Незримое доверие

Тео открыл дверь своим ключом, чтобы не будить бабушку, если она отдыхает. — Ба, — позвал негромко Тео, когда они с Эммой вошли в гостиную. — Тео, я здесь, — Летиция не спала, она, чтобы отвлечься, хозяйничала на кухне, — иди сюда. — Я с Эммой, — Тео подмигнул матери, которая стояла в коридорчике, но могла всё слышать. — Добрый день, миссис Миллс, — заходя на кухню, поздоровалась Эмма и подошла к женщине, чтобы поцеловать. — Здравствуй, Эмма, — Летиция была рада видеть Свон, но в сердце что-то кольнуло от этого визита, — что с Реджи? Вы приехали мне что-то сказать, — женщина запереживала. — Тихо, ба, — Тео поцеловал Летицию, — ты чего распереживалась? Всё просто замечательно! — Это верно. Мы приехали с хорошими новостями. Вернее, очень хорошей новостью. Старшая Миллс выдохнула, — а я уж подумала о плохом. Давайте говорите быстрее свои хорошие новости. Реджина же стояла в проходе и смотрела с улыбкой на мать. — Может вас покормить? Я наготовила много всего от нечего делать. — Ба? Что значит нечего делать? Тебе лежать нужно, отдыхать, ждать, — Тео не мог скрывать довольную улыбку. — Лежать?! Ну нет, я тогда точно в старую развалину превращусь. А ждать, чего ждать? — спросила женщина. — Ни чего, а кого, — наконец-то Реджина дала о себе знать, — например, свою дочь. Летиция повернулась и увидела Реджину, на лице отражалось множество эмоций. И радость, и волнение, — Реджи… — Она свободна. Ее дело закрыто, — Эмма с теплой улыбкой смотрела на Летицию. У Летиции аж ноги подкосились, но Реджина вовремя ее поддержала, — ты чего это? Я же дома. Я вернулась. — Реджина, доченька, — мать счастливо смотрела на Реджину. Тео и Эмма стояли в двух шагах и просто улыбались, не мешая женщинам. — Мамочка, я дома, ты больше не будешь переживать из-за меня, — Реджина обняла мать. — Моя девочка. Ты так похудела, — Летиция обнимала в ответ дочь, — но я так рада тебя видеть, — по щекам катились слезы, ведь она очень переживала за дочь. Женщина не верила в виновность и поэтому каждую минуту думала о Реджине, а по ночам молилась. Эти переживания и довели ее до скачков давления, но сейчас, когда она увидела свою девочку, огромный камень упал с ее души. — Тебе придется обновить весь ее гардероб, — усмехнулся Тео, говоря Эмме. — Ну уж нет. Я лучше ее откормлю, — Свон подмигнула парню. Тот, в свою очередь, засмеялся. — Ба, ма, я вас тоже обнять хочу, — он подошел и обнял сразу обеих женщин. — Тео, она вернулась, — Летиция улыбнулась, — она дома. Я ее больше никуда не отпущу. — Мам, да что ты такое говоришь?! — брюнетка засмеялась, — я на работу вернусь. Мы с Эммой в путешествие собираемся. А вы с Кларисой будете готовить нашу с Эммой свадьбу, — Реджина посмотрела на Свон, — вам будет, чем заняться. А сейчас скажи, где папа? — Миллс решила, что ее мама должна все переварить. — О, да, вам придется постараться. Мы не хотим тихую свадьбу. Только роскошь и шум, — Эмма засмеялась, не оставаясь в стороне. Она подошла к любимой и приобняла её. — Да?! — Реджина с удивлением посмотрела на Эмму. — Да. Это моя первая свадьба, и твоя первая со мной. Так что никаких возражений, — Свон говорила очень уверенно и убедительно. — Ну хорошо, только второй свадьбы с тобой я не хочу, так что раз и навсегда, — Реджина улыбнулась Эмме. — Вот и правильно, второго твоего развода я не переживу, — Летиция обняла Тео. — Согласна, — Эмма поцеловала Реджину, закрепляя все сказанные слова. — Ба, так где дед? — Ой… — женщина задумалась, — он поехал на работу, а потом у него должна была быть деловая встреча. Джереми обещал вернуться к трём. — Ну и отлично. Мы пока на стол накроем. Джош, кстати, уже едет. Он чуть сюрприз не испортил, звонил тебе, — Тео подошел к сковороде и «украл» из нее кусочек мяса. — Вы завтра по своему делу