Пора перемен

      Спустя две недели       Она полагала, что проблема с «черным списком» решится, но уже прошел почти целый месяц с тех пор, как это произошло, а в общих планах, даже тогда, когда они ещё поддерживали общение — два. И остался месяц до его возвращения, которое, к сожалению, уже не так радует поникшую таким раскладом Пайнс. Диппер стоял в дверном проеме, постукивая по деревянным стенкам пальцами, а она, свернувшись калачиком, уже пару дней пролежала в постели и не посещала школу. О выходе на улицу не могло быть и речи.  — Что тебя расстроило? — Пайнс вернулся через пятнадцать минут с подносом, на котором стояла чашка чая и пиала с шоколадным печеньем. — Уже второй день возвращаюсь домой, а ты так и не сдвинулась, — он поставил поднос на прикроватную тумбу и присел на край её кровати. — И классная руководительница спрашивала о тебе. Я сказал, что ты простудилась и через несколько дней вернешься на занятия. — Пробормотал Диппер и коснулся её плеча. — Перестань, ты не ела два дня и всё время пытаешься спать. А ещё к тебе пришел Робби. Он ждет тебя в гостиной.  — Зачем он здесь? — наконец пробормотала Мэйбл, даже не повернувшись к брату.  — По его словам, ты не появлялась в сети последние несколько суток и не отвечаешь на звонки. — Вздохнул Пайнс. — Да и потом, я тоже волнуюсь. Это из-за Билла, не так ли? Я не видел, чтобы вы разговаривали за весь последний месяц.  — Нет! — воскликнула она и тут же приняла сидячее положение, из-за чего Диппер едва не упал с кровати от такой неожиданности. Мэйбл смотрела на него потерянным с долей возмущения взглядом, а волосы беспорядочно торчали в разные стороны, создавая подобие гнезда. Зато, отметил Диппер, не было темных кругов под глазами. Она действительно много спала в последнее время, даже в период, когда посещала школу. — Или… может, ты прав, — Мэйбл отвела взгляд и стала руками приглаживать волосы. — Мы не разговаривали почти два месяца. Кажется, он просто забыл обо мне.       Диппер приоткрыл рот, а затем тут же закрыл его, решая не рассказывать о том случае перед походом в клуб. Хотя, если честно, он давно догадывался, в чем причина этого уныния. Пироника тоже заметила, однако тему эту не поднимала ни с ней, ни с Биллом, думая, что сделает хуже. Также, она пыталась выудить и Мэйбл на прогулку вместе с Кенди и Грэндой, однако последняя напрочь отказывалась, будучи всё в том же плохом настроении.  — Сомневаюсь, что он забыл, Мэйбл. Ты хочешь сказать, что он зря пробивался в список твоих друзей? Только для того, чтобы просто кинуть?  — Ты же знаешь, что мы стали больше, чем друзья, — пожала плечами Пайнс. — И я не думаю, что он бросил меня беспричинно. Он сделал это молча. Потому что… — на несколько секунд стушевалась Мэйбл, — у него появилась другая девушка. — Она прикрыла глаза и вновь закуталась в одеяло с головой.  — Да ладно тебе, Мэйбл, — уголками губ улыбнулся Диппер и вновь коснулся её плеча. — Ты просто накручиваешь себя. Если Пироника просто сказала тебе о его новой подруге Керли, то…  — Карли, — поправила она.  — Кхм, Карли. Неважно. — Кашлянул он. — Так вот: то это не значит, что Билл водится с ней. Ты же даже не говорила с ним.  — Конечно не говорила! — вспылила Мэйбл, вновь резко подорвавшись с места. — Потому что я «черносписочный изгой»! Он просто избавился от меня, и теперь, если я и увижу его, то стану той, кто просто проигнорирует этого придурка! — она сложила руки на груди и надулась. — А пока я предпочту одиночество.  — Это же глупо, — закатил глаза Диппер. — Поговори с ним через кого-нибудь, вдруг ты ошибаешься. Хотя, думаю, вряд ли это будет возможно в последнее время…  — О чем ты? — прищурилась она.  — Ну, знаешь… Я не так давно говорил с Пироникой, и она сказала, что говорила с родителями. Билл не брал трубку целую неделю, поэтому они приезжали в больницу, чтобы узнать, как он. И, в общем, он заработал осложнения. Если не ошибаюсь, всё по-прежнему.       Мэйбл переменилась в лице и опустила руки, предварительно о чем-то подумав.  — Ладно, я развеюсь. — Она спустила ноги с кровати и встала. Подойдя к тумбе, тут же выудила из первого ящика расческу и подошла к зеркалу, чтобы привести себя в порядок. — Робби давно у нас?       Диппер скосил взгляд в сторону настенных часов.  — Минут пять, может чуть больше.  — Отлично, — она накинула поверх майки фиолетовый свитер и обернулась, улыбнувшись Дипперу уголками губ, а затем приблизилась и обняла его. — Спасибо за печенье и поддержку, Дип-Доп. — Мэйбл прикрыла глаза и окончательно расплылась в широкой улыбке, когда почувствовала руки брата на своей спине. Он слишком часто интересовался её самочувствием, приносил ей еду, хоть она в большинстве случаев за последние дни отказывалась принимать её. Теперь же поддержал и рассказал о немного важном, особенно последнем, что зацепило её. Билл остерегался осложнений, она прекрасно помнила все его переживания, которые, кстати, не особо понравились ей, и тот нервный срыв в его комнате, поэтому интерес узнать, что с ним, стал преобладать куда больше, чем все остальные желания; например, вроде тех, чтобы поесть. — Я найду способ поговорить с Биллом, Дип. Не волнуйся. — Договорив это, она вышла из комнаты, а Пайнс так и остался сидеть в комнате с довольной улыбкой на лице.       Она через ступеньку спустилась на первый этаж и застала Валентино в компании дяди Стэна.  — Говорю тебе, это камень, похожий на лицо!  — По-моему, это лицо, похожее на камень.  — Нет, это камень, похожий на лицо! — Закричал Стэн. — Ты будешь брать его? За пять! Нет, за десять, пятьдесят… За пятьсот долларов!       Робби стал давиться нахлынувшим смехом, а затем едва не поперхнулся воздухом, потому что услышал знакомый хохот за своей спиной и обернулся.  — Прости, дядя Стэн, но это не глупый турист, — Пайнс показала старику язык и обняла Робби в знак приветствия, на что тот ответил тем же и отстранился. — Мы уже уходим, — она схватила его за руку и повела к выходу, надеясь, что Стэнли с этой каменной головой не погонится за Валентино вслед. И как только она быстро одела куртку и обулась, эти двое оказались на улице.  — Твой дядя заядлый весельчак. Мы спорили несколько минут после того, как я залип на поющем лососе. — Рассмеялся Робби. — Где вы вообще эту штуку достали?  — Дядя и один из его работников, эм… Зус, если не ошибаюсь, мастерят некоторые экспонаты сами, а некоторые дядя либо покупает у кого-то, либо… «заимствует», — хохотнула Мэйбл, решая не говорить о том, чем ещё противозаконным мог заниматься её родственник.  — Понятно теперь, почему тело бобра было скреплено с головой индюка, — прокомментировал черноволосый, и Мэйбл вновь сдержалась, чтобы не рассмеяться. — К слову, о чем это я? Я пришел узнать, что с тобой. Или, если быть точнее, твоим телефоном. Твои звонки сбрасываются, а на смс ответа не дождешься.  — Извини, Робби, я была не в настроении общаться с кем-то, — натянуто улыбнулась Пайнс. — Понимаю, что не особо хорошо говорить кому-то о том, что меня гложет, но… с тобой мы дружим уже несколько месяцев, ты мой лучший друг, и поэтому… — она вздохнула, — я просто впала в своего рода депрессию. — Девушка присела на корточки, взяла голыми руками снег, выпавший за ночь, к слову, в конце ноября, и запустила его в парня. — Даже снег не веселит, хотя я так рассчитывала на Рождественское настроение.       Валентино отряхнул с себя снег и запустил ответный снежок в Пайнс, отчего в той загорелся азарт мести. В итоге, не жалея рук, что не были облачены в перчатки, Мэйбл кидала снежками в Робби, уже выстроив несколько тактик нападения. Она бегала вокруг Хижины, заставляя его путаться с какой она стороны, а затем нападала со спины со снегом, что смогла загрести двумя руками. Снежок, конечно, был большой, но в голову ему она не попала — Робби удачно увернулся. А когда пришла пора убегать, Стэйси Валентино кинулся за ней, едва не полетев по гололеду, схватил её на руки и тут же запустил в ближайший сугроб. Робби смеялся с выражения её лица, а затем приблизился, когда понял, что Мэйбл не вылезает. Он склонился и взглянул на неё.  — Хо-хо, вижу, у кого-то неприятности, — он едва подавил рвущийся после этого наружу смех, потому что когда Пайнс упала, её волосы спали на лицо и спутались вперемешку со снегом.  — Сейчас они у тебя тоже будут, — она вытянула руки, схватив его за ворот куртки, и резко потянула на себя, заставляя последнего лицом улететь в сугроб. Это заставило её звонко рассмеяться и даже немного пожалеть о том, что они некоторое время не виделись. С Робби не было никакой неловкости и напряжения, да и говорить с ним просто.       Когда тот отряхивался, Мэйбл продолжала угарать с выражения его лица. Он собирался было отомстить ей за подобный выпад, однако вместо этого просто встал и помог встать ей, после чего они оба отряхнулись и посмотрели друг на друга.  — Как насчет заскочить ко мне? — улыбнулся он.  — Только если ты сыграешь мне минусовку одной из песен «Пару раз» на гитаре, — подмигнула Мэйбл, воспринимая всё сказанное ею в шутку. Однако Робби на это лишь ухмыльнулся, принял как настоящее условие и похлопал рукой по её голове.  — Договорились.

