Ранняя Лилия

На утро Саюри проснулась в гордом одиночестве, что стало для неё неожиданностью. Она считала, что её муж будет более обходителен с ней после вчерашнего, ведь он сам убедился, что ни с его братом, ни с каким либо другим мужчиной она до него не была. И ей было так удивительно, что свой брак они консумировали через достаточно долгое время после церемонии. Был полдень, поэтому солнце уже давно во всю озаряло хозяйскую спальню, девушка внимательно рассматривала аскетичную обстановку, тёмные стены, ни каких излишеств, кажется даже светильников не было. И постельное белье было черного цвета «Оно и к лучшему. Хоть следов крови не будет видно» - подумала про себя Саюри. Но от раздумий девушку отвлёк стук в дверь, вот что-что, а не прошенных гостей она сейчас хотела видеть меньше всего. - Мадара, это я, - прозвучал приятный мужской голос, на пороге хозяйских покоев показался Изуна. Тот слегка опешил, так как не ожидал увидеть жену брата в таком виде. А смущённая девушка лишь повыше натянула одеяло, стараясь прикрыть свою наготу и раскрасневшиеся щеки. Как ни странно, но чувствовала она себя виноватой что ли, хотя в чём и сама не понимала. – Прошу прощения, – поспешно извинился младший Учиха, и мгновенно удалился из комнаты с грохотом закрыв за собой дверь. «Не жизнь, а сплошная неловкость в этом доме.» – сделала умозаключение девушка. Ей хотелось побыстрее убраться отсюда, но это не представлялось возможным, так как то полупрозрачное одеяние было не самой подходящей одеждой в которой можно разгуливать средь бела дня по дому. И от вечного заточения девушку спасла к её удивлению старуха Уфирей. Та принесла ей чистую одежду, и пока она одевалась как то странно на неё посматривала. В общении с этой занозой Саюри была уже научена, поэтому не скрывая недовольства громко спросила: – Что на этот раз не так?! – Я удивлена, что ты в спальне Мадары-сама, - со страшным спокойствием отвечала Уфирей. - А что в этом странного? – не понимающе спрашивала девушка, – я его жена, и иногда мы встречаемся по ночам. Одни. Голые. В спальне. - Меня удивило то, что ТЫ в ЕГО спальне. Обычно он сам приходит в покои женщин. А тут вот те раз, сама принцеска Сенджу в гостях у главы клана, - саркастично говорила в лицо, словно выплёвывая слова старуха. Саюри не раз замечала, что Уфирей её просто на дух не переносит, но чем она могла вызывать такую лютую ненависть у неё девушка не осознавала. Не посчитав нужным что либо отвечать ей, девушка как можно быстрее оделась, и даже не подумала открыть дверь, попросту выбила её ногой. И направилась по длинному коридору в сторону своей спальни. По пути она встретилась с Изуной, но пребывая в ярости, не подняла на него глаз и даже не поздоровалась. Да и сам парень почти ощущал гнев который исходил от ауры девушки. Ему было непривычно лицезреть её в таком виде. Он ещё утром ощутил неприятный укол ревности увидев Саюри в постели брата, но от чего же? Она его супруга и это вполне естественно. Но почему-то было неприятно. А теперь сейчас, эта волна ненависти, что окружала девушку его слегка смущала. Хотя такой злостный вид был ей к лицу. Младший Учиха лишь слегка усмехнулся и направился дальше. *** А вот сама Саюри сейчас пребывала в небольшом замешательстве, только сейчас она осознавала, что увидев сломанную дверь вырванную с куском стены, вряд ли её муж обрадуется. Но уж лучше дверь чем эта вечно выводящая из себя старуха. Прожив в этом доме почти четыре месяца, она по прежнему ощущала себя здесь чужой. Она всегда будет для всех Учих лишь дикаркой Сенджу, которая может залечить раны. Белой вороной, практически в прямом смысле этого слова. Устраивала ли её такая жизнь? Нет. Думала ли она о побеге? Да. Сбежит ли она? Нет. А смысл, когда её эгоистичная выходка разрушит мир, который так долго добивались Мадара и Хаширама, ведь по их примеру, стали образовываться селения в других странах. А это неприменно означало установления равновесия в мире шиноби. – И как это понимать? – неожиданно раздался голос за спиной Саюри. Всё это время находясь в своей комнате, она сидела на полу перед окном и как всегда смотрела на цветущие деревья. Но этот глубокий бархатный и холодный голос она узнает всегда. Обернувшись, она увидела своего супруга, тот с недовольным выражением лица смотрел на неё облокотившись спиной