Забудь надежду, всяк сюда входящий

Проведя ночь в тщетных попытках заснуть хоть ненадолго, я встал в шесть утра и дико злой отправился в душ. Облив себя сначала холодной, затем горячей, и снова холодной водой, ожидал, что это поможет. Не помогло. После водных процедур навестил холодильник. И затарившись вкусностями, что приобрел вчера, уселся за ноут просирать выходные. Надеюсь, этот камикадзе на расстоянии почует мои недобрые намерения и не придет. Так и было. Вплоть до трех часов дня меня никто не беспокоил. А после я вырубился прямо за столом и проснулся только глубокой ночью, когда за окном, словно из ведра, лил дождь. Проснулся я, к слову, на диване, укрытый пледом, а под моей головой находилась явно не подушка. Испугавшись, я решил исследовать это нечто для начала рукой. Нащупав гладкую кожу острой коленки, тут же вскочил. Но был грубо уложен обратно, в исходное положение. - Астарот? – тихо и как можно аккуратнее поинтересовался я. - Да? – Так же тихо. - Что ты делаешь? - Исполняю роль подушки, – его рука нежно поглаживала мою голову, пропуская прядки волос между пальцев. От этой нехитрой ласки меня бросило в жар. Подтянув колени как можно ближе к животу, я лежал неподвижно, стараясь дышать как можно реже, потому что запах паленой ели, что нещадно бил в нос, вкупе с движениями пальцев, начинал сводить с ума и запускать неконтролируемый процесс возбуждения. - А зачем…ты это делаешь? У меня есть подушка, – процедил я сквозь зажатые зубы. - Она показалась мне ненадежной. Тебе не нравится то, что я делаю? Вроде, люди именно так выражают свои чувства, да? Я не знал, что ответить. Его слова выбили меня из колеи с трудом налаженного спокойствия. Чувства? Какие еще к черту чувства? О чем он говорит? Сказать что-либо не получалось. Язык прилип к небу, а голова от перегрузки перестала соображать. Повисло молчание. За окном беспрестанно лил дождь, тарабаня по подоконнику. Эта плаксивая погода нагоняла тоску. В комнате было совсем темно. - Не люблю дождь, – зачем-то вслух сказал я. - Хех, я знаю. - Откуда? - Ты никогда его не любил. Разве что только метеоритный. Романтик, блин, – Демон рассмеялся. - Ах-ха-ха, серьезно? – от такой ванильности стало неловко. - Да. Ты постоянно таскал меня на Землю, в какие-то поля, когда обещали ночь звездопада. И держал меня там до самого рассвета, – в его голосе проскальзывала такая нежность, что невольно я позавидовал сам себе. Тому себе, о котором он сейчас говорил. Неужели мы были настолько близки? - И давно ты тут? - Часов шесть. - И ни разу не пошевелился, как уложил меня? - Не видел в этом необходимости. Почему-то теперь эта близость была не пугающе возбуждающей, а успокаивающе теплой, приятной и такой домашней, что мне снова захотелось спать. Нежные пальцы продолжали мягко массировать голову, запах ели больше не кружил её, а размеренное дыхание надо мной убаюкивало не хуже колыбельной.

