Вирус

Кроссфилд, окрестности Лос-Анджелеса. Среда, 1 июля, 3.34 — Отряд «Альфа»! За мной! Астрид кинулась к пролому, образовавшемуся после взрыва. Штурмовики последовали за ней. Помещение, в которое они попали, походило на производственную душевую, только вот заляпанные стены растрескались от взрывной волны, а металлические шкафчики были выдраны из стены. Никого. Ни звука, ни движения. — Торстон, — резко произнесла Хофферсон, и через секунду рядом с ней оказался подрывник. — Похоже, этот коридор — единственный. Начините его пластидом. Если подкрепление не подоспеет, а оттуда покажется кто-либо подозрительный, подорвите всю эту сторону. Повторите мой приказ. Он повторил. — Майор! — позвала Лида, прошедшая несколько ярдов вперед. Она склонилась над телом человека в белом лабораторном халате и в пластиковых наручниках. — Пленник погиб. Шея сломана. Должно быть, взрывной волной его отшвырнуло к стене. — Об этом будем беспокоиться позже. — Астрид осветила своим фонариком длинный коридор. Все двери стояли приоткрытыми. — Входим по двое, прикрываем друг друга, — приказала она. Бойцы «Альфы» останавливались у каждого порога и, подняв стволы, обводили каждую комнату ярким лучом фонаря. В четырех оказалось пусто, однако там разило человеческими экскрементами, потом и страданиями. В углах вздымались кучи чего-то бесформенного. Тела? Или части тел? Через сорок ярдов те, кто шел в авангарде, наткнулись на обломки и мусор — свидетельства взрыва, который они слышали снаружи. Стена развалилась, и беглого взгляда внутрь было достаточно, чтобы понять: это те самые мощные компьютеры, соединенные между собой, о которых сообщал Иккинг. Большинство из них оплавились или разлетелись на куски, но несколько, кажется, выдержали удар. — Майор! — закричала Лида. — О Тор! Астрид, которая осматривала уцелевшие системные блоки, вышла из комнаты, и ее сердце замерло в груди. То, что она приняла за мусор, оказалось человеческими останками. Безжалостный свет фонариков выхватывал из темноты руки, ноги, головы… Трупы лежали горой. Их покрывали куски штукатурки и кирпичная пыль. — Твою мать, — выдохнула Астрид. — Это уже не от взрыва. Пол был засыпан гильзами, а воздух пропах порохом. Оставалось проверить еще одну комнату, прежде чем они перелезут через этот страшный завал, чтобы продолжить свой путь. Два агента встали по сторонам от входа, третий вошел внутрь. — Майор! Сюда! Астрид последовала за ней. На полу лежали семь тел, все погибли от многочисленных выстрелов в голову. А в углу, скорчившись и дрожа от потрясения и озноба, несмотря на ужасную жару, сидел человек в изодранной одежде. Лицо испачкано кровью, глаза дикие. Вокруг валялись гильзы, трясущимися руками он сжимал пистолет. — Оружие! — выкрикнула Лида, и в тот же миг на груди оборванца засветились красные лазерные точки. — Не стреляйте! — прохрипел он и медленно опустил ствол. — Пожалуйста… не стреляйте! Хофферсон направила луч фонарика ему в лицо. Это был Скип. Астрид шагнула вперед и забрала у него пистолет, передала его Лиде. — Тайлер… вы ранены? Вас укусили? — резко спросила она. — Нет. — Он замотал головой. Показал на кровь, запятнавшую его лохмотья. — Нет… это не моя. Это… — Спокойно, моряк, — смягчилась она. — Где отряд «Эхо»? Где ваши товарищи? — И хотя она не собиралась этого спрашивать, добавила: — Где капитан Хеддок? Скип трясся все сильнее. — Я не знаю. Что-то произошло… я отключился, а когда очнулся… эти твари были повсюду! Он потер шею. Астрид заметила на ней какой-то след и осветила его фонариком. — Похоже на ожог, — сказала Лида, затем предположила: — От тейзера? Хофферсон сделала знак одному из бойцов. — Хезер, отправляйся к выходу и доложи подкреплению о ситуации. Скажи, чтобы шли искать нас, да побыстрее. Мы продвигаемся вперед, попытаемся разыскать отряд «Эхо». Хезер перевела взгляд с нее на мертвецов, лежащих в коридоре. — Господи… вы действительно хотите лезть через них? — Как обычно говорят, жизнь паршивая штука… — неудачно пошутила Астрид и тут же пожалела, что раскрыла рот. Потому что этот перл черного юмора заканчивался так: «…после которой приходит смерть». Невысказанные слова повисли в воздухе, словно проклятие. Переход через баррикаду из трупов был кошмарен. «Не думать, не думать, — повторяла она, перешагивая через головы мертвых людей. — Не думать об этом». Наконец Астрид спрыгнула на бетон, радуясь, что под ботинками жесткая поверхность, а не гниющая плоть и кости. Когда ее команда спустилась следом за ней, она увидела, что лица товарищей побелели от потрясения, рты плотно сжаты, глаза горят. Одни были в ярости, другие подавлены. В молчании они спешно проверили несколько оставшихся помещений, но не обнаружили никого живого. Отряд добрался до Т-образной развилки и остановился. Не считая Рэдмана, Хезер и снайпера, у Астрид оставалось девять бойцов, вместе с ней — десять. Они