Посмотри на меня

Хиираги Тенри обвёл присутствующих спокойным взглядом, не задержавшись ни на ком. Однако, от его холодного глаза не укрылось ни одной детали гардероба, ни одного выражения лица, ни одного нервного жеста. Глава клана Хиираги поднялся и произнёс, умело скрывая недовольство: — Я вижу, мой старший сын не счёл нужным предупредить, что сегодня нас будет больше. Что ж, вероятно, для присутствия подполковника Ичиносе есть причина… Курето тоже встал и с показной покорностью поклонился отцу. — Да, Ваше превосходительство. Ичиносе возглавлял операцию по выяснению причин и обстоятельств взрыва в лаборатории по производству лекарств, так же посетил место происшествия. Если Вы позволите, я бы хотел посвятить всех присутствующих в детали инцидента, — сухим канцелярским языком бывалого бюрократа начал Курето. — Зачем? — прервал его отец. — Подполковник сам в состоянии рассказать нам о произошедшем. Я прав? Гурен нехотя поднялся и, заложив руки за спину, прямо уставился на великого и ужасного Тенри. — К сожалению, я не имею полного доступа ко всем материалам дела, так как некоторые из вас считают, что допускать представителя недостойного клана к документам о секретных разработках — слишком много чести, — подполковник сделал небольшую паузу, балансируя на грани смелости и откровенной глупости, но баланс этот он соблюдать умел. — Однако, на основании имеющихся у меня данных, могу сделать вывод, что взрыв был спланирован так, чтобы нам не досталось ничего из лаборатории. Наши специалисты изучили развалины и пришли к выводу, что заряд был заложен в нескольких местах и приведён в действие дистанционно. Что касается погибших — все они люди. Следы мутаций крови указывают на то, что это подопытные, сотрудников лаборатории среди них нет. Ничего ценного из биоматериала выделить не удалось — на момент взрыва жертвы уже были мертвы несколько часов, отравлены сильнодействующим ядом, и разложение уже началось. Люди в зале нервно заёрзали на стульях, а Гурен продолжил: — Я был бы благодарен за любую информацию сверх той, которую имею на данный момент, так как расследование зашло в тупик. Хиираги-старший пожевал губами, не глядя ни на так и оставшегося стоять сына, ни на севшего (неслыханно) обратно Ичиносе. — Что ж, думаю, кое-какие документы мы сможем дать, — нерешительно начал молодой человек с погонами полковника, — разумеется, с разрешения Курето-сама и Тенри-сама. — Документы? Ему? — неожиданно взвился ещё один представитель семейства Хиираги, до сего момента сохранявший напряжённое молчание. — Он выполнил свою работу пса-ищейки, больше от него ничего не требуется! — Помолчи, Сейширо, — негромко выговорил Курето, — твоё мнение сейчас маловажно. Работа ещё не закончена. Хотелось бы услышать, кто, по мнению подполковника, виновник взрыва? Лаборатория была нами потеряна, отбита вампирами. Он же говорит, что погибшие — люди. То, что вампиры берут на вооружение наши технологии — не новость. Наверняка, вы, господа, прекрасно знаете о вирусе, которым они заражают похищенных детей. Этот вирус был доработан на основе исследований наших учёных. Один из них, Сибата Ройчи, был обвинён в предательстве. Я так понимаю, подполковник Ичиносе имеет основания подозревать его. — Именно так, — кивнул Гурен. На этот раз он даже не встал со своего места. — Доктор Сибата подозревается в продаже разработок. Сначала мы думали, что речь идёт о международном шпионаже, но всё оказалось куда прозаичнее. Наш бывший сотрудник — классический «сумасшедший учёный». У него было несколько идей относительно вирусов и вакцин от них. Разумеется, ему необходимы были испытуемые. Мышей доктору показалось мало и он потребовал проведения испытаний на людях. Разумеется, ему было отказано в доступе к добровольцам после первого же летального случая. Тогда, как мы считаем, Сибата заключил договор с вампирами. Они ему — людей, он им — технологии. — Это всё очень интересно, но почему столь простой случай рассматривается верховным советом? — недовольно бросил ещё один из присутствующих, имени которого Гурен не мог вспомнить. — Да потому, досточтимый генерал, что столь простой случай напрямую угрожает безопасности Японии. До вас должны были доходить хотя бы слухи о пропаже людей из городов. Я сомневаюсь, что вам есть до этого