Пора перемен

      Дипперу везло: он мог наедине поговорить с Пироникой. Билл вовремя решил вытащить Мэйбл на свежий воздух, да и та по всей видимости не была против. Единственная реакция, которую он успел заметить, это то, что она удивлена тому, как он едва на ногах может держаться. Кажется, он удачно соврал ей, ведь она полагала, что Билл всего-то подвыпивший, а не приближенный к бессознательному состоянию.       Сейчас это его не особо волновало: он верил, что сестра справится с ним, и что они оба вернутся. Было важно другое — то, что происходило в период, пока его сестры и его брата не было в этом доме. Диппер уложил руки по обе стороны поручней кресла и чуть наклонился к Пиронике. Ближе не мог. И не только потому, что порой смущался, но и потому, что резкий запах перегара отталкивал. Было весьма неприятно, но он терпел. В следующий раз он вряд ли допустит того, чтобы она пила, да и вообще запрет свой выдвинет. Она всё ещё была его лучшим другом, и он свободно мог выразить своё недовольство о её предпочтениях.  — Ну и зачем? — интересуется Пайнс, в упор смотря на неё. Темно-фиолетовые локоны спадали на лицо, пока она сидела так, отвернувшись от него, а глаза были полны усталости и легкого, нескрываемого равнодушия, пускай всё на самом деле было далеко не так. Разве что она не особо волнуется перед ним. Алкоголь раскрепощал её, но совсем чуточку, поэтому быть рядом с ним сейчас было куда легче. Когда парень всё же задал ожидаемый ею вопрос, Пироника вздохнула, подставляя под голову руку и по-прежнему смотря куда-то вперед. Но так или иначе, молчать она не собиралась.  — Было грустно, — бурчит она, но как-то невнятно, — а брат любезно составил мне компанию… вернее, я ему… вернее… — девушка путалась в словах, каждый раз пытаясь поправить себя, но всё равно всё только усугублялось и выходило едва разделительно.  — Грустно? — Пайнс вопросительно выгибает бровь, но лицо его принимает скептическое выражение. Он выглядел, как отец, готовый отчитать собственную дочь. Но в его понимании это выглядело по-другому: парень, готовый вздорить из-за этого с собственной девушкой. В этом не было ничего странного. Он уже признал, что любит её, но не знал, есть ли взаимность, потому что Келли наверняка интересует её, как подходящая на роль отношений кандидатура. Напрягало. Безусловно. Но несмотря ни на что Пайнс переживал за неё. — Это с какой такой кстати?       Быть может, Пироника уже сообщила Келли, что тот нравится ей? Быть может, он дал отказ, и это объясняет её тягу забыться путем поглощения таких вот напитков? Бред, но вдруг правда? Диппер не отрицал подобный факт, потому интересовался недавними аспектами её жизни. Интересно, ничего не скажешь более.  — Ну… — она немного стушевалась, а щеки покраснели пуще прежнего. Она точно подумала о Диппере и определенной причине своего безрассудного поступка. Но даже в таком состоянии она не скажет и не признается ему. Билл, возможно, выпил куда больше и точно потерял рассудок, но она — нет. — Меня бессловесно отвергли. — На губах её вдруг появилась ухмылка, а сама Сайфер повернулась к нему, заглядывая в несколько удивленные карие глаза. Значит, он угадал? Почти. Пироника вздыхает, а после укладывает руки поверх его на изгибе и скользит ими до его шеи, сцепляя их на ней.       