Просто дьявольски хороший друг...

Уилл с видом злого на весь мир хомяка топтался перед дверями кабинета Себастьяна: мало того, что его таким наглым образом отфутболили, так теперь в разгар рабочего дня он не может покопаться в темном прошлом этой парочки оккультистов! Он прямо-таки чуял, что так просто этих двоих сюда взять не могли: сам Уилл трижды подавал документы для конкурса на должность агента и его послали, а этих двоих фактически с улицы подобрали! Он уже было хотел направиться в архив — почитать со скуки дела, которые раскрыли эти Лис и Себастьян, но неожиданно его кто-то окликнул: — Рейн, тебя Хэтфилд ищет! Уилл обернулся, и увидел перед собой невысокого крепко сложенного брюнета с зелеными глазами и тонким шрамом над левой бровью. Кажется, это агент Уиллфри… Читал он об этом парне: три года проработал на внешнюю разведку, а когда нажил там кучу врагов решил перевестись в более тихое место. Хотя, отдел особо тяжких вряд ли можно так назвать. Но, все познается в сравнении. — Ага, уже иду, — только и прогундосил в ответ Уильям, направляясь к лестнице, ведущей наверх. Неужто Хэтфилд думает, что ему уже удалось что-то разнюхать про этих двоих — он ведь только сегодня поступил на службу, так сказать. Да еще и так пролетел с расследованием… Нет, насчет Кроули ему удалось навести справки до этого, но и то — вряд ли Хэтфилд не знал каких-либо фактов из ее богатой событиями биографии. А вот Михаэлис был темной лошадкой… О нем Уилл не смог узнать ровным счетом ничего. Последние факты точно Хэтфилду не понравится… С этими тяжкими мыслями он подошел к двери кабинета главы Агентства и после стука, сопровожденного тихим «Можно войти?», зашел внутрь. Мартин сидел за рабочим столом, сосредоточенно всматриваясь в содержимое пухлой папки с бумагами. В его руке был какой-то снимок, но из-за угла обзора и неяркого освещения Уилл никак не мог разглядеть, что на нем было изображено. Хэтфилд молча ткнул пальцем на стул напротив своего стола, на сиденье которого Рейн-младший послушно сел, не рискуя издавать лишних звуков: крохи инстинкта самосохранения и интуиции подсказывали ему, что начальство в гневе. Поэтому, он без слов принялся рассматривать витиеватые прожилки на деревянной столешнице. В тягостном молчании, кажется, прошло минут пять, и все это время Уилл прокручивал в голове ответы, которые не так бы вывели из себя мистера Хэтфилда. Но все варианты казались сущим бредом… Наконец, Мартин решил заговорить: — Слышал, Себастьян не взял тебя в свою команду, — его голос напоминал тихий шелест бумаг. Мужчина поднял взгляд на Уилла, который теперь стремился стать как можно более незаметным. — Д-да. Но это ничего не значит — я уже кое-что нащупал… — он начал было оправдываться и сочинять на ходу, но эти слова точно не удовлетворят негодование главы Агентства. — Меня не интересует, что ты там щупаешь в рабочее время. Тебе поставили какую задачу? — Мартин буквально прошипел последнее предложение, злобно прищуриваясь. Уилл судорожно сглотнул и прокашлялся: от волнения и страха его горло словно сковала цепкая колючая проволока, не дающая нормально сказать и звука. — Убрать их… — тихо вымолвил он, опуская виновато взгляд. — Но вряд ли это у меня выйдет! — выпалил парень. Мартин улыбнулся и, снимая очки, откинулся на спинку кресла. Его забавлял этот Уильям: благодаря своей гипертрофированной услужливости и готовности угодить высшим по статусу и званию, младший Рейн был идеальной марионеткой для грязной работы. — Все у тебя выйдет, — Хэтфилд встал со своего места и обошел стол, останавливаясь за спиной Уилла. Он положил ладонь на его плечо и по-отечески похлопал: — Ты же хочешь быть полезным и хоть что-то значить в этом мире? — вкрадчиво спросил он. Уилл испуганно повернул голову, пытаясь разобраться в