Письма из прошлого

Драгнил ещё долго не мог перестать думать о том, что она писала. Казалось, что эти потоки горечи текли прямо из дальних уголков его души. Она не хотела жить. Вряд ли её можно винить в этом, после случившегося. Блондинка была сильной до самого конца. Просто потом сдалась. Так тоже бывает. Жалел ли Нацу о содеянном? Определенно. В конечном итоге, виноват во всём он один. Не важно, что были ещё и другие письма, ведь всё началось именно с него. Если бы не он, то она продолжала бы жить дальше своей счастливой жизнью. Он должен был сказать ей. Но что? Драгнил же не мог рассказать ей правду. Или всё-таки мог? В любом случае, это уже не важно. Он оборвал её жизнь. Люси была для Нацу всем. Жаль, что он понял это не сразу. Мы учимся ценить, когда теряем. Это как раз-таки про него. Он познакомился с Люси, когда ему было всего восемнадцать. Она была его первой любовью, и он намеревался сделать её последней. Сейчас это всё не так важно: что было, то прошло. Одной рукой Нацу утирает капельки слёз, что одиноко тянутся по его щеке, а второй он тянется к листу под номером "3". От бумаги пахнет её духами. Может ему просто кажется. Нацу прикладывает лист к сердцу, и оно невольно начинает колотиться быстрее. На месте листа он представляет её хрупкую ладошку, которая время от времени касалась его. Сначала девушка грубо сжимала его распушившуюся шевелюру, а потом постепенно спускалась вниз, ослабевая свою хватку. Драгнилу никогда не забыть те нежные прикосновения и те карие глаза. Люси единственная девушка, что смотрела на него с любовью вплоть до самой смерти. Драгнил рывком открывает письмо и быстро пробегается своими заплаканными глазами по нему. Ничего хорошего тут нет. Нацу, ты всё же читаешь. Я рада, потому что мне есть, что тебе рассказать. Отчасти это письмо относится к тебе, но не тебя я в нём буду винить. Не пойми неправильно, я не обвиняю, я просто рассказываю как оно было на самом деле. Тот человек, который тут оказался, не заслужил это. Нацу не понимал ничего. Если этот человек не заслужил этого, то почему он здесь? Девушка что, таким образом хочет наказать их? Тем не менее, это твоя вина, моя и её. Всё понятно. Это девушка. Очевидно, Люси с кем-то не поделила свою куклу. Моя – потому что это задело меня за живое. Твоя – потому что ты был инициатором. А её – потому что у неё было своё мнение. Мне жаль, если ты не поймёшь. Что за чёрт? Почему Люси говорит загадками? Она что, собирается поиздеваться над ним? Хартфилия как будто не знала, как ему будет плохо после этого. В ближайшие лет пять он не уснет. Джувия была моей лучшей подругой. Была? Вот почему они перестали общаться за несколько месяцев перед её смертью. Но 31 декабря все изменилось. Возможно, я слишком драматизирую, как она сказала, но в тот вечер, в канун Нового года, я лишилась ещё и лучшей подруги. Так. Но причем тут, собственно, Драгнил? Мы поругались из-за тебя, Нацу. Нацу ухмыльнулся. В последние время он часто это слышит. Но знает, что виноват. Она сказала, что я пытаюсь получить сочувствие от других. Она не считала тебя виноватым. Джу сказала, что с парнями такое бывает, что нужно понять и простить тебя. Даже Драгнилу это было непонятно. Лучшие подруги никогда так не говорят друг другу. Мне нужна была поддержка и понимание. Розоволосый вздохнул. Ему было неприятно. В тот вечер я потеряла лучшую подругу. Неужели у нее совсем никого не осталось? Мне пришлось провести тот Новый год одной. Потом и месяц. И всю оставшуюся жизнь. Нацу кусал губу. Злость давила его. Я чувствовала себя одинокой всё это время. Парень замахнулся и ударил по столу. Теперь понимаешь насколько предательство Джувии ударило по мне? Мы все виноваты. Но ни я, ни она, так и не извинились. Розоволосый тоже не извинился перед ней. Не важно, какие в жизни нас ждут неприятности, мы преодолеваем их, если рядом те, кто любит нас. У меня таких людей больше не осталось. Рука начала отдавать болью, Драгнил зашипел. Но это было ничто, по сравнению с его эмоциональным состоянием. Спасибо за все, Нацу. Прошу тебя, не останавливайся, читай. Пойми меня. Он ни за что не собирался останавливаться. Ему нужна была правда о ней. Надеюсь, что ошибки прошлого тебя чему-то, да научат. Меня вот не научили. Что это значит? Неужели она опять завела неудачное знакомство и её снова предали? Она всегда была доверчивой. И знаешь, что самое интересное? Розоволосый прикрыл ладонью рот. Я никогда не прекращала тебя любить. Новые потоки слез полились по его щекам. Вплоть до самой смерти, Нацу Драгнил. На секунду его сердце замерло, но лишь на секунду. Такое ощущение, что она рядом. Драгнил не помнил, как пошёл в ванную и опустил руку в раковину. Всё, что было дальше, было как в тумане. Он не помнил, как вернулся, не помнил, как завалился в кровать, не помнил, как уснул и что было дальше. Он помнил лишь свой яркий сон. Ему снился луг, далеко от города. Ясное небо, зеленая трава, разноцветные цветы. И еще, кажется, там была Она. Девушка была в алом платье и со счастливой улыбкой. Нацу захотелось запомнить её именно такой. Живой и безумно красивой. — Что, если я расскажу тебе секрет? — вдруг спросила она. Девушка больше не казалась счастливой. Её глаза были наполнены слезами. — Какой? — спросил я, смотря на нее. — Причину, почему я совершила самоубийство.

