Книга желаний 2: Сложный выбор

Заснуть в ту ночь мне так и не удалось. Все тело дрожало, будто от холода, хотя было тепло, как летом. Чуть ли не каждое мгновение меня посещала мысль о том, что может я не должна рисковать так, ведь даже нет гарантий, что можно будет вернуть все, как было тогда в мире «Атаки…». Но эти два дня я даже и не видела Хайлафа, чтобы спросить, могу ли я прекратить это испытание. Мне стыдно за свою трусость, но я и правда боюсь за свою жизнь. Построившись как и на учениях, наша группа выдвинулась раньше всех. Мы разведчики, смертники. Мало кто из участников таких групп оставался в живых, ведь мы, мало того что идем в самое сердце вражеского войска, так еще и обязаны противостоять магам с простым оружием. Когда я узнала, что тут есть маги, я подумала, что может среди них найдется кто-то, кто может мне помочь, но потом вспомнила слова Хайлафа, что этот мир создан им и подчиняется его воле. Значит по-любому здесь нет никого сильнее его… Поэтому я должна выжить, чтобы мое желание осуществилось. Даже ценой чужих жизней, если то потребуется… Они же даже не настоящие, лишь созданные этим человеком, если его можно так назвать. Я понимаю, что это жестоко и эгоистично, но что еще остается? Без Леви в моей жизни нет смысла, если я не смогу быть с ним, то… наверное, лучше где-то тихо умереть. Встряхнув головой, я постаралась отбросить такие мысли и в который раз перепроверила оружие в ножнах. Жан, который шел рядом со мной, подбадривающе положил руку мне на плечо. В его глазах читалась тревога, но не за самого себя, а за Микасу, к которой он все еще неровно дышал. Мы пришли на поле битвы. Именно на поле. Нас ничего не прикрывало, кроме утреннего тумана. Интересно, какой гений придумал проводить бой на открытой территории, где мы все как на ладони? Вдруг послышался чей-то крик. Кричали сзади. Маги. Они атаковали со спины, воспользовавшись огненным колдовством, и просто стали поджигать нас как спички. Вытащив сабли, с боевым кличем мы понеслись на врагов. Не разбирая лиц, мы кромсали магов, получая сильнейшие ожоги, но из-за прилива адреналина не замечая этого. Мои руки, как и лезвие сабли, были в крови. Не знаю, скольких я убила. Когда я так просто стала относиться к человеческим смертям? Кажется это место сводит меня с ума. Вдруг мимо проскакал солдат на коне и полоснул меня саблей, я успела увернуться, но на плече все же была глубокая рана. Рядом появилась Микаса, которая с легкостью орудовала оружием, снимая головы врагам и подрезая коней на скаку. Ее черные волосы, слепившиеся из-за крови, спокойное выражение лица, точные движения, все это выглядело невероятным. Но вот послышался топот копыт уже с нашей стороны, наша конница. И вдруг пролился дождь из стрел. Коннице это было нипочем, ведь у них были щиты, которыми они могли прикрыться, а мы… таким как мы щиты не положено носить. Тут же, будто сдуваемые ветром, многие попадали, держась за воткнутые в их тела стрелы. Несколько летящих орудий мне удалось отбить, но одно я заметила уже в паре сантиметров от меня, как вдруг меня оттолкнули и послышался сдавленный крик Жана, стрела пронзила насквозь его левую ладонь. Я подняла голову, чтобы посмотреть, что происходит вокруг, как вдруг неизвестно откуда появившийся конь лягнул меня, откидывая в сторону, за поле боя, и я потеряла сознание.

***

Я с трудом открыла один глаз, второй упорно не хотел этого делать, болезненно пощипывая. Надо мной с беспокойством навис Хайлаф, но стоило ему понять, что я очнулась, как парень тут же скорчил гримасу. — Ну у тебя сейчас и рожа, — с насмешкой проговорил черноволосый, надувая щеки. — Тобой только детишек пугать. Вся в ссадинах, ранах, обмотанная, словно мумия, да еще и глаз заплыл… Договорить он не успел, в небольшую комнатку, где я лежала, влетел Жан, весь в синяках и бинтах, наверное я выглядела не лучше. — Тина, ты как? — взволнованно пробубнил он, подходя ближе. — Я услышал голос из твоей палаты… Ты уже почти неделю в себя не приходила. — Кирштейн провел рукой по моим волосам, почему-то с ним я ощущала себя будто рядом со старшим братом. — Мы победили… Но великой ценой. Многие погибли. Я боялся что от таких ран ты умрешь, тебя нашли еле дышащей. Чудо, что с такими ранами ты выжила, — теплая рука коснулась моей щеки. — Я рад, что ты жива. Иначе твой братец с небес бы меня достал, хе-хе, — грустно улыбнулся он. — Не волнуйся так за меня, со мной уже все хорошо, — с трудом я смогла сесть на кровати. — Как ты сам? Как твоя рука? Спасибо, что спас меня тогда… — Да на мне все как на собаке заживает, не бойся, поболит и перестанет. Кстати, когда тебя доктор осматривал, ну… твой секрет перестал быть секретом, — Жан виновато опустил голову. — Капитан Али-Кейрман хотел тебя казнить за нарушение законов, но за тебя сама королева вступилась. Она не только помиловала тебя за участие и победу в сражении, но и сказала, что ты очень важна для каких-то там ее планов. Мое сердце хотело из груди выпрыгнуть. Леви хотел меня казнить. Леви… Ну да, это ведь не тот капрал, которого я знала. Здесь это беспощадный капитан, для которого я лишь очередное пушечное мясо. На глаза навернулись слезы. Даже не знаю, что хуже, жить без «него» или находиться рядом, но знать, он хотел меня убить.