Пора перемен

      Ему нравилось в доме Пайнсов. В воздухе всегда парило чувство дома, чего-то, чего так не хватало ему с детских лет. Ему было хорошо, и именно эти посиделки с Мистером и Миссис Пайнс спасали его от желания поскорее сорваться в Гравити Фолз, забыв обо всех прочих процедурах, что были необходимы после операции примерно два месяца. Его губы вне поля зрения Миссис Пайнс вздергивались в широкой ухмылке, когда он каждый раз представлял маленькую Мэйбл, носящуюся в этом доме; её детский голос, каждое падение в этом месте. Один раз он нашел её дневник за второй класс. Ну, как нашел? Мистер Пайнс, заметив заинтересованность Сайфера в детских фото их детей, что он увидел в нескольких рамках на полке, положил некоторые детские вещи Мэйбл на кофейный столик. И Билл несомненно обратил на них внимание, медленно опустившись в ближайшее кресло.       Признаться честно, сдерживать смех было трудно. Почерк был немного кривой, буквы местами выскальзывали из-за линий; также имелись и плохие оценки. Хотя больше его смешили замечания, выведенные красной ручкой. Что только не попадалось: «Мяукала на уроке!», «Пела во время контрольной!» (вероятно для того, чтобы успокоить нервничавшего на тот момент Диппера. Это определенно было в её стиле, если вспоминать тот случай, когда та танцевала перед экзаменом, чтобы снять напряжение с одноклассников), «Рисует сердечки в тетрадях!» и тому подобное. Билла веселило это до такой степени, что хотелось бы взять этот дневник и повертеть им у её носа, чтобы позже заставить попрыгать за ним, выслушивая все его подколы.       Однако…       Сейчас не домашний уют, не мать близнецов, не давали ему того спокойствия и умиротворения, что он ощущал каждый раз, когда приходил в гости. Три дня назад, утром, Пироника проболталась про то, что Мэйбл поцеловал Робби, и это почему-то насильно засело в его голове. Он, конечно, помнил, что сказал делать ей всё, что заблагорассудится, но это явно не означало «мы расстаемся — иди ищи нового кандидата». Это же тупо. Да и со слов сестры понятно, что не Мэйбл инициатор того контакта.       Как она там говорила? Кто они? Лучшие друзья? Если друзья, то их уровень дружбы точно близился к бесконечности.       Неспроста Билл не любит её друзей (не подруг, разумеется), оттого сейчас думает, что до той же бесконечности прав; думает, что мог бы указать Мэйбл на то, что она слепая дура, раз не восприняла знаки внимания со стороны Валентино, как нечто большее. Зато Сайфера, как бы он не пытался, не замечала в упор до самого конца. Справедливость? Нет, она не слышала о ней.       Миссис Пайнс выглянула из дверного проёма и взглянула на парня, что явно её не замечал. Он, как и раньше, играл на старом пианино, параллельно вспоминая, как Кэтрин рассказывала, что Диппер и Мэйбл, будучи маленькими, тыкали на все клавиши подряд, издавая такие трезвучия, что уши вот-вот должны были трубочкой свернуться. Он не играл спокойно, как во все предыдущие разы — последние пару дней его игра слишком грубая, а клавиши чаще всего оказывались использованы на правом конце инструмента, из-за чего создавалось впечатление, будто это был огромный музыкальный орган.       Затем же он остановился, и в комнате повисла тишина. Он вспомнил одну из мелодий, надуманных ещё в тот период, когда он был слеп, а Мистер Пайнс подсказывал ему. Он стал наигрывать её, играя уже на более спокойных тонах.  — We'll meet again, don't know where, don't know wh…       «Встретимся вновь, не знаю где, не знаю когда. Но мы встретимся с тобой в солнечный день.»  — В последнее время ты слишком задумчив, — произнесла женщина, и последний вздрогнул, быстро отпрянув пальцами от клавиш. — Что-то случилось?       Он развернулся на стуле и улыбнулся, видя в ней старшую копию Мэйбл.  — Нет, я в порядке, — Он не врал, но и правду не говорил. Его волновало то, что происходит в Гравити Фолз, но тем не менее успокаивало и то, что скоро он вернется и сможет со всем разобраться. Да и потом, разговор Джека немного повлиял на него в плане давки на нервную систему. Он был прав: стоит запастись терпением. — Просто соскучился по дому.  — Понимаю, — Кэтрин улыбнулась и опустилась на соседний стул рядом, тут же обращая взгляд карих глаз на него.  — Вы не можете выписать меня пораньше? — Серьезно поинтересовался Билл. — Я понимаю, что проходить процедуры мне нужно ещё около двух недель, но я довольно хорошо себя чувствую.  — Вряд ли, Билли, — она провела рукой по его волосам. Он отвел взгляд, сведя губы в тонкую линию. — Но через неделю, думаю, можно. — Пайнс немного подумала и добавила: — Головокружение, головная боль, темнота в глазах, покалывание в них — что-нибудь из этого беспокоит?  — Нет, я в порядке, — повторил он, — могу я рассчитывать на скорую выписку?  — Ну а я могу рассчитывать на то, что буду выписывать тебя без осложнений? — задорно хохотнула женщина.  — Конечно. — Кивнул он, чувствуя, как неприятный трехдневный осадок сошел совсем.

***

 — Ты всё усложняешь, — прокомментировал Диппер, закинув руку на Пиронику, и взглянул на сидящую напротив сестру. Рядом с ней сидели Кенди и Грэнда. Грэнда, к слову, нещадно поедала клубничное мороженое, из-за чего мимо проходящие официантки и официанты с отвращением кривились. Оно капало на стол, её рот был испачкан, а сама она басила и просила добавки. Однако Мэйбл не обращала на это никакого внимания, в отличии от Кенди, и просто продолжала слушать болтовню брата и Пироники.  — Я не усложняю! — возразила она и схватила молочный коктейль, начиная медленно потягивать его из трубочки. Пайнс на это просто закатил глаза, отмечая, что разговор об этом в кафешке — был плохой идеей. Люди смотрят, да и Грэнда после школы, казалось, готова была съесть и официанта вместе с мороженым. Кенди любезно подавала ей салфетки, из-за чего те быстро закончились. — Я просто считала Робби другом! Я всегда хотела иметь друга — не только подруг, поэтому подумала, что он прекрасно подошел бы на эту роль. Я, говоря слово «друг», подразумевала не что-то там романтичное — я хотела, чтобы было что-то, что обычно показывают в фильмах про дружбу между парнем и девушкой!  — Похоже, ты такие фильмы явно не досматривала, — хихикнула Пироника, скосив взгляд на Диппера, что уже второй раз закатил глаза, понимая, что тут намек был направлен исключительно на него. — Парень и девушка в конце по-любому будут состоять в отношениях — это классика жанра, Мэйбл. Не будь так наивна. — Девушка немного помолчала и добавила: — Ничего не поделать, смирись — ты нравишься Робби.  — Нет, я не о том! Не во всех фильмах друзья становятся героями-любовниками. Друзья играют вместе, купаются в реке под мостом, дурачатся, кидают друг друга в сугробы, например… — последнее тихо добавила она, вспоминая, как три дня назад они с Валентино как раз этим и занимались.  — Ничего не поделать, — повторила реплику Пироники Кенди. — Робби, похоже, не воспринял это, как то, что ты называешь дружбой в своём понимании. Я так понимаю, ты ничего ему не ответила на это признание, верно? — Чу улыбнулась уголками губ. — Что ты думаешь сказать ему в ответ? Вы списывались в сети?       