***

Flashback POV Люси — Боже, Люси, а помнишь тот зимний бал? Джувия заливалась звонким хохотом. От её смеха хотелось продолжать жить дальше. — Кто вообще устраивает зимние балы в марте? Мы вместе смеялись, вспоминая былое. Сейчас мы с Джу сидели у камина в её квартире, укутываясь в тёплое одеяло. — Чёртов Макаров, опять всё забыл, — возмущалась Джувия. — Старикану давно было пора на пенсию, ты так не считаешь, Люси? Я кивнула, хотя на самом деле так не считала. Что поделать. В отличии от подруги, я редко когда говорила на чистоту. — Сделать тебе ещё мокко, милая? Выглядишь отвратительно. В том смысле, что ты какая-то уставшая сегодня. Я долго смотрела в свою чашку, только потом отрицательно кивнула. Она прижалась ко мне ближе, стало уютнее. — Мы так быстро выросли. Я даже не заметила. Синевласка странно на меня посмотрела, но промолчала. Я всегда была немного странной. — Ты помнишь, как мы с тобой познакомились? Она задает глупые вопросы. Как такое и забыть? — Кажется, я сломала твоего снеговика, да? Ох, наша дружба началась со вражды. — Ты была невменяемой, Люси, — она начала меня щекотать, после чего я начала громко смеяться. Не думаю, что что-то изменилось. Я такая же . Просто теперь грустная. Сначала Нацу, теперь ребёнок, хоть и прошло три недели уже. — Я иногда чувствую, что что-то не так, Джу. Синевласка потрогала мой лоб, потом обняла. — Температуры вроде нет. Ты в норме, Люси. Как я и думала, она не понимала меня. — Я не в норме, Джу, ясно? Всё ужасно. Она смотрела на меня как на сумасшедшую, которая сбежала с психушки. — Не драматизируй, Люси. С кем не бывает. Да ни с кем не бывает! Я начала злиться. — Ты что совсем не понимаешь, да? Боги! Она подскочила с дивана и зло на меня посмотрела. — Я не хотела тебе этого говорить, но чёрт с тобой, подруга! Ты поступаешь неправильно! Ну и что, что Драгнил тебе изменил? Это же не конец света, в конце концов. Хватит звонить каждому третьему и жаловаться о своих проблемах. Я вскипела и тоже встала с дивана. — О, то есть, я потеряла ребёнка и это ничего так, да? Внутри меня была жизнь. Она хмыкнула. Всё, что я говорила, проходило будто через неё. Она лицемерка. — Подумаешь. Нового заведешь. Чего сложного-то? Чего сложного-то? Она совсем спятила. — Ты в своём уме? — я дала ей пощечину. Она так вскипела, что ответила мне тем же. — Могу поспорить, сучка, что ты специально не ела, чтобы избавиться от отродья Драгнила. Да как она смеет? Я взяла и потянула ее за волосы, она сделала то же самое. Началась перепалка, мы били, царапали, кусали друг друга. Она швырнула меня на диван, после чего я швырнула ее на пол. Усевшись сверху, я начала тащить Джу за волосы, а она в свою очередь выворачивала мне руки. Когда она скинула меня с себя, я ударилась об тумбочку. Было больно. — Как я могла дружить с такой тварью? Она лишь ухмылялась. Этот вопрос прошел сквозь неё, но могу поклясться, Джу думала о том же. В этот момент за окном начали бить колокола, сообщая о том, что пришел Новый год. Как его встретишь... — Сама задаюсь тем же вопросом, Хартфилия. Хартфилия? Она никогда меня так не называла. — Не знала, что ты, Локсар, такая продажная. Она была готова вцепиться в меня снова. — Зато мне парни не изменяют, — ухмыльнулась она в очередной раз. Тут Джувия попала в точку. Нацу не был первым парнем, который изменил мне. Еще, будучи подростком, я встречалась с прекрасным молодым человеком, но счастье наше продлилось не долго. — Ты сгоришь в Аду, за то, что сказала, Джу. Я смотрела ей прямо в глаза, но там была лишь пустота. Это случилось сегодня. — Если я попаду в Ад, Люси, я утащу тебя за собой, — она встала и направилась в комнату. Сегодня я потеряла ее навсегда. Её долго не было, но я слышала, как что-то громко грохочет. У нас же разговор. — То есть, всё, что было в нашей дружбе — ложь? Я