***

      Для него это был самый ужасный месяц в жизни. Жить без возможности видеть было равносильно средневековой пытке. Все чувства вмиг обострялись от каждого запаха: еды, лекарств, постельного. Каждое прикосновение было больше обращено температуре тела. Когда Миссис Пайнс приходила проверить его самочувствие и касалась той же руки, он обращал внимание в первую очередь на то, теплой она была или холодной, а затем и на само прикосновение — грубое оно или мягкое. Он пытался дотянуться до телефона каждый раз, когда ему кто-то звонил, но вместо этого случайно несколько раз сталкивал его с тумбы и не мог найти. Ещё несколько дней телефон пробыл под кроватью, из-за чего близкие люди стали волноваться. Просить кого-то достать его он не решался, полагаясь после того момента с Карли только на самого себя. Гордость овладевала каждой частью его разума и не пропускала мысли о том, чтобы сломить её.       Он поднимался с кровати с большим трудом, иногда чувствуя острую боль в голове, после чего нащупывал руками что-то за что можно ухватиться и переместиться куда-либо. Он радовался тому дню, что спустя пары недель после осложнений, смог подняться без помощи врачей или сопровождающего. Однако в тот же самый день врезался в дверной проём, хоть проход наружу и был чуть правее. Билл едва не разбил себе нос, когда это произошло, и кровь тогда тоже была, из-за чего Карли даже подпрыгивала на ровном месте, пытаясь помочь. А как только прикасалась к нему, Сайфер резко одергивал руку и уходил, не желая и перекидываться с ней хотя бы парой слов.       Так или иначе, ему не было одиноко. Он разговаривал с Джеком, разговаривал с Миссис Пайнс. С Джека, к слову, сняли повязку, и Билл был даже немного расстроен тем, что не видел друга. Он немного завидовал ему, ведь его осложнения позади. Они словно поменялись ролями, что, конечно, тоже не было хорошо. Билл радовался его поправлению, а Паркер теперь же с печалью смотрел на него, отчего-то чувствуя, что смотрит на прошлого себя. Но несмотря на это Билл держал себя в руках, пытался контролировать свои нервы, хоть это изначально и не особо получалось, ко всему относился с равнодушием и жил с мыслью, что как только будет видеть, то сразу же свяжется со Звездой.       Хотя он не отрицал ещё и того факта, что Кэтрин Пайнс, мать близнецов, часто напоминала ему о ней. Он, после того случая, стал часто бывать у неё в гостях. Она не была ему чужим человеком, он даже порой воспринимал её как вторую мать, с которой было также легко и спокойно. Они о многом говорили в неофициальной обстановке с её стороны, обсуждали его осложнения; она поддерживала его и едва ли не обещала, что к концу месяца всё будет хорошо.       Он также разговаривал и с Мистером Пайнсом, с которым открыл в себе что-то общее. Ему нравилось играть на пианино, и даже потеря зрения не перебила желания играть на нем. Сначала было трудно, но на ощупь, спустя нескольких недель, у Билла стало получаться уже без Адриана. Он сочинил какую-то незамысловатую мелодию, а затем ввел слова, из которых получилась некая песня, которую неплохо бы было отрепетировать как минимум. Однако делать это в присутствии родителей Мэйбл ему было неловко. Они слушали его игру, расположившись в креслах рядом, и поправляли местами, где он ошибался клавишами, советуя в какие стороны перемещать пальцы.       Ему не хорошо, но и плохо тоже не было. Он просто терпел и выжидал момент, когда все муки закончатся. А тот, кто умел ждать — всегда дожидался большего.       И этот день, наконец, пришел. Тот самый последний день ноября, ставший самым ярким после всех тех предыдущих. Он мог снова видеть прожилки света сквозь бинтовую повязку, немного слепящие глаза. А когда Кэтрин с легкой улыбкой на губах сняла повязку и отвела его на все глазные процедуры, Билл смог видеть. И вновь как в тумане, как после операции. И это не расстраивало: он знал, что через полчаса это пройдет, что он сможет видеть в полнейшей четкости. Джек, сидящий на стуле рядом, улыбнулся, и эти двое, наконец, встретились взглядами. Сайфер нечетко его видел, но всё равно был доволен происходящим. Его настроение было очень хорошим.       А вот Карли, едва не рвущая ногтями подушку, с обидой и завистью смотрела на эту часть палаты и довольных парней, беседующих друг с другом в то время, когда Миссис Пайнс отозвали кое-какие врачи для недолгого разговора. Уайт по-прежнему было стыдно перед ним, по-прежнему хотелось поговорить, как ни в чем не бывало, но… страх того, что он вновь оттолкнет, был слишком велик. Билл только-только стал видеть, и она боялась, что может вновь разнервировать его своим присутствием или, чего она опасалась, одним только лишним словом, какое всегда умудрялась вставлять «вовремя» в разговоре. Поэтому ей ничего не оставалось, кроме как просто наблюдать со стороны.       Кэтрин вернулась, и они все о чем-то говорили. Билл выглядел в приподнятом настроении, во время переговоров, поглядывая в сторону телефона. Для него эти полчаса уже казались неминуемой вечностью. Туман в глазах всё ещё не спадал, а ему уже нетерпелось связаться с кем-нибудь.  — Паркер, вас ждут в процедурной, — сообщила Кэтрин после разговора с коллегой. — Сможешь сам дойти?  — Конечно, — улыбнулся рыжеволосый, прикрыв на мгновение серо-голубые глаза, и поднялся, чтобы выйти из палаты.       Билл повернул голову в сторону женщины и улыбнулся, после чего протянул руки и аккуратно обнял её, отчего та широко распахнула глаза и быстро поморгала, понятие не имея, что на него нашло.  — Спасибо вам, Миссис Пайнс, — пробормотал он. — Благодаря вам я пошел на поправку. — Женщина улыбнулась. — Я не стану перечислять, как много для меня значило ваше внимание, и то, почему с вами так спокойно, но я просто хочу сказать вам спасибо.  — Не благодари, — улыбнулась она. — Это моя работа. — Пайнс отстранилась. — Ты очень хороший человек, Билл. — Она посмотрела на него, и хоть он не мог точечно увидеть её глаз, он примерно представлял их, какими успел запомнить, и вновь улыбнулся ей. — Думаю, через месяц поедешь домой. — Кэтрин подмигнула ему и поднялась с места, похлопав парня по плечу. — Мне пора. Отдыхай.       Его настроение поднялось ещё больше, готовое пробить крышу этой больницы и взлететь до небес. Он лег на койку и расслабился, борясь с тем, чтобы перестать улыбаться. Назойливая широкая улыбка не хотела сползать с лица, а сам он не мог сидеть на ровном месте, держа телефон в руках. Поворачивался то на один бок, то на другой, то на живот, то на спину. Пытался даже поспать, чтобы переждать полное восстановление зрения, но ничего не получалось. Хорошие мысли взрывали голову и не давали спокойно дышать, перехватывая собою дыхание от эмоций.