Мэйбл покраснела, но всего на долю секунды, тут же вновь схватив в руки картонный стаканчик с коктейлем.  — Списывались, но разговор наш проходит как-то уж слишком напряженно. — Призналась Пайнс. — Я отвечаю ему, но стараюсь как можно реже, говоря, будто у меня есть кое-какие дела по дому. Гулять он меня больше не звал, а, следовательно, все эти дни после того инцидента мы не виделись. — Добавила она. — А вот взаимностью я отвечать не собираюсь, — Мэйбл слегка нахмурилась. Прежде, чем Пироника едва не подскочила в нетерпении узнать ответ или сказать ко всей этой тираде что-то колкое. Однако слова подруги её немного успокоили. — Отныне я ни с кем не хочу встречаться.       Грэнда подавилась, а такому заявлению имел место быть и шок Диппера, удивленно округлившего в тот час глаза.  — В смысле? — буркнула Грэнда, наконец подключаясь к диалогу. — То есть ты и Билл больше не встречаетесь?       Мэйбл раздраженно вздохнула, пожав вместе с этим плечами.  — Не думаю, что после слов «делай, что хочешь» мы могли бы встречаться. Он отпустил меня, — она закусила губу после собственных слов, чувствуя, как множество других таких реплик спешат выйти наружу ярым откровением, но она сдерживает порыв высказать всё, что она думает, и поэтому в конечном итоге всего лишь вздыхает. На самом деле ей больно от этого столь странного и быстрого разрыва; казалось бы, она нашла своего человека, но… этот человек ей просто, по-видимому, никогда не сможет доверять. И, если уж признаваться самой себе, — это было бы правильно, потому что её нередко кто-то окружает, которому слово «дружба» вообще не по чем. К примеру, взять того же Робби. Она скучала по Биллу и надеялась, что никаких осложнений у него не было; порой теряла связь с реальностью — засиживалась в компьютере и слушала музыку, пытаясь найти в ней какое-то утешение. А когда Мэйбл взялась вновь за вязание — Дипперу стало не по себе. Он видел ту Мэйбл, которой до мира дела нет — лишь бы сидеть и сидеть в доме, занимаясь своими делами. Это было не совсем правильно. — Поэтому я вновь свободная леди, — не без ехидства добавила Пайнс.       Пироника закусила губу, вспоминая реакцию Билла на то, что Робби поцеловал её подругу. Сначала он молчал, затем задавал много вопросов на тему «где же в это время была ты, дорогая сестренка?», после чего отключился и стал продолжать эту беседу в сети, говоря, что хочет вернуться. Пироника была, разумеется, против. Она, конечно, хотела увидеть брата, но без осложнений и уж точно в хорошем расположении духа. Билл хоть и говорил делать всё, что угодно, но всё равно обращал внимание на то, что происходит в жизни Пайнс. Этим утром он также интересовался, всё ли у неё в порядке через сестру.  — Давайте не будем забивать голову проблемами, которых нам не решить, — Кенди поправила очки и посмотрела на друзей. — Это касается только Мэйбл и Билла. Не думаю, что нам стоит вмешиваться и давать какие-то советы, коими мы сами не пользуемся в жизни. — Грэнда открыла рот, услышав слова одноклассницы, и мороженое выпало с её рта прямо в пиалу, из которой она ела. Диппер поморщился, мысленно не сдержав отвращения. — Поэтому, — растянула Чу, сцепив руки в замок, — предлагаю обсудить предстоящие праздники. Двадцать пятое декабря. Сочельник. Рож-де-ство! — словно пытаясь вбить это в голову окружающих её людей, по слогам проговорила девушка и хохотнула. — Какие планы? Нам же нужно будет где-то собраться?  — А это идея! — подхватила Пироника, широко улыбнувшись. — Я говорила об этом с родителями в последнем нашем разговоре. Они говорили, что Стэн не будет против гостей. — Мэйбл добавила бы «если они при деньгах, то да», но промолчала. — Поэтому как насчет собраться все у вас, обменяться подарками, поздравлениями, а затем перебраться на нижнюю площадку, где ваш дядя обычно ранее проводил дискотеки, прибраться, отодвинуть всё лишнее, украсить это место, затащить туда ёлку и провести сочельник там?       Челюсть Диппера, казалось, отвиснет и достигнет пола. Пироника говорила это быстро, уверенно, и, что главное, так, будто сама это задолго до этого дня планировала.  — Было бы неплохо, — кивнула Чу, — люблю подобные хлопоты.  — Мы поговорим с дядей Стэном, — кивнула Мэйбл, говоря за себя и брата, так как тот, кажется, ещё не отошел от постоянных приступов удивления. — Как насчет того, чтобы подумать над списком гостей? — Пайнс полезла в рюкзак, вытаскивая оттуда черновик, вырвала лист и уложила поверх тетради, чтобы было удобно писать.  — ПИШИ, ЗАПИСЫВАЙ МЕНЯ! — Пробасила Грэнда.  — Окей, — растянула Мэйбл и стала писать. — Я, Диппер, Пироника, Грэнда, Кенди, Келли, дядя Стэн, разумеется, старик МакГакет, — при упоминании последнего имени Грэнду передернуло. — Кого ещё?  — Позови Гидеона, — хихикнула Кенди.  — И моего БРАТИШКУ!  — Веспера? — вспомнила Пироника. — Было бы неплохо. Он же комик, в любой ситуации сможет поднять настрой.  — Отлично, — Мэйбл улыбнулась и вписала в список ещё пару имен.  — А ты никого не забыла? — мрачно пробормотала Пироника, не удержавшись от этого вопроса. Пайнс тут же опустила глаза, прекрасно понимая, о ком она.  — Нет… — Она рвано вздохнула и красивее, в отличии от других имен, вписала имя Сайфера. Веселая как-никак намечается тусовочка. С таким-то составом… — Просто, думаю, ему будет не очень приятно находиться в одном помещении со всеми, кто ему не по нраву.  — Брось, — хохотнула и махнула рукой Пироника, — у него не будет выбора, кроме как поладить со всеми.  — Сомневаюсь, — равнодушно растянул Диппер и удостоился резкого толчка локтем девушки в бок.

***

      Когда с посиделками было окончено — они оплатили свои заказы и вышли наружу. Мэйбл потянулась на ровном месте, вытянув руки, и вздохнула, мысленно возрадовавшись, что настал момент идти домой. Разговоры о Робби, Билле и предстоящем Рождестве морально утомили её, поэтому мысль о возвращении в Хижину немного поднимала настроение.       Какую-то часть пути они шли вместе. Диппер шел рядом с Пироникой, Кенди и Грэнда о чем-то говорили друг с другом, а Мэйбл вдруг ощутила себя лишней. Она шла позади друзей, повернула голову вправо и подняла её, представляя рядом идущего Билла с едкой ухмылкой на лице. Она представила, как он вновь её дразнит, а затем разряжает обстановку, в которой ей уже не было бы так неловко.       Правда, стоило об этом задуматься, как она резко затормозила и приоткрыла рот от удивления. Все остальные также остановились, недоуменно смотря на неё, а сама Пайнс забегала взглядом по спине Диппера, в надежде спрятаться за ней. Навстречу компании шел Робби. Вероятно, с университета.  — Чего ты прячешься? — Вздохнул брат. — Он не убьет тебя, если увидит.  — Конечно не убьет, болван, — отозвалась она, пальцами вцепившись в куртку Диппера. — Я просто не готова к этой встрече, понятно?  — Если ты перед ним так, — пробормотала Пироника, — то я и представить себе не могу, как ты будешь трястись перед встречей с Биллом.  — Неправда! — покраснела Мэйбл, исказив лицо возмущенным выражением. — Да и с чего бы мне видеться с ним? Он, считай, послал меня, и… и вообще, сейчас не тот момент, чтобы говорить об этом!       Робби остановился. Всего в пяти шагах от всей компании, что он тут же узнал благодаря Дипперу и стоящей рядом с ним фиолетововолосой особе, с которыми он уже пересекался. Кенди и Грэнда удивленно поморгали.  — ЭТО ТОТ САМЫЙ ШАШЛЫК, ЧТО…? — Кенди быстро заткнула рот Грэнде, что первая подала голос при столь неловкой тишине.  — Привет, — уголками губ улыбнулся Валентино, чуть склонив голову набок. Пайнс за спиной брата вздрогнула и закусила губу, невольно вспоминая кадры момента той ночи, проведенной в лесной аллее. Все тут же поняли, что обращался тот исключительно к ней, только вот сама Мэйбл явно не спешила давать ответ.  — И тебе привет, — улыбнулась Пироника.       Грэнда молчала, боясь выпалить что-то лишнее.  — Привет, — дружелюбно пробормотала Чу.  — Привет, — выдавила Мэйбл, наконец показавшись и отведя взгляд. Робби усмехнулся в кулак, увидев, как пылают её щеки. Хотя, по правде, был не уверен, что от смущения — на улице было довольно холодно, да и… зима как-никак.  — Рад познакомиться с вами, — выдал он спустя секунду и хмыкнул. Говоря это, он не считал знакомство в интернете настоящим знакомством, а по сути ему были незнакомы только те две девушки, стоящие рядом друг с другом. — Что делаете?  — Поедали мороженое и строили глазки официанту! — Съязвила Грэнда, и большая часть компании рассмеялась. Она всегда знала, как разрядить напряженную обстановку, — как в интернете, так и в жизни, — и не важно, выходит у неё это или нет: по крайней мере, она пыталась.  — А если серьёзно, вышли с кафешки. Теперь домой. — Добавила Чу.       Робби, казалось, не совсем был заинтересован в их словах, всё время смотря на Мэйбл, а та, чувствуя это, по началу отводила взгляд, после чего таки подняла его и увидела улыбку Валентино. Это невольно заставило улыбнуться в ответ. Это создавало иллюзию порядка; иллюзию того, будто между ними не было всей той натянутости все эти три дня.  — Как твои дела? — смотря на неё своими чуть сощуренными синими глазами, поинтересовался он. Все молчали, чем только бессловесно подталкивали Пайнс к реплике.  — Хорошо, — отвечает она. — А твои?  — Отлично, — хмыкнул Робби, почесав затылок. — Давно не виделись, кстати.  — Три дня, — уточнила Мэйбл и посмотрела на него, переставая и вовсе отводить взгляд на другую сторону улицы. — У тебя всё хорошо?  — Да, вполне, — хохотнул он, — какие планы на вечер? Есть желание прогуляться?       Пироника обратила свой беглый взгляд на подругу, стушевавшуюся в нерешительности дать какой-то ответ, словно не знала, пойти ей или всё-таки не стоит. Поцеловал раз — поцелует и два, почему нет?  — Не сегодня, — вежливо улыбнулась Мэйбл, поймав себя на том, что вообще не в настроении гулять с Робби и веселиться. В голове сплошной кавардак, вроде учебы, той идеи на Рождество и, собственно, Билла. Спрашивать Пиронику о его самочувствии при всех не хотелось, а наедине сейчас они точно не останутся: Диппер собирался пойти к ней в гости. — У меня уроки, дела… Извини.  — Понимаю, — вздохнул Валентино, — я и сам-то некоторые аттестации ещё не сдал, поэтому сегодня, наверное, тоже засяду за учебу. Мотивируешь.  — Неожиданно, — уголками губ улыбнулась Мэйбл, вдруг подумав о том, что всё не так уж и плохо.