поедете? — Реджина посмотрела на Эмму и Тео. Она, конечно же, не хотела, чтобы кто-то сейчас уезжал, но и думать о том, что Теодор может сесть, она не могла. — Какое еще дело? Никаких дел! Сегодня праздник, — Летиция сразу засуетилась, — нужно еще Кларисе позвонить. — Мы как раз успеем, пока все не соберутся, — Эмма улыбнулась Летиции, — у вас пока будет время похлопотать над столом, — Свон знала, что для Миллс старшей это не будет в тягость, а наоборот в радость. — У вас есть максимум час, потом все отговорки не принимаются, — сказала Летиция, обнимая дочь, — а мы пока поговорим. Я насмотреться на нее не могу. — Я дам вам на это время до ночи. Потом украду, — Эмма улыбалась. — Ну что? Мы едем? — Тео волновался. Он не хотел сесть за свою работу на Вонгера, но и давать против него показания не желал. Зная, что потом может за это поплатиться жизнью. — Езжайте, — Реджина поцеловала Эмму, — удачи. Сейчас все равно приедут Джош, папа. — Езжайте, раз нужно, — Летиция уже хлопотала, — а я пока ее накормлю. Она теперь у меня постоянно есть будет. — Правильно, миссис Миллс. В этом я полностью вас поддерживаю, — Эмма улыбнулась вновь, — я сама позвоню маме, она привезет вашу любимую выпечку. — О, я тоже хочу, — Реджина сразу всполошилась. — Я же сказала — вашу, — Эмма еще раз чмокнула Реджину в щеку, и они с Тео пошли из дома. Свон собиралась взять на себя роль строгого агента, прекрасно понимая, что в данной ситуации так правильно. Но до этого набрала номер матери, управляя машиной одной рукой. — Да, доченька, — женщина сразу ответила на звонок, — как у тебя дела? Как ваше дело? Вы нашли доказательства невиновности Реджи? — Мам, столько вопросов совсем не по теме. Лучше бы просто спросила, по какому поводу я звоню, — Эмма усмехнулась в очередной раз над реакцией мамы на свой звонок, — и твои вопросы автоматически найдут ответы. — Ну так по какому поводу ты звонишь? Ты же никогда не спросишь у матери, как у нее дела, как здоровье, — фыркнула Свон старшая. — Ну хорошо. Только потом не говори, что я сразу не сказала. Мамочка, как твои дела? Как здоровье? — Хорошо у меня все, давай говори, что там у тебя, — Клариса начала злиться на выходки дочери. — Мамочка, а ты у меня где? Я же должна знать, чем ты занята. — В торговом центре. Решила купить себе костюм и тебе пару рубашек, ты же сказала что тебе нужно, — старшая Свон не любила постоянный рабочий стиль дочери, но все же понимала, что без этого никак. — Замечательно. Но тебе придется сейчас поехать в пекарню, — Эмма сказала это с наигранным сожалением. — Это еще зачем? Я там утром была и все проверила. Девочки справятся без меня. — В этом я не сомневалась. Но тебе нужно туда поехать и набрать кучу выпечки, пирогов, эклеров, пирожков и много всего. — Эмма, ты закончишь говорить загадками? Что за праздник? У кого-то из твоих день рождения? — Нет. Просто Летиция просила твоих вкусностей. Они там с Реджиной праздник замышляют, — особенно просто сказала Эмма и затаила дыхание, раскрывая губы в широкой улыбке. — О Лети… — Клариса замолчала. Эмма ее не видела, но женщина остановилась посреди торгового центра, осознавая все то, что сказала дочь, — с Реджиной?! Она дома? — громко спросила женщина. — О, ну, мам! Ты меня оглушила, — Эмма усмехалась, — конечно, она дома! Она же невиновна! — Вот ты жопа! Ну получишь ты еще у меня, — Клариса была зла на дочь, но и неимоверно счастлива за нее и Реджину, — я сейчас же приеду в пекарню, а потом сразу к вам. — Набери всего и побольше и езжай к Летиции домой. Они там, а мы с Тео по делам ненадолго отъехали. Но скоро ко всем вам присоединимся. — Я поняла. Там и увидимся, а я помчала, — женщина быстро сбросила звонок и пошла из центра. Она очень хотела увидеть Реджину и поздравить всю ее семью с возвращением. — Мама