***

 — Как давно у твоей кошки котята? — Мэйбл улыбнулась, беря в руки одного котенка, и стала гладить его. Робби прошел вслед за ней в свою комнату и не успел опомниться, как Пайнс уже оказалась в самом углу у коробки с этими милейшими созданиями. Он подошел и опустился рядом, поглаживая лежащую рядом с ними кошку.  — Им почти месяц. — Ответил он, улыбнувшись уголками губ. — Я бы показал тебе их, просто ты не приходила ко мне.  — А ты не приглашал! — показала язык Мэйбл и положила котенка обратно.  — Но сейчас же пригласил, — усмехнулся Робби, и она улыбнулась. — И по-моему я приглашал тебя на просмотр фильмов, а не на игры с этими существами. — Он пальцем указал на котят, уютно улегшихся рядом с кошкой. — Какой посмотрим?  — «Красавчики»? — предложила она, но Валентино скривился и отрицательно помотал головой, что заставило последнюю расхохотаться. — Тогда «Влюбленная Графиня»? — Робби скептически взглянул на неё и медленно моргнул. — Эм, ну… тогда… «Тепло наших тел»? — Он закатил глаза. — Последнее, на это точно согласишься! «Сиреневый лес»!  — Тебе так сильно нравятся слащавые романы? — поинтересовался он.  — А что ты предлагаешь? — наигранно обидевшись и сложив руки на груди, поинтересовалась она, а Робби ухмыльнулся.  — «Мертвая тишина», «Пункт назначения», «Астрал», «Зеркала», «Проклятье Аннабель», «Убрать из друзей». Смотрел все, но особенно мне нравится первое, сюжет зашел, хотя было не особо страшно.  — Это что, всё ужасы? — пробормотала Пайнс, чуть нахмурившись.  — А что, боишься? — ухмыльнулся он.  — Черта с два! — ухмыльнулась в ответ Мэйбл и посмотрела ему в глаза, плотно сжав руку в кулак. — Я покажу тебе своё бесстрашие, мешок с костями!       Она едва не захлопнула свой рот ладонью, тут же поймав себя на том, что сказала в манере, свойственной Демону из сети. Быстро помотав головой и отогнав тем самым мысли о Билле, Пайнс нахмурилась и посмотрела на Робби, чьи синие глаза горели азартом или, скорее, вызовом после её слов. И она решила принять его. Ух, она ему ещё покажет!       Спустя полчаса.       «Нет, я не покажу! Страшно!»  — Ау! — Робби коснулся своего лица, посмотрев на не отрывающую взгляда от экрана Мэйбл, и нахмурился, потирая больное место. Это был уже, наверное, третий раз, когда наступало напряжение в фильме и вылетало что-то страшное, после чего она обязательно вытягивала руки в разные стороны, ударяя Валентино. И третий раз стал официальным ДжекПотом: она зарядила ему рукой в подбородок. Он, к слову, впервые видел девушку, не прижимающуюся к парню в страхе, как обычно это случается по шаблону. У этой же были довольно странные рефлексы, вроде тех, чтобы что-то или, как оказалось, кого-то ударить, после чего невинно похлопать глазами и набить рот едой. Это было и странно, и смешно, но больше всего Робби жалел о том, что не согласился найти в интернете какой-нибудь из перечисленных ею романов и посмотреть его с ней.  — Фам фифофат! — сквозь набитый попкорном рот проговорила Пайнс, округлив глаза на то, что происходит в фильме, после чего всё тут же проглотила, едва не подавившись. — Боже, что они делают?! Идиоты, не плывите туда, вас убьют! — Двое мужчин, один из которых был полицейским, отправились в едва ли не разрушенное большое здание, ранее зовущееся театром. — Черт, этот полицейский меня бесит! Джереми не убивал свою жену! Задолбал уже подозревать его, аргх! Но зато теперь, может, он поверит ему, когда сам всё увидит?       Робби тут же позабыл о боли и усмехнулся, борясь с желанием и вовсе рассмеяться с переживающей за главных героев Пайнс. Он хотел напугать её, на самом деле настораживаясь, что может получить ещё один удар, даже если просто попытается приобнять её, поэтому он просто продолжает смотреть с ней фильм, который смотрел уже несколько раз. «Мертвая тишина» не казалась ему каким-то особенным ужастиком, а вот для Мэйбл, кажется, самый раз, чтобы почувствовать леденящий кровь страх.  — Все эти куклы перенесли в театр, невероятно! Ну вот кому бы пришло в голову выкапывать сотню кукол из могил? Какая жуть! — скривилась она, подергав Робби за рукав толстовки, после чего в фильме показали что-то накрытое красным занавесом. Полицейский и главный герой приблизились, оттянули ткань и увидели мертвого человека, подвешенного как марионетку за ниточки. Пайнс приложила вторую руку ко рту и поморщилась от отвращения. Валентино же дернул той рукой, в рукав которой она вцепилась, и попытался таки взять её в свою, но она тут же оттянула её, едва не ударив его. Все куклы в фильме стали поворачивать головы на качающуюся на скрипучем кресле-качалке куклу клоуна. И когда она открыла глаза, Пайнс вздрогнула. Эта кукла позвала Джереми поближе. — Нет, не ходи, идиот! А-а-а! Луизу уже не вернуть, неважно почему она умерла. Боже-боже-боже.       Робби замолчал, ожидая её реакции на всё последующее. Она же замерла, наблюдая за сценой в фильме. Полицейский выстрелил в клоуна после краткого разговора, и куклы в старых стеклянных витринах стали сходить с ума.  — Бегите, бегите, бегите, — нервничала Пайнс, наблюдая за бегством героев. — Нет, полицейский закричал и умер! Чертов идиот! — Пробормотала она. — Ну ничего, Джереми ещё жив, может и спасется. — Спустя пять минут, Мэйбл с облегчением выдохнула. — Фух, он теперь в безопасности.  — Я бы не был так уверен, — прокомментировал Робби, и она вновь напряглась, вцепившись в его толстовку и даже немного потрясывая.  — Ну зачем ты спойлеришь?! Как же тут теперь успокоиться?       Джереми направился в дом отца, чтобы поговорить с ним, поднялся наверх по спиральной лестнице и вошел в комнату. Зазвучали странные голоса, что начинало пугать главного героя, но он не убегал и одернул простыню, повешенную на кресло, после чего нашел куклу, и неожиданно появилась та самая Мэри-Шоу. Мэйбл подпрыгнула на ровном месте и пискнула, локтем ткнув в Робби, из-за чего тот согнулся на несколько секунд пополам.  — Черт, Мэйбл… — прошептал он. — Ты убить меня хочешь?  — Тихо-тихо-тихо, — заткнула она его, прикладывая указательный палец к его губам. Джереми сжег куклу, а затем подошел к сидящему в кресле отцу, что оказался мертв. Он всегда был мертв, а его мачеха, как он думал, жена его отца, всё это время говорила за него с помощью определенных действий. Главный герой вмиг всё понял, прокрутил все моменты, связанные с разговорами между ним и отцом, после чего обернулся и наткнулся на ту самую женщину, Мэри-Шоу. Далее последовал его крик, и она вырвала из его рта язык. В момент, когда закричал Джереми, закричала и Мэйбл, рукой перевернув пустую пиалу, из-за чего та полетела на пол.       В конце фильма прозвучала мелодия и следующие слова:

Беги от двери ведьмы Мэри, запрись и потеряй ключи, а коль во сне увидишь Мэри, умри, но только не кричи…

 — У меня мурашки по коже от этого фильма! Бр-р. Напомни больше не смотреть то, что ты предлагаешь.       Робби наконец рассмеялся, а она запустила в него подушку, что тут же вынула из-под своей спины. Он уклонился, а затем схватил свою и повалил Пайнс на кровать, после чего накрыл ею ей лицо и слегка придавил.  — Я задохнусь!  — Да ладно?  — Я буду кричать!  — Тогда Мэри-Шоу заберет твой язык.  — Нет!       Мэйбл стала дергаться, пытаясь убрать от себя подушку, но вместо этого наполовину слетела с кровати, а Робби, думая, что она вот-вот ударится головой об пол, обернул руку в области спины и замер, нависнув над ней. У неё перед глазами всё было вверх тормашками, да ещё и кровь прилила в голову, поэтому она подняла её и оказалась в нескольких сантиметрах от лица Робби. Это её ничуть не смутило. Она даже не заметила того, как он немного приблизился, пытаясь поцеловать её, а затем тут же сведя губы в тонкую линию и прикрыв глаза, чуть нахмурившись, отстранился, вероятно передумав это делать. Она прищурилась, посмотрела ему в глаза и вытянула обе руки, закрывая его лицо и толкая тем самым назад. Мэйбл засмеялась, когда Робби перевернулся, а она вновь оказалась «на плаву», и тот просто-напросто поддержал её смех, думая, что день с ней был проведен отлично, начиная с того самого момента, когда они только пришли к нему и начали пить чай, которым, кстати, опрыскали друг друга из-за того, что в унисон засмеялись с чего-то.  — Который час? — она дала щелчок Робби по лбу, а он подвел запястье к себе и взглянул на наручные часы.  — Три часа дня. — Ответил он. — Ты что, уже хочешь домой?  — Нет! — она показала ему язык, а затем, ненадолго зависнув, зевнула. — Просто спросила.  — Хочется спать?  — С чего ты взял?       Он слегка оттолкнул её от себя, а она откинулась на подушки, что не были тронуты, и оказалась под ним. Это завело её в тупик, но ненадолго, потому что Робби в следующее мгновение опустился рядом и отомстил, дав ей такой же щелчок по лбу пальцами.  — Не бойся, спи. — Выдал он. — Диппер мне говорил, что ты и без того много спала, но после такой моральной встряски и бесиловки на улице, думаю, ты устала. — Робби внимательно посмотрел на Пайнс, чье выражение лица превратилось в настороженное. — Не смотри на меня так, — добавил он, — я не изнасилую тебя, пока ты будешь спать.       Мэйбл засмеялась и ткнула в него пальцем.  — Дурак ты, Робби Ви, — выдала она. — Я ни о чем таком не думала. Ты мой лучший друг и я доверяю тебе. — Мэйбл подмигнула, а его эти слова отчего-то задели. Она достала телефон, поставила будильник, чтобы не проспать время, когда ей стоит пойти домой, и улеглась, не смыкая глаз. — Может, закроешь уже глаза и уснешь? — пробурчала Пайнс, отмечая, что ей не нравится, когда наблюдают за тем, как она пытается заснуть. — Мне неловко.  — Конечно, — хохотнул Валентино и выполнил её просьбу. Мэйбл улыбнулась. — Так сгодится?  — Спи уже, — хихикнула Пайнс и спустя какое-то время провалилась сон, даже не почувствовав, что после этого Робби взял её за руку и тоже уснул.

