Выстрел

На следующий день я проснулась от криков Маши. — Что хочешь, делай! Расшибись в лепёшку, но чтобы уже к завтрашнему утру договор был готов! Захожу в её комнату и вижу, как подруга бегает по комнате в смешных трусах с котятами и в майке. В зубах зажата сигарета, в одной руке телефон, в другой ручка. — Всё, ты понял меня! — Маша кидает телефон на кровать и шумно выдыхает, поправляя растрёпанные волосы. — Утро доброе. — Ой, Ирина. Я тебя да разбудила? Или Ваня? — Что? Какой Ваня? — удивляюсь я. — То есть ты не слышала? — удивляется та. — Не слышала чего? — Да я домой вчера с другом Мирона пришла. Помнишь, парень с татуировками? — Да, помню — я прикрываю глаза. Ну, а что я хотела? Она же свободная девушка и вправе делать всё, что она хочет. — Он ушёл уже. И кстати, нас на их концерт пригласили. Ты идёшь со мной и без всяких отказов. Мирон половину вечера вчера про тебя спрашивал. — Машуунь! — Давай так. Вот я подпишу с ними контракт, и можешь его на все четыре стороны слать любыми видами мата! — Точно? Не будет как на втором курсе с физруком? — Обещаю, больше такого не повториться! — Ну, смотри у меня! Ладно, как только подписываешь контракт, я шлю его на три всеми известные буквы. — Ты чудо! — Маша подскакивает ко мне и обнимает. — Давай без обнимашек. Личное пространство для меня очень важно. — Да-да, конечно. Я всё понимаю. Через пару часов Маша уехала на работу, а я же решила прогуляться по Питеру. Когда ещё такая возможность подвернётся? Главное не потеряться. Но видимо Бог гугл карт и навигатора был сегодня не в настроение, и уже через два часа я поняла, что потерялась. А спустя ещё полчаса я поняла, что потеряла место, где потерялась. Так и живу блин! Набираю Машу, но у той как назло выключен телефон. Больше в этом большом городе я никого не знала. И чтобы окончательно меня добить, начался ливень. Заскочив на какой-то подъезд дома, я достала телефон и попыталась ещё раз набрать подругу, но её телефон был по-прежнему выключен. — Блин! — зарычала я. Думай Ира! Кому можно было ещё позвонить? В телефонной книжке были только номера со старой работы и каких-то знакомых из моего родного города. Что. Же. Делать? И тут взгляд натыкается на вчерашнее сообщение от Мирона. Может у него помощи попросить? Нет! Хрен ему. Так я и простояла под крышей этого подъезда, пока не пришло сообщение, что телефон Маши снова в сети. — Вот ты дура! И куда тебя понесло? Гулять она решила! Питер такой город, в котором надо с собой брать не только телефон на прогулку, а ещё и зонт, крем от загара, бумажную карту и русско-английский разговорник! — Я знаю английский — буркнула я. — Ага, тогда китайский разговорник. На дворе лето и все туристы повалили в город. Тут сейчас китайцев больше чем русских! Ладно. Всё я вроде успокоилась. Сейчас домой заедем. Переоденемся и на концерт. — Может, я всё же дома посижу? — Нет! — зарычала Маша. Подруга как только войдя в квартиру, сразу улетела одеваться, а я же подумала, что в джинсах и майке будет нормально на концерте. Мне было всё равно честно, чей это концерт. Кто там выступает и кто Мирон человеку который выступает. Я шла туда исключительно ради подруги, так как для неё, похоже, было важно подписать договор. — Я готова. Поехали — Маша в рекордные десять минут переоделась в платье, которое еле прикрывало попу, и нанесла убийственный макияж. Мы поехали на такси, а это означало, что Марина будет выпивать сегодня. Мне же лучше воздержаться от алкоголя, так как действие таблеток с алкоголем очень вредит печени и моей оставшейся почке. К клубу мы подъехали, практически врезавшись в толпу. — Эти все люди пришли на концерт? — Ага! Они любят Окси. Даже спрашивать не буду, что это ещё за чувак. Нас опять пропустили без очереди, поставив на руке печать клуба. Там подруга потащила меня по тёмным коридорам, и через минуту мы были в гримёрке этого музыканта.  — Где все? — Да они саунд проводят. Ну репетицию, то есть — для особо отдалённых, объяснила Маша. — Ну ясно. Тогда я пойду, может домой? — Ирка, хватит! У нас уговор! — Да ладно. Поняла — я плюхнулась в одно из кресел и достала телефон. Соц.