Ожившие сказки. Сокровища последней русалки

Стефа обессиленно опустила руки вдоль туловища, испытывая не передаваемое словами облегчение. Она не верила, что ей удастся спасти Лизу, боялась, что время было упущено. Но ей повезло, Лиза, вероятно, провела под водой не так много времени, чтобы утонуть по-настоящему. Разглядывая жавшуюся к Олегу Лизу, она увидела то, что Олег в силу эмоций не видел, а Лиза в силу шока, наверное, не чувствовала. — Лиза! — Олег! Со стороны маяка послышались истошные возгласы, которые даже идущий ливень не смог заглушить. Первым бежал Пашка. И откуда только в нём было столько сил и выносливости? Вот бы удивился учитель физкультуры, которому Пашка сам себе пообещал показать в сентябре всё, чему научился у Олега. Леся отставала от него на добрых метров двадцать, и расстояние между ними продолжало увеличиваться. Но не по её вине. Она помогала идти прихрамывавшему на одну ногу Льву Николаевичу. Вид у него был потрёпанный. Между их ног обеспокоенно крутилась Луми, не отстававшая от хозяина ни на миллиметр. — Лиза! — вытирая слёзы, прокричал Пашка. — Лиза, ты как? Он поскользнулся на мелкой гальке, но не упал, удержал равновесие, выбросив в стороны руки. Добежав до Лизы с Олегом он, не обратив внимания на Стефу, принялся извиняться перед подругой за то, что бросил её в той пещере и слёзно умолял простить его. — В какой пещере? — спросила у него Стефа. Пашка шмыгнул носом, зло зыркнул на девушку и скороговоркой вывалил на неё всё, что сотворили её родители со Львом Николаевичем, о том, что произошло в пещере под маяком, а так же о русалке и чудовище, которое Пашка охарактеризовал не иначе как «огромный, злобно шипящий змей». Не успел он довести свой рассказ до конца, как Стефа вскочила на ноги и побежала к маяку, ничего не объясняя. Когда она поравнялась со Львом Николаевичем и Лесей, мужчина схватил её за руку выше локтя, пытаясь остановить. — Не глупи, — сказал он, встречая с девушкой взглядами. Стефа ловко вырвалась из его ослабевшей хватки и, послав мужчину с его советами куда подальше, побежала дальше. — Не пропадёт, — с полной уверенностью произнёс Лев Николаевич, смотря вслед убегавшей с пляжа девушке. Леся не испытывала к Стефе ни грамма симпатии, а потому не сочла нужным верить Льву Николаевичу на слово. Ей было абсолютно всё равно, что станет с семьёй охотников. Куда больше её волновало самочувствие подруги. Лиза с трудом повернула к Лесе голову и вымученно улыбнулась. Леся с Пашкой ахнули, девочка даже закрыла ладонями рот, в глазах у Пашки мелькнул испуг. — Олег, — произнёс Лев Николаевич, — опусти Лизу на камни. Медленно. — Зачем? — не спеша выполнять не то просьбу, не то приказ, спросил Олег. Он удобнее перехватил продолжавшую жаться к нему Лизу, и лишь страх в глаза сестры заставил его прислушаться к словам взрослого. Когда Лиза легла, Олег ощутил на языке привкус металлической горечи. Чуть ниже выпирающей ключицы, около плеча, багровела рана, которую Олег сразу не заметил. Небольшая, выжженная насквозь дырка не сочилась кровью, но Лиза морщилась, словно при жаре лихорадки. — В неё…стреляли, — утверждающе произнёс он и в его голове крутился только один вопрос, который он задал низким, почти не слышны из-за дождя басом: — Кто? — Родители Стефы, — немедля ответила ему Леся. — Это они всё устроили! — Зачем?.. — Чтобы поймать русалку, — затараторил Пашка, ещё раз скороговоркой рассказывая Олегу о том, что произошло в пещере под маяком. — Они и на Льва Николаевича напали!.. Олег взглянул на мужчину, тот и в самом деле выглядел побитым. В драке против отца Стефы у него на победу не было и шанса. — Это всё не важно, — с тяжёлым вздохом произнёс Лев Николаевич, — нам нужно помочь Лизе… Он произнёс это таким тоном, будто после должно было последовать «но»… — Но будут вопросы. Олег кивнул, лучше Леси с Пашкой понимая, о чём он говорил. В Лизу стреляли. В ребёнка стреляли! Любой врач немедленно сообщит об этом в полицию. И что им тогда делать? Соврать, что они нашли её с ранением на пляже? На них вёдрами посыплются вопросы: «А что Лиза делала на пляже?», «А где в это время были все остальные?», «А почему они были не вместе?». Придётся врать. Но любая ложь, даже заранее выдуманная, согласованная и отрепетированная может выплыть наружу в самый неподходящий момент. Но Бог с