***

DemonMind: хэй, угадаешь, кто снова видит? •TeenFire•: Ого! •TeenFire•: Я чуть кофе не подавилась! •TeenFire•: Билл, как ты? DemonMind: ахах DemonMind: спокойно, систр DemonMind: я в порядке DemonMind: осложнения, думаю, позади DemonMind: противных людишек от себя изолировал DemonMind: поэтому всё отлично DemonMind: через месяц жди меня дома DemonMind: буду снова дразнить и изводить тебя DemonMind: хехе DemonMind: никому не слова DemonMind: хочу неожиданно приехать •TeenFire•: Так точно! •TeenFire•: Я бы этой Карли все почки повырывала •TeenFire•: До сих пор хочу приехать в эту больницу и довести её до тех же осложнений •TeenFire•: Гр-р, бесит! >:0 DemonMind: ха DemonMind: успокойся, всё в норме       Билл ухмыльнулся, представив выражение лица Пироники в этот момент. Наверняка она надулась и отвернулась от телефона, воображая, будто может увидеть брата. Его это позабавило, но ничуть не задело: он был рад и тому, что связался с ней в первую очередь, ведь она по-любому очень волновалась за него в ожидании того, когда ему, наконец, полегчает. •TeenFire•: Лады •TeenFire•: Что нового? Как там твой новый друг, про которого ты мне рассказывал перед осложнениями?) DemonMind: ты про Джека? DemonMind: он отлично себя чувствует DemonMind: к слову с него тоже сняли повязку DemonMind: можно считать, что мы с ним наконец встретились DemonMind: прямо как дружба в интернете DemonMind: общаешься с человеком, но не можешь его увидеть DemonMind: а потом настает момент встречи •TeenFire•: Это так мило :) •TeenFire•: Рада, что ему легче) •TeenFire•: Знаешь, я так соскучилась по тебе •TeenFire•: Жить одной очень скучно •TeenFire•: Нет того чувства, когда я знаю, что ты где-то в доме, а на душе спокойно •TeenFire•: Теперь только настороженность и постоянная проверка. Проверяю, закрыла ли все окна на ночь, чердак, входную дверь. Проверяю, не оставила ли где утюг или на плите что-то, воду в ванной или на кухне. Чувствую себя каким-то параноиком, даже несмотря на то, что ко мне часто захаживает Диппер. Он думает и всё время твердит о каком-то извращенце-маньяке, который должен пролезть в форточку и утащить меня в лес к чертям собачьим :D •TeenFire•: Хороший способ рассказать о скуке по тебе, не так ли? :D DemonMind: я конечно знаю, что за мной как за каменной стеной, но не надо преувеличивать •TeenFire•: Ахаахапхапх •TeenFire•: Вот идиот :D DemonMind: весь в тебя, разумеется DemonMind: хехе DemonMind: как там Мэйбл?       Набранный до этого в рот Пироники кофе чуть не выплюснулся, когда она прочла последнее набранное им сообщение. Она тут же проглотила то, что едва не застряло в горле, и принялась отвечать. Главное — не нервировать его, и тогда всё будет отлично. •TeenFire•: Мэйбл? Какая Мэйбл?       Молодец, Пироника. Генератор внезапных идей и гений с повышенным IQ в тебе аплодируют стоя. DemonMind: ты серьёзно? DemonMind: конечно же Пайнс •TeenFire•: Ахахахахах!       Реальная Пироника нервно смеётся и отставляет кружку с напитком в сторону, а внутренняя носится по всему разуму, разметает полки с мыслями и кричит «Мэйбл капут!», потому что это действительно «капут». Что она должна была сказать ему? Посоветовать позвонить ей? А если она с Робби? И если Мэйбл правда с Робби, то это будет «капут» в квадрате. •TeenFire•: С ней всё отлично, ты не переживай х)       Она умалкивает об обиде Мэйбл на Билла. Пироника совсем недавно узнала о том, что произошло, касаемо «черных списков», поэтому брата не осуждала. Проблема была лишь в том, что не знала Звезда, вокруг орбиты которой образовалось темно-синее небо, явно не ровно дышащее к ней. Она знала, что всё то, что было — не проделка Билла, а если Мэйбл узнает, что это была Карли, то вновь начнет ревновать. Что, собственно, она и делает в последнее время. С тех пор, как Пайнс узнала о ней, ей не удаётся внутренне успокоиться. А ведь, что забавно, никто бы не подумал, что она когда-то будет ревновать Билла, который был ей в какой-то степени врагом. DemonMind: точно? •TeenFire•: Точнее некуда :) •TeenFire•: Ты ни о чем не волнуйся! DemonMind: Пироника •TeenFire•: А? DemonMind: что случилось? •TeenFire•: А что случилось?       Девушка встает из-за стола и начинает нарезать круги по кухне, нервно закусывая губу. Выйдет ли в лучшем свете изобразить дурочку перед человеком, прожившим с ней всю свою жизнь? Как можно было только по одному написанию всё понять? DemonMind: по твоему написанию легко понять, что ты врешь DemonMind: что у вас там происходит? •TeenFire•: Ты что, с дуба рухнул? :0 •TeenFire•: Я же сказала, всё отлично! •TeenFire•: Ты хочешь накрутить себя дурными мыслями? •TeenFire•: Не советую это делать •TeenFire•: Я лучше по приезду тебе все «Улыбашки» отдам, чем ты будешь накручивать себя :Р DemonMind: она в больнице? •TeenFire•: Нееет DemonMind: она заболела? •TeenFire•: Нееет DemonMind: не хочет говорить со мной? •TeenFire•: Возможно DemonMind: у неё появился кто-то другой?       Пироника едва не роняет телефон, который так и наровится столкнуться с полом и разбиться. Она, спустя мгновение, крепко держит его в руках и облегченно выдыхает, понимая, что надо бы ответить, иначе Билл точно всё узнает. •TeenFire•: Нет! DemonMind: тогда что? DemonMind: Пи-ро-ни-ка •TeenFire•: Ты хочешь, чтобы я пошла и в психиатрию сдалась? Волосы мои поседеют скорее, чем закончатся твои вопросы! DemonMind: скорее мои поседеют. я единственный, кто не знает, что происходит в нашей компании. ты давно с ней виделась? •TeenFire•: Ээээ… •TeenFire•: *загрузка мыслей-загрузка мыслей* •TeenFire•: Неделю назад, ха-ха… •TeenFire•: Наверное… DemonMind: так как видеть — теперь не проблема, я могу позвонить ей, получается? окей. не скажешь ты — узнаю сам •TeenFire•: Нет! Не звони, стоооой х_х •TeenFire•: Я скажу!       «Скажу, но лучше сладкую ложь, чем правду». •TeenFire•: Она просто вернулась к прежней жизни. Слушает «Пару раз» без конца, смотрит романы, гуляет с Кенди и Грэндой. Я не могу с ней гулять пока чисто из-за засады по алгебре, с которой стоит разобраться до пятницы. Диппер мне в этом любезно согласился помочь. В свободное время она сидит дома, всё в порядке. Вообще не понимаю, с чего ты так взъелся?       Ложь-ложь-ложь. Ложь во благо, только во благо. Умница, Пироника! Шестеренки в голове ещё не заржавели. DemonMind: понял я, чего ты так оправдываешься? DemonMind: хех DemonMind: думаю позвоню ей, расскажу за случай с Карли DemonMind: наверняка же злится DemonMind: вредная Падающая Звезда •TeenFire•: Хорошо, удачи с:  — Будь недоступна, будь недоступна! — Пироника быстро нашла её номер в журнале последних звонков и набрала, ожидая довольно долгого ответа. Гудки шли, а голоса она так и не слышала, пока её буквально не скинуло с телефонной линии, ровно как и её брата, что в то же время звонил Пайнс. Звонить одновременно — значит попасть в эти последствия.