собственных чувствах: честно, не обманывая самого себя, он не был способен на убийство. А сейчас Хэтфилд ему чуть ли не прямым текстом говорит: убей Михаэлиса и Кроули — и рабочее место в Агентстве твое. Рейн вскочил со своего места, едва не дрожа от страха. — Сэр, вы что, хотите сказать: если я убью Кроули и Михаэлиса, то смогу работать здесь? Мартин кивнул: — Именно, и я отдам тебе должность заместителя начальника отдела особо тяжких преступлений — твой дядюшка в последнее время какой-то нервный, — мужчина улыбнулся. — И я гарантирую: никакого уголовного преследования. Ты просто устранишь их и получишь вознаграждение. Все в выигрыше, Уильям. Я избавлюсь от этих двоих, а ты получишь желаемую работу. В голове Рейна судорожно метались скомканные мысли: с одной стороны, ему приходилось участвовать в антитеррористических операциях. Но он никогда не убирал людей! Он всего лишь следил за ходом действий… Уильям вцепился пальцами в край столешницы с такой силой, что костяшки побелели. — Решай, — Мартин словно подталкивал его, не отрывая цепкого взгляда от лица Рейна. Уилл поднял на него взгляд карих глаз, в котором читались смятенье и желание стать могущественнее. Работа в Агентстве была его мечтой, а парочка людей, чьи жизни не столь ценны — невысокая стоимость за мечту. Поэтому он кивнул: — Согласен. Хэтфилд улыбнулся: — Отлично. Времени у тебя до конца года. Ты должен все продумать до мельчайших деталей: просто пристрелить в подворотне это не вариант. Здесь нужно действовать более тонко и расчетливо. Уилл задумчиво кивнул головой: — Я придумаю что-нибудь. Можно идти? — парень встал с места, не дожидаясь разрешения, и направился к выходу из кабинета, прокручивая в мыслях все, что ему только что сказал Мартин. Хэтфилд вернулся в свое кресло и задумчиво сцепил пальцы в замок: чутье ему подсказывало, что Рейн облажается. Он не настолько хитер и умен, чтобы Лис и Себастьян не раскусили его. И вряд ли у Уилла получится по тихому с ними разобраться. Но это для него было неважно: не справится он — справятся другие. Просто этот исполнительный идиот первым попался под руки и его не жалко пустить в расход. На прежнем месте работы его не слишком жаловали, вот и решили презентовать Хэтфилду, в надежде на его смерть в ходе выполнения работы. И Мартину казалось, что именно так дело и может закончиться.

***

А тем временем в морге работа кипела и булькала: Джон стоял напротив стола и думал, как начать отчет? В его практике это был первый случай, когда жертву, в прямом смысле, нафаршировали землей… Собравшись с мыслями, он нажал на кнопку камеры, закрепленной над столом и начал диктовать: — Объект исследования белый мужчина, возраст — примерно двадцать-двадцать три года, рост — пять футов и семь дюймов, вес — сто шестьдесят фунтов. Причина смерти, — здесь Джон сделал паузу, — предположительно, нанесение колотой раны в основание черепа, — парень приподнял голову трупа, осматривая рану. — Похоже, нанесена канцелярским ножом… Судя по форме и краям… — Джон надавил на глубокое отверстие и из него выступила капля крови. — Смерть наступила примерно семнадцать часов назад. Он взял со стола с инструментами скальпель и сделал продольный надрез на грудине. — Переходим к осмотру внутренних органов… — парень провел скальпелем, делая еще два разреза, которые вместе напоминали по форме букву Y. После чего отвел края кожи в стороны и попросил передать стоявшего рядом Кори циркулярную пилу. Затем принялся срезать ребра, чтобы добраться до «прекрасного внутреннего мира человека», как он любил в шутку говорить. — Расположение и размер органов в норме, — бросил он, вырезая печень и помещая ее на отдельный поднос. — Печень — прекрасно выглядит, — чуть тише он добавил: — вообще не бухал парень, наверное… Дальше, желудок, — он