счастлива, — Эмма улыбнулась, но, взглянув на Теодора, сразу стерла эту эмоцию со своего лица, — в общем так. У тебя сейчас есть два выхода. Артачиться или сотрудничать со следствием. — Я могу его не сдавать? — Тео посмотрел на Свон, — точнее я сразу предупреждаю, что не буду его сдавать. Моя жизнь мне дорога и жизни моей семьи тоже. — Его взяли, Тео. Я пока не знаю подробностей, но уже ясно, что его не отпустят. Слишком долго и упорно работали наши агенты над его поимкой. — У него полно друзей, и если я дам показания, они об этом узнают. Поэтому у меня есть идея, — Тео был очень умным парнем и мог понять, что к чему, — так как я уже четыре месяца нахожусь тут, ты подтвердишь, что я не работал на Вонгера. — Смеешься? Ты официально трудоустроен на его фирму. И… стоп! — Эмма задумалась, — ты нигде не светился по его делам? Находился во время сделок рядом? Приезжал ли к нему на дом? — Нет. Мне документы передавал его помощник, лично встречались только в офисе, а на сделки меня никто не пускал. — Уже легче. Я узнаю, что у отдела, занимающегося Вонгером, что есть на него, и кто находится под их прицелом. Если тебя не будет в списке, можем сыграть по твоему плану. Но если ты под пристальным интересом, то пойдешь на сделку. — Договорились, — сразу сказал Мюрей, понимая, что есть еще шансы не ввязываться в эту кабалу. — Ну вот и отлично. Не будем тянуть, как и решили. Всё узнаем сегодня, — Эмма продолжала направлять машину по адресу бюро. Им сейчас необходимо сработать оперативно, чтобы агенты, работающие над делом Вонгера, если нашли интерес к Теодору, не смогли его использовать. Свон пойдет на многое ради пацана. Хоть и понимает прекрасно, что она не права. Тео притих, обдумывая, что будет говорить в случае чего агентам. А в это время в дом его бабушки приехал его дядя, который с радостными воплями ворвался в дом. Этому очень была рада Реджина, ведь наконец-то она сможет открыть душу. Летиция сразу поняла, что давние друзья хотят поговорить, и отправила их наверх, ведь все равно у нее было практически все готово, да и сейчас на эмоциональном подъеме могла накрыть столы на свадьбу из ста человек. — Джош, я очень соскучилась, — Миллс сидела на кровати и смотрела на сидящего напротив друга. — Ты даже и представить себе не можешь, как это взаимно, милая моя, — Джош изливался счастьем, — мне столько тебе нужно рассказать, я все сплетни записал, чтобы в случае чего не забыть ни одной! — Господи, — Реджина засмеялась, — спасибо, ты настоящий друг. Но сначала о нас. Мне тоже нужно тебе многое рассказать. Только сначала ты. — Я? Да у меня ничего интересного, — он смущенно улыбнулся, — разве, что… меня и моё исследование номинировали на премию Ласкера… — Джош замолчал. Американскую премию Ласкера вручают с 1946 года. И в США её рассматривают, как вторую Нобелевскую премию в области медицины. Джош участвует в категории Clinical — по клиническим медицинским исследованиям. Она вручается лучшим практикующим врачам. — Джошик, я тебя поздравляю, ты лучший. Вторая номинация в году, но в этой ты обязательно победишь, — Реджина взяла за руку друга. Она знала, как это исследование важно для него, и то, что получение премии будет начальной точкой отсчета для его дальнейших продвижений. Ведь всегда человек хочет поощрений, и чтобы люди видели все то, что он сделал, и гордились им. — Я в этом, конечно, не уверен, — он засмеялся, — но сам факт мне нравится. Там в этом году чересчур сильные конкуренты. — Ничего страшного, ты их всех сделаешь, — Реджина была в этом уверена, — ты достоин этой победы, а твое исследование лучшее. — Ты моя лучшая подруга, — Джош склонил голову в бок, — я чувствую в твоих словах искренность. Но ты хочешь поговорить не обо мне. Ну-ка, скажи, что я прав. — Конечно, ты прав, — Реджина опустила