о закрытую дверь. Она даже не услышала, как он зашёл, что было бы странно, ведь её дверь безбожно скрипит. Не смея ответить что-либо мужу, Саюри лишь потупила взгляд вниз. – Я оставил тебя ненадолго в своей спальне одну, а возвратившись, обнаруживаю, что куска стены с дверью не хватает, в прочем как и тебя – продолжил старший Учиха. – Если вы, Мадара-сама, желаете знать, что произошло, то спросите у Уфирей. Эта женщина попросту ненавидит меня, – обреченно сказала девушка, – она постоянно надо мной издевается, и ищет в чём упрекнуть. И прошу вас изолировать меня от её общества. Учиха удивлённо вскинул брови глядя на свою жену. Его поражало в её поведении несколько вещей. Во-первых то, что она до сих пор к нему обращалась на вы. Второе, он не думал, что поведении его няньки будет настолько нервировать Саюри. И третье, то, что в гневном состоянии она выглядела как-то по странному привлекательно. – И всего-то? Ты решила разнести наш дом, только лишь из-за полоумной старухи? – спросил Мадара. – Для меня это достаточный повод, – дерзко отвечала пепельноволосая. Ей самой как-то был непривычен тон, которым она разговаривала с мужем. Но остановиться уже не могла, – И так как я ваша жена. Жена главы клана Учиха, сильнейшего клана страны Огня, я требую должного отношения! «А ведь я не верил Хашираме, когда он говорил, что у его сестрицы взрывной характер. Надо же как осмелела. » – думал про себя Мадара. – Хорошо, я поговорю с Уфирей, но могу заверить тебя, что она не испытывает к тебе чувства ненависти. Но вообще я пришёл тебе сообщить, что завтра я уезжаю, и меня не будет с месяц. А так как ты сделала мою спальню не пригодной для времяпрепровождения, то спать мы будем вместе, – практически безэмоционально констатировал старший Учиха. – Х..хорошо, - уже на порядок более тихим и спокойным тоном отвечала Саюри, от чего-то она раскраснелась, вспоминая их сегодняшнюю ночь. – Надо же как быстро тебя можно утихомирить и вогнать в краску, – ухмыльнулся Мадара, он получал некое удовлетворение от вида смущенной супруги. А чувствовал ли он к ней что-то ещё? Безусловно, девчонка была красива, не смотря на то что все девушки в её возрасте прекрасны, но эта. Было в ней что-то особенное,то от чего грозный Учиха смягчался лишь при одном её виде. Ещё недавно она дрожала лишь от одного его прикосновения или взгляда алых глаз, а теперь Саюри вот так спокойно, практически в приказном тоне разговаривала с ним. Такого не позволяла ни одна девушка из его клана, разве что Уфирей, но её сложно было представить прекрасной девой, и вообще она отдельный случай. Ещё недавно он считал, что её как наследницу клана ни чему толком, кроме вышивки не обучали, но недавно прояснилось, что она хороший лекарь, а по остаткам хозяйской комнаты особняка стало понятно, что и нечеловеческая сила где-то скрывается в ней. Сколько же ещё в ней секретов и тайн. Мадара считал, что читает девчонку как открытую книгу, и всё о ней знает. Но теперь он сомневался не только в своих знаниях о сущности девушки, но и в чувствах к ней. Так что же его цепляет? С этим ещё предстояло разобраться… *** Ужин прошёл в достаточно умиротворённой обстановке. Мадара и Изуна периодически бросали мимолетные изучающие взгляды в Саюри, словно пытались понять в каком она сейчас расположении духа, но девушка как обычно была не многословна и спокойно ела. Она конечно замечала эти взгляды, но не придавала им особого значения, стараясь не обращать внимания на какой-то особенный интерес братьев, изредка лишь улыбалась им. Закончив ужинать она поднялась в свою спальню, и то что она там увидела повергло её в шок. Комната была абсолютно пуста, ни мебели, ни гравюр, даже одежды в шкафу не было, только стены и татами. «Да что здесь произошло? Неужели Мадара решил мне таким образом отомстить за порчу его комнаты?» - пронеслась мимолетная мысль в её голове. Увидев проходящую мимо девушку, Саюри решила спросить у неё, что произошло, как темноволосая служанка Учих сказала: – Мадара-сама распорядился перенести ваши вещи в общую с ним комнату, она находиться в другом крыле дома. Если хотите я провожу вас, Саюри-сан. - Да, пожалуйста, - обратилась к брюнетке наследница Сенджу. Идя по длинному коридору, что подсвечивался небольшими бумажными фонариками с гербом клана Учиха, девушка размышляла: «Когда же он