вырезал его и передал Кори. — Нормальных размеров, ткани в норме. Легкие… — выложив извлеченные внутренности на лоток Джон сделал небольшой надрез и вздохнул, увидев неутешительную картину: — забитые землей. Это дает нам возможность утверждать, что смерть наступила вследствие удушья. Трахея и пищевод также заполнены землей. Черт, что ж это за изувер такой… Перейдем к следующему пункту: глаза исследуемого были залиты раскаленным металлом. Судя по виду, золотом, — Джон склонился над лицом трупа и аккуратно поддел края металла, отделяя его от кожи. Вышло крайне паршиво: веки, вплавившиеся в золото, отделились вместе с ним. Но то, что он увидел оказалось гораздо хуже ошметков кожи в металле: глазницы трупа были пустыми, а неровные края глазных мышц, торчащих из зияющих дыр явно были свидетельством того, что глаза вырвали. Джон озвучил это для протокола и нажал на паузу. — Это просто жесть, — он отошел от стола и стянул с лица маску. Видно было, что парень потрясен увиденным. — Могу предположить, что его сначала нафаршировали землей, потом вырвали глаза и залили их расплавленным металлом. Жертва на момент этих пыток была жива… Затем, видно из гуманности, убийца решил добить его ударом ножа в основание черепа… Себастьян, Итан и Джеймс стояли ближе к стене и безмолвно наблюдали за действом. Несмотря на количество увиденных вскрытий к ним нельзя привыкнуть до конца — тебе все равно будет не по себе, глядя на то, как с визгом циркулярная пила разрезает кости, как хлюпает кровь во вскрытой брюшной полости, как чавкает под руками мягкая человеческая плоть. К смертям нельзя привыкнуть на все сто — это Себастьян уже понял по реакции Бейли и Кингсли, которые то и дело морщились и отводили глаза от разделочного стола. Джеймс даже пару раз вышел из помещения, чтобы подышать свежим воздухом — по его бледному лицу было видно, что парень едва сдерживает рвотные позывы. Когда Джон взял образцы тканей и крови для анализов, Кори принялся приводить тело в порядок, а Пол вручил Итану несколько фотографий лица трупа с разных ракурсов — они ведь пока не смогли установить его личность. Вот и придется сопоставить его фото с базой данных пропавших без вести, разыскиваемых и базой документов. — Передам это Лис… — сглотнув, выдавил из себя Бейли. Пол пожал плечами: — А она что, тоже участвует в расследовании? Я думал, сидит дома, восстанавливается после травмы… — улыбнулся парень, стягивая резиновые перчатки, и подошел к стене, где был прикреплен флакон с антисептиком, и выдавил немного средства на свои ладони. Себастьян улыбнулся, снимая защитный костюм, и ответил: — Мозгами и душой она с нами: сам же видишь, звонит каждый час. И словно в подтверждение этих слов его телефон разразился громким звонком. Демон вытащил его из кармана куртки и с улыбкой нажал на иконку «Ответить»: — Я как раз о тебе сейчас вспоминал, — сказал он, в ответ же получил: — Польщена, конечно, но у меня для вас есть две новости: по традиции плохая и хорошая. С какой начать? — голос Лис не то что излучал счастье, казалось, девушка нашла бомбу и просто не знала, что с ней делать. — Давай с плохой, — сказал Себастьян и перевел звонок в режим громкой связи. — Правильный выбор, друг мой. В общем, с раскаленным металлом в древние времена были казни. — Были, продолжай, — демон присел на одно из кресел, стоявших у стены, и снял с ног резиновые сапоги. — Таким образом казнили фальшивомонетчиков и нечестных на руку ювелиров. Хотя, там раскаленный металл заливали в горло… Но, это не суть важно… — Лис на секунду замолчала, после чего продолжила: — Сбросьте мне фотографии умершего — я пороюсь в базах, может и найду о нем что-то интересное. И еще возьмите у него анализ крови на содержание накротических веществ — вряд ли человек по собственной воле прыгнул