Век Дракона

Никогда ещё коридоры Башни Бдения не казались Сигрун такими гнетущими – и такими короткими. Хотя, последнее, должно быть, оттого, что она почти бежала, опасаясь растерять остатки решительности. И только единым духом одолев два лестничных пролёта и порядком запыхавшись, молодая гномка всё-таки заставила себя сбавить шаг. Тем более, что впереди, в конце каменной выемки, по обе стороны которой висели потертые коричневые гобелены, уже показалась знакомая дверь. Сейчас эта дверь, ведущая в кабинет Стража-Командора, была приоткрыта и из-за неё доносились голоса. Девушка приостановилась, невольно прислушиваясь к разговору, чтобы понять, насколько тот мог затянуться. Говорить при посторонних о деликатном деле Фельзи ей не хотелось. Одновременно, она опасалась, чтобы молодая мать, которая явно обладала горячим нравом, на волне обиды не передумала ждать и не ушла в Амарантайн пешком, не желая оставаться с Огреном в одной крепости. Поэтому медлить было нельзя. Но ворваться к Командору Кусланду теперь, когда он улаживал другие дела, тоже казалось немыслимым. - … не знаю, что на меня нашло, - различила она тем временем малознакомый, приятный голос. – потому и не выходил так долго. Раньше cо мной подобного не случалось. Словно я… умер в тот день. Или уже переступил порог Тени, с тем, чтобы не возвращаться. А потом… меня будто поймало в чьи-то заботливые объятия… И втянуло обратно. Но втянуло не полностью. Большая часть меня очнулась в жизни, но многое осталось там, за гранью. Я восстанавливал себя по крупицам, ловя и притягивая эфемерные части моей сущности… если хочешь – души, которые колыхались на грани Тени, словно обрывки тумана… - голос утратил свою отстранённость и закончил на удивление буднично. – Но ты, наверное, полагаешь, будто я так говорю потому, что спятил. Негромкий хмык выдал могучую глотку Командора. - С чего бы? – пробасил Кусланд, как видно, откидываясь на скрипнувшую спинку кресла. – Андерс рассказал в подробностях. Вы попали под разрывной шар. Чудом остались в живых. Такое даром не проходит. Хвала Создателю, у тебя хватило сил добраться до крепости. Собеседник Командора хмыкнул в ответ. - Я даже не помню, как это сделал, - после паузы признался он. Сигрун поняла, что слышит голос одного из наиболее могущественных магов Тедаса – Дайлена Амелла. – Очнулся уже во дворе Башни, когда ты тряс меня, будто бы пытаясь вытряхнуть из перьев, а рядом валялся Андерс, как мёртвый. - Знатно вы меня тогда напугали. Что ж, хорошо, что всё закончилось без дурных последствий… Повисло молчание. - Прости, друг, - вновь заговорил Командор, и голос его звучал иначе, чем прежде. – Ты потерял брата. - Потерял, - голос Амелла изменился тоже, сделавшись глуше. – Надеялся до последнего. И – потерял. Айдан, - он подался вперед. – Я в единый год потерял сестру, невесту, брата, и лучшего друга. И ты… вот именно ты, только посмей мне… потеряться ещё раз! Кусланд снова хмыкнул, повозившись в кресле. - Если, как вы говорите, я сумел пережить Архидемона, значит, меня не так легко убить. - Кстати, об Архидемоне, - Амелл прокашлялся, возвращая голосу ясность. - Тот дракон, о котором поведал умирающий легионер. Он… или, быть может, она ещё как-то проявила себя за это время? По-видимому, Командор качнул головой. - Никаких вестей. Никто не видел громадного дракона в небе над Ферелденом. И я мыслю… либо этот чешуйчатый «архидемон» был попросту потревожен порождениями, которые пробудили его от многолетнего сна. Он вырвался от них, сумел тайно от всех добраться до гор и там залечь в какой-нибудь пещере – досыпать в тишине и покое. Либо, что может быть