки могли разниться. Я не задумывалась, с чем это связано. Может, с тем, насколько сильно геном проявляется в каждом конкретном человеке? Но тогда кого брать за стандарт? Правящую семью? Родители Шикамару, если верить моей памяти, не выглядели будто родные брат и сестра. А вот клан Хьюга… но не будем о них.       Шикамару и его соклановца, достаточно взрослого на вид мужчину, я встретила на обозначенном месте. Рядом со мной стояли мои верные шпионы. На некоторое время между нами повисло неловкое молчание. Я его разряжать не стремилась, хотя могла бы — сколько раз уже приходилось встревать в такие моменты со своими легкомысленными, бахвальскими фразочками! Но сейчас? Не-а. Не дождётесь. Кто тут, спрашивается, пострадавшая сторона? Неужели я не могу хотя бы немного отомстить?!       — Это Рио-сан, он ирьёнин, — наконец, выдохнул Шикамару. Я чуть вскинула брови. Мне показалось, или он недоволен? — Он проверит вас всех. Тори, они ведь знают, что сейчас будет?       — Конечно. Сначала моих ребят, потом меня?       — Я предпочел бы именно такой порядок, — неожиданно низким голосом высказался сам ирьёнин. — Они ведь гражданские, я верно понимаю? С ними разберёмся быстрее. Так что не будем их задерживать.       Я поймала взгляд одной из двух девушек, той, что помладше, и подмигнула. Она расплылась в робкой улыбке. Ну-ну, девочка-одуванчик. У меня половина банды таких актёров. Я как-то лично ходила с ней «на дело» (более тесное знакомство, собственно, и было одним из критериев отбора), и тогда она была далеко не такой милой. Искреннее непонимание (зачем ей это сейчас нужно?) не помешало мне, впрочем, поддержать её игру.       Искреннее непонимание превратилось в смутное осознание, как только Шикамару, явно не находящий процесс осмотра интересным, плавно переместился поближе ко мне. Вот и тема для разговора нашлась, хах? Точнее сказать, мне её умело предоставили. Не зря я убеждала свою четверку, что чем больше я буду взаимодействовать с Нара, тем выгоднее будет ситуация для нашей банды. Самонадеянно? Безусловно. Но именно шпионы чаще всего видели, как я творю «магию убеждения», причём чаще с обратной стороны — не подвергались её влиянию, а, наоборот, наблюдали за тем, как на крючок попадаются другие.       — Я считал, что твои люди будут больше похожи на тебя.       — А они на меня очень похожи, — тем же ленивым тоном ответила я. — Не заметил?       Поддерживать эту маленькую ложь я не видела смысла. Пусть уж лучше знает, что мои шпионы — искусные актёры. Эта информация всё равно до него дойдёт, и лучше сейчас и от меня, чем чуть позже и самостоятельно. Или его интеллект сразу позволил ему понять, что к чему, и сейчас он выразил удивление такой напрасной игре?.. Если бы не собеседник рядом, я бы точно закатила глаза.       Шикамару, нет, любой Нара — худшие люди! Как понять, до чего они могут дойти, а до чего — нет? Я знаю, что он исключительно умён, и добрые восемьдесят очков интеллекта рядом с моими шестьюдесятью казались монструозными, но… насколько сильно эта разница в двадцать очков ему помогает? Слишком непривычно находиться в положении более слабого по всем фронтам!       — Да, я вроде как знаю, что ты большая актриса, — он нахмурился, будто что-то вспоминая. — Сакура часто об этом говорила, знаешь? Там вообще было много разных эпитетов, я даже не знаю, за какие хвататься. Иногда они противоречат один другому.       — Неужели? — заинтересовалась я. — Выкладывай, не томи!.. Хотя, не надо, я примерно себе это представляю, — тут же сдала назад я, представив, как могла меня обзывать Сакура в разные дни. Мы с ней хорошие подруги, очень давно друг друга знаем и уважаем, конечно, так что она — одна из тех людей, кто может претендовать на звание «Примерно понимаю мотивацию Птички», что немало! Но это же означает, что она отлично знает мои недостатки. А недостатков, как и достоинств, у меня много.       Только вот достоинства абсолютные, а недостатки — исключительно в глазах других.       Шикамару больше не высказывал желания пообщаться, так что я с чистой душой принялась наблюдать за своими подчинёнными. Наболтаемся сегодня ещё, наболтаемся… Рио-сан проводил исключительно обычные процедуры с помощью Мистической руки, я это всё помнила по медосмотрам в Академии, но как-то медленнее, что ли? И движения были немного другими. Значит, тщательно.       — За исключением развитой чакросистемы — всё нормально, — проверив всех троих, наконец, высказался он. И с нажимом добавил: — Обычно. Но, как я понимаю, у вас есть что-то ещё, что можно мне показать?       — Давайте, ребят, — махнула рукой я. До этого момента входить в, скажем, «режим Скрытности» прямо на чьих-то глазах было нельзя. Одно из немногочисленных табу. Но сейчас, раз уж просят… Мы и так уже находились в тени, вдали от оживлённых улиц, так, чтобы случайные прохожие не заметили. Чтобы случайные прохожие и не появились, Аянами выделила нам ещё несколько своих людей. — Все свои.       