сети я не очень любила, но в такие моменты, когда было скучно, я могла полистать новостную ленту. Надо кстати отписаться от всех групп, связанных с преподавательской деятельностью. Они мне больше не нужны, а лишний раз видеть что-то из них, мне было неприятно. — О! Какие люди и без охраны! — в гримёрку вошёл Ваня и ещё какой-то парень с татуировками. Кожа смуглая, явно он был не из России. Маша подлетела к Ване и буквально впилась в его губы. Ну не привыкла я к такому открытому выставлению своих отношений. — Hello. Do you speak English? — ко мне подошёл тот смуглый парень. — Yes. (далее все диалоги с Дарио будут на русском, но они говорят на английском) — Круто! Меня зовут Дарио. — Ирина. Приятно познакомиться — и мне было действительно приятно. От него исходила волна тепла и домашнего уюта. Ммм. Будто бы я снова дома. — Ей ребята, никто Женьку не видел? — в гримёрку залетел Мирон. Брр, лучше бы не заходил. — Она у звуковиков — оторвавшись от поцелуя, сказал татуированный. — Ребят. Давайте после концерта будете сосаться? А то сейчас спермотоксикация произойдет и всё. Считай концерт, провалился — Мирон, похоже, не видел меня. — И кстати. Марин, а твоя подруга пришла? — Да вон же она — и Маша указала в сторону меня и Дарио. — Привет — увидев меня, тот улыбнулся, но сразу спрятал улыбку, заметив, что рядом со мной сидит Дарио. — Всё ребят! Пошли на сцену! Концерт начинается. Они все быстро ушли из комнаты, оставив нас с Машей наедине. — Пошли, послушаем Окси! — Маша схватила меня за руку и потащила в сторону доносившейся музыки. Как только мы подошли к сцене, первым кого я увидела, был Дарио, который стоял за диджейским пультом. Следом я увидела странного парня в маске, зубы у которой светились. Но заметив татуировки, я поняла, что это было Ваня. А вот того, кто сейчас качал зал, я была не готова увидеть. Мирон собственной персоной. — Маша, ты же сказала что концерт Окси? — Ну да. Оксимирон. Это псевдоним Мирона. — То есть это его концерт? — Ага! — та улыбнулась и опять уставилась на сцену. К тому я была не готова. Зачем я тут?! Нафига мне такие знакомства? Может плюнуть на всё и уйти. Вернуться в свой город, на свою старую работу и жить спокойно. Без детей, но с алкоголизмом. Ужасное будущее. Я этого не хотела. — Народ. Сегодня исполню пиздецки старый трек! 2009 держись! — Крикнул Мирон в толпу и та одобряюще загудела. С первых строчек меня прошибло холодным потом. Я не могла пошевелить ни руками, ни ногами. «Можете величать меня исчадьем ада Можете линчевать меня, мыча как стадо Но на мне нет печати зла, сгущать не надо Краски. Я счастлив, что я не раб мещанских взглядов Можете обличать меня, крича с экрана Можете исключать меня из ваших кланов Но вы же сами не без греха. Признай, что я был К несчастью таким же, как ты. Ша! Молчать и на пол!» Видимо Маша увидела как меня затрясло или она поняла, что эта песня напомнит мне о самом ужасном, что произошло в моей жизни. Но уже на середине трека она утащила меня в гримёрку. — Ей? Ты как? Может воды? — Нет. Не поможет — я буквально окунулась в тот ужасный день. Картинки пролетали в воспоминаниях и снова и снова они повторялись. Лица моих детей. Лица старшеклассников осознавших, что этот мудак их смерть. Я, лежащая в луже собственной крови, при этом кричащая чтобы сначала спасали детей, а потом только меня. Я не знала сколько я пробыла в своём личном аду, но вытащил меня к моему ужасу Мирон. — Ей?! — и звонкая пощёчина прилетает мне в лицо. — Слышишь меня? Не смей опять отключаться? Что ты пьёшь? Прозак помогает? — Да — меня всю трясло, будто бы меня кто-то выгнал на улицу в -30 в одной майке. Чувствую, как кто-то буквально заталкивает таблетки мне в рот и заливает их водой. — Думай о детстве! О друзьях! О Родителях. Сконцентрируйся на чем-нибудь хорошем — Мирон знал, как вытаскивать. Откуда? Но это было не важно. Самое главное у него получилось вытащить меня. Оглядев комнату, я поняла, что мы были одни. — Я всех выгнал! Знаю же, что приступы херовая штука, особенно если они происходят на публике. — Спасибо что ли — я слабо улыбнулась. — Да без проблем. А что вызвало приступ? — Мне говорить об этом не очень хочется. — Давай! Чтобы больше не повторять. — Твой трек. — Какой из? — Ппосл.последний.зв. — Я понял. Не продолжай. Почему именно он? — Слышал что-нибудь про стрельбу в школе два с половинной года назад в городе под Питером? — Да. Там около 40 детей было убито. — Я была там. Я учитель. Восьмерых моих детей убил этот мудак. А я была ранена. — Блять!