вернее, бедняге-гному он попросту привиделся от крайней усталости либо ран. В любом случае, дракона никто более не зрел. И я, всё же, склоняюсь к тому, что едва ли он вообще существует. Маг испустил облегчённый вздох. - Хвала Создателю. Одной бедой меньше. - Бед достаёт. Чего нам не хватало – так это ещё одного дракона. Они снова помолчали. Выждав, Сигрун совсем было решилась стучаться в незапертую дверь, когда Амелл заговорил снова. - Я ведь уже говорил тебе о порождениях тьмы, что внезапно обрели речь и разум? Как видно, Командор кивнул. - Мы оба узнали о них от Варэла. И позже – от гномов. - В походе мне… посчастливилось встретить ещё. Андерс успел рассказать, что эти порождения – не заодно? Что одни из них враждуют с другими? - Андерс упоминал о каких-то… Матери и Отце. Как будто одни твари поддерживали первую, другие – второго. - Верно. И, знаешь, что я заметил? – Амелл шмыгнул носом и пошевелился на своём табурете. – Не все порождения разумны. Многие остались тупоголовыми. Либо поумнели, но в гораздо меньшей степени, чем их предводители – могучие гарлоки ростом с куннари, во главе с которыми ходят такие отряды. - Ты хочешь сказать… - Я хочу сказать, что произошло что-то, из-за чего часть – пока только часть тварей действительно обрела зачатки разума и сделалась похожей на людей. И атака на Башню Бдения – не случайность. Порождения напали по заранее составленному ими же плану. Это ужасно, друг мой. Это всё очень усложняет. Эти твари всегда были страшной угрозой для всех земель Тедаса. Они сильны, стремительны, чудовищно быстро плодятся и так же быстро растут. Но, проклятие, они никогда не были разумны. Но и это не самое страшное. Ты… заметил, что мы перестали чувствовать их приближение? Кусланд молчал. Сигрун в коридоре мягко переступила с ноги на ногу, уже гораздо менее думая о бедах Фельзи, до крайности заинтригованная услышанным. - Ведь ни я, ни Андерс не почуяли приближения порождений ни в лесу, ни на болотах. И здешние Стражи не почуяли врага до тех пор, пока не стало слишком поздно. Я… находился поблизости от этого нового… вида порождений, и, поверь, мне Айан, изо всех сил взывал к скверне в их жилах. Но она молчала ко мне. Проще говоря. Я. Их. Не слышал. Командор молчал. Впрочем, похоже, что Амелл ещё не высказал всего, что было на душе, и молчание друга его не смущало. - Я много думал об этом, - маг повозился снова. – Прикидывал, складывал всё, что мы до сей поры узнали об этой новой напасти. Смотри, мой друг. После смерти Уртемиэля порождения тьмы не ушли под землю, как это бывало во время прочих Моров. Большая часть осталась. Словно что-то удерживало их в Ферелдене, но что – Стражам узнать пока не удалось. Спустя короткое время последовало нападение на Башню Бдения. Нападение было хорошо спланировано, и тогда же мы узнали о первом случае существования умного гарлока. Дальше – больше. Умные твари стали встречаться чаще, да ещё я увидел новых, раздутых червей с уродливыми мордами. Узнал о неких Матери и Отце, и о том, что эти двое имеют в подчинении тех самых разумных гарлоков, ничем не уступающих людям. И что они воюют меж собой. Амелл прервался, перевести дух. - Но есть ещё кое-что, что я отметил за время моего последнего похода, Айан. Мы, Стражи, утратили способность чуять разумных тварей. Но и разумные больше не чуют нас. Либо чуют, но не так, как прежде. Ведь они приняли Варэла за Стража, когда тащили его в свою берлогу. Значит, они не учуяли в нём отсутствия скверны. Я хочу сказать – все мы отмечены касанием скверны, и мы, и они. Но скверна в них больше не взывает к древним драконам. И драконы через неё не могут управлять