Процесс использования Скрытности я наблюдала, и не раз. Лично для меня, как для владельца способности, ничего не менялось: ребята просто чуть меняли позу, неуловимо начиная напоминать уже не гражданских, а шиноби, слишком уж расслабленные. В профиле каждого появлялась иконка эффекта — и на этом всё. Другие гильдийские, впрочем, рассказывали, что взгляд с использующих Скрытность будто сползает, а в мысли лезет нечто левое, не относящееся к факту нахождения рядом другого человека. Но Скрытность — не Невидимость, и, сосредоточившись, эффекты можно было игнорировать. Ненахождение же в тени вообще сводило способность на «нет».       Нара отреагировали... даже как-то обычно. Оба удивились. Ирьёнин покачал головой, Шикамару задумчиво хмыкнул. Рио-сан, поймав мой взгляд, высказался:       — Честно говоря, я с самого начала сомневался, что они имеют хоть какое-то отношение к нашему клану. Теперь я в этом уверен. Принцип действия… — он запнулся, — принцип действия дзюцу совершенно иной.       — Но это не дзюцу.       — Не дзюцу, — подтвердила я негромкую мысль Шикамару. Он выглядел очень настороженным. Ситуация резко перестала мне нравиться. — Я тебе это уже говорила. Чакра не используется. Можете называть это навыком, способностью, если хотите.       — И ты подобрала только тех людей, у кого есть предрасположенность?       — А зачем предрасположенность? — удивилась я. — Шикамару, отбрось ты свои клановые замутки. Я — бесклановая. Я учусь только тому, что знают все. И учу я только тому, что могут все. Рио-сан, хотите проверить меня?       Рио-сан не просто хотел, но и горел желанием. Когда он только пришел, было видно, что вся ситуация интересовала его не слишком сильно — но теперь любопытство заиграло. Я отпустила своих людей, которые вежливо попрощались со всеми нами и умотали кто куда. Понятное дело, что, в какую бы сторону каждый ни пошел, все они окажутся у Аянами на отчете очень скоро. Подумав, я заключила, что и сама там окажусь. Одна голова — хорошо, а две — лучше. Ещё лучше будет пригласить Комацу, и думать над сложившейся ситуацией втроём. Возможно, пригласить Сакуру? Она и Шикамару хоть немного знает, и поможет определить, что именно Рио-сан проверял. А проверял он всё, и очень, очень тщательно! И в процессе выдавал отрывистые, какие-то даже недовольные фразы:       — Небольшой запас чакры. Раскачка роста произошла раньше положенного, но активно расти начал недавно. Предрасположенность к Дотону и Райтону… в равной степени?       — Вторую стихию начала изучать первой, — благодушно пояснила я. Да пусть знают это, мне не жалко. Соглашаясь на обследование, я заранее понимала, что придётся многое раскрыть. Но мне хотелось сохранить гильдию и не хотелось проблем с Шикамару. Жертвы, жертвы, жертвы…       Про необычное строение чакроканалов в руках и перекос на одну из них Шикамару высказался сам — пояснил про одноручные печати. После экзамена на чунина вряд ли моё владение этим редким навыком секрет хоть для кого-то заинтересовавшегося, так что — невелика потеря. Рио-сан удивлённо приподнял брови, но более никак мой навык не прокомментировал. А у головы, как и ирьёнин много лет назад, застыл. Задержался. Хмыкнул и опустил руки.       — Нашего улучшенного генома нет, — заключил он. Опять хмыкнул: — Хотя, честно сказать, на секунду я подумал, что есть. А ты очень умная девочка, да, Тори-чан?       — Конечно, до безумия, — невозмутимо подтвердила я. Вопрос оказался неожиданным, но когда это мне мешало? — Даже из Академии на год раньше выпустилась, слышали? А когда говорила, что Мизуки-сенсей не виновен, кто меня слушал? Никто. Угадайте, кого всё-таки признали невиновным?..       — И как ты это поняла? — заинтересовался Шикамару.       — Так я тебе и выдала всю историю, — я, не веря такой наглости, рассмеялась. — Прости, но даже я веду себя менее нагло. Ты не мой друг, чтобы я выдавала тебе свои тайны.       — А ты выдаёшь свои тайны друзьям?       — Очень осторожно, Рио-сан, очень осторожно, — бодро ответила я. — И каждому другу — своё. Мне показать вам свою версию способности? Ту, что показывали ребята, я называю Скрытностью. А свою — Невидимостью. Моя версия лучше, но всё ещё не требует чакры.       Несмотря на то, что оба внезапно несколько помрачнели от моих слов, Рио-сан кивнул, и я активировала Невидимость, отойдя от них на пару шагов, чтобы прочувствовали эффект ещё лучше. С чего они так расстроились-то? Ни за что не поверю, что Шикамару так хотелось со мной подружиться. Да и что я такого сказала, чтобы обеспокоить ирьёнина? Потому что мой опыт подсказывал, что они не просто расстроились, это была даже некая обеспокоенность.       