Lost in the Echo

Linkin Park – Castle Of Glass       Я всё-таки не обозналась. Это оказался именно он — тот индейский паренёк, с которым мы столкнулись год или два назад. Он стал более… взрослым и… мужественным, да. В общем, изменился юноша. Он был не особо разговорчив, на мои вопросы отвечал только сухими словечками, но из того, что он сказал, поняла я только одно — теперь его зовут Коннор Кенуэй. Ну вот, хоть выговорить легче будет.       К слову, вы, наверно, уже поняли, что я человек очень недальновидный и бестолковый? Да, наверно, только такая как я могла не сразу заметить большую кровоточащую царапину на правой руке, буквально чуть пониже плеча. Видимо задело при взрыве, а я была так занята побегом, что не заметила. Её и раной-то назвать трудно было, но кровяки с этой царапины натекло прилично. Припомнив мне что-то про старый долг, Коннор потащил меня куда-то.       Этим «куда-то» оказался небольшой особнячок из красного кирпича, совсем недалеко отсюда. Когда мы входили в дом, я пообещала себе не забыть спросить у Коннора, зачем он испортил хороший столб топором. Когда мы переступили порог, навстречу нам вышел пожилой чернокожий мужчина и сразу, без лишних слов, позвал меня в гостиную перебинтовать руку. Как у них тут всё просто…       В доме у них было весьма уютно и просторно, что не могло не радовать. Старик, которого зовут Ахилесс, весьма быстро перевязал мне руку и немного недоверчиво посмотрел на метку Ост-Индской компании. Для меня было уже шоком то, что он не выгнал меня из дома за это.       — На каком судне плаваешь, девочка? – как ни в чём не бывало спросил Ахилесс, убирая бинты и плошку с водой, которой промывал мне царапину.       — Сейчас не плаваю. А раньше была на Чёрной Жемчужине.       — А что же сейчас? — внезапно появившийся Коннор немного сбил меня с мысли.       Недолго думая я решила, что говорить о Чёрной Метке не стоит. Для других она как заразная болезнь — даже стоять рядом с человеком, имеющим её, неприятно. Мало ли что. Ведь мало моряков понимают истинное значение Метки, а уж и само существование Дэйви Джонса, ровно как и Летучего Голландца с Кракеном, для них вообще миф.       — Скажем так, истосковалась по суше. А то всё море, да море… — начала было отмазываться я, но, похоже, и Ахилесс и Коннор поняли, что я говорю неправду. Однако промолчали.       — Кстати, Коннор, — начал старик, плавно переводя тему, — пока тебя не было приходил один мужчина. Сказал, что в Бостоне есть важный человек, имя которого Винсент Крамер. Он располагает весьма важными списками повстанцев и собирается сдать их вместе с местами их пребывания. Надо бы разобраться с этим.       — Хорошо.       Коротко и ясно. Никаких лишних вопросов Коннор больше не задал, а просто развернулся и стал уходить. Меня это сообщение немного напрягло. А вдруг это подстава? Хотя, судя по уверенности индейца, он не в первый раз вот так вот просто помогает людям. Этакий защитник справедливости.       Я вскочила с дивана и, немного придерживая забинтованную руку, догнала Кенуэя.       — Коннор, погоди, — юноша остановился и повернулся ко мне. – А… можно мне с тобой пойти?       Он смотрел на меня внимательно, словно пытался прочитать мысли, а затем немного недовольно изрёк:       — Ладно. Только не мешайся.       — Эй-эй, ты, надеюсь, не забыл про сено? А ещё…       …дверь поместья закрылась и Ахилесс, стоявший у лестницы, уже не дослушал конец моей недовольной реплики.

***

      — Эй… Идите сюда, — подмигивая обоими глазами поочерёдно, шёпотом подозвал нас какой-то странный мужчина.       К подмигиванию я всегда относилась настороженно: либо у человека нервный приступ, либо тут не всё чисто.       — Винсент Крамер сейчас в таверне, недалеко отсюда. Если поспешите, то сможете застать его там.       В общем, без лишних разговоров мы направились в указанное место. Крамер и правда оказался там и оказался он весьма неприятным на вид человеком. Лет эдак под сорок, с небритыми щеками и тремя подбородками, маленькими, провалившимися в пухлые щёки глазами да и вообще весь вид его прямо-таки кричал о том, что он словил якорем по желейнному пузу.       Мы с Коннором прошли к барной стойке и угнездились недалеко от столика, за которым сидел Крамер вместе с неизвестным субъектом весьма тощего, в отличии от Винсента, телосложения. Место было выбрано удачно — практически каждое слово из разговора интересующих нас личностей было слышно.       — …конечно, я уже собрал бумаги и завтра отдам их. Обнаружить повстанцев было трудновато, но всё же я сделал это. И у меня есть ещё один неплохой трофей…       Я взяла у женщины за стойкой бутылку рома и, получив немного недовольный взгляд от Коннора, стала слушать дальше. Про «трофеи» мне стало интересно.       — …когда сдам бумаги, устроим публичную казнь. Пусть народ знает, что мы защищаем их от этого сброда. Нам удалось поймать несколько пиратов… Повесим их на площади.       Услышав про схваченных пиратов, я подавилась ромом и с глухим стуком поставила бутылку на стойку, начиная откашливаться. Надо что-то сделать. Чёртова Королевская Армия постоянно стесняет нас. Нас самих британский флот часто гонял по Атлантике, а теперь, раз появилась такая великолепная возможность не только перехватить бумаги с именами повстанцев, но и спасти от казни нескольких пиратов — почему бы не воспользоваться ею? Хотя, удивительнее всего был то, что Коннор согласился мне помочь.

***

      — Я думал, что у пиратов благородство не в чести, — тихо проговорил Кенуэй, когда мы сидели на крыше прилегающего к бару здания и ждали, когда выйдет Крамер.       — Значит, ты многое про нас не знаешь. Кодекс говорит, что пират обязан рисковать своей жизнью. А что может быть лучше, чем рисковать жизнью ради спасения собратьев? Не такие уж пираты и бездушные, какими их кличут, — я пожала плечами и сильнее вцепилась руками в черепицу крыши.       Я бы рассказала вам, как я забиралась на крышу, но ещё раз такого позора я не вытерплю. Скажу только, что штаны мне придётся менять, ибо заштопать их уже не представляется возможным.       — Значит, ты честный пират?       — Ээ, нет. В их спасении есть и для меня польза — помощи пират никогда не забывает. Может потом, когда мне понадобится что-то, они мне помогут. К тому же эта казнь… Никто бы не хотел разжиться пеньковым галстуком.       — Тогда я помогу тебе. Мне же надо отдать долг.       — Ты ведь его уже отдал, разве нет? Да и к тому же, не такая уж тогда была и помощь от меня, чтобы сейчас ты рисковал жизнью…       — Я делаю это каждый день, в этом нет ничего необычного.       Мне действительно было неловко. Я ведь правда тогда мало помогла, это его ни к чему не обязывает. Ну ладно, раз хочет — пусть помогает. На самом деле я была не уверена, что справлюсь в одиночку. Надо забрать у Крамера бумаги и узнать, где держат пиратов. Охраняют их наверняка хорошо, а что может против британских солдат одна пиратка, вооружённая только пистолетом да саблей?       Коннор тихонько пихнул меня в бок, отвлекая от мыслей, и кивнул куда-то вниз. Винсент Крамер вышел из таверны и был… один. Такую возможность упускать было нельзя.