Жизнь

Глава 7 Выпал первый снег в этом году. Через месяц рождество. Исак боялся ставить ёлку, но мать настояла, оставалось надеяться на лучшее, как ни как, а три недели уже все было спокойно. В маленький домик он купил небольшую ёлку и игрушки, вместе с Эвеном они ее нарядили, вышло миленько, так же заранее договорились, что в ночь после праздника дома встретятся и обменяются подарками. У Эвена все обстояло немного лучше. Клариса усмирила Микки, так, что пару недель тот сидел дома и совсем не пил. Так прошёл месяц. Ночь рождества. Исак помог маме накрыть на стол, в гости обещали приехать бабушка и дед, с обеих сторон. Родителям папы, он всегда не особо был рад, они очень отличались от Роди. Других же стариков он весьма любил, так было хотя бы безопасней. Семья Насхайм в гости никого не ждала, так что они просто скромно посидели за столом, Микки было дозволено выпить только бокал шампанского. Посмотрев телевизор и немного потанцевав, семья, если их так можно назвать, разбрелась по комнатам. Клариса сразу уснула, день был тяжёлый. Эвену было слышно, как на кухне Микки ищет выпивку и когда шум прекратился мальчик понял, что нужно уходить, поэтому он начал собирать кое-какие вещи, и самое главное подарок для Исака. Но выйти он не успел. В комнате сзади к нему подошёл Микки, Эвен хотел крикнуть, но в рот что-то засунули, это был какой-то кусок ткани, следом это дело он просто накрыл ещё одной тряпкой и завязал на затылке, в общем кричать Эвену было бесполезно. Да, мальчик был крепкого телосложения, но справиться с таким тяжеловесом, он не смог. Микки просто кинул его на кровать налегая всем телом, руки Эвена привязал капроном к спинке кровати. То что было дальше мальчик слабо понимал. Микки снятую с него штаны и нижнее белье, глаза Эвена в этот момент распахнулись чересчур сильно и он начал дергаться, но все тщетно. Этот громила держал голубоглазого сильно. Долго не думая, Микки поднял ноги Эвена над головой и стянул с себя трусы, так как другой одежды на нем уже не было, и вошёл в мальчика. У Эвена слезы полелись ручьём, гортанные крики не были слышны, а Микки ни на секунду не думал останавливаться, удовлетворяя только себя. Эвен все это время плакал и до конца не понимал, что происходит. Так все продолжалось около получаса, после этого Микки кончил прямо в мальчишку. Отпустив ноги, Эвен лежал как игрушка без фиксаторов, тряпичная кукла, человек без костей. Руки Микки тоже освободил, но от этого легче не стало. Все это время Исак уже ждал Эвена в домике. Прошло сорок минут, час и Исак решил подойти к дому Эвена и дождаться его там. Сам Эвен приходил в себя долго, собрав последние мысли, он понял, что пора бежать, куда угодно, но дальше от этого дома. Через адскую боль в руках, ногах, а главное пояснице и то, что ниже, он начал одеваться, но заметил кровь на простыне и чуть не потерял сознание, его разорвали, не хватало только кусков мяса вокруг. Влажными салфетками он вытер себя, далеко не заходя, только поверхностно. Как можно быстро оделся и выбежал на улицу. На удивление Эвена на пороге сидел Исак. — Наконец-то, я тут уже окоченел, почему так долго? — спросил Исак. Эвен дёрнул его вверх ставя на ноги и повёл почти бегом в сторону их убежища. — Что… — Тшш, все потом, — хрипящим голосом попросил Эвен. Исак видел, как его друг немного хромает и при каждом шаге морщится от боли, но что происходит, так и не понимал. Зайдя в домик, Исак молча сел на кровать и вопросительно посмотрел на Эвена. Голубоглазый не собирался ничего скрывать от своего друга, так, что выложил все как есть, точнее, как он все помнил. Слезы сыпались из глаз обоих мальчишек, у Исака из-за услышанного, а у Эвена из-за боли, не очень хотелось это вспоминать. После всего услышанного Исак вскочил на ноги, вытер слезы и сказал: — Покажи запястья! Эвен снял куртку и закатил немного рукава свитера. На запястьях были алые полоски крови, где-то уже засохшей, но вены были повреждены. Исак сорвался с места крикнув лишь, что бы Эвен ждал его. В доме Исака все ещё было веселье, так, что на него никто не обратил внимания. Он забрал половину аптечки и убежал обратно. — Слушай, я конечно тебя понимаю и понимаю твоё состояние, но нужно обработать все раны — взглядом указывая на пятую точку. — Ты…нет…нееееет… — Да, Эван…я буду все делать аккуратно, поэтому просто сними штаны, белье и ляг на бок. Отказы не принимаю! Эвен, хотел было сопротивляться, но сделал все так как сказал его «брат». Сейчас скорее как медбрат. Исак набрал тёплой воды и взял полотенце. — Приподними немного ногу. Картина не из приятных, было видно, что все сделано без подготовки. Исак аккуратно смыл всю кровь и остатки спермы, стараясь не сильно задевать отверстие Эвена. После этого взял тюбик с обезболивающим кремом: — Будет немного холодно, но должно стать легче. И нанёс крем на проход, Эвен лишь немного пискнул, но стало и правда немного легче. Потом Исак одел Эвена и попросил лежать пока так. Да, так было легче. Исак помыл руки от крема, взял бинт и ещё какой-то тюбик: — Можешь вытянуть руки? — Угу — все что смог промямлить Эвен. Исак так же полотенцем промокнул руки, а вокруг все смазал и замотал запястья бинтом. — Все, теперь тебе нужно поспать. — Исак…спасибо, — хрипя произнёс мальчишка. — Не за что — сказал зеленоглазый и сел около Эвена, убирая прядь волос с лица — Эвен, я люблю тебя и никогда не оставлю, помни, мы друзья, даже нет, мы больше, чем друзья, поэтому не думай, что я тебя когда-то брошу. — Исак…я тоже тебя люблю…можно вопрос? — Да. — Где ты всему научился? — Обрабатывать раны? — Эван лишь махнул головой — не знаю, как-то пришлось, мама никогда обо мне особо не заботилась. — Исак, можешь остаться, не хочу спать один. — Конечно. Исак лёг рядом с Эвеном, укрыл его и себя одеялом и аккуратно обнял своего друга, хотя уже больше все-таки брата. Эвен не дернулся, а только попытался сильней прижаться, но было больно. Вскоре Исак услышал мирное посапывание и уснул сам.