ими. И, когда я это осмыслил, у меня появилась ещё одна мысль. - Надеюсь, ты сейчас скажешь что-то утешительное, - негромко, так, что Сигрун его едва расслышала, проговорил Командор. – И так довольно плохих вестей. Амелл хмыкнул. - Как знать. Я ведь толком не успел рассказать тебе о своём походе в Орлей. Припоминаешь, тогда, в начале зимы? Так вот, во время похода я сбился с дороги. Демоны вынесли меня к развалинам некой давней крепости. Такой давней, что она есть не на всех картах. И там я встретил древнего, очень древнего Стража по имени… Авернус. Скрипнуло кресло – Кусланд подался вперёд. - Ты хочешь сказать, что где-то в Ферелдене есть крепость, в которой можно найти ещё Стражей? И ты молчал? Амелл негромко пробарабанил пальцами по столу. - Нет там больше никаких Стражей, - после молчания приговорил он. – Старик Авернус прожил на свете больше ста пятидесяти лет, благодаря демонову снадобью, который он изобрёл. Это снадобье ослабляет связь с драконами и бесконечно продлевает жизнь Стража, пока его пьёшь. Но, как я уже говорил тебе и Алистеру – ничего не даётся даром. - Договаривай. - Авернус сумел изготовить зелье потому, что обманом заманил в ловушку своих товарищей. Он держал их взаперти и пытал до смерти, а после из их болезненных соков, пропитанных скверной, и выцеживал своё варево. Я не знал об этом, когда повстречался с ним, а он, узнав во мне Стража, взял в плен и подверг таким же пыткам, что и моих бедных предшественников. Лишь по случайности мне удалось освободиться и прикончить его. Он с шумом вздохнул. - И я подумал, Айан. Авернус мёртв, но мало ли безумцев, которые могли захотеть повторить подобное – но в другом, укромном месте, о котором мы пока не знаем? Кто эти Отец и Мать? Не причастны ли они к… к магическим опытам на порождениях тьмы? Авернусу для его работы требовались живые Стражи. А вспомни, во время нападения на крепость, порождения убивали всех, без разбора. Но Стражей мы не нашли ни одного. Они утащили их – утащили живьём. Я более, чем уверен, что кому-то потребовались наши товарищи… или их тела. И это всё как-то связано с появлением разумных тварей… Ты что-то хочешь сказать? Командор ответил не сразу. Сигрун подступила к самой двери, страшась пропустить хотя бы слово. - Пока ты был болен, я не хотел тебя этим беспокоить, - он помедлил, подбирая слова. – Но, похоже, ты прав. Нападения на Стражей продолжаются, стоит только выйти за ворота крепости. Натаниэль Хоу, что приезжал на той неделе, известил, что на обратном пути его и сопровождающих атаковали порождения. Им удалось отбиться, но, по словам Хоу, порождений не интересовали солдаты. Они изо всех сил пытались добраться до него, Серого Стража, и при том всячески избегали того, чтобы хотя бы ранить. Только эта странность позволила людям уйти живыми. - Воистину странно… - Погоди, я ещё не закончил. Позавчера Андерс оставил лечебницу и отправился на луг, за травами. Он недалеко отошёл от возделанных полей. Но, спустя короткий срок примчался обратно, будто за ним гнался сам архидемон. Целитель клялся, что на него набросились из засады и пытались взять в плен – опять порождения. Я сам повёл отряд и действительно нашёл следы тварей, хотя самих тварей не обнаружил. И, всё же, думаю, они кружат поблизости. Стражам я запретил поодиночке выходить за ворота. Но сам понимаешь, что это не дело. Судя по звуку, Амелл невесело усмехнулся. - Похоже, теперь не мы охотимся за порождениями, а они за нами. И мы тут как в осаде, - он помолчал. - Проклятый гарлок говорил, что Отец ищет меня. Но для какой цели – поведать не успел. А другой, из его врагов, утверждал, что меня