успел? Не уже ли в то время когда я прогуливалась по саду с пришедшей в гости Мито-сан. Кстати это было так мило с её стороны, не то что мои братья, которые кажется и вовсе про меня забыли». От этих мыслей ей в одночасье сделалось грустно. Не уже ли её любимые Хаширама и Тобирама не спрашиваются о её жизни и состоянии, Саюри не видела их с самого дня свадьбы. - Вот пожалуйста, Саюри-сан, - вернул с небес на землю девушку голос прислуги. Та лишь слабо кивнула в знак благодарности, и перевела взгляд на дверь их новой комнаты с Мадарой. Комната была очень большой и светлой, что не могло не радовать девушку, правда вид из окон лежал на внутренний дворик поместья, а не на сад как это было в предыдущей её спальне. На стене у двери уже висели её картины, проверив шкаф Саюри убедилась, что в них уже была разложена одежда, а из мебели была лишь большая кровать и небольшое плетённое кресло у раздвижного окна. Совершая уже наверное десятый круг по своим новым покоям жена Мадары от бессилья плюхнулась на кровать и уставилась в потолок. После того как ей надоело изучать белоснежный свод, она ещё раз обвела взглядом комнату и увидела то, что ранее не заметила, а именно деревянную дверь, что хорошо сливалась между резными дверцами шкафов. Истинное любопытство подтолкнуло Саюри узнать, что же там находится. Резво поднявшись с кровати и расправив мятые складки кимоно, девушка на цыпочках подобралась к двери и легонько толкнула её. Внутри оказалась обычная традиционная японская ванная комната, небольшая, но достаточно уютная, с большим офуро. Вспомнив, что со вчерашнего дня девушка не утруждала себя гигиеническими процедурами, Саюри решила сама наполнить ванну, не утруждая прислугу, ведь это не совсем обременительно. Открыв кран с горячей водой, она переключила свой взгляд на полочку с различными маслами и травами, что использовали для купания. Обычно выбор девушки был неизменным – масло розы. Но не такой приторный запах, что в основном был слышен практически во всех флористических магазинчиках, а аромат дикой розы, он был более древесным и простым что ли. Саюри всегда нравилась именно эта добавка для ванны, она чувствовала некую связь с этим цветком, не смотря на то, что её имя означало – ранняя лилия, но вот лилии она на дух не переносила, странно, не правда ли? Вылив приличное количество масла в офуро, девушка побыстрее избавилась от кимоно, и наспех кинула его на тумбочку у двери помещения. Горячая, практически огненная вода приятно окутывала тело, а этот умопомрачительный аромат успокаивал разум, было так приятно и хорошо, что Саюри потеряла счёт времени и совсем не заметила как вода начала остывать, её веки начали наливаться свинцом, и девушка вовсе не заметила как уснула. *** Закончив вечернюю тренировку, Мадара уверенными шагами направился в свою новую спальню, в которой отныне с ним бы и жила его супруга. Многие были весьма удивлены таким поступком главы клана, ведь ещё совсем недавно вроде, практически и всех достопочтенных господ был шквал наложниц, где каждой полагались свои покои. Хоть и времена сейчас были другие, но муж с женой как правило проживали в разных спальнях. Но перечить Учихе никто не смел, поэтому перенесли его вещи, и вещи Саюри в самую светлую комнату во всем доме. Мадара заметил, что его жена стала, будто бы чахнуть, и подобно тому как пытаются спасти цветок - переставив его на более солнечное место, перенёс их спальню в более атмосферную часть дома. Зайдя в комнату, старший Учиха удивился, увидев, что в комнате не то что ни кого не было, но даже и свет не горел, но заметил, что дверь в ванну была открыта, и не постучав, или как то ещё предупредив, что намеревается войти, по-хозяйски открыл дверь. Ему представилась следующая картина: во всей комнате горела лишь одна одинокая свеча, да и та находилась в углу комнаты, так что толку от неё было мало. В воздухе витал такой уже привычный розовый аромат, а в круглой деревянной ванне лежала Саюри упершись грудью в борт офуро и сложив голову на руки, которые лежали на кромке ванны, тихо мирно спала. Её снежные волосы невесомо плавали в толще воды, и полностью скрывали её тело, от чьих либо глаз. Мадара слегка даже умилился такому виду, но осмелев и подойдя к ванне он упустил в воду руку, желая узнать как долго она тут находиться, и как он и предполагал, вода