Диппер немного смущается и, нет, скорее всего поражается её действиям, а сердце предательски начинает тарабанить в груди. Она ногами пытается оттолкнуться от пола, и получается, но слабо, и лицо её находится прямо в нескольких сантиметрах от его. Пайнс считает, что она хочет поцеловать его, в чём всё же немного сомневается, но тем не менее не отстраняется от неё, как ошпаренный. — Помоги мне… встать…       Неожиданно. Диппер вздрагивает, но быстро берет себя в руки: он касается её талии и резко усаживает обратно в кресло.  — Сиди, — вздыхает он, поправляя челку и выглядя каким-то усталым. Говорить с ней сейчас бессмысленно, это очевидно. — Да и куда бы это тебе идти понадобилось? — он вновь вопросительно смотрит на неё, а та, прикрыв глаза, издает тихое хихиканье, после чего указывает пальцем на проём в кухне, где на столе стоит последняя нетронутая никем бутылка алкоголя. — Нет, Пироника. — Поняв её, холодно выдал парень. — Ты с ума сошла. Кто тебя отверг?       Она подводит руку, что всё ещё была вытянута в сторону кухни, ко рту и прикладывает указательный палец к губам.  — Секрет, — по слогам выдавила она и звонко рассмеялась. Ну вот ещё, вообще отлично. Диппер вздохнул, демонстративно закатив глаза. Она умела интриговать, а ревность в нём только разжигала. И тут уже далеко не для кого не секрет только то, к кому он её ревнует. Лэйрд. Он самый.       Пока он думал об этом, девушка успела кое-как встать с кресла и пройти в центр зала, ближе к дивану. Он тут же метнулся быстро за ней, укладывая руки на её плечи и отчасти помогая ей держаться. Она немного развернулась и оказалась спиной к дивану, после чего руками стала водить по рубашке Диппера, как делала это до того, когда он впервые поцеловал её. Взгляд янтарных глаз был смущенным, но в нём явно были искорки веселья и крупица азарта. Она обеими руками довольно сильно, на удивление Пайнса, вцепилась в его бледно-голубую рубашку и, полностью расслабившись, откинулась назад, точно падая на диван и резко увлекая парня за собой.       Он успел вытянуть руки вперед, чтобы не упасть на неё и не коим образом не задеть, а затем приподнялся на локтях, чтобы видеть её лицо. Она смотрела прямо на него какие-то секунды, казалось, влюбленными глазами, отчего только сильнее чем днем хотелось её поцеловать, но потом она сомкнула веки и вновь рассмеялась.  — Выглядишь так, будто я тебя сейчас изнасилую, — голосит она, и Пайнс немного краснеет, представляя себя подобный расклад событий, а после тряхнул головой, пытаясь не обращать внимания на подобный бред. — Расслабься, Дип, — она выдыхает и вновь набирает в легкие кислород, но глаз до сих пор не размыкает. — Я просто хочу заснуть. — Уже менее выразительно сообщила она. — Можешь укрыть меня одеялом? Пожалуйста.       Она заснула за какую-то жалкую минуту, и руки её под ним опустились, оставляя теперь немного смятую рубашку в покое. Дыхание выравнялось, а голова чуть склонилась набок на подушку, которой она не так давно сбивала Билла.       Диппер немного успокоился. Теперь до завтрашнего утра она не заработает приключений и уж точно не последует на улицу. Он немного привстал, касаясь коленями дивана, чтобы не налегать на неё, ведь он физически больше, а затем наклонился и поцеловал её в такую теплую и немного красную щеку. Только после этого он накрыл её пледом и аккуратно уложил её голову на ту подушку. Теперь всё было спокойно, напряжение и тревога в его душе снизошли на ноль. Оставалось лишь дождаться Мэйбл и убедиться, что со вторым Сайфером тоже не будет ни приключений, ни проблем.

