Lost in the Echo

Cinema Bizarre – My Obsession       Вы, наверное, не поверите, но после первого ритуала мы с Коннором настолько устали, что уснули прямо в бане. Да, уютненько устроившись на полке, там, где вообще принято париться. Ассасин лежал у стены, я же премило устроилась в его цепких объятиях, не позволявших мне сделать лишнее движение.       Крепкие руки индейца, словно медвежий капкан, обвивали мою талию, сцепляясь замочком за спиной, чуть повыше поясницы. Моя голова лежала на его руке и носом я уткнулась в его шею. Идиллия. Но как бы хорошо не было сейчас лежать вот так, вставать надо было, ибо свадьба-то сегодня. А то, боюсь, гости неправильно поймут жениха с невестой, если они всю свадьбу пробудут в бане.       Первая же моя попытка тихонько встать разбудила Коннора, который тут же громко зевнул, потянулся, и привстал на локте, отчего я несильно ударилась затылком о полог, на котором мы лежали. Я ойкнула, потёрла затылок и тоже привстала.       — Надо собираться, а то негоже опоздать в такой день, — я, стыдливо краснея, встала с полка и с размаху ударилась головой о низкий потолок, о наличии которого благополучно забыла. — Чёртов потолок…       Потирая теперь ещё и ушибленную голову, я вышла в предбанник и стала натягивать одёжку. Одно хорошо в индейских свадьбах: не обязательно одеваться празднично, никаких вычурных белых платьев и чёрных костюмов. Натянув штаны, я крикнула Коннору, чтоб догонял, и вышла из бани.

***

      Церемония и вправду была очень необычная. Мы с Коннором стояли друг напротив друга, сбоку от нас, как священник, стоял один из олинтонали, как их назвала Нао. Гости перемешались с народом деревни — многие из них успели пообщаться, и несмотря на то, что привыкли рассказывать про могавков, индейцы оказались весьма приветливыми личностями.       Судорожно вспоминая, что мне делать, я опустилась на одно колено, когда в следующую минуту Кенуэй осыпал меня градом из семян кукурузы. Я дёрнулась, когда почувствовала, что несколько семян попали мне за шиворот.       Что. За. Нелепые. Церемонии?       Ладно, сама согласилась. К тому же, первая часть ритуала была весьма приятной…       В руке у меня уже были приготовлены семена какао, которыми я стала посыпать своего будущего мужа, стараясь в отместку ему закинуть побольше семян за шиворот. Олинтонали, стоявший рядом, моих «игривостей» не заметил, продолжая читать какую-то мантру, а вот Коннор одарил меня сначала каким-то упрекающим взглядом, а затем мягко улыбнулся и я поняла, что пакостить ему уже не хочется.       Потом мы посыпали друг друга красными и белыми лепестками, потом слушали, что говорит олинтонали, а потом нам вручили символы всех трёх проведённых этапов.       А потом гости стали веселиться.

***

      Праздник был в самом разгаре, когда я стояла и разговаривала с Мириам и Эллен. Разговор у нас немного не вязался, наверное потому, что мне было немного стыдно отвечать на их вопросы о том, как же прошла первая ночь. Я нервно оглянулась, ища в толпе своего новоиспечённого муженька, но наткнулась лишь на танцующие спины индейцев и сидящие спины друзей Коннора у костра. В основном, это были те люди, которым Кенуэй когда-то помог и которые жили в нашей деревне, во Фронтире.       — А первая брачная ночь у вас будет? — вкрадчиво поинтересовалась Эллен, вгоняя меня в краску.       — Что? Нет! Нет, прошлая ночь ведь была уже и я думаю, что нет никакой первой брачной ночи… — затараторила я, но была прервана тем, что меня резко обхватили за плечо и прижали к себе.       — Прошу прощения, дамы, но украду её у вас на минуту, — Коннор, а это был конечно же он, оттащил меня от женщин и повёл куда-то. — Ну конечно же у нас есть первая брачная ночь, Ро.       Последнюю фразу он проговорил тихо, прижимая меня к себе и негромко усмехаясь, а затем поцеловал в висок. Обнявшись, мы вышли из деревни и пошли куда-то наверх. На лес уже опустилась ночь и я то и дело спотыкалась о коряги, но индеец не давал мне упасть, постоянно придерживая. Вскоре мы остановились у большого, старого дуба.       — Я надеюсь, на дерево ты залезешь? — с неким не присущим ему ехидством спросил меня Коннор и подошёл к дереву.       Пропустив ехидство мимо ушей, я потупила взгляд и чуть отвернулась в сторону, делая вид, что созерцание густой чащи леса интереснее.       — Наверно, это не очень хорошая идея…       Коннор мягко улыбнулся, взял меня за руку и повёл ближе к стволу. Он ловко залез на первую ветку и стал ждать меня. С горем пополам, но я забралась-таки к нему. На моё карабканье ушло примерно минут семь. Дерево высокое. А теперь подумайте, сколько у меня ушло времени на ВСЕ ветки.       В общем и целом я-таки оказалась на самом верху, в цепких объятиях метиса, и старалась не смотреть вниз. Всё моё внимание было приковано к подсчёту пуговиц на его костюме, когда он мягко не повернул мою голову и я не увидела прекрасное ночное море. Моё любимое, родное, божественное ночное море, в котором белоснежной фарфоровой тарелкой отражается луна. На горизонте и в еле виднеющемся порту, словно скелеты животных, стояли корабли с голыми мачтами и собранными парусами. Кра-со-та.       Почему-то именно сейчас я чувствовала себя самым счастливым человечком в мире. Любимый человек стоит рядом и обнимает тебя, а ты чувствуешь солёный воздух, веющий с моря, и глядишь на чёрную гладь морской воды.       Боги, как бы мне хотелось, чтобы этот момент длился вечно.