бы в руки маньяку и позволил так над собой измываться — ну, если конечно, он не долбанный мазохист, — хмыкнула девушка. — Хорошо, Пол скинет тебе фото, а я передам кровь на анализ, — вклинился в разговор Джеймс, как раз избавившись от костюма. — Без проблем и спасибо. Рейн-младший еще не заявился? — хмыкнула девушка. — И не заявится — старший Рейн сам его не сильно жалует. Кажется, он не в восторге от того, что ему навязала верхушка, — Итан скомкал костюм и засунул его в контейнер. — И хоть и орал на тебя постоянно, он скучает. На том конце трубки раздался тихий звон, после чего Лис ответила: — Фотки пришли, — зависла секундная пауза. — Мда, красота… Особенно глаза, — девушка вздохнула. — Ладно, я пошуршу пока, а как найду что-нибудь годное отзвонюсь. До связи, — бросила она на прощанье, после чего в трубке раздались короткие гудки. Себастьян обвел взглядом остальных и поднялся со своего места. Теперь их путь лежит в лабораторию «Эквитас» — пусть разберутся с запчастью, которую они нашли возле могилы и займутся анализом крови. Выйдя на улицу парни отметили, что погода начала ухудшаться: сорвался холодный ветер, а на небе стайками мелькали черные тучи. Разместившись в автомобиле, где сейчас за рулем сидел Итан, они вырулили на дорогу, ведущую в центр.

***

Тем временем Лис сидела за рабочим столом, запивая пивом не слишком полезный фастфуд, заказанный по телефону в ближайшей забегаловке, и просматривала увеличенные снимки, которые получила от парней из морга. — Какая прелесть… — протянула Лис, открывая следующую фотографию, где красовались забитые землей дыхательные пути. — Решили использовать труп в качестве удобрения, — девушка взяла в руки планшет и забила в поисковик способы казни, в которых использовалась земля и раскаленный металл. Но по запросам «пытки, земля, иудаизм и ритуальное убийство» не было совпадений. Лис задумчиво постучала карандашом по открытому блокноту, в котором пока были записаны скудные крохи информации о преступлении. Отпив глоток из банки пива девушка запустила программу по поиску людей и загрузила изображение, полученное от Пола. Пока на экране мелькали лица с похожими чертами, она черканула в записнике: «убитый был ювелиром?» и внезапно программа остановила поиск, выдавая на монитор фото, под которым мигала надпись «100% совпадение». — Привет, незнакомец, — Лис улыбнулась и нажала на кнопку распечатать. Уже через секунду у нее в руках был портрет перспективного и довольно популярного лондонского дизайнера ювелирных украшений Лиама Хаттона. Пробежавшись глазами по его биографии и хронике последних светских сплетен, девушка узнала, что парень хотел создать коллекцию ювелирных украшений, посвященных ритуалам разных религий: стилизированные серьги, колье, перстни, браслеты с христианскими, исламскими, буддистскими и иудейскими символами. В сеть просочились некоторые из эскизов, что породило целую бурю среди представителей разных религиозных течений и верований, которые чуть ли не открытым текстом проклинали парня за превращение культовых предметов и символики в ширпотреб для людей, которые в погоне за модой готовы повесить на себя хоть погребальный медальон. — Уже хоть что-то, — Лис улыбнулась, набирая номер Себастьяна. — Мне удалось установить личность убитого и возможный мотив преступления, — протараторила девушка, открывая новое изображение украшения, автором которого был Лиам. — Отлично, на вечернем инструктаже отчитаешься — в пять приезжай в Агентство. Мы уже на подъезде к лаборатории, до связи, — быстро ответил ей Себастьян, после чего сразу положил трубку, не дожидаясь ответа. Она отняла смартфон от уха и только саркастически фыркнула: — Вот и помогай вам, парни… Даже спасибо не сказал… — после чего вернулась к поискам похожих преступлений в прошлом.

