Демон в тебе.

Хосок нашёл Юнги недалеко от больницы. Он просто сидел на обочине, не обращая внимания на окружающих. Хосок присел рядом. Ему не хотелось задавать какие-либо вопросы. Он заметил возле парня сумку. — Я был дома, меня там поджидали. — Юнги ответил на немой вопрос демона. Он запустил руки в волосы и начал смеяться. — Они думали, что я мёртв. А я вернулся. Представляешь? Не ожидали увидеть меня. Пытались убить, но я вырубил их, собрал некоторое оружие, вещи… и вот. Повисла тишина. — Уже поздно. Здесь сидеть опасно. — Хосок поднялся и протянул руку охотнику. — Ну, что? Идёшь? — Куда? — непонимающе спросил Юнги. — Домой. — спокойно ответил Хосок, помогая охотнику подняться. Квартира Хосока вовсе не напоминала мрачную пещеру, которую Юнги ожидал увидеть. С другой стороны, после его машины и одежды, он уж и не знал, чего ожидать, вплоть до пентхауза где-нибудь, за который в месяц Хосок платит больше, чем он за свою халупу года за два. — Неправильно все это, — пробормотал Юнги и бросил сумку с оружием на пол. — Что именно? — непонимающе посмотрел на охотника Хосок. — Вот это все. Ты ведь должен жить где-нибудь в канализации или по крайней мере в каменной пещере, — сказал Юнги как-то неуверенно. Поскольку Юнги не видел в ничего нем плохого, все сложнее и сложнее было придерживаться своих принципов. Особенно после того, как недавние собратья, с которыми он эти самые принципы делил, пытались его убить. Дважды. Ещё потому, что он еще и сам демон-полукровка. Маленькая такая, незначительная деталь. — Не нашел канализации с приличным видом из окна. — улыбаясь, ответил Хосок. — А где твоя собака? Мне сказали, что у тебя есть собака. Или ты ее уже съел? — спросил Юнги. — Я позвонил женщине, которая выгуливает его, и спросил, не сможет ли она присмотреть за этим шаловливым псом несколько дней. — спокойно ответил Хосок, пристально смотря на Юнги. Где-то в глубине дома пробили старинные часы. — Шаловливый пес? Что-то, похоже, не больно ты его и любишь. — Юнги заметил на себе взгляд Чона. — Отнюдь. Он часто составляет мне компанию по вечерам. — слова прозвучали обыденно и, произнося их, Хосок даже пожал плечами, но, нескрываемая привязанность в голосе выдала его с потрохами. Он любил своего пса. Хосок взял его сумки, и Юнги проследовал за ним по коридору, где на стенах висели картины, писанные маслом, с изображением средневековых замков и шато на побережье. Они дошли до спальни — это была огромная комната, богато расписанная в бордово-коричневых тонах. Посреди комнаты стояла необъятных размеров кровать. — Это ведь твоя комната, — прошептал Юнги. — Я видел здесь гостевую спальню… Хосок бросил сумки на отполированный деревянный пол и взял лицо Юнги в теплые ладони. — Мы выше этого. — он нежно поцеловал его в шею. — Ты будешь спать со мной. Как настоящая пара. Слишком уж интимно. — Я не хочу. — возразил Юнги и сделал глубокий вдох. — Не ври мне, Юнги, я же чувствую запах твоего желания. — прошептал ему Хосок. Дьявол. Это его обоняние уже сидело у Юнги в печенках. — Мне нужно личное пространство. — со всей серьёзностью ответил Мин. — Кровать достаточно большая для этого. — куда-то в шею ответил Хосок. — Твоя кровать достаточно большая для того, чтобы вместить команду поддержки. — Юнги почувствовал, как тот улыбается. — Ты ревнуешь? — спросил Хосок. — А ты бредишь. — передразнил его Юнги. — Но тебе определенно стоит отдохнуть. — Хосок сделал шаг назад, удивив охотника. Его пальцы задержались на щеке Юнги. — У тебя был сложный день. Если тебе нужен душ, то он справа. Полотенца в шкафу, — кивнул он на большой шкаф в углу. — Ты на самом деле не дрался тогда с демонами? — Нет. — Боже, Юнги не хотел вспоминать весь день с самого начала. — Слушай, да, половина демонов… У тебя все равно нет доказательств, что я… ну… — Пойдем со мной. Юнги прошел вслед за ним по коридору, в соседнюю комнату, которая оказалась не таких больших размеров, но гораздо уютнее. Вдоль стен стояли книжные шкафы, на корешках многих книг были названия на незнакомом ему языке. У одной стены стоял компьютер, а вдоль другой длинный-предлинный