***

 — Не-е-ет, — тянет Билл, шатаясь, отступая назад. — Нет, прошу тебя, не уходи. — Она чуть придерживала его за руку, когда тот противился. Они почти дошли до его дома, а когда он понял, что она собирается отвести его, а потом уйти, стал напрямую сопротивляться её движениям. Девушка довольно сильно тянула его за руку.  — Тебе разве не плохо, Билл? — интересуется она. — Ты едва стоять без моей помощи можешь. Воздухом свежим ты подышал, теперь надо поспать.       Он, как ребенок, отрицательно замотал головой.  — Билл.  — Завтра… всё будет как прежде.  — Почему? — интересуется она, вновь протягивая обе руки, чтобы обхватить его руку и помочь стоять. Она заозиралась по сторонам и увидела вблизи стоящее дерево, после чего подвела одноклассника туда, чтобы он хотя бы спиной облокотился о него.       Когда это произошло, он мутным взглядом взглянул на ночное небо, а затем на неё.  — Я проснусь, и ты уже не будешь так добра ко мне, — усмехнулся блондин. — Это только сейчас, когда я в подобном состоянии, ты так заботишься обо мне.       Мэйбл неотрывно смотрела на него, немного нахмурившись, а затем опустила глаза к траве.  — Может, каждый день просто напиваться? — вдруг пробормотал Сайфер, и Пайнс тут же вернула ему всё своё внимание. Он посмотрел на неё, улыбаясь уголками губ. — И тогда каждый день будет лучше предыдущего.  — И тогда ты станешь хроническим алкоголиком, — пробурчала она, уперев руки в бока и взглянув на него с некой укоризненностью и злостью. Он нес несусветный бред.  — Звучит здорово, — добавил Билл.  — А теперь серьезно, — заговорила она, — иди домой, хорошо?       Губы его растягиваются в улыбку, и он поворачивается к ней, одной рукой опираясь о столб дерева и наклоняясь к Пайнс, отчего та вздрагивает.  — Только если за ещё один поцелуй, — он забавляется, и это не утаивается от неё. Вгоняет в краску, доминирует, делает, как хочется ему самому, так ещё и в плюсе остается. Это поражало, но всё же, чтобы успокоиться, она коснулась обеими руками его лица и поцеловала в щеку.  — Всё, а теперь пошли, — тараторит она и на полном серьезе, а Билл, быстро похлопав глазами, замер.  — Я подразумевал не такой поцелуй, — хмыкнул он, наклоняясь к её лицу, а та издала смешок, отворачивая голову.  — Ты не уточнял, поэтому всё честно.       Билл ухмыльнулся.  — Тогда я буду встречать утро здесь, — он кивком головы обозначил данное место, в десяти метрах от его дома, и довольно взглянул на ошеломленную Мэйбл.  — Ты играешь нечестно! — краснеет она, тыкая в него пальцем.  — Зато теперь уточнил.       Перед этим он выпрямился, поэтому она, закатив глаза и невольно хихикнув, поднялась на носочки, обхватывая его шею руками, и поцеловала в губы. Он тут же усмехнулся сквозь поцелуй и ответил на него, скользя одной рукой по её длинным каштановым волосам. На улице было довольно прохладно, поэтому поцелуй ей этот казался теплым, согревающим, пробивающим, но не сбавляющим дрожь.       Ей было немного неудобно стоять на носочках, поэтому она опустилась, а Билл наклонился, попутно углубляя поцелуй. Вошел в зону комфорта, добился своего, но домой всё равно не хочет. Он поцеловал её так, будто всё было в порядке вещей. Она ему якобы не друг, они встречаются… но как бы не так. Мэйбл только в эту ночь поняла, что Билл ей нравится, и позволила себя поцеловать, пропитываясь и наполняя душу новыми чувствами, новыми ощущениями. Сайфер был наглым, очень наглым, и эта наглость в последнее время начала её привлекать. Это было мило, и неудивительно, что наглость зовется «вторым счастьем».  — А теперь домой, — она улыбается, немного отстранившись от него, но лицо парня всё ещё было близко к её. Он хрипло усмехнулся и, немного склоняя голову, поцеловал её в щеку. — Быть может… завтра я зайду к вам.  — Хорошо, — согласился Билл, но если бы не последние её слова, то вряд ли бы он так легко согласился пойти домой.       Самой же Мэйбл эта ночь далась очень трудно, а дрожь в ногах до сих пор не унималась. И когда Диппер по дороге домой спрашивал, что с ней, то та лишь отнекивалась и краснела, хватаясь руками за лицо. Как только Билл и Пироника уснули, те тут же скрылись, едва разобравшись, как же замкнуть их изнутри. Оказалось всё просто: нужно было просто потянуть ручку двери вверх, и она автоматически замкнется.       Она всё ещё думала об этом, не могла успокоиться, так же как и брат, нервно водя взглядом по тратуару. Мэйбл замечала это, но не знала, как могла бы успокоить его. Вероятно, между ним и Пироникой тоже что-то произошло, и она надеялась, что ему было куда легче справится с ней, чем ей с Биллом.