дело, конечно, но исчезновения принимают всё более массовый характер. — Не забывайся, мальчишка, — сдержанно, но властно оборвал Тенри. — Прошу прощения, господа, — смиренно произнёс Гурен. Всё, больше балансировать нельзя. Так и без головы остаться можно. Подполковник встал, вышел из-за стола, церемонно поклонился людям в зале. Большинство из них были бесполезными марионетками. Кто Терри, кто Курето, кто обоих. Но приличие, всё же, нужно соблюсти. — Я действительно позволил себе вольность. Больше этого не повторится. Позволите продолжить? Тенри только кивнул, но этого было достаточно. — Разумеется, вам известно, что не так давно с задания не вернулся один из отрядов. Тела так и не были обнаружены, что позволяет предполагать, что солдаты живы, но попали в плен. Никто не питает иллюзий по поводу их сохранности и возможного возвращения домой. Этот случай — не первый. Но, если раньше подобное списывалось на боевые потери, то происшествия последних недель и даже месяцев подводят нас к тому, что людей намеренно похищают. Также участились случаи бесследного исчезновения детей в возрасте от года до четырнадцати — наиболее благоприятного для проведения исследований. Понимаю, звучит бесчеловечно, но не забывайте — мы имеем дело с вампирами и поехавшим учёным, потерявшим связь с реальностью. Молодой человек умолк, давая присутствующим время переварить информацию. Когда на лицах офицеров он заметил проблеск понимания, Гурен решил, что можно переходить к сути. К тому, зачем он тратил здесь целое утро. — Моё ведомство… — Курето красноречиво скривил губы, и подполковник скорректировал речь, — ведомство, которое я возглавляю, нуждается в притоке свежих мозгов, так как с течением времени некоторые сотрудники перестают видеть суть или просто устают. Поэтому прошу разрешения привлечь к оперативной работе Хиираги Шиноа и её отряд. Гурен невольно задержал дыхание, произнеся последнюю фразу. И не зря. Сейширо резко вскочил со стула и уже направился к подполковнику, но был цепко ухвачен за рукав старшим братом. — Что этот ублюдок себе позволяет? Одну из нас в ищейки? Так нашу семью ещё не оскорбляли! — Успокойся, сын, — впервые повысил голос председатель совета. — А ты, Ичиносе, поясни, какого… что ты хочешь от моей дочери? Вопрос был поставлен крайне некорректно, так как в голове у подполковника сразу завертелись совсем не рабочие мысли. Однако, он быстро взял себя в руки и ответил: — Ваше превосходительство, сейчас Ваша дочь является обычным сержантом и участвует в обычных войсковых операциях… — Мне это известно, ближе к делу! — Её таланты достойны лучшего применения. Она умна, находчива, обладает аналитическим складом ума. Кроме того, её сила достаточно велика, чтобы позволить ей отлично владеть демоническим оружием. По моему мнению, Шиноа и её отряд принесут куда больше пользы в следственной работе, чем на поле открытого боя. — Ты хочешь сказать, что одна из Хиираги засядет за стол и не будет сражаться за свою страну, мразь? — сквозь зуба процедил Сейширо. — Вы мыслите алогично, — холодно осадил его Гурен, — никто из нас не «сидит за столом». Если вы прослушали начало, то Курето озвучил факт моего непосредственного участия в войсковой операции, после которой и началось масштабное следствие. И, хочу заметить, оно шло и до, иначе откуда бы у меня вся вышеизложенная информация? — ни от кого не укрылось, что подполковник назвал командира просто по имени, даже не прибавив «сама». Главное, что это не укрылось от самого Курето. — Господа, прошу меня простить, но находится в одном помещении с этим… этим… ниже моего достоинства. Сейширо резко встал и вышел. Едва дверью не хлопнул, но Гурен вздохнул с облегчением. Все-таки этот высокомерный болван был ничуть не менее опасен, чем его старший брат. — Что ж, ты просишь допустить к работе мою дочь… Я готов согласиться, но хотелось бы выслушать её саму. Гурен еда заметно выдохнул и направился к двери. Вылетев из зала Сейширо едва не сбил с ног (точнее, ноги) дожидавшуюся в холле девушку. Она поспешно отпрыгнула, что привело к печальным последствиям — когда дверь вновь открылась, Шиноа ещё не успела подняться и Гурен застал её за процессом карабканья по подоконнику. — Зайди, пожалуйста, — вежливо попросил он, старательно сдерживая улыбку и ехидные комментарии. Но