Пора перемен

— Ну чего вы стоите, как истуканы? — МакГакет, накормивший своих стервятников хлебом, упер руки в бока и прищурился. — Мы играть будем или нет?  — Первый раз вижу стервятников… — пробормотала Пироника, глядя на среднего размера птиц. Они издавали глубокие, урчащие звуки, словно были не хищными птицами, а простыми голубями. Подобные мысли рассмешили Пиронику, и она даже позволила себе хихикнуть, вспоминая дневной пример возможного поведения Билла.  — Иди сюда! — Келли улыбается, поглаживая место на ковре рядом с собой, и она мигом вспоминает свой план, о котором она оповестила брата этим утром. Точно, сегодня стоит быть пораскрепощеннее рядом с ним, чтобы хотя бы попытаться понравится ему. А ещё следовало бы держать себя в руках, ведь поблизости сидел Диппер, который вчера поцеловал её. Следовало бы не краснеть, не нервничать и вести себя как обычно. Давно нужно было освежить голову и выстроиться на позитивную волну, от этого становилось гораздо легче на душе.  — Сейчас, нам ведь нужно переодеться в домашнее, — подмигнула девушка, взглянув на Мэйбл, а та, пользуясь случаем, отскакивает от Билла.  — Конечно! — кивает Пайнс. — А ты, Диппер, отведи Билла! — Затем девушка повернулась к подругам, к Кенди и Грэнде. — А вы чего замерли? Вперед!

***

      Когда все уже были в сборе и расселись, некоторые болтали между собой. Келли сидел между Мэйбл и Пироникой, и они втроем вели довольно забавный разговор. Слева от Мэйбл сидел Билл, а справа от Пироники Диппер. Так уж получилось, что девушки первые напали с разговорами на Лэйрда. Другого выхода в плане того, как бы отвлечься, когда рядом сидит тот, кто нравится — у них не было. Ну, кроме этого, конечно.       Всю нервозность Билла, как рукой сняло, в точности как и Диппера. Они оба порой обменивались понимающими взглядами, но ничего не могли сделать, кроме как помочь друг другу в такой ситуации. Всё внимание принадлежало Лэйрду, и это не шибко приносило радости этим двоим. Сайфер же теперь точно понял, что не ошибается в своих догадках, и Диппер её точно ревнует. Этот взгляд, эти дерганные движения, руки, сминающие ковер, на котором все сидели — всё было так знакомо ему, что сам Билл посчитал его тем, кто находится с ним в одной лодке. Казалось, что вот-вот он встанет и предложит заключить ему сделку, мол «Ты пересаживаешь к себе сестру, а я пересажу свою». Но ничего подобного не было, однако всё же «спасибо» МакГакету и Стэну, что уже подготовили палочки и перемешали их, привлекая внимание молодежи.       Билл крайний раз взглянул на Пиронику. Если Диппер действительно симпатизирует ей, то зря она сейчас решает отступиться. Очень зря.  — Итак, правила игры просты, — голосит старший Пайнс, — Каждый, кто вытягивает палочку, внизу увидит свой номер. Его никому показывать нельзя. Если выпадает символ короны — нужно сообщить. Человек, которому выпадает корона является королем и дает задание игрокам. Например, человек под номером «восемь» и «десять» идут искать мой зубной протез!       Все скривились.  — Что? — безучастно пожал плечами Стэнли, искренне удивляясь их отвращению. — Я просто привел пример!  — А где моя крыса? — спохватился Фидлфорд.  — Время начать игру! — занервничав, прервал его Стэн, выставив руку с палочками вперед. — Кто же король?       Все вытянули.  — ГРЭНДА ЦАРЬ! — пробасила девушка, показывая плоскую деревянную палочку всем. Остальные же просто взглянули на свои номера. — ИТАК! ВА-ХА-ХА-ХА! НОМЕР «ПЯТЬ» ПУСТЬ ПРИЗНАЕТСЯ, КТО ЕМУ НРАВИТСЯ!       