Мир, в котором меня не существует.

      Намджун наворачивал круги по комнате, сжимая в руках рацию. Прошло уже пять часов, как омеги ушли к развалинам закрытого города. Альфа вновь нажал на кнопку. — Прием, меня кто-нибудь слышит? — в ответ снова тишина. Альфа сжимает свободной рукой волосы на голове, больно их оттягивая, и швыряет в стену предмет связи, истошно крича. В этот момент в кабинет заходит Юнги, нервно кусая губы. — Не отвечают, — тихо произносит Ким, роняя слезы. Юнги пинает диван, молясь, чтобы с ребятами все было хорошо. — Я пойду туда! — решительно заявляет Мин, сжимая руки в кулаки. В дверь стучатся, и заходит Сокджин, вид которого от волнения заставляет желать лучшего. — Где они? Ты смог с ними связаться? — сразу же начинает омега, хватая мужа за рукав рубашки. — Нет, никто не отвечает… — альфа даже глаза на мужа не поднимает, ощущая всю вину на себе, ведь сам прекрасно понимал, что «СОШ» те еще мрази, которые могут устроить засаду и хорошенько спрятаться.— Юнги, собери шестой отряд. Мы пойдем к развалинам, может у них просто рация села. — Хорошо, — альфа тут же удалился выполнять просьбу старшего товарища. — Что, если с ними что-то случилось? — начинает реветь Джин, падая и приземляясь на колени и ладони. Намджун садится рядом с мужем, обнимая его. — Я найду его, обещаю! — шепчет Нам, целуя мужа в висок.

* * *

      Альфы шли по лесу, высматривая хоть какой-то намек на омег и двух альф. — Тэхен сказал, что ему нужны программы для взлома второго сервера «СОШ», может, в его старом кабинете найдем хоть какую-то подсказку! — на предложение главы все согласно кивнули. Юнги резко остановился, ощущая непонятное чувство. Это было что-то типа страха с нотками боли и отчаяния. — Юнги, что с тобой? — старший подбежал к альфе, обнимая его за плечи. — Между мной и Чимином связь, сейчас я ощутил, что ему страшно и больно! — Юнги сжал руки в кулаки, мысленно проклиная шило в заднице Тэхена. Несколько минут, и альфа падает на белую землю, хватаясь за горло. Воздуха становилось все меньше, и казалось еще чуть — чуть и можно было бы копать могилу, но резко все проходит, оставляя неприятные ощущения и чувство страха. — Я сейчас свяжусь с доктором! — альфа достал из небольшой сумки предмет, вытаскивая антенну и включая устройство. — Прием, док, ты меня слышишь? —несколько секунд шипения и по ту сторону донесся голос. — Да, я здесь. Ой, прием, также? — Плевать. Я чего с тобой связался то, в общем, Юнги сперва ощутил чувство страха, а после его словно душить начали. Это ведь не связано с Чимином? — Юнги прикусил губу, мысленно молясь. — Я вас огорчу. Вообще, после того, как альфа ставит метку на своем истинном, он начинает ощущать чувства омеги, особенно отрицательные эмоции. Но вот у Х-омег все сложнее, особенно, когда те беременны. Их организм слишком прочно привязывает альфу к себе, но все же поступление к альфе его эмоций он неосознанно контролирует. Когда омеге угрожает смерть, то альфа чувствует все, даже мельчайшие прикосновения, правда не так ярко, но все же. Это все происходит во избежание смерти плода. Так что, тут даже можно сказать, что это не сам омега передает ощущения и эмоции, а дети внутри него. — Значит, сейчас ему угрожает опасность? — Юнги не выдержал и выхватил рацию из чужих рук. — Скорее да, чем нет, —повисла тишина — Он еще жив, если бы он умер, ты бы ощутил это. На тебе появилась бы метка, — передача резко прерывается, но то, что надо, альфы выяснили.       Возобновив движение, они увидели призрачный город, главой которой однажды был Намджун. Было жутко тихо. Группа альф медленно шагала, стараясь не издать ни малейшего шороха. Казалось, что в этом месте даже время остановило свой ход, как бы напоминая о том, что однажды здесь произошло. Один из подчинённых Намджуна застывает на месте, рассматривая кровавые кляксы на белоснежном полотне. Проследовав взглядом, он всматривается чуть дальше, еле замечая человеческое тело. — Намджун, —тихо окликнул альфа, указывая рукой на находку. Все мгновенно устремили взгляд, медленно шагая к объекту их внимания. Чем ближе они подходили, тем сильнее стучало сердце Кима. — Блять, Мунсик! —Намджун со всех ног рванул к альфе, который подавал признаки жизни, зажимая рану на животе. Услышав знакомый голос, Мунсик обернулся с протяжным стоном боли, не веря своему везению. — Намджун… — прохрипел альфа, начиная судорожно кашлять. Ким упал на колени рядом со своим товарищем, помогая зажимать кровоточащую рану. Остальные смотрели на представшую их взору картину с такой болью и грустью, ведь на их глазах жизнь постепенно покидает их товарища. — Послушай меня, —альфа мазнул окровавленными пальцами по щеке друга, привлекал тем самым его внимание к себе. — Их забрали, Чимина и Тэхена. Были люди «СОШ» и Хосок. Прости, я не смог их защитить! — по щеке мужчины покатились слезы, ведь ему доверили самое ценное, а он так оплошал. — Мы найдем их, дружище, а сейчас нам надо доставить тебя в бункер. — Юнги, стоящий возле дерева, начал кричать, стуча кулаками по стволу ели. — Я убью Хосока, если с Чимином что-то случится! — альфа медленно опустился на рыхлый, неглубокий снег, закрывая лицо руками, — Чертов мир, чертовы деньги, чертовы правила! — по щекам альфы потекли слезы, растекаясь на ладошках.

