The Mortal Instruments

      На часах 8:40 вечера, за окном почти стемнело, отчего в комнате отеля царил полумрак. Тишина стояла абсолютная, даже дыхания остальных парней не было слышно, отчего глаза Минхёка непроизвольно начали закрываться. Но спать парню не очень хотелось, потому что он не горел желанием проворочаться потом в постели полночи. Чуть приподняв светлую голову, Ли посмотрел на соседнюю кровать и тут же тихо рассмеялся от увиденного. Парню захотелось сфотографировать смешное лицо спящего Кихёна, но оторваться от теплого бока Шону казалось чем-то нереальным. Поэтому Ли понадеялся, что камеры операторов заснимут это.       Было до того скучно, что Минхёк сначала попытался сосчитать точки в причудливом узоре на потолке, но когда дошёл до ста и сбился, плюнул на это дело. Вновь аккуратно повернулся на бок и во все глаза уставился на профиль альфы. Тот крепко спал, иногда смешно дергаясь и морща нос. Удивительно как день абсолютного безделья может выматывать. Решив немного поиграть со своим парнем, омега вытаскивает из-под своей головы подушку и кладёт между ног Шону, чтобы скрыть от камер хоть что-то. То, что ему потом влетит и от стаффа, и от менеджера он прекрасно понимает и так же прекрасно забивает на это. Подтянувшись на постели немного выше, Минхёк кладёт ладонь на грудь альфы и медленно ведёт ею вниз по телу, наблюдая за реакцией. Тот никак не реагирует, продолжая спать. Ли храбреет, накрывает пах Хёну, поглаживая и чуть сжимая, и отчаянно пытается не думать о включенных камерах. Шону несильно дергается и облизывает губы. Минхёк игриво улыбается, весь сон как рукой сняло, а в глазах уже пляшут чертята. По телу омеги прошли небольшие мурашки от предвкушения. Мин несколько раз проводит рукой по ещё невозбужденному члену, поднимается выше, заползая под белую футболку и поглаживая горячую кожу живота. Вновь опускается к штанам и, оттянув резинку, проскальзывает внутрь. Парень облизывает и прикусывает губы от собственного напряжения внизу. Дыхание Хёну тяжелеет, отчего Ли беспокоится о спящих на соседней кровати. Проскользнув рукой под ткань боксеров, Минхёк обхватывает полувозбуждённый член и проводит вверх-вниз несколько раз, гладит большим пальцем головку, размазывая смазку.       Альфа начинает тяжело и часто дышать, закусывая нижнюю губу, но не просыпается. Мин ускоряет движения, крепче сжимая в руке ствол, и смотрит вниз чуть затуманенным взглядом. Туда, где сейчас огнём горит, но видит лишь часть своей ладони и мелькающую головку члена. Чёрные спортивные штаны закрывают весь обзор, и хочется стянуть их, но нельзя, а подушка, лежащая чуть ниже в ногах, несильно покачивается. Хёну совсем тихо стонет, пуская по телу омеги мурашки, и поджимает пальцы на ногах, поддаваясь бедрами вверх. Минхёк утыкается носом в шею парня, шумно вдыхая чужой запах, и невесомо целует, не удержавшись. Ведёт губами выше, не забывая двигать рукой на члене, целует линию челюсти, щеку, мочку уха. Собственное возбуждение кружит голову, отчего Минхёк непроизвольно трётся об бедро альфы и почти беззвучно всхлипывает. Обхватив член удобнее, Ли с силой проводит вниз, вырывая из Шону более четкий стон, после чего ловит удивлённый взгляд. —Чт… — Шону не успевает закончить потому что Мин начинает быстро надрачивать, пряча чуть покрасневшие щеки в плече парня. Шону кидает секундный взгляд на соседнюю кровать, а затем на камеры, прежде чем содрогнуться в оргазме, еле успев подавить стон наслаждения. Минхёк вытаскивает перепачканную руку из штанов и вытирает ее об ту самую подушку. Смущенно смотрит в глаза альфе, улыбается и, чмокнув того в губы, кладёт голову на плечо. Правда собственное возбуждение никуда не делось, но думать об этом нет времени, потому что со стороны двери слышатся шорохи. Минхёк спешно кладёт подушку между своих ног и закрывает глаза, притворяясь спящим.