ними, с этими полицейскими. О ранении Лизы узнает Марьяна Суреновна! Скрыть от Пашкиной бабушки это происшествие не получится, её хватит самый настоящий удар. Олег в красках представил, что произойдёт, когда Марьяна Суреновна увидит Лизу на больничной койке и от собственной фантазии у него свело желудок. — Что же делать? — хныкала Леся, переплетая пальцы Лизы со своими. — Лизе нельзя оставаться с такой дыркой в плече! — Нельзя, — согласился Лев Николаевич, и Олег будто бы услышал, хотя мужчина ничего не произнёс: «Но и скорую вызывать нельзя». Луми, которую до этого момента никто не замечал, вдруг начала крутиться вокруг себя, издавая странные звуки. Или же это только ребятам казалось, что звуки странные, потому что Лев Николаевич, кивая, поддакивал зверьку. — Ну конечно! — радостно воскликнул он и, взглянув на море, крикнул: — Эй! Эй, я знаю, ты слышишь меня! Плыви сюда! Исправляй то, что произошло из-за тебя! Олег не сомневался, Лев Николаевич звал русалку. Но доверять ей Лизу он не хотел, о чём сразу же и сказал. — Это из-за неё Лиза оказалась в таком положении! — И благодаря ей она из него выберется здоровой, — сказал Лев Николаевич тоном, не терпящим дальнейших пререканий. — Нельзя везти Лизу к врачам, мы от них потом не отделаемся. И у меня в этом городе нет знакомых, которые смогли бы нам помочь. — Нам и не надо от них отделываться, — злясь, пробубнила Леся. — Нужно всем рассказать о том, что это родители Стефы сделали! Их должны наказать! Олег пребывал в лёгком смятении. С одной стороны сестра была права, Николас и Талия должны были ответить за то, что совершили. С другой же стороны Лизу спасла Стефа, и подставлять её родителей… Нет, не подставлять. Они виноваты, из-за них Лиза чуть не погибла. Олега одолевали противоречивые чувства, и он промолчал, убирая со лба Лизы прилипшую к коже светлую чёлку. Русалка вышла из воды в своём истинном обличии: с хвостом, странными наростами на коже. Она подползла к Лизе, опасливо зыркнув на Олега. — Я не буду извиняться, — сквозь зубы проговорил он. Русалка сморщила нос и оскалилась, но из её горла ни звука не вырвалось. — Ты ведь можешь излечить её, — произнёс Лев Николаевич, но в его голосе слышалась неуверенность. — Легенды же не лгут? — Легенды? — повторил Олег, и ту его осенило, он вспомнил секрет, который ему рассказала Стефа. — Плоть русалки способна сделать человека бессмертным, если её съесть. — Что?.. — удивился Лев Николаевич. — С чего ты взял? Олег рассказал. — Ло-о-ожь, — протянула русалка сиплым голосом, погладив Лизу по щеке. — Никто не властен над смертью. Ни вы, ни мы. — Это правда, — подтвердил Лев Николаевич. — Из-за этой присказки русалок… Ундин, если точнее, когда-то начали отлавливать и истреблять. Зазря. Съев плоть русалки бессмертным не станешь, но их кровь обладает исцеляющим свойством. Поэтому их почти невозможно ранить, лишь кованое железо способно причинить им вред. Русалка зашипела, но взгляда на мужчину не подняла. Она провела острым ногтём по тыльной стороне своей ладони и, сжав её, поднесла руку к Лизиной ране. Тёмно-синяя кровь — если это была, конечно, она — заструилась по сероватой коже и вязкая жидкость начала капать на рану. Лиза, сжав зубы, закричала и заметалась в агонии. Её лицо покраснело, и если бы не шёл дождь, Леся, сжавшая ладонь Лизы в своей ладони, была уверена, что на висках подруги проступили бы капельки пота. Олег со Львом Николаевичем схватили Лизу за руки и ноги, не давая девочке пошевелиться. — Всё хорошо, — сказала русалка, погладив Лизу по волосам. Рана на её ладони моментально затянулась, и Лизино ранение не заставило себя долго ждать. — Заживляется!.. — не веря своим глазам, произнёс Пашка. — Магия какая-то… — Из-за этого они хотели её поймать? — сам у себя спросил Олег, взглянув на маяк. Но на его вопрос никто не ответил. Когда Лиза прекратила метаться из стороны в сторону, её тело расслабилось, и девочка провалилась в сон. — Теперь опасности нет, — уверила людей русалка. — А что будет с ними? — спросил Лев Николаевич, кивнув на маяк. Русалка глухо зарычала. — На всё воля Древних, — только и сказала она. Ребята переглянулись. О чём шла речь они не поняли, но из-за испуганного выражения лица Льва Николаевича единогласно решили, что лучше им этого и не знать. Дождь продолжал лить до глубокой ночи.