Кенди пискнула.  — Ага, Кен-Кен, а ну колись! — хихикнули Пироника и Мэйбл.  — Он давно потерялся… но… — она немного покраснела, — мне нравился Мариус!  — ШО?! — опешила Грэнда. — КАК ТЫ МОГЛА СИМПАТИЗИРОВАТЬ МОЕМУ БЫВШЕМУ?!  — Это криминальное прошлое, пожалуйста, давай не будем вдаваться в подробности! — попросила Чу, и подруга хмыкнула, сказав, что они теперь квиты за тот случай с анкетой.       Новая партия, и в этот раз коронка оказалась у Пироники.  — Пусть номера «два» и «три» обнимутся, — ухмыльнулась она.  — Номер «два» у меня, — сказал Келли.  — Иди ко мне, братишка! — МакГакет пополз к нему.  — Спасите… — вымолвил тот, когда старик его обнял, а затем быстро отстранился. Когда это случилось, Лэйрд чихнул, так как хвост енотихи, сидевшей на его плече, немного щекотнул ему нос.  — Будь здоров! — Заливается смехом Пироника, и Мэйбл вновь поддерживает её.       Следующая коронка досталась Стэну, и тот сразу дал задание.  — НОМЕР «ОДИН» ПУСТЬ ПОЦЕЛУЕТСЯ СО СТАРИКАНОМ-СТАРАТЕЛЕМ! — Громко, не без злорадства проголосил он.  — ЗА ЧТО-О-О-О-О-О-О-О-О?! — Провыла Грэнда. Номер «один» был у неё. Мэйбл и Диппер не сдержали смеха, вспоминая день Комеди-Шоу, где та шарахалась от него, как от огня, как до выступления, так и прямо на сцене.  — Не зря я тебя с нами посадил! — МакГакет погладил Старикана-Старателя, к которому медленно потянулась Грэнда, а затем, молниеносно поцеловав его, села обратно на своё место и стала вытирать губы.  — ФУ!  — А-ха-ха-ха-ха!       Следующая коронка досталась Биллу, и он, растянув губы в ехидную ухмылку, оглядел всю компанию. Те замерли в ожидании, совсем не зная, что может выкинуть Билл.  — Номер «девять» должен надеть свою футболку на номера «четыре».       Пироника густо покраснела, и Диппер, опустив глаза к своему номеру, вздрогнул, когда понял, с кем ему придется взаимодействовать. Все это поняли и протяжно весело охнули.  — Да ты с ума сошел, извращенец! — в защиту брата и лучшей подруги, она вытянулась и дала Сайферу подзатыльник.  — Это самое то! — защищает его Стэн. — Скучные задания тут не к месту! Нужен огонь азарта! Уважаю!  — Пироника… — Мэйбл коснулась её руки, но та подняла обе и, прикрыв глаза, хихикнула.  — Не волнуйтесь! — заявляет девушка. — Всё в порядке.       Те, кому это казалось напряженным, вдруг облегченно выдохнули. Диппер снял черную футболку и, приблизившись к Пиронике, что сейчас покраснела, затаила дыхание и медленно протянула руки, накинул на неё свою футболку. На ней она выглядела, как платье и почти доходила до колен.  — Выполнено, — спокойно выдал Пайнс, пускай далеко и не чувствовал себя комфортно, а затем занял своё место.       Сердце Пироники затарабанило с такой силой, что сердечные удары, казалось, будут отбивать по ушам. Она приложила руку к его футболке, когда ребята собирали палочки, а Кенди с Грэндой ехидно усмехались, и ощутила аромат одеколона. Того самого, которым он пользовался перед каждой их встречей, который сейчас навевал чувство ностальгии. Щеки невольно пылали, она не знала как себя успокоить до того момента, пока Билл не уложил руку на её плечо.  — Не благодари, — хмыкнул он.  — Ты не мог знать номеров, — всё ещё красная бурчит она.  — Да, — безучастно, но довольно весело выдал он, — это интуиция.  — Да ну тебя, — она смеётся и пихает его в бок, а блондин издает смешок.       Теперь коронка оказалась у МакГакета.  — КОРОЛЬ ЦЕЛУЕТСЯ С ЕНОТИХОЙ! — Тут же проорал он, пытаясь схватить свою енотиху, но та, перепугавшись, спрыгнула с его плеча и убежала.  — Фидлфорд, играй по правилам! — бурчит Стэн. — Давать себе задания нельзя!       Старик почесал затылок.  — Грустно, — с досадой пробормотал он, — лучше бы с нахалом в тазу спорил. Это интереснее.       Стэн ударил себя по лбу ладонью и покачал головой.       Теперь коронка досталась Кенди.  — Номер «десять» садится на колени номера «два» до следующего хода игры, — хихикнула черновлосая.  — Стесняюсь спросить, у кого номер «два»? — с опаской поинтересовался Лэйрд.  — Боюсь, у меня плохие новости для тебя… — Стэн постучал рукой по ногам.  — И почему это достается только мне? — закатил глаза блондин.       Следующая коронка досталась Мэйбл. Она немного подумала.  — Номера «пять», «один» и «два» пусть проведут бой на подушках.       В итоге, это оказалась Грэнда, Пироника и МакГакет. Правда, игра продлилась недолго, когда Грэнда замахнулась подушкой и сбила с ног МакГакета, после чего тот упал на пол и чуть не потерял сознание.  — Грэнда, что ты наделала?! — Пришла в шок Пироника.  — ВЫИГРАЛА ПОХОДУ…  — А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!       Так игра и продолжалась, каждый получал странные задания, многие смеялись, делали убогие снимки и видео и так далее, но между собой так и не повзаимодействовали Билл и Мэйбл, пока…       Следующая коронка не оказалась у Келли. Он покрутил палочку пальцами и, чуть прищурившись, оглядел всех. Он терпел не мало проказов в свою сторону и унизительных заданий, поэтому настал его черед кого-то смутить, поэтому…  — Пусть номер «три» и «семь» признаются друг другу в любви.       Билл напрягся, когда увидел номер «три» на своей палочке, и быстро прошелся взглядом по друзьям, в надежде, что признаваться придется ни Стэну и ни Фидлфорду. Его взгляд остановился на ошеломленной Мэйбл, которая только что показала всем свой номер и покраснела, широко распахнув глаза.       Пироника придвинулась к брату и посмотрела на его номер. За ход всех заданий, ребята уже успели много раз сменить свои места.  — О-о-о… — тихо протянула она, почти шепотом, — ты же в курсе, что признание будет настоящим?  — Знаю… — так же тихо прошипел он сестре. Сайфер не планировал признаваться ей в чувствах ближайшее время и уж тем более на глазах всех, с кем он на данный момент общается. Ему кажется это чем-то неправильным, и он уверен, что Пайнс тоже. Она даже не любит его, и если скажет это без правдивости в словах, то по-любому ему будет неловко, ибо чувства разойдутся по полной.       Он вздыхает, когда Мэйбл медленно поворачивается к нему, и показывает ей свой номер. Она тут же воротит взгляд и, странно усмехнувшись, быстро подрывается с места. Все с недоумением взглянули на неё, а затем укоризненно на самого Келли. Почти все знали, что происходит между этими двумя, и сейчас он фактически всё испортил, подтолкнул Билла к признанию.  — Извините, — она роняет палочку и вполне специально, — я наигралась и, пожалуй, пойду в свою комнату.       Никто возражать не стал, ведь все же знали. Все, кроме Лэйрда, что с недоумением смотрел на всех, искренне не понимая, почему на него так зло таращатся. Однако пояснять ему никто ничего не спешил, поэтому решили просто закончить игру, пока то же самое не произошло с Диппером и Пироникой. По крайней мере так думали Сайферы, да и сам Пайнс заодно, но про себя.       Билл молчал, не зная, что делать. Она до сих пор так недолюбливает его? Или это как-то связано с тем, что он натворил вчера? В любом случае, сейчас была прекрасная возможность выяснить это, поэтому он, бросив палочку к куче остальных и не спеша последовал за ней.       