локоть протянул. Шиноа оперлась на него, стараясь не смотреть на молодого человека. Войдя в зал она быстро отпустила опору и вытянулась по стойке «смирно». — Сержант Хиираги Шиноа по вашему распоряжению прибыла, — звонко отрапортовала она. — Сержант, подполковник Ичиносе довёл до нас информацию о необходимости твоего участия в оперативно-аналитической работе, — Шиноа никак не отреагировала на сообщение, так как ещё вчера узнала обо всем из записки, которую получила поздно вечером. Как мальчишка, в самом деле, лично передать трудно было?.. — Ты согласна взять на себя ещё и эти обязанности? — Да, Ваше превосходительство. — Хорошо. Что касается твоего отряда... Их стоит проверить для начала. Полагаю, на сегодня это всё. Можете расходиться, — закончил Тенри небрежным тоном. — Вы двое и ты, Курето — останьтесь. Когда члены верховного совета покинули зал совещаний, отец сурово посмотрел на детей и произнёс: — Если это какая-то очередная игра — я вам не завидую, — а затем обратился к Гурену, — тебя я убью первым. Уяснил? Ответ не требовался. — Что теперь? — несколько нервно спросила Шиноа, когда они оказались в коридоре. — В ближайшую неделю тебе дадут лейтенанта, — нехотя выговорил Курето, — поздравляю. — Спасибо. А мой отряд? — Объясни ей всё сам, у меня времени нет. И помни о нашем разговоре, — Курето даже не кивнул на прощание. Его шаги гулко раздавались в тишине, и пока не стихли, Шиноа и Гурен даже не смотрели друг на друга. — Тебя проводить до комнаты? Или класса? — Комнаты. Я пока, так сказать, на домашнем обучении, — девушка снова повисла на локте спутника. — Так что там с отрядом? — Он останется при тебе. Вот только… — Что? — Шиноа чувствовала себя крайне неловко даже оттого, что касалась закрытой одеждой рукой руки Гурена. Она не смотрела на него и старалась не думать о том, что сегодня он выглядит немного иначе, не так, как обычно. Китель, что ли, другой?.. — Тебе придётся учиться командовать несколькими отрядами. Лейтенант — это всё ещё невысоко, но одного отряда уже мало. — Именно то, чего я хотела избежать… — Ты сама согласилась, а могла отказаться. Они спустились по лестнице и покинули здание генерального штаба. Гурену не хотелось, чтобы Шиноа слишком нагружала ногу. Это ведь ему, если что, её нести придётся. Не то чтобы девушка много весила, просто… Неважно. — Это было нечестно. — Что именно? — Ты не дал мне времени подумать. — У тебя была целая ночь. — Издеваешься? — Ничуть. Ты могла сказать «нет». Если ты не поняла, я умею слушать. Девушка отпустила его локоть и остановилась. Подполковнику пришлось последовать её примеру. — Что? — Ничего, — она закусила губу. — Что? — требовательно повторил Гурен. — Давай передохнём две минуты. — А как ты на совет дошла? — С помощью Юи и Кимизуки. — Ясно. Повисла пауза. На улице было довольно много народу — студенты спешили на занятия, сидели под деревьями с книгами, гуляли и смеялись — вели самую обычную жизнь. Шиноа очень захотелось стать одной из них. Выкинуть из головы новые обязанности, не нужные ей даром, и мысли о том, что Гурену очень идёт синий цвет… Всё-таки дело было именно в форме — она была парадной, темно-синей. Несмотря на всё напускное пренебрежение, подполковник не стал гневить судьбу и явился на собрание высших чинов армии как подобает. — Так значит, у меня будет ещё один отряд? — Шиноа снова уцепилась за локоть молодого человека. — Три, если точно. Твой и два других. — Это слишком! — Тебя забыл спросить. Они подошли к жилому корпусу. С одной стороны, Гурену хотелось посмотреть, как эта заноза будет подниматься по ступенькам. С другой — это могло вызвать нездоровый интерес окружающих.