***

 — Я сейчас умру-у-у-у! — тянет Пироника, касаясь обеими руками головы. Рядом лежавший брат, что проснулся от этих воплей, почувствовал острую боль в голове, и подобно сестре приставил руку к ней, чуть взлохмачивая волосы.  — Тише, моя голова сейчас расколется, — сообщает он, чуть пихнув второй рукой её в бок. Она и вправду замолчала, потому что ссора с ним с утра — не лучшая затея, тем более учитывая то, каким было это утро. И началось оно далеко не с кофе, а с обезболивающих таблеток, которые они выпили и сидели за кухонным столом в ожидании, когда боль утихнет.  — Что вчера было? — решает заговорить Сайфер. Пироника быстро поморгала и уставилась на него. Она-то всё помнила, что объясняло то, как она краснела, пока ждала облегчения после таблеток, а он не помнил ничего, кроме того момента, когда она рассказывала ему историю своей любви.  — А ты что, не помнишь? — поинтересовалась она. — Я была с тобой только до того, как кинула в тебя подушку, а ты упал… — Пиронике едва удалось сдержать смех, когда она говорила это. — А потом пришли Пайнсы, и ты ушел с Мэйбл. Вернулись вы только часа через полтора. — Она пожала плечами. — Полагаю, обо всём случившемся знает только она. — В дополнение своих слов она таки засмеялась, а Билл помрачнел, прикладывая руку ко лбу и с полными ужаса и интереса глазами уставился в стол, в пустую точку.  — Чёрт, — протягивает он, — что я творил, пока был с ней столько времени? Когда я напиваюсь, то… творю всякую ерунду…  — Да, — подтверждает Пироника, — помню, как на нашем дне рождении ты нашим общим друзьям рассказывал, что будет, если съесть телефон. Ты хотел это сделать, чтобы показать всем наглядный пример того, чего делать нельзя. Благо, что телефон тогда твой спрятали, да и все свои заодно.  — Не напоминай, такой бред, — просит он. — Но всё же. Мне очень интересно. Что же произошло вчера… как бы спросить у неё и получить точный ответ?  — Ты лучше скажи, когда уже раскроешь себя?  — Когда… — он немного задумался, не зная говорить ей или нет, но вспомнив то, как откровенна с ним вчера была сестра, и что рассказала абсолютно всё, связанное между ней и Диппером, решил говорить как есть, — когда у неё появятся чувства ко мне. Не к Демону из сети. По-моему, я уже говорил это, потому повторюсь. Но так или иначе… я выбрал дату позавчера, в день которого раскрою карты.       Пироника в ожидании замерла.  — Тридцатое сентября, — сказал он.  — Подожди… — она начала что-то считать в уме, а потом вдруг удивленно взглянула на брата, — в день Фестиваля?! — Он кивнул ей. — А! Подожди! То есть, прямо на сцене?! Импровизировать будешь? Или…  — Что ты, нет, — прыснул Сайфер, — сразу после окончания Фестиваля.  — Я вся в предвкушении! Пообещай, что расскажешь её реакцию!  — Ну, только если ты сама не увидишь её первой, — хмыкнул Билл, — или, может, Мэйбл тебе сама расскажет. Вы ведь лучшие подруги.  — Которые уже давно вдвоем никуда не выбирались. Ни за покупками, ни просто погулять… — грустно выдала она. — Я в последнее время много нервничала и плакала не для того, чтобы пребывать веселой в её присутствии. — Пироника вздохнула, а затем улыбнулась. — Но после того, как я поделилась с тобой своими переживаниями, мне действительно стало легче! Я решила для себя, что должна взять себя в руки и идти дальше, отвлечься! — она подмигнула ему, увидев, что тот одобрительно кивает. — К тому же, — она хихикнула, — если я обращу внимание на Келли Лэйрда, то вполне смогу забыть о Диппере! Правда здорово?       У Билла на языке вновь крутится фраза о том, как Пайнс таращился на них, как заметная ревность только начала проявляться, но он молчит. И не потому, что это не его дело, а потому, что он мог и ошибаться.  — Да, конечно, — Билл улыбнулся уголками губ, — и к тому же у него не будет времени крутиться вокруг Мэйбл. Все будут счастливы. Чего ещё желать?  — Команда? — она протягивает ему кулачок, дружелюбно улыбаясь. Билл улыбнулся ей в ответ и протянул своё кулак, соприкасаясь с её.  — Команда.

***

 — Дети! Идите сюда! — заголосил Стэн, а Мэйбл переглянулась с Диппером. Сегодня был выходной, хижина не работала, так почему же тогда старик парадно приоделся? Они встали с места и подошли к нему. Келли, не желая оставаться одним за столом, пошел вместе с ними. Было интересно узнать, что же такого случилось.       Репетиция была перенесена на завтра: об этом сегодня утром сообщила Кенди, пришедшая с утра в школу, а через полчаса ушла, когда на вахте ей сказали, что сегодня актовый зал занят.  — Что-то случилось, дядя Стэн? — поинтересовалась девушка, поправив чуть скатившийся ободок.  — Сегодня приезжает мой двоюродный брат, а, следовательно, и ваш двоюродный дядя. Он приедет с минуты на минуту, поэтому я хочу, чтобы вы встретили его со мной. Вы его наверное не помните, мелкие были, но сейчас он решил навестить нас, и это хорошо! И да, есть какие-нибудь идеи в плане развлечений? — Пайнс старший подставил ладонь ко рту и наклонился к близнецам. — Он большой любитель развлекух, поэтому… включайте мозги.       Пожалуй, это было единственное чего они не могли сделать. У Мэйбл в голове был лишь Билл и все вчерашние события, в точности как и у Диппера, только касаемо Пироники. Они оба летали в облаках, но сейчас на минутку спустились с небес на землю и стали думать.  — Как насчет общих посиделок? — предлагает Мэйбл, поведя в сторону рукой. — Мы с Диппером могли бы пригласить друзей и… — И тут идеи кончились. Это было первое, что пришло на ум. Но ей повезло: у Диппера, похоже, была идея.  — И мы все вместе могли бы сыграть в «Короля», — заканчивает он предложение сестры. — Можно всё: «щекотливые» задания, смешные фото и… ещё что-то.  — Точно! — Дядя Стэн щелкнул пальцами. — Унижение в заданиях, смущающие действия и море издевательского смеха! То, что надо! — Он потрепал обоих близнецов по голове. — Ну вот, а ещё бурчали, что не выспались и не готовы соображать!       Идея и вправду была заманчива, только вот… Мэйбл и Диппер посмотрели друг на друга, замечая так же друг у друга нервозность во взгляде. Только вот в список друзей входят и Билл, и Пироника, которых всё же придется пригласить. Больше народу — больше веселья, но… какова будет цена за этот вечер?