Все провожали его взглядом и никто не остановил. Сестра больше всех поддерживала его сейчас, надеясь, что ничем плохим их разговор не закончится. Стэн и Фидлфорд позвали подруг Пайнсов пить чай, на что те с радостью согласились. Повисла неловкая тишина, когда остались лишь трое.  — А ты не хочешь пойти с ними? — с ноткой раздражения Диппер обратился к Келли, что в результате игры так и не оказался довольным. Скорее всего, он не веселился сам, а веселил других, что тоже, конечно, было неплохо, но немного обидно. Когда прозвучал вопрос Пайнса, Келли перевел взгляд голубых глаз на него.  — Нет, я выйду покурить, — он встал и направился к вешалке, чтобы накинуть куртку и выйти на крыльцо. Диппер понял, что остался в майке и не помешало бы пойти надеть футболку, но тогда это значило, что он прервет разговор Мэйбл и Билла, а вместе с тем оставит Пиронику и Лэйрда наедине. Ни тот вариант, ни другой не был хорош.  — Курить? — удивилась Сайфер, следуя за ним. — Ты что, это же вредно.  — А пить? — вмешался Диппер, и Пироника покраснела, отрывками вспоминая, что было вчера. Она тут же замолчала, опустив руки, которыми секунду назад касалась рук Келли в попытке остановить.  — Не волнуйся, — он погладил её по голове, смотря ей в глаза, и усмехнулся. — Я брошу. Когда-нибудь…  — Я с тобой, — на удивление Пироники, выдал Пайнс.  — Ты же не куришь, — пробурчала она, вдруг почувствовав себя их мамой. Смешно, забавно, но не её дело.  — Сегодня начну, — он накинул свою куртку и чуть подтолкнул Келли в сторону выхода. — Пошли, поговорить надо.       А она так и осталась стоять одна в коридоре, пока остальные не позвали её к себе.

***

 — Ты же никогда не курил, — усмехнулся Лэйрд, присев на крыльцо, — чего это вдруг?  — Слышал, что успокаивает нервы, — отвечает Пайнс и опускается рядом, протягивая ноги на ступеньки.  — А чего нервничаешь-то? — поинтересовался тот, достав коробок и открыв его, протянул одну сигарету другу. Затем он зажег свою и помог Дипперу зажечь другую. Было видно сразу: даже в руках эту гадость никогда не держал.  — Тебе правда интересно? — Пайнс вдохнул терпкий, горький дым и тут же закашлялся. Это вызвало смех у блондина, но он тут же подавил его, постучав по спине Диппера.  — Конечно интересно, — ответил он, а затем, вырвав сигарету из рук брюнета, выкинул её и притоптал ногой, чтобы она потухла. Пайнс вздохнул, закатив глаза. — Влюбился что ли?       В точку.  — Ага, — серьезно, но в то же время и вяло процедил он, скашивая взгляд на Лэйрда.  — Понимаю, мне тоже девчонка одна нравится, — выпустив дым изо рта, пробормотал он, и Пайнс вздрогнул, после чего помрачнел и издал смешок, а губы вздернулись в понимающей ухмылке.  — Пироника?  — Да, — подтверждает он, — веселая, красивая, немного странная, но интересная.  — И что ты думаешь делать? — тон Диппера изменился, а странная злость начала нарастать внутри него с невероятной скоростью.  — Для начала сегодня приглашу её на свидание, — затянувшись вновь, выдал он. — И если согласится, то выберем день. Может, увезу её с собой, авось и получится что.       Эти слова, казалось, ударили Пайнса. Это было последнее, что он ожидал услышать от Келли. Да, он действительно несколько лет ни с кем не встречался из-за первой любви, и вот, после года страданий, ему, наконец, кто-то понравился. Здорово, конечно, но не для Диппера. Он был бы рад поддержать его, но просто не мог, потому что сам по уши втрескался, как мальчишка.  — Хочу заверить тебя, что она уже занята, — в надежде, что тот отступится, пробормотал Пайнс.  — Правда? А мне она говорила, что у неё нет парня.       Диппер всегда был сдержанным почти при любых ситуациях, всегда знал, как утолить и гнев, и ярость, был примером для подражания, даже когда-то хотел быть психологом, но сейчас его руки сами, когда последний докурил, вцепились в парня, заставляя подорваться с места. Лэйрд столкнулся спиной с деревянной колонной и замер, наблюдая за выражением лица друга, что имело мрачные очертания, а глаза наполнялись странной злобой.  — Что с тобой? — удивленно вымолвил блондин, впервые замечая такую вспышку гнева в нем. Подобного он точно не ожидал.  — Ну, знаешь, — он ухмыльнулся, — скрывать от тебя теперь не имеет смысла…  — Она тебе тоже нравится? — поражается Келли, и это вызывает издевательский смех Пайнса.  — Мы друзья, что ты, — ужасающий оскал, если честно. По Келли даже на мгновение дрожь прошлась, — но… — продолжил он, — она моя, понимаешь?       Поняв, что перегибает палку, Диппер отпускает его и, отойдя на шаг, повернулся к нему спиной.  — Если вы друзья, то почему для меня это должно быть проблемой?       Зря он это сказал.       Диппер прикрыл глаза, расплываясь на миг в широкой ухмылке, а затем он, немного помолчав, резко повернулся к другу, уже бывшему другу, и ударил его кулаком по лицу, отчего тот пошатнулся и упал. Это тоже было неожиданно.  — Вы это слышите? — прислушивается Кенди.  — Лично я слышал издевательский смех! — вытянул палец вверх Пайнс старший.  — Это Келли и Диппер там шумят на улице? — интересуется Грэнда. Пироника вздрогнула, чуть не подавившись чаем.  — Пойду возьму камеру! — Стэн подскочил с места.       Все остальные поспешили выбежать на улицу.

***

 — Что-то случилось? — Билл вошел в комнату Мэйбл и закрыл за собой дверь. Она резко обернулась, когда увидела его. Сердце в груди предательски быстро забилось, и та на ватных ногах подошла к нему.  — С чего ты взял? — она натянуто улыбается, но отводит взгляд, а затем и вовсе отворачивается, так как щеки начинают пылать. — П-просто глупое задание Келли! Все над ним шутили сегодня, в-вот он и… решил сделать что-то такое в отместку. Извини, что вогнали тебя в неловкое положение…  — Я уже было подумал, что это из-за вчерашнего, — он усмехнулся, и Пайнс напряглась, быстро выпрямившись и покраснев пуще прежнего. Это не укрылось от Билла, и он подошел ближе. — Кстати говоря об этом. Что я вчера сделал не так?       Он пытался не подавать вид, будто всё забыл. Решил хитростью узнать о своем поведении. Но выходило притворяться у него ещё хуже.  — Ты не помнишь, верно?.. — осторожно интересуется она. Ему пришлось признать это. Он тихо угукнул.  — Только не говори, что я бегал на четвереньках и… — он начал говорить версию Пироники, но вдруг прервался, — или выполнил сегодняшнее задание ещё вчера…  — Нет, Билл, — она улыбнулась, но он не видел этого, так как она стояла к нему спиной. — Всё было… отлично.  — Тогда почему ты ушла? — Сайфер давит сейчас на ту часть Пайнс, на которую не следовало бы давить. Он хочет знать то, что от него скрывают.  — Это же просто глупое задание, — Мэйбл издает нервный смешок, разведя руки с стороны, — да и зачем признаваться в любви? Как будто бы ты любишь меня, пф… — она понимает, что начинает нести бред, потому пытается наладить ситуацию, но вместо этого всё усугубляет.  — А если это действительно так? — где-то позади, совсем близко раздается его голос, и она жмурится, сильно краснея. Она резко обернулась и застыла, когда вместо его лица уткнулась в его грудь. Вышло так, что он стоял куда ближе, чем она предполагала. И теперь ещё больше вогнала себя в краску. И его слова тоже. Не значило ли это то, что он только что признался?  — Если это действительно так, то… — голос был потерянным, будто она собиралась заплакать, но плакать причин не было, да и выступающих на глазах слез тоже. Выходит, причина в волнении? С каких пор она так нервничает рядом с ним?       Она вспоминает вчерашнюю ночь и, пользуясь тем, что он так близко, закрывает лицо руками и просто прижимается к нему.  — …То должна сейчас правильно выразится…       Он поражен её словами и тем, что она так прильнула к нему, а теперь замер сам в ожидании. И чтобы хоть как-то успокоить её, он аккуратно приобнял девушку. На его удивление, она не была против, хотя раньше точно бы отстранилась.  — Там, на площадке под дождем, я сказала тебе, что люблю одного человека… — Билл знал, что она говорит о Демоне, потому был спокоен, зная, что речь идет тоже о нем. — Я не знаю ни его имени, ни его увлечений, возраста и всего, чего обычно должны знать хотя бы друзья, если он меня таковой считал… Но ты, — она тыкает в его указательным пальцем и, всё так же смущаясь, чуть хмурится, — ты всё испортил. — Билл немного не понял её, но она продолжала говорить. Он решил выслушать её. — Я уже не так сильно жду от него сообщений, не плачу и не ревную, когда он говорит о своей девушке. Я же не тупая… Это очевидно, что он для меня больше ничего не значит. Благодаря тебе… — слова давались тяжело, ей самой с трудом верилось, что она говорит это ему. — И вчера… — она рвано вздыхает, опускает руки и затем медленно протягивает их, чтобы обнять его, чему он тоже удивляется. — Вчера я поняла, почему всё так изменилось.       Она давила ему на нервы, но в хорошем смысле. Его всего колотило, но спокойствие показывать у него выходило очень даже хорошо. На губах мелькала ухмылка, что так плавно растянулась в улыбку, пока он слушал её. Кажется, он не был так счастлив, как сейчас, кроме случая из детства.  — Вчера ты был… более открыт мне. Ты показывал свою заботу, а я проявляла её в ответ. Ты веселил меня, пускай был и не подходящий момент для этого. Ты раздражал, но я раздражала тебя в ответ, пытаясь вернуть домой. Ты признался, что ревнуешь меня к Келли… — после этих слов его передернуло. Это было единственное, что задело его сейчас. Неужели он правда сказал ей об этом?! — Мне было приятно, правда. А потом… — она смущается вновь, желая, чтобы температура вдруг вернулась, и она была в полусознательном состоянии, имея оправдание своим словам. — Ты… поцеловал меня. — Он усмехнулся. Для него это не такая уж и новость, учитывая, сколько раз он это делал, даже будучи трезвым. Жаль было, конечно, что он не помнил этого, и зря, однако, что переживал о той ночи. — И я… поцеловала… тебя… в ответ…  — Что?! — выпалил он, желая оторваться и взглянуть на неё, но Мэйбл не отпускала его, обняв ещё крепче. — Черт, и такое пропустить! — недовольно добавил он, поддавшись ей. Билл едва верил своим ушам. Она поцеловала его в ответ впервые за всё время. Невероятно.  — Не скрою, Билл, — говорит она, набираясь мужества, чтобы признаться, — я влюбилась в тебя. — Руки, располагающиеся на его спине, стали со всех сил сжимать его футболку, и он почувствовал, как она волновалась сейчас, но не знал, как бы мог успокоить. Да и кто бы ему помог придти в себя? После таких-то слов. Ну не смешно ли?  — Пф-ф, — Сайфер засмеялся, чем вогнал её в ступор. Она собиралась было отстраниться и умчаться куда-нибудь, как это обычно бывает, но теперь именно он не дал ей уйти, прижимая к себе обеими руками. — Ну наконец-то.       Пайнс закрыла глаза и расплылась в улыбке, вспоминая каждый из моментов, как она ненавидела его раньше, и как любила сейчас, в этот самый момент.        — Извини, если съязвил вчера и неудачно пошутил.        — Ты предложил мне обмен, кхе, чего-то несвойственного одноклассникам!        — Просто невыносим! Глупый, напыщенный! Придурок с умственно-интеллектуальной недостаточностью в мозгу!       — Королева Айсберга, к вашим услугам. Скажите, сколько Стариканов-Старателей мне нужно собрать, чтобы растопить вашу холодную душонку?       — Что?!       — Надеюсь, твоей хладнокровной душке теперь тепло!        — Да?! Да ты… ты… напыщенный… ты…       — Я? Кто бы говорил?! Я делаю всё, чтобы хоть как-то начать общаться с тобой, а ты…        — А что я?! Скажи мне! Быть может, я не хочу общаться с тобой! Быть может, мне не нравятся твои шутки и показушность! Какого спайса ты курнул? Я вообще подозреваю, что ты наркоман! И вообще… какой нормальный человек будет предлагать в день знакомства обмен… слюнями!       — А ты что, хочешь попробовать?!       — Ты точно с дуба рухнул, придурок!        — Из-за этого я не меньше стала тебя ненавидеть.        — Ненавидь, твоё право.       Все эти воспоминания казались такими смешными, такими ностальгирующими. Она правда считала, что после такого влюблена в него, ведь, как кто-то говорил…

«Настоящая любовь начинается с дружбы».

      Идиллию прервали звуки снизу. Орала Грэнда, да и гул окружающих тоже был слышен. Билл и Мэйбл отстранились друг от друга, недоуменно скашивая взгляд на дверь.  — Что там происходит? — интересуется она.       Билл взял её за руку и быстро вывел из комнаты на первый этаж, где у выхода из хижины стояла целая толпа.  — Сейчас узнаем.

***

 — Вот ты как с другом, которого не видел столько времени? — Келли утер рукавом куртки кровь с лица. Вследствие удара выяснилось, что Диппер разбил ему губу и, исходя из поведения, точно не жалел об этом. Он долго терпел всё это, чтобы не набросится на него. — Ты же знаешь, в каком положении я был год назад, почему сейчас ты…  — Потому что однажды я уже поступал так! — Диппер вновь ударил его. В голову закрадываются моменты прошлого, где он, почти влюбившись в одну девчонку из Гравити Фолз, уступил её Келли. Она всё равно его бросила, а Пайнса и вовсе не любила, после чего просто уехала, оставив их ни с чем. Они оба переживали этот период, только вот Лэйрд показывал всем своё вялое состояние, а Пайнс всеми силами пытался забыть, погрузившись в учебу. И у него это вышло. А сейчас, когда ситуация повторяется, он не позволит так просто разбить его сердце дважды.       Услышав эти слова, Келли удивился, но отреагировать не успел, так как снова получил удар.  — Это за упоминание об этом, — пояснил он. Блондин тут же встал, чтобы дать отпор, и они вцепились друг в друга, как собаки.       В пороге появились все остальные. Стэн сел на диван, что стоял на крыльце и включил камеру.  — Бей-бей-бей!  — Ребята, что вы делаете? — в ужасе громко сказала Кенди.  — ЭТО НЕ КРУТО! — кричит Грэнда.  — Я НАШЕЛ СВОЮ КРЫСУ! — МакГакет потряс клетку с крысой, которую ранее поймал Стэн. Все укоризненно взглянули на старика. Он здесь со своим питомником совсем не кстати. — ДА ЧТО ВЫ ЗНАЕТЕ?! Я ПЫТАЛСЯ ПРИВЛЕЧЬ ИХ ВНИМАНИЕ!       