Anormal

К вечеру я закончил просмотр фильма. Ну, как закончил, я не помню, о чем там, просто я то и дело смотрел на часы, ожидая, что Адриан вот-вот придет. Но он все не приходил. Он не пришел через час, через два его тоже не было. Даже когда солнце уже село, Адриана все не было. Я звонил ему, звонил с периодичностью полчаса, но сначала он просто не брал трубку, потом и вовсе отключил телефон. Я волновался, я действительно волновался и даже было рвался пойти искать. Да вот где? Есть много мест, куда бы он мог пойти, но я даже представить не могу, куда. У него в этом городе нет родных, да и на счет друзей не очень уверен, ведь он все время проводит со мной. Я нереально волнуюсь за него, ну, как, как можно было разозлиться из-за этой ерунды? Нет, ну, конечно, для него это критически важно, он заботится обо мне, но так и я не без рук, я и сам прекрасно все знаю и могу о себе позаботиться. Но что поделать, Адриан слишком упрямый. В 11 часов мне стало действительно плохо. Я сидел у окна и напряженно вглядывался в темноту. Я раньше думал, что брошу Адриана, что выгоню его из своей квартиры и жизни. Так вот он – ушел, все, можно сказать свобода. Я сам себе хозяин и могу делать что захочу и когда захочу, хоть мороженное есть, хоть голым по квартире ходить не боясь быть изнасилованным. Я могу пригласить к себе кого угодно. Я могу даже позвать Марио! Но почему мне от этого не легче? Почему щемит в груди и кажется, что вот сейчас он придет. Что вот именно в этот момент, он откроет дверь, скажет, что я идиот, прижмет к себе, а потом трахнет где-нибудь у стены. Мне страшно за себя, но это действительно то, чего я хочу. В общем, этой ночью Адриан так и не пришел, я прождал его до 3 утра, уснувши в кресле, накрывшись одеялом, с которым я не расставался. А он так и не вернулся. Проснулся я от того, что у меня ужасно саднило горло и болели мышцы. Сначала, я даже не понял, где нахожусь. Потом, когда осознание пришло, я понял, что Адриан все еще не пришел и мне это не приснилось. Расстроившись еще больше, я посмотрел на часы и понял, что сейчас 6 утра, и через пару часов пора на тренировку. Все так же не расставаясь с одеялом я бреду на кухню, чтобы поставить чайник. Я как будто и не спал вовсе, чувствовал себя ужасно разбитым. И в квартире как-то было очень холодно. И очень пусто. Выпив кофе, я побрел в ванную, в надежде хоть так прийти в норму. На какое-то время это помогло, я действительно начал чувствовать себя взбодрившимся. Помогло это правда ровно до того, как я начал собираться, было так необъяснимо тоскливо, что расхотелось куда либо идти. Но если я не пойду, то я потеряю возможность увидеть Адриана, потому что что-то мне подсказывало, что тренировку он не пропустит. Придя на базу я действительно увидел его, сидящего на лавке и шнуровавшего бутсы, подняв глаза на меня, я не увидел ничего, кроме злости. Ну, как объяснить ему, что я слишком упрям, чтобы отступиться, и что мне это действительно нужно?! - Эй, Анхель, ты как будто всю ночь вагоны разгружал, - посочувствовал мне Давид, - у тебя такие тени под глазами – мрак. Я неопределенно мотнул головой, я не был уверен в силе моего голоса, поэтому, разумно было бы промолчать. Вся тренировка прошла на удивление сносно. Я не отличился потрясающей реакцией да и вообще всем тем, что присуще нормальному вратарю, но на меня не орал тренер, а это уже был плюс. Огромный плюс. Адриан старался со мной не контактировать, и надо признать, ему это удавалось очень даже хорошо. Мне было тоскливо и плохо, я не был уверен, что выдержу еще хотя бы день без него. Мне кажется, что это уже привязанность граничащая с паранойей, хотя она у меня есть и без этого. Просто это так странно, тосковать по человеку, не видев его полдня. Я не могу, когда меня игнорируют, не могу это нормально переносить, лучше уж сразу все высказать. Поэтому, решение поговорить я принял незамедлительно, и решил дождаться, пока мы останемся одни. Ну, или пойти за ним, в общем, добиться разговора. Когда в раздевалке по мимо Адриана осталось еще 3 человек, я не выдержал. Я и так уже полчаса торчу тут, сверля его взглядом, и не мог терпеть еще больше. Поэтому, просипев о том, что нам надо поговорить, я грубо схватил Адриана за запястье и потащил в самую дальнюю душевую, запихивая в кабинку и закрывая за собой дверь. Адриан смотрел на меня с неприкрытой злобой, было видно, что если ему надоест тут стоять, то я его явно не остановлю. - Почему ты ушел? – спрашиваю я. - Потому что не хотел мешать взрослому и состоятельному человеку? - Адриан, пожалуйста… не надо, - я собираюсь с духом, и выпаливаю, - просто выслушай меня, мне очень больно говорить. В прямом смысле, - ответом мне служит молчание и заинтересованный взгляд усталых глаз, - я очень переживал за тебя. Я не знал, где ты и почему ты не отвечаешь на звонки. Ты же знаешь, я могу надумать всякой чепухи, - я покрутил пальцем у виска, - ты просто представить не можешь, о чем я думал. Я так скучал, я невообразимо скучал. Мне было действительно плохо без тебя, я хотел, чтобы ты был рядом, чтобы ты заботился обо мне. Я не понимаю, в чем я виноват. Это действительно моя жизнь, и я действительно сам могу о себе позаботиться и сам все решить. Адриан, пойми, футбол очень важен для меня, и я не могу из-за какой-то болезни пропустить все. Ты просто должен меня понять! Пожалуйста… вернись, не оставляй меня одного, - закончив тираду, я коротко выдохнул, пытаясь привыкнуть к неприятному ощущению. Адриан долго смотрел на меня, будто бы пытаясь увидеть ответы в моем лице, и наконец сказал. - Знаешь, как непросто живется, когда волнуешься за человека, а он поступает, как идиот? Ты представляешь вообще, что такое ангина? Ты знаешь, что ее осложнения могут быть губительными? Ты вообще чем думал, когда сюда пришел? Ты чем думал, когда изъявил желание прийти? Я до безумия боюсь, что с тобой что-нибудь случится, а ты так поступаешь, это жестоко, по крайней мере. Ты знаешь, как было сложно не отвечать на твои чертовы звонки? Не сорваться и не поехать к тебе, чтобы узнать, как ты там, не угробил ли еще себя? Да я каждую минуту думал о том, что если я не приеду, то ты что-нибудь натворишь. Но просто я уже не знаю, что сделать, чтобы ты вбил себе в голову, что нужно сидеть дома и лечиться! И вообще, сколько ты спал? - Часа 3, может больше, - туманно отвечаю я, во время всей речи Адриана, я во все глаза смотрел на него. Никогда не слышал такой обвинительной и одновременно прекрасной речи. - Ты придурок, разве так делают? – возмущается Адриан, притягивая меня к себе, я с силой обнимаю его, утыкаясь носом в плечо, как же я скучал. - А где ты ночевал? У Рауля? Он коротко кусает меня за ухо. - Я бы не позволил, чтобы ты еще и из-за этого нервничал, я ночевал на базе. - А как же ты сп…- хотел было спросить я. - Все потом, малыш, поехали домой, тебе нужен отдых.