кожаный диван. Пол, выложенный серой мраморной плиткой, отражал свет, льющийся с потолка. Хосок взял с полки одну из книг в кожаном переплете и открыл ее. Он закрыл глаза и сделал взмах рукой. Под его ладонью загорелся огонь, а когда он убрал ладонь, то перед Юнги возникла светящаяся картинка внутренних органов. — Во-первых, это ужасно. Во-вторых, как ты это сделал? — с непониманием спросил Мин. — Это медицинская книга, я сам ее написал. На одной из двух страниц я визуализировал все, что видел, и могу воспроизвести картинку увиденного, словно фотографию. — ответил Хосок. — Круто, но все равно противно, да и зачем все это? — не унимался Юнги. — Это твои внутренности. — спокойно ответил Хосок. — Я, конечно, не эксперт в медицине, но что-то тут неправильно. — Юнги поежился. — Ты уверен? — Это твои органы, Юнги, — сказал Чон. — И они перемешаны. Случилось это из-за объединения двух видов. Предвидя твой вопрос, отвечу: нет, это не родовая травма, и у людей так не бывает. Юнги отвернулся, будто хотел отгородиться от того, что говорит Хосок. — Все равно не верю, мама не стала бы скрывать от меня… — жестикулируя начал Юнги. — Может, она просто не знала? — перебил его Хосок. — Но как… — Юнги задумался. Так значит, Юнги действительно демон, и отрицать это бессмысленно. Ему было омерзительно то, что говорил Хосок, но, по правде говоря, его уже ничто не удивляло. Ещё ребенком Юнги отличался от сверстников. Он слушал свою интуицию. Зрение было не просто идеальным, но и превосходило зрение нормального человека, а с годами и остальные чувства развились сверх меры. Зато его способность сопереживать и чувствовать симпатию к другим людям снизились многократно. — Так что со мной будет дальше? Твой брат сказал, что демоническая ДНК берет вверх. Я что превращусь в какого-то ужасного зверя? — Юнги скорее убьет себя, чем позволит этому случиться. — Я не знаю. — честно ответил Хосок. — Ты не знаешь? Ты же доктор! — возмутился Юнги, его начинало всё это злить. — Доктор по демонам. — поправил охотника Хосок. Юнги махнул рукой в сторону книжных полок. — У тебя под рукой библиотека волшебных демонических книг и ты не знаешь? — спросил Юнги. — Ну кое-что я все-таки знаю. Тэхён был прав. — Хосок присел на стол, вытянув ногу перед собой. — Демоническая ДНК очень агрессивна. Она все время будет пытаться взять верх над человеческой ДНК, а не слиться с ней. Именно от этого твои проблемы. Вопрос еще, во что именно ты превратишься, но то, что превратишься, в этом нет никакого сомнения. Или умрешь. — Лучше умереть. — ни секунды не думая, сказал Юнги. — Есть еще кое-что. — покачал головой Хосок. — О, я понимаю, что я могу покончить с собой до того, как случится то или иное. — в голосе Юнги звучал сарказм. — Нет. С помощью Намджуна, как мне кажется, мы сможем изменить твою человеческую ДНК в демоническую. По сути, я дам тебе биологическую форму, которая была у тебя при рождении. — сказал Хосок. — Это которую? Вот то-то же. Ты не знаешь. Если я ничего не буду делать, то либо умру, либо превращусь в монстра. — Юнги начал смеяться, и смех его звучал истерично. Антикварные часы отсчитали несколько секунд в полной тишине. — Ну что ж, можно сказать и так. — Хосок смотрел на охотника, его пугало психологическое состояние парня. — Ух ты, — сказал Юнги тихо. — Грустное у меня какое-то будущее. — «Грустно» — не то слово. Ведь он жил в ожидании смерти, всегда жил в ожидании смерти, так, что ничего нового здесь не было. Юнги провел пальцами по книгам на полках.  — Так, выходит, что я бомба с часовым механизмом. И, когда я взорвусь? Есть идеи? — Не знаю, — ответил Хосок, запустив пятерню в волосы, как делал всегда, когда был в растерянности. — Для доктора, ты вообще не много знаешь. — съехидничал Юнги. Юнги заинтересовали позолоченные буквы на одном из томов, и он задержался у полки. — Библия демонов? — он достал книгу и нахмурился. — В сущности, да, это другая сторона все той же медали. — ответил Хосок. — Так, что было вначале, по мнению демонов? — спросил Юнги. — Тебе не все равно? — прищурившись, Чон ответил вопросом на вопрос. — Нет. — Юнги взвесил книгу в руке, ожидая ответа. — Всегда интересно знать, что думает противная сторона? — спросил Хосок. Вот только сторона-то уже не противная. Хосок сложил руки на груди и вытянул вторую ногу перед собой. — Знатоки демонической истории говорят, что, после того, как сатана был изгнан с небес, ему позволили создать собственную расу, но, поскольку люди рождены добрыми и могут быть обращены во зло, Бог потребовал того же от созданных сатаной созданий, то есть они рождены от зла, но могут быть обращены в добро. Некоторые виды сатана взял из своего воображения, а некоторые… Для создания одних он взял животных, для создания других людей. — увлечённо рассказывал Хосок. — Вот почему демоны могут выглядеть, как люди? — перебил его Юнги. Хосок кивнул. — Некоторые виды — это примесь животных с людьми. Например, оборотни. Некоторые виды унаследовали больше зла, чем другие. Есть виды и отдельные личности, которые все время пытаются стать добрыми. — продолжил Хосок. — Добрыми? Так они, что, не поклоняются сатане? — непонимающе посмотрел на демона Юнги. — Мало того, некоторые из нас вообще сомневаются в его существовании, как некоторые люди сомневаются в существовании Бога. — улыбнулся Хосок. — Так ты его никогда не видел? — спросил Юнги. — А ты Бога видел? — продолжал улыбаться Хосок. — Так, ведь, не в этом дело. — начал Юнги, но тут же замолчал. — Вот именно. Когда люди говорят о божественной силе, то имеют ввиду ангелов. А у нас есть падшие, и, кстати, многие из нас считают вашего Бога верховным правителем. Другие поклоняются или по крайней мере принимают обоих. Если желаешь, у нас — двоебожие. — Разве это возможно? — спросил Юнги. — Что именно? То, что кто-то из нас может быть не только злым? А тебе не кажется, что всё неверно, и многие люди рождаются злыми или их обратили во зло? — Хосок выжидающе смотрел на Юнги. — Ну, думаю, что да. — неуверенно ответил парень. — А теперь представь, то же самое происходит в мире демонов. Для каждого действия есть противодействие. Все взаимосвязано. Инь и янь. И не бывает одной крайности без другой. И вот в демоническом мире, в каком-нибудь жутком сообществе происходит аномалия. Я знал стервятника, который очень хотел работать в моей больнице. Его порвали на части его же родственники за такое поведение. Мир не черно-белый, как тебе кажется, Юнги. — спокойно проговорил Хосок. — Поверь мне, я уже сам догадался. — Юнги потёр виски и подумал, что вряд ли его жизнь когда-нибудь будет нормальной. Впрочем, что он знал о нормальной жизни? Он родился на полу склада, его мать была наркоманкой и любила сына только от дозы к дозе. — Юнги, давай я приведу сюда Намджуна, и мы тебе поможем. — предложил парень. Юнги покачал головой. — А чего ты боишься? — непонимающе спросил Хосок. — Чего боюсь? Ну как тебе сказать… Например, я боюсь потерять себя, боюсь превратиться в то, что сам всегда ненавидел. Я лучше умру, чем превращусь в то, что утром не смогу узнать в зеркале. — казалось, Хосок понял его, и тут Юнги вспомнил о том, что он говорил ему о каком-то предстоящем изменении в собственной жизни. — Ты, похоже, тоже не слишком рад предстоящим переменам? — Тут дело в другом. Я-то знаю, кем стану, а ты нет. Ты ведь можешь стать лучше. — разводя руки в стороны, Хосок улыбнулся. — Лучше? А чем это «лучше» превратится в демона? — с явным раздражением спросил Юнги. — И это говорит человек, которого только что, едва не убили его же сородичи? — не удержался от сарказма Хосок. Юнги скрипнул зубами. — Чтоб ты провалился в ад. — сквозь зубы прошептал Юнги. — Ты все еще не понял? Это и есть ад. — подмигивая, ответил ему Хосок. — Ну да, как же. — фыркнул Юнги. — Нет, я серьезно. Нет никакой огненной ямы, кругов ада, текущей лавы. Когда мы умираем, нас кладут в землю, как и вас, чтобы мы раз за разом проживали свою никчемную жизнь заново. — сказал Хосок. Голова у Юнги пошла кругом от того, что он говорил. Это противоречило всему, чему его обучали в школе и тому, что он слышал от охотников. — Бессмыслица какая-то. — пробубнил себе под нос Юнги. — Нет никакого ада, — заявил Хосок. — Не в том