* * *

      Что значит для беременного омеги находиться в четырех стенах? Мало того, что из мебели только железная кровать с твердым, словно камень, матрацем, так еще и одежда пропахла потом. Сколько прошло дней с того момента, как его сюда притащили, он не знал. Еду приносили часто, даже тогда, когда омега спал, к нему заходили, ставили поднос на пол и будили несчастного. Не смотря на частую кормежку, омега чувствовал себя плохо. Ему не хватало близких людей, которые буквально подпитывали его своей энергией, один только Тэхен чего стоил! Но сейчас, один, окруженный белыми стенами, Чимин вял на глазах.       Вот и сейчас, на полу тарелки с едой, но омега нос воротит, ведь сил чтобы даже подняться нету. Мин уже пропустил семь приемов пищи, что само собой не могло не побеспокоить Хосока, который ворвался в небольшое помещение, испуганно глазея на задремавшего омегу.       Альфа сел на край кровати, поправляя колючее одеяло и поглаживая живот омеги, зачарованно наблюдая, как его рука скользит по детям внутри будущего папочки. Чимин медленно приоткрывает глаза, всматриваясь в рыжеволосого парня. Тот поняв, что его застали, тепло улыбнулся, совершенно не отвлекаясь от поглаживания живота. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался альфа, словно у своего товарища. — Какая Вам разница, Вам же только дети нужны! —шипит омега, стараясь показать Хосоку, что ему противны его прикосновения. Молодой мужчина все понял и, потерев ладони о колени, медленно встал со своего места. — От части ты прав, но пока ты их не родил, нам важно твое состояние. Я думал перевести тебя в другую комнату. В этой холодно и неуютно. Как смотришь на это? — Какая разница…? — омега шевелит руками, понимая, что силы, хоть немного, но появились. — В таком случае, не вижу смысла держать тебя в этой! — Хосок помог встать омеге, медленно шагая с ним к двери. Шанса на побег не было ни капли. Силы на нуле, из-за чего несчастный путался в собственных ногах.       Молча они прошли по коридору, иногда только доносились «охи», когда омега в очередной раз не совладал со своими конечностями. Все их «путешествие» казалось ужасно длинным, из-за чего Чимин пожалел, что вообще пересек порог своей не то комнаты, не то камеры.       Альфа подвел омегу к двери, которая совершенно ничем не отличалась от той, которая была в его комнате. Но стоило тому открыть дверь, как Чимин был готов отправить свою челюсть восвояси. Большая дубовая кровать с мягким на вид матрацем и бельем, полка с книгами и небольшое окно с заметным толстым стеклом. Чон завел омегу в комнату, направляясь ко второй двери. — Здесь твоя ванная, понимаю, что неприятно, когда тебя в туалет за ручку водят. Надеюсь, тебе здесь понравится, — альфа, словно маленький ребенок, бьет в ладоши. — А теперь время для ванной. Я должен помочь тебе, ведь мало ли что с тобой может случиться! — омега и возразить не успел, как его подхватили и унесли в соседнюю комнату.       Альфа усадил парня на унитаз, включая теплую воду. Без всяких слов, альфа начал раздевать омегу. Чимин покорно позволял стягивать с себя одежду, краснея как помидор. Когда же все вещи были стянуты, альфа взял омегу на руки и аккуратно разместил его в ванной, хватая гель для душа и губку. Хосок напевал какую-то песню, не замечая слез омеги. — Юнги, где же ты? — тихо прошептал омега, скрывая свою боль от Чона.