Парни никого, казалось, не слышали. Келли тоже успел ударить его по лицу, но затем сам получил удар в живот. Он немного, буквально несколько секунд постоял, согнувшись, опираясь о колонну, а затем нанес ответный удар. Они дрались до последнего, пока кто-либо не упадет. Первым упал Лэйрд, но ему удалось вовремя сбить противника с ног, и теперь драка принимала другие обороты.  — Что здесь происходит? — ошеломленно вопрошает Мэйбл, широко распахнув глаза.  — Почему они дерутся? — спрашивает Билл, но никто не знает. — Надо разнять их, не стойте. — Раздраженно добавил тот.       Пироника стояла, казалось, чувствуя, как внутри неё что-то рушиться, падает от неведения. Диппер, несмотря ни на что, был и являлся её другом. И если у него были проблемы с Келли, то почему он не рассказал? Она бы поговорила с ним сама, и всё обошлось бы без драки.       Они, вероятно, готовы были сломать друг другу если не ребра, так другую часть тела. Оба уже просто были в крови, неизвестное количество раз ударив друг друга по лицу, по ногам, рукам. Когда Келли оказался сверху, готовясь вновь ударить, Диппер согнул ноги в коленях и со всех сил оттолкнул его. Последний не удержал равновесия из-за усталости и упал. Пайнс, быстро приблизившись к нему и попутно вытирая кровь, замахнулся ногой и ударил его в живот. Послышался хриплый выдох. Билл оттолкнул Диппера в сторону, причем с силой.  — Ты убьешь его, идиот! — Сайфер смотрит ему в глаза, видит его насквозь и определенно точно знает, что стало причиной конфликта. Билл, конечно, тоже был не прочь так поступить с Лэйрдом, но простой угрозы и одного удара бы вполне хватило.       К Лэйрду подбежали девчонки и Билл.  — Вызывайте скорую, — прошипел Сайфер, когда, проверив жив тот или нет, увидел собственную ладонь, полностью испачкавшуюся в чужой крови. Дыхание парня было каким-то слабым. Неизвестно было, какие важно жизненные органы Пайнс умудрился задеть ему.       Кенди тут же вынула из кармана штанов телефон и стала набирать номер скорой помощи.  — Вы с ума посходили, — злится Диппер, делая шаг вперед, — я ещё не закончил!       Он ступал вперед, опьяненный гневом и безжалостностью по отношению к нему, но Пироника, не выдержавшая всей этой суматохи подбежала к нему.  — Хватит, Дип, — умоляюще взглянув на него, произнесла она и уперла обе руки о его грудь, потому что он не собирался слушать её. Тело её дрожало от страха, а его — от адской агонии, от желания убить, что преследовало его уже во второй раз, только сильнее, чем тогда, когда он хотел убить того рыжеволосого, желавшего подпортить репутацию его сестры. — За что ты его так? Что случилось?       Так как он не прекращал, она просто обняла его, и тот, наконец, остановился. Она слышала, как быстро бьется его сердце, как часто его дыхание, как его немного трясет от нервов и злости. Её собственное сердце сжимается от боли, она не знает почему, ей неприятно то, что ему так плохо, пускай на душе сейчас и торжествовала мысль о такой вот «победе».       Она успокаивала его, вот что он понял сейчас. Она всего лишь обняла его, и он почувствовал себя спокойнее, почувствовал, как напряженные до этого плечи сейчас расслабленно опустились. Когда она стояла рядом, а не где-то на стороне рядом с другими — было хорошо. Пайнс протянул руку, что была менее испачкана в крови и погладил её по голове.  — Я спокоен, — произнес он с легкой улыбкой на губах, — спасибо…       Только после осознания того, что он переборщил, на душе стало паршивее.