***

•TeenFire•: Посиделки? Shooting_Star: Именно! Приглашаю вас с Биллом к нам! Кенди и Грэнде я уже написала, они согласны! Shooting_Star: С дядей Стэном всегда весело! А ещё приедет наш двоюродный дядя, он тоже весельчак)) •TeenFire•: У вас это что, семейное? :D Shooting_Star: ВХАХАХХАХАХАХАХАХАХХХАХАХАХАХ Shooting_Star: Наверное х) •TeenFire•: С мистером Пайнсом весело, не спорю. Об этом мне уже явно дали понять пейнтбол и Комеди-Шоу)) Shooting_Star: Не могу это спокойно вспоминать! Shooting_Star: ВХХАХХАХАХАХАХХАХАХАХАХАХХ  — Спроси, спроси, спроси! — Билл сидел в кресле и прожигал сестру взглядом. Он пока не мог раскрыть себя, как её интернет-друга, потому сейчас пилил, как смычком по скрипке, нервы Пироники, прося спросить её, что произошло между ним и Мэйбл.       Девушка закатила глаза, страдальчески вздыхая, и дала своё согласие, потому что потом он ей просто прохода не даст. Тем более, что они пойдут сегодня к Пайнсам. Он должен знать в порядке ли всё, не наделал ли он глупостей, не обидел… мог бы он вести себя с ней как обычно, а не закрывать лицо руками от стыда… •TeenFire•: Как вчера прошла ночь с Биллом?))  — Представля-я-я-яю, — тянет Пироника, начиная ехидно хихикать и воображать, — как ты бегаешь на четвереньках, а потом падаешь где-нибудь, пытаясь поймать голубя. А вдруг ты дрался с бомжом за голубя на её глазах? Вот прикольно, если так! И романтика, и экшн! — она звонко рассмеялась, смотря на мрачное лицо Билла. — Ах да, — дополняет она, — и ужин! Голубь по-Сайферски? Или птичий мешок костей?  — Очень смешно, — бурчит он, чуть сощурив глаза и сведя губы в тонкую линию. — Она ответила? — спрашивает тот в надежде, что сестра умолкнет.  — Угу. — Опустив глаза на дисплей телефона, выдала она.  — И что она написала? — Лицо Билла приняло выражение, полное интереса, и он сам чуть вытянулся вперед. Shooting_Star: Если останешься сегодня на ночевку, то я расскажу -.- Shooting_Star: По правде говоря, была та ещё жесть…  — Ну что? — нетерпеливо пробурчал блондин. Пироника тихо хихикнула, и ему это не очень понравилось.  — У меня для тебя плохие новости, — сдерживая смех, выдала она и повернула дисплей так, чтобы ему было видно. Он вновь помрачнел, и сердце в груди очень быстро заколотилось от нахлынувшего нервоза.  — Как по-быстрому умереть? — голосит он. — Действительно жесть…  — Да не переживай ты так! — Она придвинулась ближе к краю дивана и вытянула руку в сторону кресла, чтобы дружелюбно пихнуть его в плечо. — Спроси у неё сам сегодня вечером! Думаю, всё было не настолько плохо!       Когда на самом деле всё было замечательно…  — Я очень хочу пойти с тобой к ним сегодня, но… мне впервые так неловко… Черт, — фэмспалм. Как совмещать два желания в один вечер? И пойти, и убить себя одновременно. Стыдно.  — Если что выкрутимся, — она вновь попыталась ободрить его, — у меня, если хочешь знать, с Диппером вот точно всё плохо вышло. Я тоже нервничаю. — Билл вновь с интересом уставился на неё. — Я повалила его на диван и попросила накрыть себя чем-нибудь, — она смеётся, хотя сердце в груди пропускает удар при упоминании этого стыдливого воспоминания. — А ещё я хотела выпить перед ним. Как женственно, правда?       Билл протянул руку и взял руку Пироники в свою. От её слов ему стало намного легче.  — Спасибо, — хмыкнул он, — ты спасла меня от моральной муки на оставшиеся пять часов.  — Не за что, братишка! — Она прикрыла глаза и расплылась в теплой улыбке, сжав его руку посильнее.