ТПоэтому он быстро подхватил её под мышки и перенёс наверх небольшой площадки. — Эй, ты чего? — У меня нет времени ждать, пока ты вскарабкаешься, проходи, — он придержал ей дверь. Внутри жилого корпуса никого не было. По случаю буднего дня и прекрасной погоды, студентки и студенты либо сидела на занятиях, либо обретались на улице. С минуту поразмыслив, Гурен всё же подхватил Шиноа на руки, ускоряя шаг. — Держись только, ладно? — буркнул он. — Ладно, — чуть слышно выдохнула девушка. Спустя пять минут Шиноа не выдержала. — Стой, подожди. — Что ещё? — Мне… мне неудобно. — Потерпишь, недалеко осталось. — Я не о том. — Я понял. До комнаты будущей лейтенанта и вправду оставалось совсем недалеко, поэтому Шиноа просто закрыла глаза. Как выяснилось, это она зря. Потеряв зрительный ориентир, мозг переключился на другие органы чувств. Шиноа отчётливо почувствовала прикосновения, услышала запах, исходящий от человека, находящегося очень близко, слишком близко… — Слезай, — полушутливо произнёс Гурен, спуская девушку на пол. — Спасибо, — ответила она и, неожиданно предложила, — зайдёшь? От удивления Ичиносе даже дар речи потерял на долю секунды. — Думаешь, это хорошая идея? — Серьёзно? — недоверчиво уточнила Шиноа. — Нет, конечно нет, — быстро произнёс молодой человек, практически внося её внутрь. Едва дверь закрылась, он прижал такую желанную девушку к себе, вдыхая аромат её волос. — Нам работать вместе. — Замолчи. Она прильнула к его губам, проникая внутрь горячим языком так, что у молодого человека голова закружилась. Невероятных усилий ему стоило отстраниться. — С ума сошла? — Что не так? — с ноткой обиды ответила она. — Мы же… мы договорились забыть и ты сама просила… — Да, а теперь прошу о другом, — она крепче обняла его за шею, снова потянувшись губами. — Это жестоко, — едва не застонал он. — Ты бы знала, как я тебя хочу. — Тогда в чём проблема? Его китель уже был на полу, рубашка вытащена из брюк, а верхняя пуговица на них расстёгнута. Шиноа поспешно стащила свой китель и рубашку. Гурен как заворожённый смотрел, как вздымается грудь под тонкой тканью лифчика. — В том, что это глупо. Точнее, неблагоразумно. — Тебе сейчас не плевать? — Сейчас — да. Не плевать будет потом. — Ты слишком много думаешь, — она взяла его руку и положила на свою грудь. Это стало последним, что зафиксировало сознание. Потом всё слилось в прекрасный калейдоскоп вспышек и образов. Он чувствовал, как тонкие руки стягивают ткань одежды, такие мягкие и желанные губы целуют, гибкое горячее тело прижимается к нему… Ещё он смог произнести: — Ты уверена? И услышав в ответ жаркое «да», окончательно потерял голову. Он видел обнажённую девушку под ним. Чувствовал, как она подаётся ему навстречу, слышал, как просит войти в неё, тихо постанывает в такт его движениям, ощущал, как она проводит рукой по своему животу вниз, нащупывая клитор. Он устремился за её пальцами, сам лаская и надавливая, отстранив её руку. Ещё несколько минут, и она начал сжиматься изнутри так, что дыхание перехватило. Не дав девушке опомниться, он вышел и быстро спустился вниз, проводя языком по самому чувствительному месту. Она выгнулась, запуская пальцы ему в волосы, и замычала сквозь закушенную губу. Когда она перестала трепетать от прикосновений и сладко застонала, он остановился. — Почему? — спросила она, прикрывая ладонью глаза. — Я хотел, чтобы тебе было хорошо. — Мне было. А ты? — Я успею. Он лёг рядом, беря её за руку, и тогда она заплакала. Так же тихо, как постанывала совсем недавно. — Что ты? — Я такая дура. Гурен рассмеялся: — Ещё какая. Как ты теперь будешь мне в глаза смотреть? — Замолчи, ты не помогаешь, — она отвернулась к стене. — А я и не хочу помогать, — он провёл кончиками пальцев по коже у неё на шее. — Это была твоя идеа, это ты меня трахнула, тебе и чувствовать себя неловко. Шиноа вытерла слезу, скатившуюся к уху и всхлипнула. Совсем по-детски и совершенно не эротично, но Гурену сразу захотелось её так же сильно, как в первый раз. Она была его. Теперь точно. Он положил руку на талию девушки и шепнул на ухо: — Хочу тебя сзади. Щёки её моментально вспыхнули, но она прижалась к нему спиной и ответила: — Я тоже. На этот раз всё было медленнее. Они оба позволили себе изучать друг друга, чувственно и так нежно, как только было возможно. И на этот раз Гурен был первым, позволив Шиноа самой ласкать себя, доводя до конца. Она так плавно двигалась под ним, так жарко дышала… Молодой человек не видел ничего прекраснее. А когда, наконец, она вскрикнула и застыла, мир снова обрёл краски, но уже другие. Более яркие, что ли. И ничего хорошего это не предвещало. – Ты всё ещё плачешь, – с лёгким укором произнёс подполковник. – Я всё ещё злюсь, поэтому плачу. – Злишься? – Гурен притянул её к себе за талию, снова вдохнул аромат волос. – Я не хотела так легко сдаваться. – Что, будем делать вид, что ничего не произошло? Она промолчала. Гурен принял это за ответ.