***

Проснувшись утром от умопомрачительного запаха кофе, тут же вскочил с дивана. Ввалившись полусонным на кухню, заметил Атарота, что стоял спиной ко мне, и варил тот самый напиток, чей восхитительный аромат поднимал с постели не хуже будильника. Он снова был в человеческом обличье. В обтягивающих брюках, из неизвестного мне материала, что переливались под лучами солнца всеми оттенками черного и так выгодно подчеркивали его стройные ноги. Сверху же одежда отсутствовала. Его волосы были распущенны и мягко струились по плечам, доставая до пояса брюк. Когда он повернул немного голову, мне открылся вид на татуировку, что находилась под левой лопаткой, на уровне сердца, размером с ладонь. Будто влекомый этой самой татуировкой, я медленно подошел к Демону вплотную и осторожно провел пальцем по контуру. Это был волк. Голова воющего волка. Его глаза были закрыты, а каждый волосок шерсти так отчетливо прорисован, что создавалось впечатление, будто он настоящий. Безумно красиво. - Нравится? – нисколько не испугавшись неожиданного прикосновения, спросил Астарот. - Да, очень. Она всегда здесь была? – продолжая гладить волка, спросил я. - Да, всегда. Это мой личный знак. У тебя, насколько я знаю, есть похожая? – повернувшись ко мне, он улыбнулся и подал кружку с кофе. - Откуда ты знаешь? - О тебе я знаю всё. - Я никому её не показывал. Даже родители не знают. И… Если честно, я очень удивлен тому, насколько она похожа на твою. - Покажешь? – не спуская с меня заинтересованного взгляда, попросил тот. Я не смог отказать. Немного оттянув ворот футболки, я продемонстрировал почти такого же волка на своей груди, прямо на сердце. Мой волк не отличался ничем, кроме размера, он был чуть меньше, чем у Астарота, и качества. Все-таки в Аду тату делают куда лучше. - Вот тебе еще одно доказательство того, что ты принадлежишь мне, - проведя пальцами по наколке, выдал Демон. - Не говори ерунды. Это просто совпадение, – тут же вернув футболку на место и прикрывшись кружкой, покраснел я. – Пол мира с такими волками ходит. - Не-е-ет, вовсе это не совпадение. Они же как две капли воды! Даже места те же – на сердце. - Слушай, какой вкусный кофе! Где ты научился такой готовить? - Проследил за тем, как это делают в кофейне, за углом. Тебе нравится? - Да, очень вкусно… - Эй! Ты пытаешься сменить тему? - Нет, что ты! Я просто не могу промолчать, настолько он вкусный! - Правда? Столько радостного блеска в глазах из-за такой мелочи как кофе или тату, делали его похожим на ребенка. Хоть это и взаимоисключающие себя слова, но все же. Именно сейчас, рассказывая с таким искренним задором и весельем, как он невидимым таскался за баристой, как следил за каждым его действием, чтобы потом продемонстрировать свои умения мне, все это делало его таким невинным и добрым, что я забывал, кто он на самом деле. Но его слова о том, что я принадлежу ему, отложились в моей голове. После завтрака Астарот снова потащил меня на прогулку. На этот раз в другую сторону, в парк аттракционов. Пока я пытался выяснить, что он там забыл, на нем была надета уже другая одежда: джинсы, рубашка и пиджак. Откуда все это бралось и куда исчезало – так и осталось для меня загадкой, да и мало, в общем-то, волновало. Пройдя почти с десяток остановок пешком, я пожалел, что снова повелся на его треп о здоровом образе жизни и решил на обратном пути, во что бы то ни стало, поехать на автобусе. Оказавшись, наконец, на месте, я тут же уселся на скамейку, неподалеку от входа, чтобы отдохнуть. Астарот присел рядом. Все его внимание было направлено на яркие железные механизмы, что постоянно двигались и издавали весьма пугающие звуки. Глаза горели таким любопытством, что я сжалился и пошел с ним кататься. После нескольких мучительных пыток в виде очередной крутящейся поебени, я умолял Астарота пойти на колесо обозрения. На красоты города посмотреть, дух перевести и утихомирить разыгравшуюся тошноту. - Действительно красиво, – когда мы оказались на самом верху, тихо сказал тот. - Да. А знаешь, как еще называют эту карусель? Чертово колесо. - Ха. Почему так? - Если честно, я не в курсе. - Люди такие странные. Называют подобные вещи такими именами, не имея за этим никакого обоснования. - У людей много чего не имеет обоснования. Здесь нечему удивляться. Ответом мне послужил смешок. Оставшееся время спуска мы провели в тишине, наслаждаясь видом закатного солнца. После долгой прогулки по всему парку, трех палок сладкой ваты и четырех хот-догов (как оказалось, Демоны тоже любят вкусности), я убедил Астарота поехать домой на автобусе. Сил не осталось