велела привести Мать, чтобы пожрать живьём, хотя ранее она направила одного дурного дитятю, чтобы тот забросил меня в Тень, - он переменил положение, на миг заслоняя льющийся из дверного проёма свет. - Друг, не знаю, что это всё значит, и верны ли наши догадки. Но мы должны найти того… или тех, кто даёт порождениям разум. Узнать, зачем им Стражи. И – начисто разорить их мерзостное гнездо. Снова повисло молчание. - Предлагаешь немного поохотиться? – нарушив его, негромко уточнил Командор. - Почему нет? Если твари по-прежнему где-то недалеко от Башни, устроим охоту на живца. Пустим вперёд… да хотя бы этого вонючего Огрена, покарай его Создатель. Пусть от него будет хоть какой-то прок. Они придут за ним и попадут в нашу ловушку. Мы отловим самое языкатое порождение тьмы. И уж потом… заставим его выложить, откуда они берутся. Командор ответил не сразу, как видно, обдумывая предложение. - Ну что ж, тогда давай попробуем прямо завтра, - наконец, медленно проговорил он и, не удержавшись, в сердцах грохнул по столу. – Проклятье, отчего всё сваливается в одно время? Маг удивленно вскинулся. - Случилось что-то ещё, о чём я не знаю? Сигрун в темноте коридора подняла брови, хотя уже утомилась удивляться за весь разговор. Она понимала, что, скорее всего, то, о чём говорили двое старших Стражей, не предназначалось для её ушей. Но заставить себя отойти не могла. - Случилось, - Кусланд тем временем в очередной раз ненадолго умолк и чем-то зашуршал. – Вот, письмо Натаниэля. Если хочешь, прочти сам. - Про что здесь? - Ты знаешь, я оставил его присматривать. За Амарантайном. Недавно он получил послание. Некоторые достопочтенные банны не желают видеть эрлом «рыжего болвана». Они готовы объединиться под началом Хоу, если он согласится их возглавить. Это должно свершиться после того, как с Кусландом произойдёт некий досадный несчастный случай. Который расчистит Хоу, а с ним – всей шайке-лейке дворян во главе с банном Эсмерель, бывшей правительницей Амарантайна, путь во дворец наместника города. - И… и что? Кусланд усмехнулся. - Натаниэль обещал подумать и тут же направил мне птицу. Миг или два Амелл не то переваривал свалившиеся на него новые вести, не то подбирал слова под них. Потом махнул рукой и в сердцах стукнул кулаком по столу, как до него Командор. - Проклятье! Только минуту назад я думал, что разумные порождения – самая суровая наша беда. А теперь… я… я имею в виду, что ты собираешься со всем этим делать? - Уже делаю, - голос Командора прозвучал едва ли иначе, чем прежде. Но Сигрун, которая слушала его из коридора, отчего-то стало не по себе – Письмо не стало неожиданностью. О заговоре меня предупреждали и прежде. Просто это послание окончательно убедило в том, что нужно действовать ранее, чем они нанесут первый удар. Похоже, спокойная уверенность друга заставила волнение мага стихнуть. Во всяком случае, сопеть и возиться Амелл перестал. - И ты уже придумал, как? Могучая глотка Командора издала ещё один глубокий вздох. - Помнишь банна Лизу Пактон? – проговорил он и, очевидно, убедившись, что собеседник не помнит, пояснил. – Её земли к северо-западу. Ярая сторонница старого эрла Хоу. У них ещё была давняя земельная тяжба с соседом, сэром Дэрреном. - Теперь припоминаю. - Вчера в Башню пришла скорбная весть. На свиту банна Пактон, которая возвращалась в поместье из Амарантайна, напали разбойники. От них удалось отбиться. Но, сама Лиза Пактон, к несчастью, получила слишком глубокие раны и скоропостижно скончалась. Некоторое время её наследникам будет не до того, чтобы плести любые заговоры. - И ты хочешь сказать, что это твоих рук… - … почти одновременно