***

 — ПРАВНУЧЕК МОЙ! — МакГакет влетел в хижину, бросая пару чемоданов прямо в коридоре, и, чуть ли не летя, кинулся обнимать Лэйрда! Лэйрда!       Мэйбл и Диппер замерли в глубоком шоке, пока Келли отбивался от объятий старика в странной шляпе, и на бороде которого был пластырь.  — Щелкну сэлфи пока это возможно… — выдал Стэн, доставая телефон. Близнецы залились смехом.  — Дядя МакГакет… — хотел было начать Диппер, но тот вдруг странно закричал.  — Я СТАРИК МАКГАКЕ-Е-ЕТ!  — Дело в том, что я… ваш внучатый племянник, а рядом племянница! Лэйрд — друг семьи!  — Ох уж эта катаракта! — он почесал затылок и обнял ребят. — Вот вымахали, аж не узнать! — он немного помолчал, а затем протащил свои чемоданы в центр зала. Мэйбл закрыла за ним входную дверь и последовала за всеми.       Стоило только Фидлфорду МакГакету открыть чемодан, как оттуда быстро вынырнул енот.  — Э-Э-Э! — завопил тот. — ПОЛЕЗАЙ ОБРАТНО, ЕНОТИХА! УЖИН БУДЕТ ПОЗЖЕ!       У Мэйбл и Диппера задергалось по одному глазу.  — Не обращайте внимание! Это ещё цветочки! — пробормотал он. — ВЫ ЕЩЁ НЕ ВИДЕЛИ ТОГО НАХАЛА В ТАЗУ С ВОДОЙ, ЧТО ВЕЧНО КРИВЛЯЕТСЯ И ПЫТАЕТСЯ ПОНЯТЬ, КТО ИЗ НАС ГЛАВНЫЙ! НО МЫ ВСЁ РАВНО-О-О ЗНАЕМ, ЧТО ГЛАВНЫЙ Я! — Он позыркал по сторонам и, приставив ко рту ладонь, прошипел: — Главное — вовремя воду вылить, и он исчезнет! — МакГакет вдруг легонько стукнул себя по голове. — А НУ ТИХО ТЫ ТАМ! — из под шляпы вылезла крыса и, зашипев на всех, вдруг убежала куда-то прочь. Увидев, что она побежала в сторону новых экспонатов, дядя Стэн ринулся за ней.  — КТО-НИБУДЬ УМЕЕТ ДЕЛАТЬ КРЫСОЛОВКИ? — Попутно прокричал он.  — Так вот! Гостинцы! — Фидлфорд открыл второй чемодан, но оттуда вдруг вылетело два небольших стервятника, что начали кружить вокруг головы старика. Лэйрд приоткрыл рот, вытянув указательный палец вверх, а затем передумал и промолчал. Диппер стал взглядом искать что-то, чем можно их прогнать. — НЕ ПЕРЕЖИВАЙТЕ! ОНИ СО МНОЙ!  — Знаете, всё это конечно мило… — осторожно проговорила Мэйбл, — но мы не нуждаемся в гостинцах! Хорошо то, что вы благополучно добрались к нам в Гравити Фолз.  — А, ну ладно, — он улыбнулся, застегивая молнию чемодана, перед этим отправив пролетаться стервятников на улицу, и Пайнсы облегченно выдохнули. — Стэн, где мой приятель?! Я Старикана-Старателя не видел уже целую вечность! Нам надо бы поговорить по душам и, быть может, изрыгнуть немного керосина в честь моего приезда!  — Я ПОЙМАЛ КРЫСУ!  — Я могу показать, где он, — вмешалась Мэйбл.  — Хорошо, дочка, показывай, — хохотнул он, — только покажи мне сначала спальню, а то енотиха точно прогрызет дыру в чемодане! Похоже, ей уже не терпится сделать мне массаж! Она очень трудолюбивая!       Близнецы вновь переглянулись со скептическим выражением на лицах.  — Э-э… да, хорошо, ступайте вверх по лестнице, — Мэйбл указала пальцем куда-то вперед, а затем вздохнула, взглянув на брата. — Знаешь, Дип… кажется, вечер будет веселым. И переживать нам с тобой придется не о своих чувствах, а об этой ходячей неприятности! — Она указала пальцем на поднимающегося по лестнице МакГакета.  — Полностью солидарен, Мэй…