взгляд, — мне нужно выговориться. То, что сейчас творится в душе и сердце — полное дерьмо. — Эй, почему? — Джош погладил Реджину по плечу, — хотя, стой, подожди, — он встал, — я сейчас. — Куда ты? — Реджина не поняла, что друг захотел сделать и куда пошел. — Мартини или вино? — коротко спросил Джош, но потом махнул рукой, — сам решу, — и вышел из спальни. — Джош… — Реджина усмехнулась. Но противиться не стала, прекрасно понимая, что с алкоголем разговор пойдет легче. — Начнем с вина. Летиция сказала, это твое любимое, — Джош принес бутылку и два фужера. Он разлил напиток и протянул Реджине, присаживаясь на кровать рядом. Он не торопил ее, но внимательно смотрел на ее лицо. Реджина сделала несколько глотков, смакуя вкус, — ум… все-таки оно действительно мое любимое. Я очень скучала по этому вкусу. — Нужно было мне намекнуть, я как-нибудь пронес бы, — Джош подмигнул и засмеялся. Реджина усмехнулась, — да уж, нужно было, но было не до этого. — Реджи, — Джош держал фужер в одной руке, а другую положил на коленку подруги, — начинай. Тебе это нужно. — Я просто не знаю, с чего начать, — Реджина сглотнула, а потом осушила бокал, желая развязать себе язык. — Мне было там очень тяжело. — Начни с первого дня и по нарастающей, — Джош подлил подруге еще вина. Он считал, что близкие поймут, даже если Реджина чуть захмелеет. Она вправе выпить в первый после освобождения день. — С первого?! В первый день меня били и потом еще били. За эти четыре месяца я дралась столько раз, сколько не делала этого никогда, хотя ты знаешь, что я была задирой. — Били? — Джош не знал, как реагировать, нежели злиться и удивляться. Он чуть сжал коленку подруги, — за что? Кто посмел? Их наказали за это? — Джош, ты смеешься?! Там совершенно другие правила. Меня били, чтобы показать мое место. Кара — это женщина, которая держит часть зоны, она дала мне шанс влиться к ним, и чтобы выжить, я пошла на это. Джош, я толкала наркоту, собирала деньги за это. — Реджи… — Джош сглотнул, совсем не ожидая таких слов от своей подруги. Он выпил залпом вино, убирая руку от колена подруги. Но сделал это только для того, чтобы добавить себе еще напитка, — так, ладно. Сама же ты не…? — Нет, но несколько раз действительно очень хотела. Хотела забыться, выпасть из этой ужасной реальности, — Реджина прикрыла глаза. — Ну нет. Ты бы не посмела, — Джош чокнулся фужером с фужером Реджины, призывая ее выпить, и сам выпил. — Джош, я пережила попытку изнасилования, как ты думаешь могла бы я или нет?! — Что? — Джош отставил бокал на тумбочку и забрал у Реджины, чтобы взять ее за руки, — серьезно? Черт! Реджи, как так?! Мужчина сглотнул, увидев на лице подруги сильное переживание. Он крепко обнял ее, не желая, чтобы она впадала в депрессию. — Джош, я это пережила, — Реджина тоже обняла друга в ответ, — но мне нужно было рассказать об этом. — Я так понимаю, Эмма не знает? Ты боишься барьера? — Джош не хотел разрывать объятий. — Она не знает, но барьера между нами не будет. Я так же ее хочу, и мне приятны ее прикосновения, — Реджина отстранилась и посмотрела в глаза другу. — Ага! — Джош хитро улыбнулся, прекрасно поняв слова Реджины, — у вас уже было! — Конечно же у нас было, — Реджина улыбнулась. Благодаря друга за то, что он смог разрядить обстановку. — Когда же вы, кролики, успеваете?! — восхищался друг и вновь схватился за бутылку, — хотя, тупой вопрос. Давай выпьем за это. Ты, Реджи, умница. И знаешь, что я думаю про всё то дерьмо, которое тебе пришлось там пережить? Что нужно послать его куда подальше и жить дальше. Ты не слабая девчонка, которой требуются психологи и тому подобное. Ты переживешь это сама. С моей, конечно, помощью, иначе никак. Но я уверен, что всё будет хорошо! У вас с Эммой всё будет зашибись! — Я тоже в этом уверена, — Реджине была