закричала что есть мочи туда, где она находилась. Она вернулась с моими вещами. — Убирайся, Хартфилия, и чтобы я тебя тут больше не видела, — она швырнула в меня вещи. Только сейчас пришло осознание того, что это всё-таки не шутка. Мы прощаемся. И это не глупый снеговик, которого я сломала. Что ж, она мне отомстила за него, сполна. — И куда я пойду среди ночи? — зашипела я. Она ухмыльнулась, осознавая в каком я положении. Идти было некуда. Мы с Нацу вместе снимали квартиру, а сейчас я жила у нее. — Не мои проблемы, — шикнула она. — Выметайся. Я быстро начала собирать свои вещи. Я не знала, что мне делать, но тут оставаться точно нельзя. Я что-нибудь придумаю. — Всего тебе хорошего, Джувия, — зло прошипела я. Я почти перешла порог, но вдруг обернулась. — И тебе не хворать, — она захлопнула двери прямо перед моим носом, вот гадюка. Быстро спуститься с чемоданом не получалось. Когда я шла по темным улицам, мне казалось, что всё кончено. Мне некуда пойти. Все отели были уже давно закрыты. В один миг я потеряла всё: любимого, ребёнка, подругу. И что самое печальное, похоже, за счастье мы платим несчастьем. И если бы не тот человек, который подобрал меня, как брошенного котенка, то я, скорее всего, умерла бы ещё тогда. На улице было просто нереально холодно. Но кто же знал, что человек, который спас меня, станет моей погибелью.

***

Бонус Не прошло ни дня чтобы Джувия не винила себя. Она парковалась у реки и плакала, ужасно сожалея о том, что сделала и что сказала. Девушка понимала, что именно по её вине Люси больше не с ней, но она больше ничего не могла сделать. Когда синевласка узнала о том, что её подруга покончила жизнь самоубийством, то была разбита. Но подруга ли? Нет. Подруги так не поступают, и она знала об этом как никто другой. Со смертью Люси всё изменилось. Мир начал терять краски, а вместе и с ними смысл жизни. Джувия никогда не задумывалась о самоубийстве. Она знала, что Люси бы этого не хотела. А чего вообще может хотеть мертвая девушка? Может мести? Джу жалела только об одном. Что вовремя не сказала, как ей была дорога Люси. Возможно, что она никогда не сможет загладить свою вину. Локсар никогда не знала правды о Люси. Блондинка всегда была такой скрытой и мало кому доверяла. Синевласка еще не до конца понимала, почему именно она стала её подругой. Они всегда были такие разные и в то же время такие одинаковые. Джувия не знала, почему Люси так поступила, и может поэтому всю жизнь винила только себя. Даже не Драгнила. Ведь она должна была поддерживать её, а не критиковать. В тот момент ей это казалось правильным и обоснованным. Может если бы она тогда не выбросила Люси на улицу, то она была бы жива. Но это все размышления, пустые домыслы. В одну из весенних ночей, кажется, это было незадолго до рассвета, Джувия взяла лезвие и начала вскрывать себе вены. Ей было больно, но не из-за порезов, а из-за того, что она убила лучшую подругу. Локсар уже и не помнила дату, когда они с Люси познакомились, но она отчетливо помнила, что это была зима. Люси ненавидела зиму всем своим сердцем, в отличии от неё самой. Что может быть прекраснее белых облаков, которые спустились к нам на землю? Так считала Джу, но точно не её светловолосая подруга. Их знакомство было неожиданностью для многих. В тот день у Люси было паршивое настроение, и она сломала снеговика, которого так долго строила синевласка. Их дружба началась со вражды и закончилась тем же. В этот раз навсегда. Каждую зиму Локсар была летом для Люси, чтобы та не чувствовала себя не в свой тарелке. У них не было общего, но, тем не менее, они всегда были опорой друг для друга, даже в самые тёмные времена. Синевласка часто вспоминала их счастливые моменты. Когда в школе они влюбились в одного парня, когда впервые подрались. Но самым любимым её воспоминанием было, когда Люси