Мир, в котором меня не существует.

      Тело несчастного омеги болело, создавая затруднения при движении. По просьбе альфы, Чимина обеспечили более чем надлежащей медицинской заботой: витамины, обезболивающие, приход доктора в палату омеги раз пятнадцать за день. Такая опека казалась Чимину чрезмерной и совершенно непонятной. Сам Юнги же навещал омегу утром и вечером. По утрам он любовался спящим парнем, а вечером приносил омеге что-нибудь вкусное, но тот только хмыкал и отворачивался от альфы, показывая тем самым пренебрежение к нему. Мина это жутко бесило. Как какой-то омега смеет к нему так относиться, ведь теперь он полностью зависит от него?! Юнги проглатывал ком злости и уходил, не желая срываться на истинного.       Настал день выписки. Чимину еще вчера Юнги привез новую чистую одежду. И, признаться честно, Чимин не хотел уезжать из больницы, по крайней мере, в дом семьи Мин. Но кто разрешит ему здесь остаться?       Чимин стоял у окна, оперевшись на подоконник. Омеге даже стоять было больно. Синяки еще не сошли, а швы после операции, о которой, кстати, Чимин узнал только по швам на животе, были настоящим мучением. Омега держался рукой за живот, надеясь, что так тянущая боль будет меньше мучить. Черный джип подъехал к зданию больницы, и Чимин недовольно цокнул, и, медленно перебирая ножками по полу, отправился в сторону кровати. Вещей у него с собой не было, кроме черных порванных джинс и разорванной на спине от хлыста рубашки. Омега оглядел палату, которую за несколько дней изучил глазами досконально. Чимин поправил сбившееся одеяло на койке и оперся спиной о перила кровати. Омега отчетливо слышал шаги, приближающиеся к двери в его палату. От части его тянуло к истинному, но с другой стороны, Чимин четко понимал, что он просто купленный товар избалованным альфой, который будет держать его для своего личного удовлетворения, ну и для того, чтобы Пак родил ему наследника, а желательно альфу. Он не хотел думать, что ждет его в доме семьи Мин, ожидая воплощения своих самых страшных ночных кошмаров. Ведь в его памяти еще стояла картина убитого его отцом папочки. Именно отец стал той причиной, по которой Чимин ненавидел альф. Единственным, к кому он проникся искренним уважением, был Ким Намджун — альфа, который рискуя многим, старался дать своему омеге и сыну свободную, полную любви и нежности жизнь. Хоть риск и был велик, но он старался, и омега, больше чем уверен, что нападение на закрытую часть города не сломает альфу и их семью, а наоборот, сделает только крепче и сильнее. Омега тяжело вздохнул, поправляя челку, которая так и нарывалась попасть в глаза. Дверь в палату открылась, и в проеме показался доктор с альфой и его отцом. Чимин недовольно закатил глаза, медленно стараясь встать, что давалось ему ещё с большим трудом. - Чимин, ты готов к выписке? — спросил доктор, лучезарно улыбаясь своему пациенту. - Да какая разница, готов я или нет? Можно подумать, у меня есть выбор, —Омега недовольно хмыкнул. Так же он заметил на себе пристальный взгляд альфы, который чуть бы его с ног до головы не изучил. - В таком случае я сейчас принесу твои документы на выписку, — доктор перевел взгляд на старшего альфу. — Господин Мин, прошу Вас, пройдемте за мной. Мне нужно с вами кое-что обсудить, — мужчина кивнул и последовал за доктором. Стоило им закрыть за собой дверь, как Юнги медленным шагом направился к омеге. Чимин стоял спокойно, невозмутимости на его лице мог позавидовать любой. Альфа вплотную подошел к Паку, улыбаясь словно довольный кот, которому отдали хорошенький кусочек рыбки. Юн наклонился к шее Пака, шумно вбирая в легкие чужой запах. Чимин пустым взглядом смотрел в противоположную стену. Немного насладившись ароматом омеги, Юнги выпрямился, заглядывая в чужие глаза, которые казалось, смотрели сквозь него. Альфа облизнул пересохшие губы, опуская взгляд на чужие. Недолго думая, он припал своими к губам омеги, надеясь хоть на какую-то реакцию, но омега стоял с открытыми глазами, совершенно не делая попытки ответить на поцелуй. Мин пытался растормошить омегу, покусывая пухлые губы, посасывая их, пробегая языком между ними, проходясь кончиком по ряду сжатых зубов. Оторвавшись от омеги, альфа раздосадовано выдохнул. - Скажи, чем я тебя не устраиваю? — спокойным голосом спросил Юнги, касаясь пальцами чужого запястья. - Может тем, что ты альфа? Может тем, что купил меня? Может тем, что никто из вас не считается с чувствами омеги? Тебе что, это совсем на ум не приходило? — Чимин с ненавистью смотрел на альфу, надеясь, что тот оставит его в покое, хотя бы до того момента, пока раны и шов не заживут. - Что, тебя ко мне совершенно не тянет?