***

      Телефон, расположенный между спящими и держащимися за руки Робби и Мэйбл, начал разрываться от звонков. Валентино, сонно приоткрывший глаза, поднял руку и стал нащупывать на одеяле источник звука. Пайнс что-то тихо сказала, накрывшись ещё больше одеялом, а если конкретно, то с головой, и попросила друга отключить будильник, вероятно звонивший для того, чтобы поднять её и напомнить, что пора домой. Однако до настоящего будильника оставалось ещё около десяти минут.  — Это не будильник, — тихо пробормотал Робби, прищурившись в темноте из-за яркого дисплея. — Тебе звонят.  — Кто? Диппер? Или дядя Стэн? — также вяло отзывается она.  — Нет.  — Келли, Кенди, Грэнда, Пироника? — Мэйбл зевнула и перевернулась на другой бок, поворачиваясь к парню спиной. Телефон продолжал настойчиво трезвонить.  — Нет. Какой-то… Билл? — Робби сначала вопросительно выгнул бровь, а затем нахмурился. А вот Пайнс вдруг широко распахнула глаза, услышав это, и подорвалась с места, отгоняя остатки сна. Валентино внимательно проследил за её действиями, когда она вырвала с его рук телефон и с явным волнением уставилась на экран, вероятно решая, брать ли ей трубку. — Это ещё кто такой? — Без ревнивых нот в его голосе не обошлось, однако Пайнс этого не заметила, будучи обеспокоенной нечто другим.  — Робби, подожди… — спокойно произнесла она, уже было нажимая на кнопку вызова. И не успела: звонок сбросился. Лицо тут же приняло грустное выражение, что не утаилось от Валентино. — Это был Билл, он… — Мэйбл немного подумала об их отношениях на данный момент, а затем вздохнула и выдала: — он мой хороший друг… наверное… был… — она опустила руки с телефоном на колени и замолчала. Робби, немного понаблюдав за ней и поразмыслив, придвинулся ближе и впервые позволил себе обнять её. Не так, как обычно в плане приветствия, а так, как бы он сделал, будь ей хотя бы немного больше, чем просто друг. Она не была против, ведь поддержка — это то, что было нужно на данный момент, да и вообще за последние несколько месяцев. Робби ничего не говорил, просто молчал, также как и она, позволив себе отобрать в этих объятиях несколько минут, чтобы придти в себя и ни в коем случае не раскиснуть.       Зачем звонить спустя столько времени? Смысл говорить, как ни в чем не бывало? Чем он думал, когда отгораживался от неё всеми способами? Она подавлена его безрассудными действиями, из-за его поступков после всего, что между ними было. Он предал, а от предательства, как правило, было очень и очень больно. Зря она доверилась ему, зря подпустила к себе и позволила всему этому случиться. Наивно и глупо, чего уж отрицать? Однако… что он хотел сказать? Или ему просто хочется послушать то, что она думает о нем?       Их объятия прервались из-за наконец сработавшего будильника. Робби просто дернулся от такой неожиданности, а Мэйбл подумала, что это снова Билл.  — На улице уже стемнело, — пробормотала она, кинув взгляд в окно. — Проводишь?  — Не задавай глупых вопросов, — хохотнул Робби и провел рукой по её макушке. — Одевайся.