рассказывала ей как впервые поцеловалась с Нацу. В тот день она просто светилась от счастья. Именно такой девушка и хотела её запомнить. Красивой, доброй, цветущей. Но Локсар не всегда везло вспоминать именно этот момент. Чаще всего, она вспоминало то, как они с Люси дрались у неё в квартире, потом как ссорились, и как, в конечном итоге, она её выгнала. И самое ужасное в этой ситуации, что Джувия не жалела об этом. Девушка опомнилась уже как стало известно, что Хартфилии больше нет в живых. Это начало сводить её с ума. Как-то раз она даже пересеклась с Драгнилом в кафе, девушка тут же подсела к нему. Нацу не очень был рад её компании. — Мы убили её, — тихо прошептала она. Парень смотрел на неё печальным взглядом. — Не мы. Другие, — уверенно ответил он ей. Тогда ещё Джувия не понимала, что он имел ввиду, но ничего говорить не стала. — Цветы? — спросила она, указывая на букет, который лежал рядом с Драгнилом. — Я иду на кладбище. Хочешь со мной? Локсар лишь кивнула. Говорить было бессмысленно. Он тоже помнит о ней. — Знаешь, пора валить из этой Магнолии. Как только закончу институт, свалю из этого проклятого города, — сказала девушка и молча опустила глаза в пол. Драгнил не сказал ни слова. Он знал, что она права. Более того, парень знал правду. — Я тоже, наверно, уеду, Джу. Но не уверен, смогу ли оставить всё позади. Локсал видела, что ему ужасно плохо. — Не хочешь уехать вместе? В Крокус, например. Слышала, что там неплохие зарплаты. Мы сможем начать всё сначала. Подальше от этого дерьма. Драгнил улыбнулся. Он понимал, что от правды не сбежать. Она так много не знает. И, наверно, это к лучшему. — Ты не должна винить себя в том, что случилось, Джувия. Люси бы этого не одобрила. Она знала какая ты. Она любила тебя. Ты была... Нет. Ты и есть её лучшая подруга. Уезжай и начни всё сначала. В тот день Локсар плакала как ненормальная. — Я не знаю, зачем ты так поступил, Нацу... Она не договорила. Да и говорить больше не нужно было. Всё и так кончено. Джу сдержала обещание. Она переехала в новый город и начала всё сначала. Лишь спустя много лет она заставила себя вновь вернуться в Магнолию, чтобы попрощаться с ней. Девушка приехала не одна, а вместе с мужем и сыном. Кстати, сына она назвала в честь Люси. Маленький Люсьен еще не до конца понимал, что происходит, но ему было больно наблюдать как его мать стоит на коленях и плачет у могилы лучшей подруги. Утешение Джувия смогла найти в сильных плечах своего мужа — Леона. Вопреки всем уговорам ее семьи, она так и не взяла фамилию "Бастия", девушка навсегда решила остаться Джувией Локсар, которую знала и любила всем сердцем ее лучшая подруга — Люси Хартфилия. Бонус № 2 Середина зимы в тот год была, как ни странно, очень холодная. Большинство людей прятались в своих домах и грелись у камина, но не Джувия. Зима была её любимым временем года. Что может быть лучше снега? Вся Магнолия была покрыта им. На лавочках лежал снег, что не давало, проходившим мило людям, сесть на них. В снегу были и крыши домой и уличные фонари. Всё было просто чудесно. Лёгкий ветерок щипал нос, краснели щёки, сохли губы. Синевласке безумно нравилось проводить время в парке. Птиц почти не было, они уже давно улетели на юг. Людей, как говорилось ранее, было не так много. Некоторые бесстрашные выходили за покупками, хотя, всего неделю назад, наступил Новый год. Еды, вроде как, много, должно было хватить. Что больше всего нравилось Локсар, так это строить. Созидать что-то новое, ощущать это. Возможно именно поэтому в будущем девушка станет строителем, но сейчас не об этом. Когда в парке было минимум людей, Джу выбиралась из своего укрытия и начинала лепить из снега всякие фигурки. Сначала это был замок, потом коты и напоследок люди. Но люди, это как сказать, скорее, снеговики. В тот день она лепила свою маму. Локсар