Мир, в котором меня не существует.

      Чимин не спал всю ночь. Веревка натирала руки до окровавленных ран на запястьях. Все тело затекло из-за того, что невозможно было изменить позу. Во всем теле отдавалась боль: боль от течки, боль от «вежливого» обращения, боль от ударов плетью. Как бы Чимин не пытался, слезть с крюка у него не получалось. Чтобы скоротать время до новой порции побоев, омега тихо напевал колыбельную, которую ему пел папа. От воспоминания о родителе, слезы хлынули из карих глаз. Пак ненавидит этот мир, в котором омега - всего лишь инкубатор для вынашивания и рождения детей, а после, альфа может убить его. Впрочем, что и сделал отец Чимина, только за то, что тот родил ему омегу, а не альфу. Четыре года избиения на глазах сына, а потом воткнутый в живот нож, который ровной дорожкой разрезал нежную кожу, показывая внутренности омеги. Такой была жизнь его папочки, но старший омега любил своего сына, даря ему всю нежность, даже ту, которую не мог подарить своему альфе.       Дверь в помещение открылась и вошел директор. Мужчина ухмыльнулся, разглядывая измученного парня. - Знаешь, чем мне обернулся твой побег?— мужчина ходил вокруг подвешенного парня, иногда нажимая на раны, и, слыша шипение, смеялся. Остановившись напротив лица омеги и подняв его голову за подбородок, прошипел в самые губы, — Меня трахнули, как какого-то омегу, пустили по кругу. И все из-за твоей выходки! — от слов беты, Чимин ухмыльнулся. - Вот оно как. Ты считал себя выше альф? Я огорчу тебя. Для альф, вы, беты, такой же расходный материал, как и мы! Вы просто их пешки, которые с собачьей преданностью выполняют всю грязную работу, ожидая, что вас похвалят. Мы то хоть им наследника можем родить, так что они зависят от нас, но вы просто разгребаете их дерьмо! — за свои слова Чимин получил кулаком по скуле. Омега надеялся взбесить бету, чтобы тот убил его, поэтому, неожиданная храбрость отодвинула его милый характер за спину. Чимин рассмеялся прямо в лицо бете, получая новые удары: в живот, по челюсти, в грудь. Омеге выть и кричать от боли хотелось, но он продолжал смеяться, словно безумец, пока бета не ударил со всей силы по низу живота. Пак издал крик, ощущая, будто внутри него что-то разорвалось. Бета снял омегу с крюка, швыряя на пол. Он начал пинать омегу в живот, по голове, крича: «Что, тварь? Нравится?». Кровь застилала глаза омежки, пока тот принимал новые удары. Ему казалось, что конец близко, ведь глаза закрывались и жутко хотелось спать. Дверь в помещение со скрипом открылась, и вошли двое альф. Увидев Чимина, Юнги метнулся к нему, разглядывая, как ему казалось, уже неживое тело. Он взглянул на бету снизу вверх и, поднявшись, начал наступать на него, пока бета не впечатался в стену. - Что Вы с ним сделали? — закричал Юнги, замечая дрожь мужчины. - Это меры воспитания, чтобы он больше не сбегал, — жалобно заскулил мужчина, понимая, что теперь ему отсюда не выбраться живым. - Меры воспитания? Ты, сукино отродье, убил моего истинного! Может слышал такое выражение «Глаз за глаз, зуб за зуб»? — Юнги достал из кобуры пистолет и прострелил мужчине ногу, от чего тот с криком падает на пол, хватаясь за рану. - Господин Мин, прошу, не надо! — слезно просил бета, за что получил еще одну пулю в руку, которая прошла насквозь и застряла в ноге. - Прими свою смерть достойно! — Последняя пуля точно в лоб. Юнги вернул пистолет на место, с болью в сердце бросая взгляд на истинного. —Ладно, пошли, — обратился он к телохранителю. Только они открыли дверь, как за их спиной раздалось сдавленное мычание. Юнги резко развернулся, замечая, как омега жадно хватает воздух. Альфа подбежал к парню, аккуратно развязывая веревку и беря омегу на руки. - Больно, — еле выдавил из себя Чимин. В нос бил запах сладкой мяты с карамелью. Омега списал все на плохое состояние и игру мозга. - Потерпи, скоро боль уйдет, — Юнги нес Чимина к машине, надеясь успеть спасти его.

* * *

      Чимин распахнул глаза, тяжело дыша. Попытка сесть не увенчалась успехом. В помещении пахло медикаментами и его собственным запахом. Омега повернул голову, замечая стоящий на тумбочке букет белых роз. Чимин перевел взгляд на потолок, вспоминая, что с ним случилось и как он вообще сюда попал. В палату входят трое мужчин: один в халате и двое в черных костюмах, правда тот, который был моложе, держал пиджак в руках . – ...мы удалили, но как организм... —Доктор заметил, что омега пришел в себя. — Вы уже очнулись. Как хорошо, — Доктор проверил показатели на мониторе, записывая их в тетрадь. - Доктор, как долго я спал? — Чимин игнорировал двух альф, делая вид, что их не существует вообще. - Восемь дней Вы не приходили в себя, — доктор развернулся к альфам, обращаясь к ним. — Думаю, ему нужно еще несколько дней побыть в больнице под моим присмотром, все же внутренние органы — дело серьезное. - Хорошо, — проговорил мужчина с заметной сединой. — Доктор, мне надо с вами кое-что обговорить, — кивнув, мужчины вышли, закрывая дверь за собой. - Как ты чувствуешь себя? — молодой альфа сел на край кровати, поглаживая чужую ладонь большим пальцем. Чимин отдернул руку, смотря на альфу глазами полные ненависти и отвращения. Запах альфы пробирался в сознание омеги, но тот лишь ухмыльнулся иронии. - Значит, это ты купил меня? — Чимин смотрел пустым взглядом на стену, противоположную ему. - Отвечать вопросом на вопрос невежливо, — подметил альфа. -Плевать, — процедил Пак, вовсе отворачиваясь от парня - Ну, да, я купил. И что? — недовольно ответил альфа, поправляя одеяло, которым был укрыт омега. - Зачем? - Ты меня заинтересовал, к тому же мы истинные, — альфа поправил прядь серых волос, наслаждаясь запахом клубничного молока. - Я лучше умру, чем признаю в тебе истинного, — ядовито плюнул Пак, сжимая пальцами ткань постельного белья. - Посмотрим! — альфа встал с постели и, задерживая свой взгляд на омеге на несколько секунд, вышел из палаты, оставляя Пака один на один с собой.