Probably not today (ma non so esattamente quando)

Цуна сообщил Дино о своём возвращении в Америку за три дня до своего знаменательного пришествия, но уже тогда Весь особняк Каваллоне буквально встал на уши: в гнездышко возвращается любимый названный младший брат господина. Новость потрясала своей прелестностью еще и тем, что за день до звонка Савады, Каваллоне навестил «поверенный» дорогого брата, Рокудо Мукуро в охапку с условленным заказом. Картина, документы на нее – все было в полном порядке. Молодой человек не сказать, чтобы понравился блондину – да, целиком соответствовал вкусу Цунаёши (в этом была и вся проблема), но ему явно не следовало доверять (так Каваллоне подсказывало чутье дельца и забота о младшем названном брате). От того же Мукуро Дино узнал, что меньше чем через неделю молодые люди отправляются на заслуженный отдых (Сейшелы вроде, Цуна, в общем, выбирал). И вроде как Савада собирается завершить карьеру авантюриста, возможно, все же даже получит высшее образование. Дино даже подумывал поддержать их решение – прибыль прибылью, но риски в последнее время на столько велики, что подвергаться опасности Каваллоне Саваде больше позволить не мог (холодный расчёт молил уговорить Цунаёши подумать над легкой передышкой, а за тем, с новыми силами, вновь броситься в бой, но совестливая душа просила оставить парнишку в покое). Пожалуй, по этой причине Каваллоне так ждал этой их встречи. Нужно было поговорить с Цуной и выяснить, что он планирует делать дальше. Выпорхнув с крыльца как бабочка к своевременно подъехавшему такси, Каваллоне стиснул в братских объятиях своего подопечного, едва тот выбрался из машины. Тепло поздоровавшись и забыв о багаже, молодые люди поспешили в дом, дабы скрыться от полуденной жары. На одной из кухонь, расположенных в гостевой части особняка, Дино взял стаканы, налил в них поровну джина, затем разрезал лимон и выжал кусочек в каждый стакан. Добавил лед, открыл бутылку швепса (выплеснув половину на барную стойку) и разлил его по двум стаканам. - Тебе определенно нужно было стать барменом, старший братец! – выпив, сказал Цуна, - у меня никогда не получалось так здорово делать коктейли. - О! К сожалению или счастью, но барная стойка – лишь мое приятное хобби. – Обезоруживающе и как-то совсем по мальчишески улыбнулся на похвалу Каваллоне, - пойдем в гостевую, там удобнее разговаривать. В гостевой на огромном по площади и невероятно пушистом белом ковре был расположен аккуратный журнальный столик из чистого хрусталя. Сколько себя помнил Савада, на нем всегда стоял вазон с фруктами. Усевшись по турецки за этот столик, почти машинально подхватив дольку дыни, молодой человек зажмурился от удовольствия. - Какая сладкая! – набрав в рот, как хомяк, еще фруктов, запив разбавленным джином, Савада окончательно разомлел. - Знаешь… я решил, что хочу пожить почти по-человечески, - начал Цуна, - я обожаю приключения, но как могло показаться, вовсе не зависим от адреналина и само создаваемых головоломок. Ты видел Рокудо – он мой бойфренд, пожалуй. – На этих словах щёки молодого человека порозовели, и он неловко взъерошил и без того торчащие в беспорядке волосы. - Чтобы по его виду нельзя было сказать, он относительно нормален и жаждет покоя даже, наверное больше моего. - Это Мукуро предложил тебе слетать на Сейшелы? – спросил Дино, тактично не заметивший реакции брата. - Туда я сам хотел давно, Рокудо лишь идею об некотором отпуске озвучил… Мы на самом деле давно уже это обсуждали. Каваллоне медлил. Он и не знал, стоит ли предлагать парню одну затею, но куш, который они могли сорвать… - У тебя на лице все написано, говори уж, - усмехнулся Савада на ерзанья и явную нерешительность, написанную на лице названного родственника. - Я просто скажу – ты выслушаешь и если игра, по твоему мнению, свеч не стоит, то я ни в коем случае тебя не виню, твоя позиция мне вполне понятна. - Говори уж. - На Сицилии промышляет один наркоборон. Казалось бы, что все как всегда, но он подмял под себя уже весь остров, правительство – не понятно по какой причине, глухо и слепо. Недавно он заявился в Неаполь и в считанные дни скупил большую часть прибрежных отелей вместе с пляжами. Несколько достаточно крупных семей пробовали объединиться против него и, по старой доброй традиции, вырезать всю семью по быстрому, но за этого жучару вступились власти! Валенти, Мельфоре, Сальнеро – три достаточно крупные мафиозные группировки были расформированы, главари кто убит, кто в тюрьме, а их сфера влияния просто передана этому Джессо! Савада присвиснул. - Это сильно… - Со мной связалась Вария и еще несколько крупных семей, просят найти кого-то, специализирующегося на таких вот слизняках и разобраться с этим Бьякураном Джессо, - Дино осушил стакан, - дело сложное и очень рискованное. И я понял, что обратился к тебе ни разу не вовремя… - Да, ты прав. Я сейчас уже не готов к такому. - Понимаю, я поищу среди таких же отпетых обаятельных засранцев, подобных тебе, кто бы смог хоть немного сравниться в мастерстве с Савадой Цунаёши-куном. Цуна рассмеялся. Каваллоне любезно предоставил свой особняк в распоряжение молодого человека. Савада, в рекордные сроки осветлив волосы до уровня самого Дино, собрал свои пожитки и направился в аэропорт. Названный старший брат провожать не стал – боялся как всегда разрыдаться и привлечь к своей персоне излишнее внимание. Тепло попрощавшись, мужчины пообещали друг другу оставаться на связи. Цуна уехал. Мукуро должен был прибыть в Анс-Бойло еще утром этого дня. Саваду же задержал визит к Каваллоне. Найдя свое посадочное место в бизнес классе, Цунаёши сел рядом с молодым мужчиной, который почему-то был сед, не смотря на довольно свежий вид. Когда тот повернулся на вежливое приветствие Савады, уже-не-шатен обнаружил, что у соседа была странная маленькая татуировка на щеке. - Меня зовут Бьякуран Джессо, - представился седоволосый, - надеюсь, мы с удовольствием проведем вместе этот полет. Савада Цунаёши профессионально скрыл удивление за самой обаятельной улыбкой, которую был способен изобразить.