***

 — Ну, так кто он? — поинтересовался Валентино, и Мэйбл обернулась, уже раз третий за всю дорогу отклонив звонок. А ведь кто только по пути не звонил: и Билл, и Пироника, и даже Диппер, что, вероятно, волнуется о том, почему она ещё не дома с тех пор, как пошла гулять. Она отклоняла, хоть и не хотела, чтобы кто-то переживал за неё. Она в порядке, она физически в порядке и здорова; и не одна, а с Робби, что означало безопасность на случай, как предостерегал её брат, извращенца-маньяка-насильника-потрошителя-и-убийцы.  — Ты о Билле, что ли? — вздохнула Мэйбл, мысленно отмечая, что это не та тема, о которой хотелось бы говорить с Робби. И, судя по его уже второму раздраженному вопросу (первый она проигнорировала), ей казалось, что она догадывается в чем дело, но догадку свою не озвучивает. Дружескую ревность как-никак никто не отменял, поэтому она не хотела его тревожить.       Хоть она и не понимала, что ревность была далеко не дружеская.       Робби же сначала внушал себе, что она ребенок. Она младше его на три года и не является совершеннолетней. Он студент — она простая школьница. Он внушал себе, что дружить с ней здорово, и что она — лучшее, что могло с ним произойти. Он не особо с кем-то общался. С группой своей, и то по деловым вопросам, вроде «когда выступление или репетиция?». С ней же он обрел себя и понял, что в свои двадцать не совсем стар для развлечений. Она, будто ребенок, любила тыкать в его лицо пальцем, щекотать, играть в глупые игры. Он тоже полюбил это.       А также она в первое время ходила гулять с так называемой компанией, в которую, что уж наверняка, могли входить и парни, из-за чего ему становилось не по себе. Мэйбл никогда не приглашала его с собой, не приглашала в их интернет-беседу. Хотя он, чего не скрыть, очень хотел бы влиться к ним и найти общий язык с её, так сказать, окружением. Он уверен, что её окружают хорошие люди, ведь сама она замечательная в его глазах, веселая и действительно добрая. Он хотел, но каждый раз подумывал о том, что некоторых может смутить его возраст. Он хотел знать, что к ней никто не пристает, что она чувствует себя комфортно с окружающими её людьми.       Изначально он думал, что она просто друг. Затем хороший друг. Лучший. В итоге и не друг вовсе. А некто больший, чем человек, с которым приятно проводить времяпрепровождение. Взгляд на неё поменялся, и единственное, что не менялось — его продвижение. Она, кажется, была свободной и никем не занятой; ей никогда за всю их дружбу не звонил кто-то, с кем она могла встречаться; ни к кому, кроме как к друзьям, не бежала на встречи. Ему хотелось сделать первый шаг, хотелось сказать ей, да язык не поворачивался. Ведь вероятность того, что их дружба может разрушиться, очень велика. Мэйбл наивно полагала, что он её лучший друг. Просто друг. Не более.       И теперь внезапные звонки от её «хорошего друга» начинают его напрягать, а интерес взыграл с новой силой. Кем был этот Билл, которого она ни разу не упомянула за всё это время? Они ведь довольно много говорили, сидя на лавочках либо в парке, либо в лесной аллее. Говорили о друзьях, и она рассказывала о Кенди, Грэнде, Пиронике, Диппере, дяде Стэне и даже о Келли, что тоже на тот момент привлек его внимание. Но имя «Билл» никогда не звучало с её уст. Он полагал, что это всего лишь дружеская ревность; что он — взрослый ребенок, ревнующий друга к другому другу, но… когда он узнал о Лэйрде, проживающем на данный момент в Хижине, рядом с Мэйбл на расстоянии в один этаж, Робби понял, что дружбой тут не пахнет и вовсе.  — Ну да, — с равнодушием во взгляде прогововаривает он. — Ты сказала, что он твой хороший друг. О котором я ничего не знаю. Ты не рассказывала, а мне интересно, знаешь ли.  — Ну-у-у, — тянет она, — я не люблю о нём говорить. Мы… поругались и не общаемся.  — Давно не общаетесь?  — Ещё с того момента, как я познакомилась с тобой. Точно не помню.  — А что насчет компании? — вздохнул он, обращая взгляд синих глаз к небу, что было затянуто серыми тучами. Ближе к зиме, первый день которой, к слову, наступит завтра, становится всё реже дней, когда можно было увидеть звезды.  — Только не говори, что ты всё ещё дуешься на это, — Мэйбл демонстративно закатила глаза и улыбнулась. — Ты так сильно хочешь познакомиться с моими друзьями? — Робби немного помолчал на это, а затем таки кивнул. — Ладно, — она дружелюбно толкнула его в плечо, — сегодня добавлю тебя в беседу. Только имей в виду: мы все чокнутые.       Валентино, услышав это, рассмеялся, после чего закинул руку на её плечо и приобнял, немного, но по-дружески, притянув к себе. Пайнс широко улыбнулась, довольствуясь тем, что о Билле было забыто. По крайней мере, сейчас.

