Найди меня, если осмелишься

      Драко бесцельно бродил по дому, не зная, чем заняться и куда себя деть. Все комнаты, кроме его собственной, пожалуй, напоминали о событиях трёхмесячной давности.       Вот здесь, в столовой, проходили ежедневные сборы Пожирателей. Драко поморщился и, закрыв двери, прошёл чуть дальше. А вот здесь, в малом зале, тётя Белла пытала грязнокровку Грейнджер. Малфой закрыл глаза, вспоминая крики девушки и, как ни странно, её кровь. Да, чёрт возьми! Она такая же, как у него самого: ярко-алая, с сильным (или это ему так показалось?) запахом металла. Парень медленно закрыл дверь в комнату, всё ещё переживая события того времени. Мазохист просто.       Можно было бы написать друзьям, конечно, но их не было в стране. Блейз уехал в Испанию на время каникул и отвечал на письма достаточно редко. Панси путешествовала по Европе, не задерживаясь надолго в одном месте. Последний раз, когда девушка писала, она находилась в маленькой деревушке Рейне, что в Норвегии. Паркинсон приложила к письму несколько колдографий, и Малфой мог с уверенностью сказать, что эта деревня будто сошла с картины художника: так красивы были пейзажи на фото.       Драко даже не мог с уверенностью сказать, вернуться ли друзья в школу.       — Хозяин, — старый домовой эльф появился слишком неожиданно, отчего Драко сделал два шага назад. — Хозяин, прошу прощения за беспокойство, но вы зашли в северное крыло Малфой-мэнора. Как вам известно, ваши родители не позволяют вам здесь появляться.       Линч — самый старый домовой эльф в семье Малфоев. Он служит у них уже многие годы, поэтому практически не заикается, когда разговаривает с хозяевами. И да, у него почти не трясутся уши, разве что от старости. Пожалуй, это единственный эльф, к словам которого пока ещё прислушивается Драко. Точнее, прислушивался.       — Да, знаю. Но я уже взрослый мальчик и, уверен, родители не отругают меня за то, что я зашёл в эту часть, — парень ехидно хмыкнул. — Можешь быть свободен. И да, не смей говорить родителям о том, что видел меня здесь.       — Но…       Малфой поднял руку, давая понять, что разговор окончен. Домовик исчез, неодобрительно бормоча себе под нос. Драко двинулся вперёд по длинному и достаточно мрачному коридору. Кое-где висели портреты предков, которые были как на подбор: те же точеные черты лица, те же светлые волосы и глаза, тот же надменный взгляд. Лишь с одного портрета на Драко смотрела женщина с добрым и мягким взглядом карих глаз. Женщина улыбнулась Малфою и присела в реверансе, после чего расправила тёмно-синее платье и вновь вернулась в исходное положение, оглядывая весь коридор и мягко улыбаясь. Драко кивнул женщине в знак приветствия и перевёл взгляд на противоположную стену, где практически в самом углу находилась дверь.       Из тёмного дерева, украшенная серебристыми рунами, она всегда, сколько помнил себя Драко, была заперта и наводила некий страх. Решив, что он действительно уже взрослый мальчик, Малфой подошёл к двери и, направив на неё волшебную палочку, произнёс заклинание. Конечно, обычной «Алохоморы» оказалось недостаточно, поэтому в ход пошли все знакомые заклинания, которые, если довериться логике, могли помочь открыть дверь. Спустя минуты две в коридоре раздался ужасный грохот: дверь слетела с петель и упала на пол. Подождав пока рассеется облако пыли от пущенной «чтоб уж наверняка» «Бомбарды», парень лишь довольно улыбнулся.       Осторожно ступая по ступеням, ведущим вниз, где скрывалась такая манящая комната, Малфой прошептал нужное заклинание, и на конце волшебной палочки загорелся яркий огонёк света. Комната, в которую попал парень, была небольшой, мрачной и, возможно, даже пугающей. Драко чудилось, что вот сейчас из-за кресла выскочит очередной Пожиратель, а у ног проползёт эта омерзительная Нагайна. Да, нервы ни к чёрту.       Малфой прошелся по комнате, оглядывая все находящиеся там предметы. В углу стоял большой шкаф с древними книгами — это было видно по их обложкам, украшенным драгоценными камнями. Буквально в двух шагах от шкафа стояло старое, потрепанное и в некоторых местах выцветшее кресло. Над ним висело большое зеркало в золоченой раме, покрывшейся слоем пыли. Драко бросил взгляд на своё отражение, поправил и так идеально сидящую рубашку и продолжил осматривать помещение.       Противоположную стену закрывали тяжёлые портьеры. Парень медленно подошёл к ним и, недолго думая, сорвал их. Как оказалось, там было не что иное, как гобелен с родословной Малфоев. Драко подошёл ещё ближе и стал внимательно изучать семейное древо, водя тонкими пальцами по золотым и серебристым нитям. Вот вышитые портреты его родителей, соединенные между собой переливающейся нитью. А вот…       — Не может быть… — пораженно выдохнул Малфой, глядя, как от имен родителей опускаются две нити: золотая, ведущая к его собственному имени, и серебристая, под которой… хм, пусто. Но ведь нить-то есть!       Парень отошёл на пару шагов и испуганно уставился на полотно. Нет, ошибки быть не могло: от Люциуса и Нарциссы отходили две нити, и если верить гобелену, то у него, Драко, есть сестра. Живая.       Всё ещё пребывая в растерянных чувствах, Драко взмахнул палочкой, возвращая портьеры на место, и поспешил покинуть комнату. Это всё нужно было обдумать, а потом обязательно обсудить с родителями. Драко в три шага преодолел лестницу и, практически не разбирая дороги, бросился вперёд по коридору.       Кареглазая женщина озадаченно посмотрела на юношу. Затем, глянув на Абраксаса, который выглядел удивлённым и заинтересованным, женщина аккуратно приподняла явно тяжёлое платье и покинула раму, тут же появившись рядом с мужем. Мужчина лишь фыркнул, однако позволил женщине направиться в кабинет сына через свой портрет.