***

В сияющем чистотой холле лаборатории как всегда царила атмосфера покоя и умиротворения — даже не верилось, какие гадости приходилось исследовать в этом помещении. Себастьян учтиво улыбнулся стоявшей за стойкой девушке и направился по привычному маршруту к кабинетам — Халверсон уже был предупрежден о новом сверхсрочном деле и сам вышел навстречу Себастьяну, который сжимал в руке два пакетика: один с зубом, а второй с металлическими частицами с памятника. Эван улыбнулся и приветливо бросил: — Я уже соскучился изучать баночки из-под яда, а вы явно что-то новенькое принесли. Что у вас здесь? — парень кивнул на пакетики в руках Себастьяна. — Коронка с зубом и частицы камня с металлом, — Себастьян улыбнулся и передал вышеупомянутое Эвану. После чего выудил из кармана пробирку с кровью и сказал: — А это нужно проверить на содержание наркотических веществ. Последний только вздохнул: — И что вы от меня хотите? — Эван покрутил в пальцах пробирку. — С этим мне все ясно. Джеймс поправил лезущую в глаза челку и ответил: — Проверь, можно ли взять ДНК с этой коронки и установить личность или хотя бы «биологический портрет» ее обладателя и выяснить, что за металл остался на камне и что из него сделано — возможно, так мы сможем найти орудие убийства. Эван почесал затылок: — Здесь дел на неделю — не меньше, и не надо мне тут говорить, что это срочно и Рейн вас убьет! У меня своей работы целая куча! — парень уже хотел было продолжить возмущаться, но Себастьян неожиданно близко подошел к нему и схватил его за плечо, пристально глядя при этом в глаза Халверсона. — Эван, у тебя времени максимум до завтрашнего полудня, иначе я тебя самого пущу на материалы для исследований. Понятно? — демон улыбнулся, и в его глазах на миг блеснул алый всполох. Эван только и кивнул: — Ладно, переночую здесь. Но начальству передайте: я требую доплату за сверхурочные! — парень фыркнул и положил в карман пакетики с вещдоками, направляясь обратно в лабораторию, которая благодаря просьбе Себастьяна теперь станет его вторым домом. Озадачив всех вокруг, демон и двое слегка удивленных смертных покинули лабораторию, снова направляясь в Агентство. Судя по добытой Лис информации, скандальный ювелир вполне мог стать жертвой оскорбленного в своих религиозных чувствах иудея, вера которого вполне приемлет убийство в качестве компенсации за так званый моральный ущерб. Тем более, что такой вариант прописан в их священной книге. Себастьян молча включил музыку в машине, размышляя о случившемся: ранее озвученная информация от Лис казалась веским доводом. Но вопрос о личности убийцы все еще был открытым, даже несмотря на то, что мистер Копельман мог знать убийцу — об этом Себастьян с ним поговорит лично без свидетелей, ведь парням не следует знать, каким образом он добудет нужную информацию. Время близилось к двум часам дня, а Лис в это время дома сидела за рабочим столом, выискивая больше информации о свежем покойнике. Никаких криминальных хвостов за ним не тянулось — всего парочка штрафов за превышение скорости и вождение в нетрезвом состоянии. Но этим никого не удивить. Ей также удалось найти адрес его мастерской и адреса его семьи и девушки — некой Лилиан Максим, которая, судя по профилям в соцсетях и фото в интернете, была начинающей моделью. На сайте-визитке Лиама она красовалась в серебряных украшениях с россыпью гранатов и рубинов, золотых браслетах, которые очень напоминали узоры в мусульманских храмах. На одной фотографии девушка стояла в белом просторном наряде, напоминавшем библейские одеяния, и на ее шее висел золотой стилизированный медальон, в котором Лис признала наперсник с двенадцатью камнями: три ряда по четыре камня, обрамленные золотом. Согласно священному