не то, что идти, даже разговаривать. Оказавшись дома, первым делом я побрел в ванну. Наполнив ее теплой водой, залез внутрь. В последнее время усталость стала ощущаться гораздо чаще. Надеюсь, это никак не связано с появлением в моей жизни Астарота. Прикрыв глаза, я наслаждался обволакивающим теплом воды и не заметил, как уснул. Словно сквозь плотный слой ваты и густую тьму, до меня доносился взволнованный голос. Это Астарот? Что он там кричит? Ай, как больно. Бить то зачем? С трудом продрав глаза, я попытался вздохнуть, что обернулось ужасной колющей болью в груди. Из моего рта потекла вода. - Твою мать, Даня! Ты издеваешься надо мной? – кричал мне в лицо перекошенный от волнения Демон. – Совсем мозги отшиб? Отплевываясь от воды, я пытался спросить, что произошло, но из-за безумно саднящего горла, вместо слов вырывались одни хрипы. Когда я относительно пришел в себя, Астарот укрыл меня полотенцем и, подняв на руки, отнес на диван. Присев рядом он не смотрел в мою сторону. Его крылья, что были высоко подняты и раскрыты, мелко подрагивали. - Так что произошло? - Ты… Ты чуть не утонул. Вырубился прямо в ванной. О чем ты думал, когда лез туда, идиот?! Если не было сил помыться самому, то позвал бы меня! - Ну, ага, как же. Я и сам могу, – кутаясь в полотенце, пробубнил я. - Я вижу, как ты можешь! Ты что, специально это делаешь? – он повернулся ко мне лицом, и я увидел, что его обычно сине-черные глаза стали ярко-алыми. – Хочешь, чтобы я опять искал тебя и ждал двадцать лет? Сколько можно уже! – По его щеке скользнула красная капля. Вы когда-нибудь видели, как плачут Демоны? Довольно ужасающее зрелище, ведь вместо слез у них течет кровь. От увиденного в душе все перевернулось. Стало невыносимо стыдно и больно. Даже мысли о том, что я почти голый, больше не имели значения. Медленно приподнявшись, я обнял Демона. - Я не хотел, чтобы так получилось. Честно. Прости. Под моей рукой, заходясь в бешеном ритме, гулко билось сердце. Его кожа горела, но не приносила неудобств, а наоборот, согревала. Астарот резко развернулся ко мне, обхватил руками и сжал в крепких объятьях, закрывая крыльями нас обоих, словно защищая от невидимой опасности. - Обещай мне, что будешь осторожен и не подвергнешь свою жизнь опасности. Обещай, – тихо прозвучало над ухом. - Обещаю. Отпрянув, Демон взял мое лицо ладонью, заглянул на секунду в глаза и накрыл губы в нежном поцелуе. Неуверенно, словно боясь спугнуть, он медленно посасывал одну за другой, все так же прижимая меня к себе. Мимолетная паника сменилась диким желанием. Стоило мне ответить на поцелуй, как из трепетного он превратился в страстный. Язык Астарота сплетался с моим, ласкал щеки, не останавливаясь ни на секунду. Его зубы не переставали кусать то язык, то губы, а горячие руки беспрестанно блуждали по спине и бокам. Внутри меня разгорался пожар и жидкой лавой бежал по венам. Мне хотелось больше, глубже, ярче, ближе. Чтобы он не останавливался. Хотелось слиться с ним воедино, раствориться в нём. Никогда еще простой поцелуй не заводил меня настолько сильно. Навалившись, Астарот придавил меня собой к дивану. Его горячий торс прижался к моей груди и животу, от чего по коже побежали мурашки. Ноги рефлекторно сомкнулись вокруг его бедер, притягивая ближе, не оставляя между нами даже сантиметра, кроме дурацкого полотенца, что чудом осталось на месте. Мой возбужденный член уперся ему в пах и, в глубине души, я ликовал от мысли, что Демон возбужден не меньше меня. От нетерпения качнул бедрами, проехав членом по стояку Астарота. Сквозь поцелуй раздался глухой рык, а мою нижнюю губу прокусили до крови, от чего я не сдержал тихий стон удовольствия. Через мгновение все резко прекратилось. Демон навис надо мной, громко дыша, разглядывая меня своим цепким взглядом, от которого все нутро сладко сжималось, а губы постоянно высыхали. - Нужно остановиться. Иначе потом будет плохо, – хриплым от перевозбуждения голосом, сказал он. - Да, конечно, – закивал я, но не сдвинулся с места. - Я приду завтра, – легко чмокнув в губы, он поднялся и растворился в темноте комнаты. Губы жгло, член предательски ныл, прося уделить ему внимания, а руки мелко дрожали от пережитого только что взрыва страсти. Что это вообще было? Вроде пять минут назад я чуть не утонул в собственной ванне, а закончилось все тем, что этот треклятый Дьявол возбудил меня до чертиков и улетел? Атлична! Вот фиг я буду на него дрочить, обойдется. Врагу не сдается наш гордый варяг! В данном случае - имбицил. Укутавшись по самый нос в одеяло, быстро уснул. Сил не осталось даже на «подумать».