Заманчивое предложение...

***

      Уже как две недели Чон живет новой жизнью. Как и оказалось, Ким приходил тогда, когда ему вздумается. Утром, днем, вечером, ночью. Спасибо, что хоть всегда трезвый. И то хорошо.       Но уже третий день его не было. Странно.       Щелчок входной двери, и в квартиру вваливается в стельку пьяный Тэхен.       Запнувшись об тумбочку, он пробурчал что-то похожее на: «Расставили тут свои тумбочки, люди запинаются»       После он перевел взгляд на застывшего младшего и слащаво протянул: — О-ооо! Сучка прям, ик, с порога встречает. Ик, неожиданно, — он приближался к замершему парню. — Х-хёёён… — испуганно прошептал Чон, пятясь назад. Он до жути боялся и ненавидел пьяных людей. Однажды, когда отец пришел с очередного загула домой с друзьями, эти самые друзья начали домогаться до десятилетнего Чонгука, но, слава Богу, в тот момент с работы вернулась мама мальчика и выставила всех его дружков за дверь. — Чего ты, ик, застыл? Страх перед хозяином потерял? Так мы тебе его сейчас вернем! — Тэ схватил младшего за мягкие локоны и с силой сжал их, таща его в сторону спальни.       Кинув парня на покрывало, он начал срывать с него одежду, попутно стягивая с себя свою. Припал губами к губам Чона, нагло врываясь в его рот, наваливаясь всем телом на Гука, тем самым придавливая его к кровати и лишая возможности двигаться. Парень под ним в ответ кусался и отпихивал от себя мужчину, чем заводил его сильнее. Чону удалось освободить одну руку, чем он и воспользовался, ведь ему уже было невмоготу терпеть этот ужасный запах алкоголя — это совершенно не заводило. Он ударил его по лицу.       Секундное бездействие.       Две секунды.       Чон хотел было воспользоваться мимолетным замешательством Кима, но не тут-то было: Тэхен резко переворачивает его на живот и ставит раком, пристегивая его руки откуда-то взявшимися наручниками к изголовью кровати и томно шепчет на ухо: — Кажется, нашу сучечку надо бы наказать за такое обращение к своему хозяину, ты так не думаешь? — он облизнул ушную раковину. — П-пожалуйста, не надо! Я больше не бу… — но договорить ему не даёт удар по ягодицам. Да если бы просто удар — Ким бил ремнём!       Чон вскрикнул.       Удар по спине, бедрам, ногам. Кажется, на Гуке уже нет живого места.       Вдруг Ким остановился, а Гук подумал, что его уже не будут мучать. Глупый.       Ким резко вошел до основания, а из глаз Чона брызнули слёзы и рот открылся в немом крике. Ким начал двигаться, а Чон лишь болезненно стонал и иногда вскрикивал от слишком сильных толчков.       Прошло уже черт знает сколько времени, и Ким наконец кончил внутрь. Тяжело дыша Ким вышел из тела младшего и обессилено упал рядом, отстегивая затекшие руки, которые Чонгук сразу начал тереть, тихо шмыгая носом. Киму стало немного совестно за такое обращение. Он притянул Чонгука ближе к себе и поцеловал обкусанные губы нежно и тягуче. — Прости…       Чон отрицательно покачал головой. — Н-нет. Все хорошо. Просто небольшая фобия пьяных людей, — отозвался хриплым голосом Гук. — Хорошо… — Тэ поцеловал шею Чона. — Больше не буду приходить к тебе в нетрезвом виде.       Младший заснул в крепких объятиях Кима.

***

      Как всегда Чон проснулся раньше Кима, ведь тот совсем не высыпался из-за работы. Трудно быть руководителем целого производства.       Выбравшись из «медвежьих объятий», он направился в сторону ванной. Раздевшись, он кинул взгляд на зеркало в пол. Все его тело было в засосах, укусах, ссадинах и синяках. Чон думал, что сошел с ума, ведь где это видано, чтобы человеку нравились все эти побои на своем теле? Правильно, нигде! Но ему нравилось. Каждая метка отличалась формой и окрасом. Чон нервно хихикнул. Точно больной.       Разобравшись с утренними процедурами, он пошел уже по изученному маршруту на кухню, чтобы приготовить завтрак. Буквально через полчаса все было готово, и таблетки от головной боли лежали рядом. Он хотел разбудить Кима, но, как только он хотел это сделать, передумал и решил дать ему еще немного поспать, лег рядом и засмотрелся на его лицо, незаметно проваливаясь в царство Морфея.       Проснулся он уже за полдень и совершенно один. На тумбочке лежал одинокий листок.

«Спасибо за завтрак и таблетки:) И к шести будь готов к поездке загород на пару дней. P.S. Ты так мило спишь»

      Чонгук зарделся. Но после решил посмотреть время, и сколько у него осталось его. Разблокировав телефон, он взглянул на цифры на экране: 13:20 гласила надпись. Ну что ж, у него есть в запасе еще пару часов.