писанию они должны были идти в строгом порядке: первый ряд — рубин, топаз и изумруд, второй ряд украшали карбункул, сапфир и алмаз, третий ряд ослеплял блеском яхонта, агата и аметиста, а завершающий четвертый ряд помещал в себе хризолит, оникс и яспис. В суме, как изначально было использовано украшение, носились ритуальные предметы, при помощи которых священнослужитель общался с Богом. — И из-за этого кому-то можно было вырвать глаза и продырявить голову, предварительно нафаршировав землей? — вздохнула девушка. Лис явно было не понять мотивов верующих: начиная с курса религиоведения, когда она на семинаре поцапалась с преподавателем, отстаивая свое мнение о негативности последствий насильственного насаждения христианства и других религий, за что Кодроу вопил: «Вы бы в древности уже давно за такие слова горели на костре!», а она просто молча встала и вышла из аудитории. Для нее религия не была чем-то сверхъестественным — для Лис это всего лишь предмет исследования. На экране ноутбука время застыло на отметке: 16: 15, и девушка со вздохом поднялась со своего места, подобрала рюкзак, лежавший рядом со столом, положила в него бумаги, ноутбук и, накинув на себя висевшую на спинке кресла куртку, она направилась к выходу. Закрыв дверь на ключ, она, проклиная высокие ступеньки старинного дома, спустилась вниз и, преодолев холл и двор, оказалась возле своего внедорожника. Ветер знатно растрепал волосы, пока она расположилась в кабине и завела мотор, выезжая со двора. Вклинившись в поток автомобилистов, спешащих в сторону центра, Лис все-таки взглянула на себя в зеркало и собрала волосы в низкий хвост, а челку убрала за ухо. Вид у нее был слегка уставшим: переизбыток кофеина и недостаток сна сделали ее еще более бледной, а синяки под глазами почему-то ей самой навевали мысли о вампирах. — Не очень здорово, — вздохнула Лис и врубила музыку погромче, следуя за красной малолитражкой. Тридцать минут езды по пробкам и вот она уже миновала здание парламента, свернула на Олд-Куин стрит и остановилась у шлагбаума перед Агентством. Еще минуты две она петляла по паркингу, отыскивая место куда бы приткнуть своего железного друга, и минут пять у девушки ушло на преодоление холла и коридора, ведущего к оперативному штабу, откуда уже доносились не слишком радостные голоса: первый принадлежал старшему Рейну, который на повышенных тонах отчитывал Джеймса и Себастьяна. — Мне плевать что вы там решили: это приказ Хэтфилда, и я, и вы должны ему следовать, даже несмотря на ваши личные отношения! Уильям Рейн будет работать вместо Кроули, даже если это вам не нравится! — Майк максимально повысил голос, давая понять, что этот приказ окончательный и бесповоротный. И именно в этот момент Лис открыла дверь и вошла в кабинет, вызывая волну внимания на свое появление. Рейн первым подал голос: — Лис? — удивленно спросил он. — Что вы здесь делаете? Вы же должны восстанавливаться после травмы дома. Девушка улыбнулась: — Всего лишь хочу передать важную информацию касательно дела. Но, если вас не интересует личность убитого и возможный мотив убийства — я свалю в туман, — она поправила на плече лямку рюкзака и выжидающе посмотрела на Майка, который только махнул рукой на свободное место рядом с Себастьяном. — Благодарю за понимание. — Ладно, Себастьян, что удалось обнаружить на месте? — Майк открыл черный ежедневник на чистой странице и взял ручку. — Во-первых тело, — улыбнулся демон, — а во-вторых частицы металла на надгробном камне и коронку зуба, оставленную в земле рядом с могилой. Эти материалы мы уже направили в лабораторию. Как и кровь убитого. — Отлично, — сухо кивнул Рейн, — а что насчет личности убитого? — он оторвал взгляд от блокнота и повернул