очень важна поддержка друга. Брюнетка решила, что ее тайны останутся только между ними, ведь с Эммой она хотела жить спокойно и счастливо, — кстати, можешь меня поздравить, мы со Свон решили пожениться. — Да я и так это знал, — Джош пожал плечами, отпивая вино. — Всё-то ты знаешь, — Реджина усмехнулась и сделала несколько глотков вина, — в принципе, как и всегда. — Ладно, раз начали эту супер тему, то ее и раскроем. Как ты представляешь это торжество? — Джош решил отвлечь Реджину от темы тюрьмы, так как понимал, что Миллс выговорилась, и сейчас нужны положительные эмоции. — Я думала, это будет тихое торжество, но Свон другого мнения, типа это у нее первая свадьба, и она хочет шумихи. Вообще я не против, но ты же помнишь прошлую мою свадьбу. — Помню? Неа, не помню, — Джош засмеялся. Он, как брат жениха, не мог отказаться от спиртного за здоровье своего брата и его жены. Миллс засмеялась, — а это помню я. К концу праздника ты был телом, а не человеком. — Вот вот! Так что не проси меня что-то вспомнить. Лучше скажи, ты реально не против? А то будешь на собственной свадьбе посторонним человеком! — Нет, совершенно не против. Я даже рада буду этому празднику, — Миллс улыбнулась. Она потягивала вино, — единственное, не хочу платье. — Оп, это еще что за новости? Вы обе будете в платьях, иначе ваши мамы будут недовольны! — Нет платью. Хочу костюм или платье, но не белое. — Фу на тебя! — фыркнул Джош, — я против. — Джош, я не девственница, чтобы в белом платье свадьбу играть. Это моя вторая свадьба. — И что? — невозмутимо спросил мужчина, потягивая подлитое вновь вино. — Да ничего, — Реджина усмехнулась, — не будем об этом. Ты не встретил там никого? — Там, это где? — мужчина засмеялся, — никого. Я холостой холостяк. Таким и умру. — Не настраивай себя на это. Тебе просто нужно искать девушку не на одну ночь, а женщину на всю жизнь. — И где ж такую найти? Разве, что в ФБР, — Джош подлил себе и Реджине еще вина. Они не замечали, как хорошо у них идет этот напиток. — Ну я спрошу у Эммы, но сразу скажу, что самая красивая девушка занята, — Реджина улыбнулась. — Да? — с разочарованием спросил Джош и насупился, — нет, некрасивые мне не нужны. Я люблю красоту рядом. — Ой, блин, ценитель попался. Давай уже найди себе девушку, а то старым пердуном станешь и привлекать никого не будешь.  — То есть лучше захомутать одну, чем остаться потом ни с чем? — Джош засмеялся, — не, мне кого попало не нужно. — Да ну тебя, так и останешься один, — фыркнула Миллс. Ей уже было не до смеха. Джош был симпатичным мужчиной с добрым характером, но вот эта его избирательность уже не входила ни в какие симпатии. — Да ладно, не начинай. Найду кого-нибудь, — отмахнулся друг. Он сам не любил болтать на эту тему всерьез. Он считал, что ему нужна его женщина. Но такую он пока не встретил. — Ладно, давай перейдём к сплетням, — Реджина засмеялась, — хочу все знать. — Так, — Джош достал мобильный, — начнем с самого начала! — он открыл блокнот и засмеялся, успев прочитать первое записанное, но потом произнес вслух, чтобы Реджина не считала его идиотом. — Летиция, дорогая, — в дверь, которую открыла Миллс старшая, вошла Клариса. Она приехала уже к вечеру. Но от этого не стала менее желанным гостем. Она сразу обняла Летицию, — я тебя поздравляю! — Спасибо, дорогая, — Летиция заулыбалась, в ответ обнимая подругу, — проходи. Только твоя дочь с моим внуком куда-то уехали, а моя дочь со своим другом напраздновались вином. Они даже Джереми встречали, держась друг за друга. — Но ничего. Главное, она здесь, живая, здоровая, наверняка счастливая, — Клариса передала Летиции пакеты со сдобным, — пусть детишки развлекаются, а мы отпразднуем. Где Джереми? — В столовой ужинает, — пояснила женщина, — мы поняли, что ждать совместного ужина смысла