понимании, в каком вы думаете. Наш мир живет по тем же законам, что и ваш. Когда вы умираете, вы переходите на Другую Сторону. Когда мы умираем, мы переходим в Нижний Мир. Большинство демонических видов живут глубоко под землей. Именно там я вырос. Это мир пещер, там всегда темно и мало пространства. Демоны все время стремятся выбраться оттуда и всегда будут, и сделают все, что угодно, ради того, чтобы приблизить тот день, когда все мы будем жить на поверхности. — Какой такой день? — непонимающе спросил Юнги. Чем дальше заходил разговор, тем больше он не понимал. — Вы называете его Вознесение. Армагеддон. Апокалипсис. Многие человеческие религии говорят о том, что праведники попадут в рай на небесах, а землю оставят Злу, а мы называем это Перерождением. Земля превратится в ад. И нет надобности в огненной яме. — Хосок указал на книгу, которую Юнги все еще держал в руках. — Библия учит нас, что люди-грешники перерождаются, получая второй шанс, чтобы в следующий раз, когда умрут, смогли бы попасть в тот мир, который многие из вас называют Небесами или другим миром. И когда, наконец, наступит День перерождения, это будет концом Искупления. Именно этого хочет Зло, а для демонов наступит рай на земле, по крайней мере многие из нас так считают. Это было слишком. Слишком сложно. Черное, белое, оттенки серого и местами кровь. Юнги уже скучал по простым истинам. — Рыжий? — прошептал Юнги. — Что? — Обними меня. Я хочу забыть обо всем этом. — Юнги и глазом не успел моргнуть, как Хосок уложил его на пол и оказался сверху. Женщины и мужчины отдавались Хосоку, но еще ни разу за восемьдесят лет половой зрелости никто не хотел от секса с ним больше чем просто секса. Он не умел дарить комфорт и не умел облегчать боль за рамками знаний медицины и анатомии. Но то, как Юнги вцепился в него, говорило ему, что ему нужно больше, чем секс, и, похоже, он сам понимал это. Из его горла раздался стон отчаяния. Хосок сжал его бёдра сквозь ткань. — О, Юнги, ты такой красивый. — это было правдой. Хосоку безумно нравились такие привлекательные губы и его глаза-полумесяцы. То, как парень заводился с полуоборота. Всё возбуждало демона. Должно быть, слова Хосока были именно тем, в чем нуждался Юнги. Он выгнулся навстречу его прикосновениям. Уже через минуту они лежали нагие. Хосок поставил его на колени и медленно вошел в него. Юнги вскрикнул и вцепился пальцами в ковер. Хосок почувствовал запах страха, но еще сильнее был запах похоти, исходивший от Юнги, и от этого запаха он окончательно потерял контроль над собой. Он понимал, что нужно остановиться, но это было выше его сил. — Пожалуйста… Дьявол. С рычанием, Хосок заставил себя выйти из Юнги. Он сел, не поднимаясь с колен и стиснул зубы. — Хосок. — рука Юнги опустилась ему на плечо. — Отойди от меня. Я не могу себя сейчас контролировать, так, что лучше держись от меня подальше. — его член болел от напряжения. Трясущимися руками он потянулся за джинсами. Ему срочно нужно найти кого-нибудь, но мысль о том, что он овладеет кем-то другим, а не Юнги, лишь усилила его агонию. — Что ты делаешь? — не понимая, что происходит, Юнги смотрел на Хосока. Хосок выдавил сквозь сжатые зубы: — Больница. Там я найду кого-нибудь. — он не понял, что говорит вслух, пока пальцы Юнги не впились в кожу его плеча. — Ты что, собираешься… с кем-то другим? — спросил Юнги. — Придется. Мне самому с этим не справиться. — как в бреду твердил Хосок. — Твою мать, — Юнги закусил нижнюю губу, и Хосок застонал, — прости, я просто… понял, понял… Ты не можешь признаться, что хочешь меня. — Хосок натянул джинсы и думал лишь об одном, как бы дотерпеть до больницы, не изнасиловав кого-нибудь по дороге. — Не уходи, прошу тебя. — Юнги умоляюще смотрел на Хосока. — Ну смотри, ты сам напросился, остановиться я не смогу. Юнги поежился, несмотря на тепло рук Хосока. После сногсшибательного секса они лежали вместе и молчали. Юнги не совсем понял, что сейчас произошло, кроме того, что он сделал что-то не так. То, что должно было быть быстрым сексом, обернулось чем-то, с чем он не смог справиться. Юнги не знал, что ему сейчас