разделились поровну и направились в противоположные стороны. Старшему сержанту Лиде Торстон исполнилось двадцать четыре, она четыре года прослужил на флоте и уже больше двух лет являлсь агентом ОВН. Она была сообразительна, умна, и майор Хофферсон сразу же выбрала её своим заместителем. Она доверяла суждениям Лиды и полагалась на её умения и способности, которые она продемонстрировала в семи различных спецоперациях с участием ОВН. В отряде Лиду любили, Астрид прекрасно знала, как тепло относятся к ней бойцы. Сама она такой популярностью не пользовалась, но так и должно было быть. Лучше, когда второй командир выглядит в глазах подчиненных более снисходительным и человечным, — тогда первому легче сохранять необходимую дистанцию. Лида бежала вдоль коридора, внимательно глядя по сторонам и выставив перед собой дуло винтовки. У нового поворота она вскинула руку, приказывая остановиться. Здесь повсюду были раскиданы вещи — одежда, игрушки, сумки, детские коляски… Ага, вот и мусорные баки. Что за странная помойка… Лида прикинула, сколько трупов она видела позади. Приблизительно выходило, что предметы, разбросанные здесь, принадлежали вдвое большему числу людей. А может, и втрое. Она побрела вперед по ржавой воде. Тупик. Стальная дверь была забрана тяжелой цепью. Шоколадно-коричневые пятна проступали на стенах. Лида почувствовал озноб. Её охватило ужасное предчувствие, которому она не желала поддаваться. — О Тор, — прошептала она и отступила. Слева от неё лампочка пожарной сигнализации внезапно мигнула и взорвалась, выбросив в коридор сноп искр. Они попали на большой кусок старой газеты, торчащий из бачка, и она занялась в тот же миг, вспыхнул высокий огонь, яркий и горячий. Лида сделала еще шаг назад, и тут бумага выпала из бачка на соседнюю кучу тряпья, которая тоже загорелась. Она уловила легкий химический запах. — Сержант, — позвал её кто-то из бойцов. — Тут есть огнетушитель. — И солдат потянулся, чтобы снять его со стены. Лида хотела крикнуть: «Нет!» Но мир взорвался раньше.Лида и её команда превратились в пар за долю секунды. Астрид ощутила взрыв раньше, чем услышала его. Когда она повернулась на звук, ударная волна настигла ее и придавила к стене. Хофферсон покачнулась и, мгновенно задохнувшись, упала на колени. Пока она силилась набрать в грудь воздуха, дым заполнил легкие и вынудил ее согнуться в приступе болезненного кашля. Бетонная пыль запорошила глаза. Рядом давились и кашляли другие бойцы, однако звуки доносились до Астрид, как сквозь толщу воды, и она не сразу поняла, что ее оглушило. — Лида… — простонала Хофферсон. — Господи… Она потянулась за оружием, наполовину погребенным под завалом, и поднялась, опираясь на ствол. Дым рассеивался, но кругом все покрывал серый налет, отчего очертания предметов становились размытыми. Астрид вытащила из-под кевларового костюма край футболки и сделала из нее фильтр. Легкие протестовали, хотелось кашлять, но майор сдержалась. Немного отдышавшись, она просипела: — Отряд «Альфа», сосчитайсь! Ответили несколько слабых голосов. Похоже, от команды осталось всего четверо агентов. Еле живых, в крови и синяках. Астрид вернулась назад, к развилке, питая крошечную надежду найти еще кого-нибудь в живых. Но стены исчезли, в полу зиял громадный кратер. Она увидела какой-то сор. Часть оружия. Руку. Больше ничего. Впереди, по ту сторону дымящегося провала, где прежде находились тяжелые стальные двери, наблюдалось какое-то движение. Астрид различила фигуры, бледные, как дым, которые их окутывал, подняла свой фонарик и посветила внутрь помещения, похожего на пещеру. Первое, что она увидела, — раскромсанные куски тел. Но за ними, заполняя пространство буквально от стены до стены, топтались бродяги. Сотни живых мертвецов. Тех, что стояли ближе к дверям, искалечило взрывом, у многих не хватало рук, на груди и животе чернели страшные раны. Другие, оказавшиеся в глубине помещения, остались невредимы. Все они таращились на Астрид, видимо, зомби привлекал источник света. И вот эта масса колышущихся мертвецов, с ввалившимися глазами и красными ртами, которые раскрывались и шевелились, словно предвкушая пиршество, качнулась вперед, и бродяги, все как один, испустили жуткий вопль неестественного голода. — Нет… Боже, нет… — выдохнул кто-то рядом с ней. Джексон, ее единственный уцелевший сержант. Астрид понимала, что оставаться здесь и сражаться — чистое самоубийство. — Все назад! — прокричала она и отступила. В этот момент чудовища ринулись на людей, перелезая через трупы. Вдруг раздалось далекое стаккато автоматного огня. Даже почти оглохшая, Астрид узнала звук АК-47. — Иккинг… — прошептала она, затем повторила громче: — Иккинг! — И помчалась на шум стрельбы. Джексон, Скип и бойцы «Альфы» не отставали, надеясь, что там, куда они спешат, придется сражаться с живым врагом. Их не учили воевать с теми, кто уже мертв.