нет. — Как это нет? Я же здесь. Вы же меня накормите? — Клариса сияла улыбкой, — тем более скоро Эмма с Тео приедут. Не переживай! — Да я не переживаю. А тебя мы накормим и выпить нальем. Я тоже сегодня выпью, хватит сидеть на этой больничной диете, — Летиция повела подругу в столовую. — О, Джереми, дорогой, привет. Поздравляю тебя! — Клариса подошла к сидящему мужчине и не дала ему дожевать, крепко обнимая. — Привет, — мужчина вытер рот салфеткой и встал со стула, поворачиваясь все еще к обнимающей его Кларисе, — тебя тоже. Мы все верили, и это случилось. — Дочь твою я поздравлю завтра. А сейчас давайте праздновать, — Клариса посмотрела на Летицию, — идем, я всё помогу расставить по местам. Ты в гостиной накрыла? — Да, — подтвердила старшая Миллс, — мы там стол поставили. Там уже скатерть лежит, и приборы поставлены, но не расставлены. Поэтому Джереми идет расставлять посуду, а мы с тобой носим еду. — Правильно. Потом доешь, — Клариса видела, что Джереми не успел доужинать, — иди, иди. Скоро Эмма и Тео приедут. — Да иду я, иду, — Джереми взял тарелку с собой и пошел в гостиную. — Как у тебя дела? Эмма не отвлекла тебя своим звонком? — уточнила женщина, доставая блюдо для нарезки. — Отвлекла. Но это же такое счастье, что я всё бросила и почти сразу примчалась. Долго только ждала выпечку вашу любимую, чтобы свежая была, хрустящая, — Клариса кружилась на кухне, помогая Летиции. — Ты знаешь, что от твоей выпечки я поправляюсь?! Как вы с Эммой такие стройные? Вы что, вообще не едите свою продукцию?! — смеясь, спросила Миллс. — Я ем, и я не худышка, так что прекрати. А Эмма сутками на работе, говорит, в спортзал там свой ходит. Так что ей есть, куда деть все калории. А тебе сейчас много выпечки и нельзя. Так что одну булочку и один круассан, — Клариса раскладывала салаты по салатницам. — Ой, да хватит, я тогда вообще с голоду помру, — Летиция усмехнулась, — у меня вон мой доктор вернулся, она быстро все подправит. — Тоже верно. Ну тогда сегодня никаких ограничений, — Клариса усмехнулась, — она там сама как? — Да нормально вроде. Похудела. Как палка стала, одни глазищи остались, — причитала старшая Миллс, — вот кому точно булочки нужны.  — Она уже спит, наверное? Не до булочек. Но ничего. Они с утра тоже вкусные. — Да не спят они, в комнате с Джошем болтают и вино пьют. Уже третья бутылка пошла, — Летиция выдохнула, — мы-то не заходим. Главное, она дома. И я знаю, что с ней все хорошо. — Оо, так она не спит, — Клариса вытерла руки о полотенце, — пойду обниму тогда. Я-то думала, напились и спят. А раз нет… — женщина целенаправленно пошла к лестнице. Она догадывалась, что Реджина в своей бывшей спальне. — Иди, зато посмотришь, как они там, — сказала Летиция вдогонку. Реджина и Джош сидели на полу и пили из горла вино. Они за этот вечер уже не раз возвращались к теме тюрьмы. Ведь для того, чтобы все пересказать и вновь пережить, нужно время. — Ага! И что это мы тут делаем, голубки? — Клариса вошла в спальню и увидела картину маслом. Она скрестила руки на груди. — Ой! — Реджина подняла взгляд, услышав строгий голос. Она сфокусировала взгляд, — блин. По-моему, нас застала моя будущая… черт… — Реджина «шевелила» извилинами, — мать жены. Здравствуй, Клариса. — Миссис Свон… ик. — Джош икнул, но широко улыбнулся, — извините. Как вы? Как ваши дела? — Всё просто прекрасно, — женщина выдохнула по-настоящему спокойно, когда увидела Реджину. Она подошла ближе, — дочка, а ну встань. Что это ты тут распласталась? — Хватит икать, — Реджина толкнула Мюрея в бок и начала вставать с пола, — я очень рада вас видеть, — с трудом встав, Миллс обняла маму Эммы. — Я тоже рада тебя видеть, обнять, — Клариса отстранилась и поцеловала Реджину в щеку, потом в другую, — ты молодец! — Конечно, — Джош тоже поднялся, — вы даже