Как только Невидимость была активирована, взгляды Шикамару и Рио-сана перестали смотреть именно на меня. Ещё одно преимущество Невидимости перед Скрытностью: вторая отводила внимание, тем самым вызывая подозрения у кого-то излишне внимательного, а вот первая чем-то и правда похожа на Какуремино но дзюцу, она словно… делает меня прозрачной. Но не столь заметно прозрачной, как при накидывании плаща. Я прошлась туда-сюда. Нара явно подозревали что-то неладное, но заметить меня не могли. Быстро, впрочем, сориентировались: шуметь и оставлять едва заметные следы на земле я не переставала. От шума можно избавиться, просто действуя осторожнее (впрочем, не до конца), а от следов — с помощью чакры в ногах (но тогда сенсорам было бы легче меня обнаружить). Я отключила способность.       — Совершенно не видно, да? — с любопытством переспросила я и на всякий случай описала им свой маршрут. Вдруг что-то заметили? — Неджи говорил, что даже бьякуган испытывает трудности.       — Я тебя не видел.       — Ты не смотрел в ту сторону, но, когда Тори-чан вышла из тени, её стало возможно заметить, — Рио-сан покачал головой. — Но мне удалось разглядеть только её фигуру, примерный цвет одежды и волос.       — Обычные сенсоры тоже могут заметить меня, — решила я снизить градус крутости способности, вспоминая, как меня нашли АНБУ. И так уже становится несколько… неловко. И чакры не требует, и бьякуган сбоит, и никто, пока не подойдёшь близко или на свет, не замечает. Несмотря на желание не слишком нахваливать Невидимость, я еле удержалась от хвастливого «Не важно, как долго я её использую, ограничений нет!». — Так что это не панацея. И…       — Ты уже смогла придумать технику и улучшить её, — протянул Шикамару. — «Умная девочка»?       — Фу, из твоих уст это звучит отвратительно, — содрогнулась я. — Но я ведь никогда этого и не скрывала! Мы пару раз пересекались. Да и вообще, личность я известная, ты должен знать.       Судя по лицу, Шикамару понял, о чём я говорю, и оценил мой способ кидать пыль в глаза. Когда всем и каждому говоришь, что гениальна, как Хаширама, и при этом не строишь Леса Смерти одним дзюцу, то люди быстро перестают доверять твоим словам. Но ведь гениальным можно быть по-разному. Уж Нара это ли не знать. Рио-сан негромко рассмеялся:       — Ладно, Тори-чан, тут ты победила. Мы, пожалуй, пойдём обратно в клан. Или Шикамару хочет остаться?       — Не хочет, — медленно ответил тот. — Но я приду завтра. Не против?       Я улыбнулась. Я должна быть польщена, что он спросил разрешения? К сожалению, я не польщена.       — Это совершенно не важно. Но было бы неплохо, если бы ты пришел к вечеру.       Ответом мне послужило неопределённое «Мгм», но, вроде как, положительное «Мгм». Я тепло попрощалась и со старшим, и с младшим Нара, и благополучно свалила к Аянами. Нет, мне определённо надо обсудить произошедшие между нами диалоги. Есть вероятность, что мы будем заниматься поиском смысла в обычных желтых шторах, но это ведь Нара. Самый ужасный клан Конохи!       Аянами сказала не пороть горячку, а вот излишне осторожный Комацу не согласился и попросил повторить всё происходящее ещё раз. Я послушно повторила. Мы, уже всем вместе, повертели произошедшее под разными углами, но ничего кроме льстящего моему самолюбию ступора перед «умом» не обнаружили. Точнее, были у нас подозрения, что Рио-сан то ли обнаружил что-то ещё, то ли сделал какие-то свои выводы, но как понять, к чему это относилось? Да и та мимолётная, но общая обеспокоенность…       — Слушай, учитывая, что ты им заявила, я бы тоже начала беспокоиться за тебя, — вздохнула Аянами. — Не ищи двойного смысла. Тебе тринадцать, ты не росла под надзором клана, откуда тебе быть такой…. такой?       — Спасибо, — кисло поблагодарила я. — Но ты тоже не цветочек, знаешь ли!       — Я старше, я получаю немало не самой приятной информации, и у меня куда менее комфортные условия жизни. Были, — спокойно перечислила она, под конец слегка улыбнувшись. — Так что не сравнивай. И даже так, иногда я думаю, что, постаравшись и на время заталкивая своё эго назад, ты бы смогла занять моё место. Я — твоё? Никогда.       На следующий день Шикамару, как я и попросила, подошел к вечеру. К тому времени я уже закончила его фигурку и примеривалась, как бы её раскрасить. Долго занимать разговором я его не стала: спросила о Рио-сане, о том, как проходят тренировки, сдобрила всё порцией Обаяния (как и во время прошлого нашего разговора) и отстала. Судя по внимательному взгляду, мой манёвр — навязывать общение постепенно — легко разгадали. Ну и что с того? Шикамару, как я поняла, сопротивляться не собирался, так что я уже победила в этой битве.