***
— Не самое лучшее время, да? — обиженно проговорила женщина, глядя на мужа из-под опущенных ресниц. Её уже округлившийся живот скрывало свободное платье. — Не в этом дело, — ответил мужчина, стоя у окна и наблюдая, как крупные хлопья снега медленно кружатся и опадают на землю. — Ты всё знаешь не хуже меня. — Ну да, законы, — совсем не аристократичным образом Нарцисса закатила глаза. — Да к чёрту законы, Люциус! Это наш ребёнок и он должен родиться! — Будь по-твоему, — согласился мужчина, поворачиваясь к супруге. — Ребёнок родится. Но мы вынуждены будем отдать его в другую семью. — Но!.. — Нарцисса не успела договорить: Люциус, холодно посмотрев в глаза жене, вышел из комнаты. Женщина закрыла глаза, позволяя слезам течь по щекам. В тот день они больше не говорили. Да и последующие дни тоже.***
Накануне дня Святого Валентина Малфой-мэнор вновь наполнил детский плач. Прекрасная белокурая девочка с большими серыми глазками с первых же секунд покорила сердце Люциуса. Он, аккуратно взяв крошечную девочку на руки, погладил её по лобику и легонько поцеловал. «Красавица». — Мы должны её отдать. Таковы законы: в роду Малфоев в семье всегда был один ребёнок. И обычно, если женщина рожала второго, то его попросту убивали. Поэтому то, что мы сейчас должны сделать, не так-то страшно, — Люциус, сам себе не веря, ещё раз посмотрел в глаза дочери и передал её одному из колдомедиков. — Милая, я обещаю, когда-нибудь мы найдём нашу дочь и заберём обратно. — Пошёл ты к чёрту, Малфой, — отвернувшись от мужа, Нарцисса расплакалась.