Письма из прошлого

Атмосфера в помещении накалялась. Что я сейчас прочёл? Дышать стало сложнее. У меня начали трястись руки и бешенно стучать сердце. Было такое ощущение, что оно вот-вот остановится. Я в это не верю. Зачем ей нужно было писать эти письма? Зачем она вообще это сделала с собой? Я ещё не пойму, что такого могло случится, что она всерьёз пошла на это. Я не верю. Моя Люси никогда бы не пошла на это без весомой причины. Она ведь очень позитивная и жизнерадостная. Это никогда не менялось. Я вздохнул. Пути назад не было, мне просто нужно читать. Я должен узнать, что заставило пойти её на это. Мне было страшно. Я боялся правды. Все эти три месяца, после её смерти, я старался не думать о ней, но всё напоминало мне о ней. В нашем институте всё ещё развешаны фотографии в память о ней. Она — лучь солнца во тьме. Мои руки потянулись к следующему письму, но открывать я его не спешил. Может нужно отдохнуть? Я сейчас вряд ли что-то пойму. В висках пульсирует. К сожалению, моё любопытство сильнее сна. Чем быстрее начну, тем быстрее закончу. Но смогу ли я дальше жить спокойной жизнью, зная, что именно я довел её до самоубийства? Я не хочу просыпаться посреди ночи в холодном поту. Забуду ли я тебя, Люси, когда-нибудь? Конечно же, нет. Это невозможно. В последние несколько месяцев я ни разу не переставал думать о тебе, но то, что случилось, уже случилось. И мне стыдно. Мне было страшно подойти к тебе и извиниться, ведь я думал, точнее, знал, что ты меня не простишь. Ох, если бы я тогда знал, что смогу предотвратить это... Но я не могу. И мне остаётся только читать. Беру в руки конверт под номером "2" и начинаю его читать. Я рада, что ты всё-таки решил продолжить читать дальше, и я хочу рассказать тебе об одном из самых ужасных дней в моей жизни. 4 декабря. Первые деньки зимы, здорово, да? А вот и нет. Что же такого страшного случилось с тобой, Люси, 4 декабря, что ты продолжала думать о самоубийстве, а? По крайней мере, для меня так точно. Я улыбнулся, вспоминая, как Люси сильно ненавидела зиму. Ей нравилось тепло, ведь она и сама была как солнце. В тот день я прямо на парах потеряла сознание. Не знаю, помнишь ли ты... Конечно помню! Я тогда жутко испугался и хотел вызвать скорую, но это уже сделали за меня. До приезда скорой все пытались привести тебя в чувство, но всё было безуспешно. В больнице, когда меня доставили, сказали, что это истощение. А я ведь в последнее время действительно мало питаюсь из-за этой депрессии. Неужели ты действительно любила меня так сильно? Я даже не думал об этом... В чувства меня смогли привести только сильные лекарства. Мне вкололи внутривенно калории. Ты знал, что так можно делать? А я вот нет. Глупая. Ты не глупая Люси. Почему ты не ела? Когда я проснулась, возле меня стоял врач с подносом и сказал мне немедленно поесть. Как только я взяла поднос, то по моим ногам потекла кровь. Что? Кровь? Ты серьёзно? К чему ты вообще начала писать про эти дни? А дальше я ничего не помнила. Я опять потеряла сознание и когда проснулась, то предо мной уже сидел не только врач, но и мои родители. Никогда не забуду то заплаканное мамино лицо, и как она произнесла ту фразу. Чёрт. Какую ещё фразу? О чем это ты? Я потеряла ребёнка, Нацу. Твоего ребёнка. Я уронил письмо. Что?! Люси была беременна моим ребёнком?! Я не знал! Врачи говорят, что это из-за того, что я не ела практически ничего полторы недели. Срок был небольшой. Всего-то пять недель, так что явных признаков не было. Но как я могла этого не заметить?! Как я могла не заметить, что в моём животе растёт организм?! Это не твоя вина, Люси, если бы я тебе не изменил, то у нас сейчас была бы семья, и мы воспитывали нашего первенца. В любом случае, мне правда жаль. Нет-нет! Это мне правда жаль! Знаешь, наверно, поздно об этом говорить, но я всё же оставила бы ребёнка. Конечно оставила бы! Я бы стал отцом... И мне не важно, чтобы ты думаешь на этот счёт. Правда. Но, знаешь... Мне больно, и ты должен знать, что я сейчас пишу это письмо и плачу. Я тоже... Я тоже плачу... Слёзы хлынули с моих глаз. Тут нечего меня осуждать, сегодня я узнал, что по моей вине погиб мой ребёнок. Моё чадо. Я уже реву навзрыд и это только начало. Какие еще сюрпризы ты приготовила? Моё сердце бешено забилось, и я забыл как дышать. Ещё письмо и я не выдержу... Что, если дальше будет хуже? Люси, был ли у тебя человек, который тебя поддерживал? И как ты вообще справлялась с этим? Мне чертовски плохо из-за этих писем, а ещё хуже от ощущения того, что я не могу ничего исправить.