была практически ледяная. «И как она только не проснулась?» - изумился Учиха. А потом по неизвестным ему самому причинам, зачем-то прикоснулся к её волосам, взяв серебряную прядь в руки, он наблюдал как волосы растекались сквозь пальцы, подобно шелку. И это было невероятно приятно. Побеспокоившись, о том, что ещё немного и Саюри окончательно замёрзнет и заболеет, Мадара легонько коснулся её плеча, стараясь как можно нежнее разбудить. Саюри мгновенно встрепенулась, от того, что кто-то побеспокоил её сон, а после сразу же ощутила, на сколько была ледяная вода в которой она находилась, судя по расплавленному воску свечи, где-то около двух с половиной часов. Потом она посмотрела на того, кто её разбудил. «Мадара?!» - с неким ужасом воскликнула про себя девушка. Вот кого-кого, а его она меньше всех ожидала увидеть. Она подумала, что скорее всего её разбудил кто-то из служанок, но муж… Её глаза округлились от удивления, а потом Саюри густо покраснела, от осознания того, в каком виде её застал глава клана, она поспешно прикрылась руками под водой, чем вызвала только небольшой смешок у Мадары. Его забавляло это скромное поведение наследницы Сенджу, сейчас она была похожа на перепуганного и взъерошенного мокрого воробья. А он скорее на голодного и хищного ястреба. - Тебе, что совсем не холодно? – начал разговор наконец-таки он. - Нет! – соврала Саюри. - Тогда должен заметить, что ты весьма морозостойкая. – прокомментировал Учиха, а после ухмыльнулся. - Вы позволите мне выйти? – переводя тему диалога спросила девушка. - От чего же нет? Конечно же выходи, вода ведь совсем ледяная. И как бы ты тут не храбрилась, а я то знаю, что ты промёрзла до костей. Саюри выжидающе смотрела на мужа, а тот по прежнему стоял на месте около ванны не шелохнувшись, потом девушка кивнула в сторону двери, а Мадара лишь продолжил смотреть на неё своими красными глазами. Не выдержав девушка выдавила из себя: - Нууу же… - Что? – не понимающе спросил Учиха. - Вы выйдите? - Что за ложная скромность? Я уже всё видел, так что стесняться тебе не чего, - отмахнулся от слов супруги мужчина. - Ну знаете ли! – злостно сквозь зубы процедила девушка, - скромность ни когда не бывает ложной! – а после резко поднялась, и перешагнув бортик ванной, прямиком направилась в спальню оставляя за собой небольшие лужицы от босых ног. Пробежала она мимо Учихи настолько быстро, что чуть не снесла последнего с ног. Ринувшись к шкафу с одеждой, девушка схватила хлопковое серое кимоно, и мгновение ока завязала его наспех. Повернувшись лицом к двери ванной, увидела стоящего в проёме Мадару, тот из-за угла наблюдал за всеми совершенными ею ранее действиями. Густо покраснев, Саюри вопросительно посмотрела на мужа, и взяв в руки расческу с туалетного столика, принялась расчесывать невероятно длинные мокрые волосы, изредка бросая злостные взгляды в Учиху, который всё так же стоял и смотрел на девушку, от чего той становилось всё больше не по себе. – Что -то не так, Мадара-сама? – неуверенно спросила она. - Самому хотелось бы это знать. Я поговорил с Уфирей, отныне она больше не приблизиться к тебе. Я отправил её управлять кухней, так что навряд ли она тебя побеспокоит, – всё таким же ровным и холодным тоном говорил Учиха, и заметив неожиданное изумление на лице жены добавил – Ты удивлена? – Конечно, – откровенно призналась Саюри, – я не думала, что вы так отнесётесь к ней, ведь как мне казалось, вот уж о ком, а о вас она действительно заботиться, Мадара-сама. Она думает, что вы совершили ошибку, когда взяли меня в жёны… - Это не ей решать, и ни кому другому. Я ещё не разу не пожалел о том, что ты стала моей женой, - мужчина подошёл к девушке очень близко, а она в страхе лишь слегка прижалась к нему всё так же держа в руках расческу и глядя в эти рубиновые глаза. – Не думаю, что кто-то в этом думает так же как и вы. Здесь меня считают не более чем дикой чужачкой. Хоть внешне я и не похожа ни на членов своего клана, ни уж тем более вашего. Как показалось Саюри, Мадара уж как то слишком странно на неё посмотрел. И отойдя от неё направился в ванну и на последок изрёк. - Я решил, что ты завтра поедешь со мной. Это не обсуждается. Думаю некоторые твои качества, как ни когда пригодятся в этой поездке. После дверь за ним захлопнулась, оставив девушку наедине со своим решением.