не представляете, какая. — Сейчас кто-то договорится, — Реджина буркнула на Джоша, — спасибо, но это не я, а Эмма и Брюс. Это они меня вытащили. А вам всем спасибо за веру в меня. — Ты замечательная, дорогая. Лучше для дочери я и пожелать не могла, — Клариса еще раз обняла Реджину, а потом быстро отстранилась, — ладно, не буду мешать. Покушать у вас есть что, — она увидела нарезку, — отдыхайте, детишки, — и пошла из спальни. — Мы сейчас спустимся. Я все жду Эмму и Тео, а они никак не вернутся, — несмотря на разговор и выпивку с Джошем, Реджина переживала за сына. — Скоро вернутся, — на выходе сказала Клариса и прикрыла за собой дверь. — И куда это мы спустимся? Ты вон на ногах еле стоишь, — засмеялся Джош. Он качался, как и сама Реджина. — А что я должна была сказать ей? Что в первый же день я напилась? — И что? — Джош потянул Реджину за руку вниз, и они упали на пол, — в самый раз! Реджина засмеялась, — ну да, тем более моя невеста пытается избавить моего сына от тюрьмы. — Чего это пытается? Всё у нее получится. А у нас получится… — он дал Реджине бутылку, — напиться до безсе… безсу… черт! До отключки! — мужчина расхохотался и взял другую бутылку, пристраивая ее горлышко к своим губам. — Привет, Брюс. Ты где? В Вашингтоне или еще в Сиэтле? — Эмма хотела пригласить Лиона на ужин в дом Миллсов, если тот вернулся в город. Она звала Ролистера, но тот тактично отказался. А Бранд и Мур еще были в Сиэтле, завершали передачу дела в особый отдел полиции и прокуратуры. Доррсен не один пойдет под суд, но и все его должностные друзья, соратники, покрыватели. Они с Теодором как раз находились на полпути к дому. — Привет, — ответил мужчина, — только что вернулся из Сиэтла, еду в такси. А вы как там? Как Реджина? Проблем никаких не возникло? — Нет, конечно. Всё на высшем пилотаже. По-другому никак. Ты это, приезжай к нам. Мы планируем праздновать в тихом семейном кругу. Ты приглашен, как vip гость.  — Спасибо, Свон, но я должен отказаться, у меня еще есть очень важное дело, и я обязан его разрешить как можно скорее, — Лион направлялся в такси в сторону колонии, где сидела Миллс. Он хотел лично пообщаться с Кэйт. — Ты насчет Кэйт? — уточнила Эмма, — принял решение? — Принял, — выдохнув, ответил Лион, — но я хочу услышать ее. Не хочу недопонимания. — То есть отказываешься? — аккуратно спросила Эмма. За время дела Реджины она стала по-другому относиться к Брюсу, и всё прошлое недопонимание кануло в пропасть.  — Нет. Я продолжаю не хотеть с ней серьёзных отношений, но ребенок мне нужен, и я его хочу. Это часть меня, и я не хочу, чтобы она его убила. — О, — произнесла Эмма, замолчала, но улыбнулась, — знаешь, я рада, что ты принял такое решение. — Я тоже рад, — Брюс действительно принял решение и хотел, чтобы Ли его поняла. — Мне остается пожелать тебе удачи. Еще встретимся, — Эмма завершала разговор с адвокатом, — позвони. — Ну что, наконец-то домой?! — сказал Тео. Он был измотан, но доволен, ведь их версия с Эммой сработала, и ему ничего не грозит. — Устал, малый, — Свон усмехнулась, но по-доброму, — ничего, скоро вернешься в Сиэтл. Скучаешь по Кемерон? — Конечно, скучаю, — Тео уже хотел домой, ведь именно Сиэтл был его домом.  — Ну, ничего. Скоро увидитесь. Можешь хоть завтра уезжать. Но помни, что тебе нужно уволиться. И не лезть ни при каких обстоятельствах. Даже если очень будет притягательно. — Я понял. Но завтра я не уеду, — уверенно сказал Тео. Он хотел еще пообщаться с мамой. — Это уже я понимаю, — Свон выдохнула. Она сама устала. Бессонный перелет и тяжелый день очень утомили блондинку. Но усталость была приятной, ведь грела мысль, что засыпать она будет не одна. — Интересно, что они там делают? Нас-то ждут?! — Мюрей усмехнулся и посмотрел на Эмму. Та с улыбкой ответила и нажала на педаль газа.