***

Flashback POV Люси Вы когда-нибудь замечали как быстро может измениться ваша жизнь? Нет? Почему в одну минуту вы планируете вашу жизнь от корки до корки, а во вторую, вы, например, умираете? Вас сбивает пьяный водитель или на вас ночью нападает какой-то маньяк, а может вы... Просто сами заканчиваете её? Я удивлялась тому, как эта идея продолжала зарождаться во мне. Ни с того, ни с сего. Конечно, предательство Нацу сильно ударило по мне, а потеря ребенка добила. "Почему же нельзя просто жить дальше?" — спросите вы. Но я не отвечу. Я не знаю. Лежа в кровати, приобняв себя за живот, я думала. Мыслей было так много, что я даже не знала, на чём мне сейчас сосредоточиться. Мне, в тот момент, грустно не было. Вообще. Я опустошена. Пока я спала, мне, сквозь сон, слышались какие-то успокаивающие слова матери. Потом она напевала колыбельную, поглаживая мои волосы. Отец сидел рядом. Он ничего не говорил и лишь сочувственно смотрел в мою сторону. Мне сказали, что меня тут продержат месяц, дабы убедится, что нет никаких осложнений. Я пережила тяжелейшую операцию, и мне требовался реабилитационный период. Я расслабилась. После того как родители ушли, я уговорила медсестру дать мне подышать свежим воздухом. Согласилась она не сразу. Выйдя на крышу, я заметила одного из сотрудников этой больницы. Это был парень лет двадцати пяти с синими волосами, как зимнее небо, и карими глазами. Он смотрит то в небо, то вниз. С крыши открывался красивый вид на парк. Я начала подходить ближе к перегородке. Старалась идти тише, чтобы не спугнуть его. Мне показалось, что это его место, а мне не хотелось нарушать чье-то личное пространство. Одетый в голубую медицинскую форму, парень обернулся. — Я могу уйти, — нарушила тишину. — Не стоит, — ответил весьма неприветливо он. — Думаю, что тут и тебе места хватит, — он обернулся обратно. Мне захотелось подойти поближе, что я и сделала. Этот парень там что-то высматривает. Но что? С виду обычный парк, иногда проходят дети. Дети. — Будешь? — он достал пачку сигарет. Я недоверчиво взглянула на нее, но от предложения не отказалась. Засунула сигарету в рот. Этот парень подкурил. — Не похоже, что ты куришь, — улыбнулся. — Нужно же когда-то начать, — парировала я. Вдыхая дым в легкие, я закашляла. — Может не стоит? — парень взял мою сигарету. — Лучше не начинать, потом не сможешь остановиться, — он выбросил ее. — Так ты здесь работаешь? — спросила я. — У меня стажировка. Я выучился на хирурга. — О, — вздохнула я. — Меня Люси зовут. — Джерар, — кратко бросил он. — Еще увидимся, Люси, — и он ушел, оставив меня одну. Я подошла к краю стены и присела. Невольно я начала плакать, а мне казалось, что я сильная, что справлюсь. Захлебываясь слезами и больно натирая глаза, я продолжала винить во всём Нацу. Это он виноват! Во всём! Я не знала, что мне делать. Мне страшно. Я потеряла малыша. Своего ребенка. Я была беременна. Обняв себя за плечи, я успокоилась. Мне не стало легче и я всё еще продолжала думать о том, чтобы сделать... Что-то. Мне потребовалось много времени чтобы понять, что смысл жизни в том, чтобы быть счастливой. Будучи несчастной, мне нужно что-то изменить. Либо стать счастливой, либо закончить всё здесь и сейчас. Но я сильная. Я справлюсь. Мы не можем изменить наше прошлое, но мы можем построить своё будущее. Я дам шанс жизни, и я буду жить. И если есть жизнь после смерти, то мой ребенок будет мной гордится, что я выбрала жизнь. Я встала и пошла в свою палату, там меня ожидала моя подруга Джувия. — О Господи, Люси! Я приехала, как только узнала! Твои родители мне позвонили, — она обняла меня. — Я знаю, что случилось. Мне так жаль. Чёрт. Ты была беременна? Почему не сказала? Почему ничего не ела? Ты должна была подумать о ребенке. Боже... Что я несу? Она плакала мне в плечо, потом мы плакали вместе. Я не могла сдержаться. — Как только тебя выпишут, переедешь ко мне. Хочешь я заберу твои вещи у него? Я кивнула, было такое ощущение, что охрипла. Представляю, как сейчас выгляжу. Красные глаза, мешки под глазами. — Слушай, тут такое дело, — начала она. Я посмотрела на нее вопросительно. — Ничего, милая, забудь, — договорила она. И снова меня обняла. Было так тепло. Мне на минуту показалось, что все проблемы ушли и сейчас все хорошо. Но это лишь иллюзия, плод воображения. И знаете что? Я и представить себе не могла, что близкая подруга могла со мной так поступить. Но Джувия — волк в овечьем обличье. И то, что происходило со мной дальше, привело меня к тому, что я сейчас имею.