с тем наглые разбойники атаковали лорда Гая, чей баннорн находится к северу. Вот незадача – проклятые бандиты сумели подловить достопочтенного банна во время охоты. И, если бы не резвость его коня, ему бы не удалось уйти от них живым. На этот раз Амелл мочал гораздо дольше. - И сколько ещё имён в списке заговорщиков? – наконец, тихо спросил он. - Около семи в нашем эрлинге, - Кусланд жестко усмехнулся. – Но, мой осведомитель… намекает, что происходящее у нас – только одна из ветвей этого порочного древа. Ствол его куда толще, а корни тянутся в Денерим. - Заговор… против… короля? Кусланд скрипнул креслом. - Не секрет, что многие из знати хотели бы видеть на престоле королеву Анору, при которой им жилось вольготнее, чем при нашем друге Алистере. И едва ли те, кто злоумышляет против меня, являются ярыми сторонниками короля Тейрина. Амелл всё же встал и прошёлся взад-вперёд, заставив Сигрун отпрянуть от проёма в тень, под защиту двери. - Тегану стало известно о заговоре при участии Аноры ещё до твоего… возвращения, - остановившись перед окном, поведал он. – Я не видел материалов дела, так как этим занимаются Геррины, а не Стражи. И, хотя я сам для себя предполагал, что в заговоре не может не быть замешана знать самых крупных городов, предполагать и знать наверняка – слишком разные вещи. - Значит, король знает? - Знает, друг. - И заговорщики до сих пор на свободе. Проклятье, - Командор снова стукнул по столу. Это получилось у него куда громче, чем в прошлые разы, и заставило девушку за дверью вздрогнуть. – Наш друг… хороший человек, но он слишком нерешителен, когда дело касается… суровых проявлений королевской власти. - Быть может, он выжидает подходящий момент? - Может. Но мы выжидать не станем. Ибо чем дальше, чем становится хуже. Сиятельные банны в своём тупом высокомерии и жадности не считаются с тем, что после Остагара, Редклифа и Денерима, со всеми разорёнными деревнями и дорожными беспорядками, толпами беженцев и ордами разбойников, а также набегами порождений тьмы, страна не может позволить себе ещё одного потрясения. И, вместо того, чтобы объединиться, продолжают раздирать её на части… Амелл отошёл от окна и вновь приблизился к столу. - Ты словно повторяешь мои собственные мысли, друг. Я с тобой. Нельзя попустить этим жадным скотам разорвать Ферелден и повергнуть его на колени перед тварями и иноземными захватчиками. Что бы ты ни задумал – говори, я помогу. Раздался шорох, а после – шелест бумаги. Должно быть, Командор вытащил из ящика стола новую кипу документов. - На самом деле, ты… вернулся в строй вовремя, Дайлен, - невнятно проговорил он. – У меня есть для тебя поручение. Даже два. Первое. Нужно лететь в Амарантайн и там составить компанию молодому Хоу – хотя бы ненадолго. Он один в окружении враждебной знати. Вызнай, как обстоят дела. Ведь в письме многого не скажешь. Быть может, ему нужна помощь – или, хотя бы, поддержка. Маг присел обратно. - Сколько мне там пробыть? – только спросил он. - По обстоятельствам. Если увидишь, что Натаниэль справляется сам – возвращайся. Так как помощь твоя нужна и здесь. Есть ещё кое-что важное, что я хочу тебе поручить. Но об этом – уже после возвращения из Амарантайна… Сигрун поняла, что разговор подходит к концу. Страшась, что молодой маг покинет комнату слишком стремительно и раскроет ее пребывание здесь, она неслышно отступила дальше от двери. Отойдя к самому повороту коридора, на некоторое время задержалась там. После чего вернулась к проёму, нарочито громко шаркая ногами. Остановившись перед кабинетом, она выждала миг и постучала в незатворённую створку. - Я могу войти, Командор?