делать, уйти или остаться, но, если он уйдет, в руках Хосока скоро окажется другой парень или девушка, ведь для него не было выбора, его физическая боль была очевидна. — Хосок? — позвал его Юнги. — М-м-м? — Хосок поцеловал его в ухо. — А ты не можешь?.. — начал Юнги. — Нет, — Хосок все еще был в Юнги и инстинктивно начал двигать бедрами, — я не могу достичь оргазма сам. Ты прекрасен, ты знаешь это? — промурлыкал Хосок и впился легонько зубами в основание шеи Юнги. — Я снова хочу тебя. Юнги закрыл глаза, обдумывая его слова. — Слазь с меня. — смеясь, Юнги толкнул демона в бок. Хосок подчинился с неохотой. Взял с дивана одеяло и накрыл Юнги. — Сколько у тебя было партнёров? — после небольшого молчания спросил Юнги. — Мне было двадцать, когда я впервые испытал желание. — недолго думая, ответил Хосок. — Двадцать? А не поздно? — фыркнул Юнги. — Когда живешь по семь веков, двадцать лет воспринимаются, как капля в море. Так вот, когда у особей нашего вида появляется желание, то секс необходим для завершения процесса полового созревания. — пояснил Хосок. — И много секса? — спросил Юнги. Хосок пожал плечами. — Ну, в течение нескольких дней достаточно много. Для некоторых из нас это достаточно тяжело, но мои родители помогли мне. — увидев непонимающий взгляд, Хосок объяснил. — Нашли партнёров, чтобы все время были под рукой. Это были и парни, и девушки. — Твои родители купили тебе партнёров, чтобы ты занимался сексом в родительском доме? — в голове Юнги крутилось мысль о проституции, но он решил промолчать. — Ну это же логично. Не могли же они позволить мне умереть! Не могли позволить мне слоняться по пещерам и насиловать всех встречных. — Хосок зевнул, как будто то, что он говорил, было в порядке вещей. — Кроме того, они заплатили сверху достаточно. Юнги не мог себе представить ни такой юности, ни места, где жил Хосок. — Где ты вырос? Как выглядели твои родители? Они были похожи на людей? — не мог успокоится Юнги. Хосок провел пальцем по его щеке. — Они не совсем похож на людей. Время от времени, я сбегал сюда, на землю. — он подмигнул Юнги. — Я был бунтарем в молодости. Юнги усмехнулся. Хосок не походил на того, кто мог быть трудным подростком. — Хватит обо мне. Твоя очередь. — прошептал ему на ухо Хосок. — Что ж, я был диким ребенком. Мама была наркоманкой, а бабушка и дедушка жили в доме престарелых. Так что я жил практическим один и контролировать меня было некому. Я получал, что хотел и когда хотел. Секс… случилось это с моим другом после одной попойки. — Юнги посмотрел на Хосока, но в его взгляде не было осуждения, только любопытство. — Было довольно больно, но боль прошла, секунды через три. Небо не обрушилось на землю, земля не разверзлась под нами, но, в целом, мне не понравилось, так что я не зацикливался на этом. Маму убили, я остался один. — Что было потом? — спросил Хосок. — Я жил на улицах. Мне приходилось делать все, чтобы выжить. Несладкая жизнь, скажу я тебе. — повисла пауза. «Может, не стоило ему все это рассказывать? Может, ему противно все это слушать. А, с другой стороны, он же демон, у которого были партнёры за деньги.» — И сейчас тоже самое? Ты тоже делаешь все, для того, чтобы выжить? И со мной ты спишь только ради крыши над головой? — не удержался Хосок. Сначала Юнги хотел обидеться, но, как ни странно, ему было лень, тем более, что Хосок прекрасно знал, что он спит с ним не ради защиты, денег или чего-нибудь другого. — Можно, я не буду отвечать на этот вопрос? — спросил Юнги. Хосок поцеловал его в губы, Юнги вдруг подумал, что такого с ним никогда не было. Даже мама никогда не обращалась с ним с любовью, хотя она любила его, но между ними всегда была стена вины, которую мать чувствовал из-за того, что бросала Юнги одного. Юнги едва не погрузился в печальные воспоминания, но неожиданно пол под ними вспыхнул ярким светом. — Что это? — спросил Юнги, глядя на сияющую пентаграмму. Хосок посмотрел на него с каменным выражением лица. — Побудь один, устраивайся поудобнее, меня вызывают в суд. — За что? — больше с удивлением спросил Юнги. — За убийство человека. — спокойно ответил Хосок.