***

«Блейз!

Произошло нечто… невозможное. Я увидел семейное древо. Предвидя все твои саркастические комментарии по этому поводу, спешу сообщить, дорогой друг, что тот гобелен, который висит в гостиной, судя по всему, ненастоящий. Иным способом объяснить причину, по которой меня всю мою сознательную жизнь не пускали в северное крыло Малфой-мэнора, где я, собственно, и нашёл семейное древо, я не могу. И, знаешь, что я там увидел? У меня, оказывается, есть сестра! Знаю, звучит как полный бред, но это так. Родители — чтоб их!.. — подтвердили.

Надеюсь, что увижу тебя в Хогвартсе 1 сентября. Нужно многое обсудить.

С уважением, Драко Малфой»

      Блейз, ещё недо конца уверенный в правильности своих действий, вошёл в дом и, поднявшись в свою комнату, написал короткое послание другу. Что ж, повторный седьмой курс обещает быть интересным.

***

      — Люциус! — вскрикнула кареглазая женщина, только появившись в кабинете.       — Мама? — мужчина поднял голову от кипы бумаг, скопившихся за несколько месяцев. — Что-то случилось? Что ты здесь делаешь?       — Сынок, только что мимо нас пробежал Драко. Он был… напуган, взволнован и, кажется, очень удивлён, — на этих словах глаза Люциуса расширились, и он затаил дыхание, забыв, видимо, как дышать. — Я переживаю за своего внука. Поговори с ним.       — Твой портрет по-прежнему висит в северном крыле? — севшим голосом спросил Малфой, вставая из-за стола.       — Да, но при чём тут… — Мелисса растерянно проводила взглядом сына, который тут же выскочил из кабинета. — Ох…

***

      — … и нам пришлось отдать её… — проговорил отец, стоя к сыну спиной и глядя в окно.       — Что?! Нет, подожди, ты сейчас серьёзно? То есть вы просто отдали своего ребёнка непонятно кому, непонятно почему и непонятно для чего? Нет, этого просто не может быть… — Драко запустил руки в волосы и безумными глазами оглядывал малую гостиную.       — Сынок, я была категорически против. Твой отец сказал, что однажды мы найдём нашу девочку, — Нарцисса утёрла уголком платка выступившие слёзы и попыталась взять сына за руку, но Драко вскочил с дивана и отошёл на приличное расстояние.       — Нет, не трогай меня. Я… Мне нужно побыть одному.       — Драко, не было и дня, когда бы мы не вспоминали нашу дочь. Каждый день мы проверяем, не оборвалась ли нить.       — И только? Это всё, что вы делаете для неё? Почему вы до сих пор не нашли её? — Люциус хотел было заикнуться про законы, но Драко перебил его: — Нет, не смей сейчас говорить про какие-то средневековые правила и законы. Что это за бред вообще? Кто их придумал? — Драко перевёл дыхание и выпалил: — И после этого вы заявляете, что быть Малфоев — это огромная честь? Слышать не желаю! А знаете, что? Я сам найду её, хотите вы того или нет.       Драко вышел из гостиной и помчался в свою комнату. Нужно было поделиться этим с кем-то. И всё хорошенько обдумать. Составить план поиска. Ох, видимо, придётся ещё раз поговорить с родителями, чтоб немного больше узнать о сестре. Но не сейчас. Сначала нужно остыть.

***

      Малфой ещё раз пробежал по маленькому кусочку пергамента взглядом и удовлетворённо кивнул. Он не сомневался, что друг его не оставит в сложившейся ситуации и обязательно поможет. От Панси, к сожалению, вестей пока не было.       Парень попытался привести мысли в порядок, но они по-прежнему хаотично плясали, не желая соединяться в предложения. Вся та информация, что была в избытке, никак не хотела укладываться в голове. Как такое может быть?.. А отец? Как он мог так поступить? Это же его дочь! А если бы она родилась первой, а он вторым?.. Его бы тоже отдали?..       — Чёрт! — прошипел парень сквозь стиснутые зубы. А потом, схватив со стола чернильницу, запустил её в стену. На бархате, которым были обиты стены, тут же расползлось чернильное пятно, напомнившее кленовый лист. — Хорошо, хоть живая.       Драко решил, что нужно обязательно узнать у родителей все подробности и потом строить планы поиска.