не знала своих настоящих родителей, она была приемным ребенком, но никогда не грустила об этом. Пусть эти люди и не подарили ей жизнь, но они вырастили ее. Говорят, что настоящие родители Локсар были преступниками. Они грабили банки. Вопреки всем слухам, Джувия не верила в этот бред. Она знала, что её родители были хорошими людьми. В тот день она отошла всего на пару минут, попить воды, а когда вернулась, то увидела, что какая-то ненормальная девочка, её возраста, разрушает всё, что она так долго строила. Джу разозлилась. — Эй, ты, блондинистое чучело, что творишь? Светловолосая девочка сразу же обернулась. — Да-да, я к тебе обращаюсь, — повторила Джу. Блондинка зло на неё посмотрела. Как вы уже догадались, это была Люси Хартфилия. — Тебе то какое дело? Неужели всех этих чудовищ ты построила? — зло спросила она. Локсар от такого обезумела и сразу же накинулась на Хартфилию. Девушки дрались, кусались, щипали друг друга. — Это моя территория, дура! Зачем приперлась? Джувия пыталась оттолкнуть Люси. — Где тут написано, что она твоя, безумная? Люси ни в какую не отцеплялась от неё. — Отцепись, тебя что, родители не научили хорошим манерам? — спросила синевласка. На минуту Люси застыла, что дало возможность Локсар вылезти из ее цепких лап. Попытка вылезти из рук блондинки, стоила ей носа. С него потекла кровь. — Посмотри, что ты натворила, безумная, ты запачкала мне куртку своей кровью. Синевласка разгневалась. Как куртка ей может быть важнее, чем чей-то разбитый нос? Она настоящая блондинка! — Идиотка, ты сломала мне нос! Убирайся! Как будто Хартфилия так быстро сдастся. Ни за что и никогда! Пусть сама проваливает, если так хочет, но она и с места не сдвинется. Она никогда не уступит ей. — Отлично! Не уйдешь ты, уйду я, — сказала Джу. Блондинка такого не ожидала и даже слегка расстроилась такому повороту событий. Синевласке понадобился целый час, чтобы остановить кровь. Никакого перелома там, к счастью, не было. Всё обошлось. Правда Джувия злилась на себя за то, что уступила этой блондинистой стерве. Ей ещё никогда не попадались такие противные девушки. Она должна была мстить. Локсар не была уверена, что она ещё там, ведь прошел целый час. Но в одном девушка точно была уверена. Ей нужно туда пойти. В конце концов, там её шедевры. Может быть эта дура еще не успела всё разрушить, и у синеглазки ещё есть шанс всё исправить. Построить заново. Локсар нравилось, как улыбались другие. Вполне вероятно, именно поэтому она и начала заниматься этим. Она хотела, чтобы люди, которые проходят мимо её фигурок, смотрели на них и улыбались. Она была готова пойти туда. Джувия была готова ко второму раунду. Девушка просто обязана была отомстить этой кареглазой, если она всё ещё там. Это было необходимым. Синевласка не хотела быть побежденной, ей всегда нравилось быть впереди, сидеть у руля, чувствовать, что она вольна делать то, что хочет. Эта ненормальная задела её, это нельзя так просто оставлять. Джу была умна не по годам. Несмотря на свой десятилетний возраст, она уже многое познала в жизни. Слабых уничтожают, именно поэтому она была сильной, но только не наедине с собой. А вообще, Джу была мечтательницей. Она мечтала о принце на белом коне, мечтала о простом женском счастье. Впрочем, сейчас это было не важно, ведь она приближалась к парку. Джу ухмыльнулась, обдумывая план действий. На удивление, блондинка была там, она сидела к Джу спиной. — Эй, курица, ты что, яйца там несёшь? Когда Люси обернулась, Джувия ожидала увидеть всё, что угодно, но только не слезы. Блондинка сидела и плакала. — Сегодня мой день рождения, а родители в командировке, они даже не позвонили и не поздравили. И прости за то, что сломала твоих снеговиков, мне жаль. Вмиг ненависть Джувии испарилась, а на смену этому чувству пришло другое — сочувствие. Теперь всё изменится.