***

      Прослушав отчитывания брата, выслушав разговор Стэна за чаем про планы на Рождество и старика МакГакета, невольно приглашенного к ним в сочельник, Мэйбл поплелась в комнату, чтобы наконец за несколько дней связаться с подругами и добавить Робби в обещанную беседу. Она, правда, немного беспокоилась, что её друзья могут отпугнуть его своим странным юмором, но так или иначе решила рискнуть.       Билл же в это время, когда врачи разошлись по этажным постам, незаметно вышел из палаты и опустился на подоконник, чтобы узреть после всех осложнений ночные огни Калифорнии. Однако наслаждаться этим видом он не мог: в разуме плотно засела мысль, что Мэйбл обиделась. Это его, конечно, не нервировало, но он очень хотел бы знать, что с ней. Он поговорил с родителями, поговорил с сестрой, Джеком, даже успел немного понаблюдать за Карли, спокойно читающей книгу. Сходил на последнюю процедуру. И всё. Заняться больше было нечем, поэтому он решил вернуться в их общую беседу, из которой Карли его так любезно выперла. Shooting_Star: Хей-хей-хей, привет, народ! :D Shooting_Star: Вы поразитесь, но я жива! Shooting_Star: И была немного в шоке, увидев все напечатанные вами смс обо мне выше. Вы беспокоились, а мне теперь стыдно -.- Shooting_Star: Эгоистка же, не так ли? •TeenFire•: Ещё какая! >:0 •TeenFire•: Благо, что Диппер говорил о твоем самочувствии! Не пришлось ломиться к тебе домой! •TeenFire•: Ухухухухухуууу, и обнять, и убить бы тебя! Shooting_Star: Ахахаха, не надо, прошу, я исправлюсь :D SUSSYGirl: ЛЕСНЫЫЫЕ ШИШКИ SUSSYGirl: КАКИЕ ЛЮДИ! SUSSYGirl: АААААААААААААААААААААААААААААААААААА sweetheart_potatoes: Ооо, привет, Мэйбл! с: PineTree: Спасибо, что упомянули и меня выше •TeenFire•: Не за что :* sweetheart_potatoes: Как провела день, Мэй-Мэй?) SUSSYGirl: НЕБОСЬ ОПЯТЬ С РОББИ! Shooting_Star: И это правда х) SUSSYGirl: ПРИЗНАЙ ОН ИГРАЕТ НА ГИТАРЕ ГИПНОЗА SUSSYGirl: ВЫ ТАК СДРУЖИЛИСЬ ЧТО ХОЧЕТСЯ ВАС ЗАШИППЕРИТЬ •TeenFire•: Протестую >:0 •TeenFire•: Она уже давно зашипперена с Биллом! Я вам тут всем пеньки пораздаю -_- PineTree: А ты, получается, со мной? •TeenFire•: Диппер, мы сейчас не об этом! :0 sweetheart_potatoes: А разве у Билла, со слов Мэйбл, не появилась другая? Shooting_Star:… •TeenFire•:… sweetheart_potatoes: Прости :о sweetheart_potatoes: Не хотела упоминать, не подумала Shooting_Star: Ничего страшного Shooting_Star: Кто чем занят?) PineTree: Я лежу на своей кровати, справа от тебя по комнате, Мэйбл Shooting_Star: Ахах) sweetheart_potatoes: Делаю уроки) SUSSYGirl: ГРЭНДА НЯМ-НЯМ! •TeenFire•: Я смотрю сериал новый с: SUSSYGirl: А ТЫ ЧТО ДЕЛАЛА СЕГОДНЯ? Shooting_Star: Проснулась, когда Диппер принес мне поесть! Shooting_Star: Потом пришел Робби!) Shooting_Star: Мы дурачились и играли в снежки на улице! Shooting_Star: Этот дуралей закинул меня в сугроб! Shooting_Star: А я закинула его :D SUSSYGirl: УВАЖАЮ! ДАЕШЬ МЯСО! sweetheart_potatoes: Ахахаххаах Shooting_Star: Потом он позвал меня к себе!) Shooting_Star: У него в доме котята! Такие миииленькие *-*       Пироника не заметила, как начала кусать пальцы от волнения. Мэйбл слишком привязалась к этому Стэйси Валентино, а он, в свою очередь, даже больше к ней. И это было плохо! sweetheart_potatoes: Уууууу SUSSYGirl: ААААААААААААА SUSSYGirl: ГРЭНДА ХОЧЕТ КОТЕЙКУУУУ! SUSSYGirl: И Я НЕ О ЕДЕ!!! SUSSYGirl: И ДА SUSSYGirl: ЧЕМ ВЫ ТАК ЗАНИМАЛИСЬ, ГЫГЫ?)))))))))) Shooting_Star: Я попрошу его подарить тебе одного с: Shooting_Star: Уверена, он не откажет, ведь девать их некуда, как он говорил, да и хлопотное это дело для него — ухаживать за ними х) Shooting_Star: Вопрос, хммм… Ну, мы смотрели фильм! Shooting_Star: Ужастик, черт его побери! -_- Shooting_Star: Я чуть в бабку не превратилась, пока смотрела его! SUSSYGirl: ОООО SUSSYGirl: А ПОТОМ? SUSSYGirl: ЧТО БЫЛО ПОТОМ??? SUSSYGirl: ЧТО ВЫ ДЕЛАЛИ ДАЛЬШЕ?       Пироника заметно стала нервничать. Shooting_Star: Мы спали :) sweetheart_potatoes: О.О sweetheart_potatoes: ОМАЙГАД!!! SUSSYGirl: ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!! SUSSYGirl: БОЛЬШЕ КАПСА! БОЛЬШЕ КАПСА, ДЕВОЧКИ!!! •TeenFire•: Билл убьет меня… Спаситяяя…       И слова Пироники никто даже не заметил. PineTree: Мэйбл, я чего-то не знаю? PineTree: Когда вы с ним так сблизились? PineTree: Разве у тебя нет парня? PineTree: Даже я в шоке, народ SUSSYGirl: Я БУДУ ОРАТЬ ВСЮ НОЧЬ! ЭТО КАНОН! sweetheart_potatoes: Кенди Чу, старшие классы, отныне R.I.P.-нулась! х_х Shooting_Star: АХАХХАХАХАХАХАХАХАХАХ Shooting_Star: Люди, не доводите до припадочного смеха! Не хочу биться из-за него в конвульсиях! Господи, я не могу с вас хDDD Shooting_Star: Мы просто заснули и проснулись Shooting_Star: После чего пошли домой)) Shooting_Star: Прекратите х) Shooting_Star: Он мой друг, а не муж :D Shooting_Star: Перегибаете же палку) SUSSYGirl: НА ОДНОЙ КРОВАТИ! SUSSYGirl: ВСЁ РАВНО! SUSSYGirl: ШОК-ШОК-ШОК-ШОК-ШОК-ШОК! Shooting_Star: И да, кстати) Shooting_Star: Он хочет познакомиться с вами здесь) Shooting_Star: Поэтому сейчас я напишу ему и приглашу сюда! •TeenFire•: *вдох-выдох* •TeenFire•: Спокойствие, только спокойствие sweetheart_potatoes: *нервно попивает чай в сторонке* SUSSYGirl: *НЕРВНО ЖУЕТ СВОЙ ХАВЧИК В СТОРОНКЕ* •TeenFire•: *сидит на диване и держит пульт в руках*

Пользователь DemonMind вернулся в беседу «Все вместе».

SUSSYGirl: НЕЖДАН О_О •TeenFire•: О_О sweetheart_potatoes: О_О PineTree: О_О

Shooting_Star пригласила в беседу «Все вместе» пользователя Robbie_Valentino.

Shooting_Star: Так, приветствуйте! Апхахах Shooting_Star: Мой лучший друг и приятный во всех разговорах собеседник — Робби Валентино! Shooting_Star: Робби, SUSSYGirl — это Грэнда, sweetheart_potatoes — Кенди, PineTree — Диппер, и •TeenFire• — Пироника, лучшая подруга с: Shooting_Star: Надеюсь, вы поладите)       Пироника была готова выпрыгнуть в форточку ко всем, названным Диппером, извращенцам-маньякам, потому что Мэйбл явно не заметила возвращение Билла в беседу. SUSSYGirl: ЭЭЭЭЭЭ, ПРИВЕТ? SUSSYGirl:… SUSSYGirl: *ПОДАВИЛАСЬ ХАВКОЙ* sweetheart_potatoes: *вдруг резко подавилась чаем* •TeenFire•: *кинула пульт, разбила телевизор, забив на сериал, и выпрыгнула в форточку к извращенцам* PineTree: Пироника, а ты там не прифигела? Shooting_Star: Ахахахахаха :D Robbie_Valentino: ахахахаха хD DemonMind: полагаю, что меня представлять никто не будет, верно?  — Мэйбл? — Диппер поднял напряженный взгляд на сестру, а та, зайдя в личные сообщения между ею и братом, написала: Shooting_Star: *схватилась за голову, отбежав сто кругов по комнате, и выпрыгнула в форточку вслед за Пироникой* PineTree: *фэмспалм*