голову к Джеймсу, который поспешно перевел стрелки: — Это вопрос к Лис — она этим занималась. Рейн, ничуть не удивленный, махнул рукой: — Вперед, Кроули, выкладывайте все что удалось найти. Лис открыла ноутбук и достала из рюкзака папку с бумагами: — Первое: убитый был ювелиром и дизайнером украшений, — девушка попросила Себастьяна передать вперед фото работ Хаттона. — Последняя его коллекция была посвящена религиозным предметам и мотивам: христианство, иудаизм, буддизм, мусульманство. Что породило бурю разговоров среди верующих: они считали, что таким образом Лиам Хаттон, а именно так звали убитого, опошляет значение религиозных предметов и делает их просто цацками — если по-простому. Вот и возможный мотив, — Лис пожала плечами. Рейн нахмурился: — Допустим, но почему его тело нашли именно на еврейском кладбище? Лис почесала бровь и продолжила: — Предполагаю, из-за конкуренции — все знают, что евреи во все времена считались одними из лучших ювелиров, а тут еще и религиозная составляющая, и профессиональная. Может, и личные мотивы — но пока неизвестно. Хотя, судя по некоторым отзывам на сайте его мастерской, недоброжелателей у парня было вполне достаточно. Короче, разрытая могила — идеальное место, чтобы дать понять остальным что все, кто захочет сунуться на их профессиональную территорию, закончат также. Джеймс хмуро фыркнул: — Ну чисто ювелирная мафия. Лис пожала плечами: — В какой-то степени — да, согласна, — она хотела было продолжить о девушке убитого, но неожиданно в кабинет влетел явно недовольный происходящим Уильям. Парень посмотрел на Лис, как на ведро с помоями и молча продолжил идти по залу, направляясь к своему дядюшке. Вид у него был крайне самодовольный и напыщенный. — Сэр, почему она здесь? — без приветствий и извинений обратился он к дядюшке, явно обескураженного от подобной наглости. — Это же нарушение, — спокойным ледяным тоном отчеканил Уилл. Лис из последних сил сдерживалась, чтобы не нагрубить этому индюку в присутствие остальных. Майк снял очки и встал со своего места, едва сдерживаясь от желания отвесить племяшу звонкую затрещину. — Она здесь помогает следствию, — спокойно ответил он. — Но она же на больничном, — с нарастающим раздражением продолжил Уилл, — этим делом должен был заниматься я. Лис фыркнула: — Да ладно, ты ведешь себя так будто у тебя лопатку в песочнице украли, остынь, парень — будут и другие дела. На эту реплику Уилл повернулся Лис и глянул на нее с таким презрением и злостью, что казалось, того и гляди, у него пойдет пена изо рта. — Слушайте, вы создаете проблему на ровном месте — я всего лишь сопоставила факты и потянула за ниточки — вот и все, — девушка пожала плечами. — И никто не виноват, что тебя не включили в следственную группу — может, не дорос еще, — когда она договорила, глаза Уилла налились кровью, как у быка, завидевшего красную тряпку, — профессионально, в смысле. Это заставило младшего Рейна сжать кулаки и выпалить: — Кто бы говорил о возрасте — сама только из университета выпустилась, а уже здесь работаешь. К тому же, непонятно на каких основаниях — без конкурса, без специального образования. Я молчу о Михаэлисе — этот вообще словно из ниоткуда возник. И с таким списком нарушений закона, — он гаденько улыбнулся Лис, — тебе даже убийство сошло с рук, молчу о более незначительных проступках. Лис встала со своего места: — Насчет последнего — это была самооборона, а документы Себастьяна будут готовы со дня на день — кто же виноват, что рюкзак с документами затерялся при переезде ко мне? — девушка пожала плечами. — Ты просто вездесущая заносчивая сучка, — прошипел Уилл, ехидно ухмыляясь. В ответ на это Лис хмыкнула: — Лучше быть вездесущей сучкой, чем подхалимом вроде