— Юнги с забавой наблюдал на такую милую, по его мнению, агрессию. - Единственное, к чему меня тянет, так это к чувству отвращения к тебе, — само собой, омега не соврал, но только на половину, ведь природа брала своё и организм не особо-то рвался соглашаться с мнением хозяина и ненавистью к этому альфе. - Вот оно как. Что ж, я постараюсь изменить твое мнение ко мне, — Юнги чмокнул омегу в щечку, но тот в ответ на столь милый и невинный жест, только поморщился. — Ах да, ты же еще не знаешь моего имени. Не хорошо-то как получилось. - Мне плевать, — прервал его Пак, держась за спинку кровати, медленно присаживаясь. - Ну я все-таки представлюсь. Мин Юнги - твой альфа и хозяин, — на слове «хозяин» Юнги сделал особый акцент. Чимин только злобно посмотрел на альфу, метая глазами в него молнии. В палату вошли отец альфы и доктор, молча обмениваясь хмурыми взглядами. - Ну что, Чимин, думаю тебе пора. Документы я уже отдал Господину Мину, так что можете отправляться домой. Но смотри, твой организм еще слаб, требует отдыха и хорошего питания. Все рекомендации я уже дал, так что поправляйся. Швы снимать через две недели, — доктор ретировался из палаты, позволяя альфам забрать омежку. Старший кивнул, давая знак, что пора выдвигаться из здания больницы. Юнги протянул руку омеге, но тот проигнорировал жест альфы и сам кое-как поднялся на ноги. Альфа только хмыкнул, наблюдая за страданиями Чимина, но не удержавшись, все-таки подхватил младшего под локоть, но тот отдернул руку, показывая, что не желает контактировать с истинным.       В полном молчании они добрались до машины. Чимин медленно калдыбал за альфами, держась за шов, что так нещадно ныл. На парковке их ждал черный тонированный джип с водителем за рулем. Старший альфа уселся рядом с водителем, давая свободу младшим на задних сидениях. Омега отодвинулся от альфы к самому окну, пока сам же Юнги тайком наблюдал за Чимином. Дорога заняла порядком полтора часа. За весь путь только альфы обсуждали дела семейного бизнеса, Пак же даже не пытался вслушаться в их дебаты, наблюдая за меняющейся картиной в окне.       По прибытию в особняк Минов, прислуга отвела омегу в его покои, пока альфы ушли в кабинет проверять какие-то документы. Комната Чимина была в приятных золотистых тонах. В центре комнаты стояла кованная кровать, выкрашенная в черный цвет, но некоторыми местами железные узоры были окрашены под золото. В углу стоял большой шкаф с зеркалом во весь рост, забитый одеждой для парня. Темно-шоколадные шторы были раздвинуты, впуская из открытого окна поток свежего воздуха. Также, в комнате была полка с книгами, стол со стулом, красивые цветы в пурпурных горшках и ворсистый шоколадный ковер. Чимин подошел к окну, наслаждаясь видом на горы, мысленно представляя, как здорово было бы жить там, одному, наедине с природой, скрываясь от всего мира. В дверь постучались, и вошел миловидный бета, приглашая Пака к столу. Чимин тепло ему улыбнулся, и бета, подрываясь с места, подхватил омегу под локоть, помогая тем самым преодолеть расстояние от комнаты до кухни, ведь как раз лестница была для омеги еще тем испытанием. Омегу усадили за накрытый блюдами стол. Через несколько секунд вышли и сами хозяева дома. - Чимин, кушай, не стесняйся, это теперь твой дом, и ты вправе делать тут все, что посчитаешь нужным, — проинформировал его старший альфа, пока укладывал на свои колени салфетку. На слова старшего Чимин ни как не отреагировал, а только взял стакан ананасового сока и сделал глоток, возвращая предмет посуды на место. Бета, который помогал Чимин ступить на порог кухни, любезно положил на тарелку омеги паренную говядину, разрезая мясо на куски. После всех манипуляций, юноша подвинул к Паку пиалу с рисом и тарелочку с салатом, который был приготовлен специально для омеги по рекомендациям доктора. - Спасибо большое! — Пак тепло улыбнулся бете, тем самым немного его смущая. Альфы же странно переглянулись, не веря тому, что этот омега может быть с кем-то милым. - Чимин, расскажи о своей семье, — попросил старший альфа, делая глоток красного вина из хрустального бокала. - Это ни к чему, — Чимин опустил взгляд на тарелку с мясом. - Почему же, мне интересно, как ты жил в своей семье, когда был маленьким, кто твои родители. Мы как новые члены твоей семьи имеем право знать. Согласись, гораздо лучше, если ты сам нам все расскажешь, чем мы сами добудем о тебе информацию, — старший победно улыбнулся, замечая, как омега откладывает столовые приборы. - Даже не знаю, что вам рассказать. Когда я в последний раз видел отца, тот еще преподавал в Сеульском Национальном Университете. Моего папу он так же купил. Когда мне было четыре года, отец убил папу из-за того, что тот родил ему омегу, а не альфу. Надеюсь, вдаваться в подробности убийства вы не хотите? — получив кивок, Чимин сжал руки в кулаки. — В тот день, отец снова избивал моего папу, и когда отец замахнулся на меня ножом, папа встал передо мной, тем самым защищая. Отец засмеялся и вонзил нож в живот папы, ведя лезвием вверх. После того, как папа упал замертво, отец начал избивать меня, — глаза омеги щипали от слез. — Следующий год, до моего пятилетия, я терпел побои от отца... — Чимин вытер слезы тыльной стороной ладони. Поднявшись с места, Чимин откланялся. — Простите, мне расхотелось ужинать, — бета сразу подбежал к Чимину, помогая ему вернуться в свою комнату. Альфы переваривали информацию, конечно убийство омег не было редкостью, но теперь обоим было понятно, почему Пак так ненавидит альф. Все встало на свои места.