***

 — ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ! — Когда Пироника и Билл, договорившись с Кенди и Грэндой, придти всем вместе в хижину (потому что оба нервничали), то их встретили далеко не те, кого они ожидали увидеть. Старик, отворивший дверь, был с буханкой хлеба в руках, а на плече у него сидела енотиха. — МЕНЯЮ ХЛЕБ НА КРЫСУ!  — О, ХАВКА! — Грэнда тянет руки к хлебу, но МакГакет бьет её по руке и убегает.  — Ох, извиняюсь, он эмоционален! — Потер виски Стэн и взглянул на молодежь. — Я поймал его крысу и спрятал! Не проболтайтесь! — Он с опаской взглянул на Фидлфорда, чтобы удостовериться о том, что тот этого не слышал.  — ОБИДНО, — бурчит Грэнда, а Кенди тихо хихикает. Билл и Пироника переглядываются, и оба продолжают нервничать. Неловко! В сто раз неловко!  — Проходите! Вешалка в коридоре! — Говорит Стэн, почесав затылок. Сейчас он был без фески. — Все уже ждем вас в зале. Игра будет шикарной!       Если те стервятники не вернутся с прогулки…       Они все прошли, сняли верхнюю одежду и прошли вглубь хижины. На полу был расстелен большой махровый ковер, чем-то напоминающий плед, а на нем, разбирая какие-то палочки, сидели Диппер, МакГакет и Мэйбл. Она была в легком спальном костюме: желтые штаны, черная ночная рубашка с клетчатым бантиком на правой стороне груди. Волосы же она заплела в хвост. Билл впервые видел её с такой прической и прямо сейчас мог лицезреть, как красиво вьются каштановые кудри, спадая на спину и плечи. Пироника, как и ожидалось, уставилась на Диппера, что был одет во всё черное. Штаны, футболка… Ему шел черный, очень шел. Все прошли вперед, приветствуя друзей. Пироника и Билл ковыляли, если быть точнее и едва выдавили из себя слова приветствия.  — За то, что мы в домашнем — извиняться не стану! — бурчит Стэн.       Келли улыбнулся Пиронике и помахал рукой, похлопывая место рядом с собой. Она быстро поморгала, пробегаясь по нем взглядом. Темно-зеленый ему определенно шел. Но речь не о том, точно не о том. Она помотала головой, улыбаясь ему в ответ. Диппер посмотрел сначала на него, затем на неё. С Келли, значит, она здоровается, а с ним до сих пор нет?!       Мэйбл стояла напротив Билла, и они оба молчали. Щеки её краснели так, будто она только что стояла на сорокоградусном морозе. Взгляд машинально уходил в пол.  — Привет, — как-то не очень уверенно выдавил Билл. Она вздрогнула, быстро выпрямившись.  — А, привет! Привет, Билл! — она, поняв, что ведет себя чересчур нервно, хлопнула себя ладошкой по лбу. Это насмешило его, и он издал смешок в кулак.       Напряжение так и витало в воздухе, когда общие друзья этих двух пар замерли, наблюдая за их взглядами и действиями, а старики лицезрели и вовсе общую картинку происходящего. Настала странная, гробовая тишина, пока стервятники, не присев на подоконник с той стороны улицы, не начали клювами стучать по стеклу.  — О, С ВОЗВРАЩЕНИЕМ! У МЕНЯ ЕСТЬ ДЛЯ ВАС ХЛЕБ!       Кажется, МакГакет был единственным, кто готов создать здесь нужную атмосферу…