тебя: слащавый упырь, который готов лизать зад начальству ради повышения, — изменившееся лицо Уилла доказало, что она попала в точку. — Я в отличие от тебя друзей не предаю и не ищу выгоду для себя. Так что просто отвали от меня — не трать попусту время и нервы. Уилла буквально трясло от злости, Майк, до этого молча следивший за перепалкой, встал со своего места и выпалил: — Заткнитесь оба! Я не позволю превращать расследование в балаган! Кроули, Рейн, если вас что-то не устраивает — выясняйте отношения в нерабочее время. — Меня все устраивает, кроме этой истерички, — Лис кивнула в сторону кипевшего от злобы Уилла. — Кто бы говорил про истеричек! — выплюнул Уилл, косясь в ее сторону Рейн устало схватился за голову: как его достало это. Ну почему Кроули не может вести себя тихо, не привлекая внимания к собственной персоне? Даже когда ее нет, она умудряется быть в центре событий и привносить хаос в тихий ход следствия и работы. Но результаты всегда стоят этого хаоса… Лис молча сверлила взглядом неприятное лицо младшего Рейна. — Ладно, если я вас так не устраиваю — я пишу заявление об уходе, — девушка улыбнулась. — Не хочу стать причиной ссор внутри организации, — Лис повернулась к Майку, который от подобного заявления чуть очки не уронил. — Разбирайтесь здесь сами без меня, — она положила ноутбук в свой рюкзак и повесила его на плечо, после чего, опершись на костыль, направилась к выходу. Когда за ней захлопнулась дверь, Джеймс спросил у Майка: — Вы что, не станете ее останавливать? — парень был удивлен таким поведением начальника. Тот просто стоял и смотрел на дверь. — Кингсли, так будет лучше — это ее собственное решение, и я не хочу вмешиваться. Джеймс вспыхнул: — То есть, вы просто ставите ситуацию на самотек? Думаете, она изменит свое решение? — парень был удивлен такой спокойной реакции. — Если да, то вы ее хреново знаете! Себастьян, ну хоть ты скажи что-нибудь! — Кингсли вцепился в плечо демона, который, поджав губы, молча думал. — Извини, Джеймс — но это ее собственное решение, здесь мистер Рейн прав, и я не могу вложить ей в голову свои мысли и свое видение ситуации. Мотивировать ее остаться при помощи денег? Не вариант — у нее их много, признание — тоже не ее слабость. Ей не нужны фанфары и награды — она просто хотела быть полезной, делая мир чуточку безопаснее. Но если ее способы достижения целей вас не устраивают — я не стану переубеждать ее не увольняться. Уж извините если расстроил, — с этими словами Себастьян встал со своего места и покинул кабинет, оставляя остальных в гробовом молчании. Уилл сидел, словно дерьмом облитый, и молчал, не рискуя издать хоть звук — судя по виду его дражайшего дядюшки, в случае последнего, он просто пристрелит его прямо в зале. Себастьян прошел по коридору до кабинета Ланда, где Лис сейчас стояла возле рабочего стола, склонившись над листом бумаги и что-то с остервенением писала. Демон остановился рядом с ней, наблюдая как девушка то и дело заправляет лезущую в глаза челку, бормоча проклятия. — Ты это всерьез? — иронично хмыкнул Себастьян, глядя на написанный текст. — Абсолютно — не охота тратить свое время на выяснение отношений с недалекими индивидами вместо работы, — девушка поставила размашистую подпись с множеством острых линий и передала листок Себастьяну. — Будь зайчиком и отдай это Рейну — я не хочу больше возвращаться в этот гребанный зал, — Лис вытащила из кармана значок и положила его сверху на заявление, которое вручила Себастьяну. Но он не успел выполнить ее просьбу, поскольку Рейн сам вошел в кабинет и с не самым радостным видом сказал: — Кроули, нам нужно с вами поговорить, только не здесь. По голосу его было понятно: разговор будет не слишком веселым и приятным.