***

      Прошло шесть дней, и почему-то именно в эту из всех предыдущих ночей Билл не мог заснуть. Время перебило уже за час ночи, а он продолжал перекладываться из бока на бок, то поворачиваясь к стене, то отворачиваясь от неё, не в силах определиться на какой стороне ему более удобно заснуть. Голову буравили мысли о том, что будет завтра. Точнее, сегодня, если верить времени. Он думал о поездке, о уже собранном чемодане, расположенном прямо под ним, под больничной койкой; думал о том, как его встретит сестра, как встретят друзья, как встретит она.       А встретит ли?       Он вновь перевернулся на другую сторону и, чуть нахмурившись, прикрыл глаза. Шесть дней прошло в молчании. Они так и не говорили друг с другом после того диалога. Мэйбл проигнорировала его последние слова, оставив без ответа. Хотя он, задумываясь об этом, думал, что и сам бы не отвечал на что-то подобное. Проигнорировал и пошел пить крепкий кофе. И если уж у него это так, то в её случае — она бы просто-напросто расплакалась.       Почему он подумал об этом так поздно?       Билл повернулся на другую сторону, не чувствуя того, как пальцы сжимают подушку. Он в тот момент, когда писал ей это, не думал, что коим образом заденет. И, зная её, до него вдруг дошло, что он просто оттолкнул её от себя. Он, вероятно, думал, что Мэйбл никуда от него не денется. Он думал так, когда она призналась ему; думал так, даже когда она простила его за явственно проявленную грубость перед операцией. Он думал, она будет любить его несмотря ни на что и всегда оставаться рядом. Он думал, что она будет рядом, когда он вернется. И в этом он, кажется, ошибся.       Дыхание стало каким-то рваным, из-за чего он почувствовал нехватку кислорода. Мысль о том, что она и вправду могла оставить его и следовать его последним словам, выбила воздух из легких, заставив подскочить на ровном месте. В глазах на несколько секунд потемнело, однако лежать на месте он больше не мог. Он спустил ноги с кровати и вышел в коридор, уже привычно осматриваясь, нет ли поблизости дежурных врачей. Он опустился на подоконник, взглянул на огни города и протянул руку к ручке окна, чтобы немного приоткрыть его.       Он прислонился лбом к холодному стеклу, отмечая, что его скорым хобби станет терять близких людей или же постоянно злиться на себя, потому что обе эти вещи случаются не так редко. Но и не часто, чего нельзя не отметить. Ночные размышления подталкивали его желание вернуться домой всё выше и выше, и оно уже было довольно близко — уже этим утром он покинет больницу, и потом будет ещё оставшиеся десять часов думать о том, что будет в Гравити Фолз. А ведь он увидит её, точно же увидит — возможно в компании сестры, а, быть может, того самого Робби, явно довольного их с Биллом ссорой.       Сайфер тряхнул головой и поморщился от отвращения. Представление о том, что Робби будет рядом с Пайнс едва не вызывало рвотных позывов. Не важно, кто был с ней рядом — если это был не он, а кто-то другой, то ему всё равно будет противно. Так, будто это его окружали все те девушки, что ему не нужны.       К слову, о них.       Рядом появилась рука, потянувшаяся к ручке окна и тут же закрывшая его, из-за чего ледяной, как почувствовал лишь под самый конец Сайфер, ветер перестал проникать в помещение. Затем же он поднял взгляд на Карли, что опустилась рядом с ним на подоконник и улыбнулась уголками губ, выглядя довольно сонной.  — Ты ворочался около часа, — зевнула она, — а теперь сидишь тут.  — Спасибо, что напомнила. Я не знал. — Огрызнулся Билл, проведя рукой по взъерошенным блондинистым волосам. Поток мыслей прервался, чему он с одной стороны был рад, а с другой — нет, потому что это значило говорить с Уайт.  — Не язви, — пробормотала она. — Сквозняк проник в палату. Джек сквозь сон даже поёрзал, чего уж обо мне говорить. Что ты здесь делаешь, Билл? Почему не спишь и сидишь тут?  — Почему я должен объясняться перед тобой?  — Хотя бы потому, что я не сплю и сижу здесь с тобой, — она закатила свои зеленые глаза и сложила руки на груди. Бодрость потихоньку прибывала. — Тебя снова тревожит Звезда? — раздраженно добавила она, и последний мрачно усмехнулся. Потому что она попала в точку.  — По твоей милости, — холодно пробормотал он и уставился в окно. — Небось рада, что мы поругались.  — Будь я рада, не стала бы обходить тебя стороной каждый раз, боясь попасться на глаза. — Сразу же ответила девушка. — Я извинилась. Ты не простил. А значит — мешать тебе я также не планирую. — Она вздохнула. — Но так или иначе, о тебе по-прежнему волнуюсь. Ты в порядке? — уже более мягко произнесла она. Билл расслабился.  — Да, спасибо, — спокойно ответил он. В этот раз без сквозящей в голосе желчи или язвительности. — Мы поругались, а завтра я уже буду там. — Он ухмыльнулся. — Предвкушаю, как буду сидеть дома и залипать в компьютер вместо того, чтобы пойти на улицу.  — Почему это? — поинтересовалась Уайт, и последний отметил, что когда она сонная — её голос не столь энергичен как днем. Диалог идет плавно, вопросы поочередно, без быстрой хронологии и не по три штуки в секунду.  — Возможно потому, что мы расстались, — с фальшивой улыбкой произнес он. — А искать замену ей, думаю, не в моем стиле. Эта идиотка незаменима. — Он кашлянул в кулак.  — Заболеешь. — Она обратила на это внимание. — Точно заболеешь. Посидел, считай, едва ли не на самой улице. — Карли немного помолчала и продолжила: — А почему бы не стать друзьями?  — Я и Мэйбл? Друзья? — Билл едва сдержал смех, так и рвущийся наружу. — Как ты себе это представляешь? Я чертов собственник и любитель лезть не в своё дело. Увидев свою «подругу» с кем-то, ты думаешь, я не вмешаюсь? — Он таки засмеялся, наблюдая за тем, как лицо блондинки вытягивается от удивления, а брови ползут выше. — А если настанет другой момент? К примеру тот, когда чувства начнут бить фонтаном? Прикажешь взять мне… — говоря эти слова Сайфер продолжал смеяться. Именно это стало той самой причиной, по которой Карли накрыла его рот своей ладонью, плотно прижимая её к его губам, призывая к тому, чтобы он заткнулся.       Когда он понял это и дал ей понять, что закончил, Уайт приблизилась и обняла его, чему он очень удивился.  — Прости за то, что я сделала, Билл. — Прошептала она. — И не спеши с выводами. У меня был парень, расстались год назад. Стали просто дружить. Не могу сказать, что всё было плохо — я любила его, он меня — нет. По началу было сложно контролировать себя, когда он просил меня о советах (как девушку), как можно было угодить другой девушке, что ему нравится; было сложно, когда я видела его в компании не особо приятных дам. А потом опустило, в самом деле опустило. И ты, думаю, сможешь — либо побороть себя, либо помириться. Что ты предпочтешь?       Билл протяжно вздохнул, с веселой ноткой в своем вздохе, и обнял Карли в ответ.  — Единственное, что я могу сказать тебе — так это то, что твой парень конченный дурак, — он хохотнул. — Ну, а по поводу остального… — он ненадолго задумался, слегка потирая её холодные плечи, чтобы согреть, — то, думаю, попробую оба варианта.  — Например? — улыбнулась она.  — Например, — он отстранил её от себя и уставился на Карли с азартными огоньками в желтых глазах, после чего широко ухмыльнулся, — попробую стать слишком отходчивым при встрече.       Уайт приоткрыла рот от удивления, думая, что он не воспринял её слова или советы всерьез. Однако он понял, что ему делать. Понял, но не посвятит подругу в подробности. Он продолжал ухмыляться, глядя на неё. Она же, в свою очередь, быстро поморгала.  — В каком смысле — отходчивым?  — В самом прямом смысле. — Произнес он, потрепав рукой её волосы. — А к советам я прислушаюсь, — добавил он, — только со своими правками.  — Сложно, — бурчит она, наигранно обижено сложив руки на груди, и отвернулась. — Чтоб тебя черти утащили!       Билл рассмеялся, отчего-то думая, что хочет повествовать ей о том, что он куда выше по званию. Демон, скорее. Так ещё и наглый. Но-о-о… он, пожалуй, не скажет ей об этом.       Вместе с Карли пришел и его, наконец, долгожданный сон.

***

 — Выглядишь сонной, Пироника, — заметил Диппер, что вместе с остальной частью компании пересекся с девушкой в коридоре. Если утром они заметили лишь слабо выраженные темные круги под глазами, то сейчас точно замечали, насколько были тяжелы её веки, раз она всё время прикрывала глаза.  — Контрольная работа по тригонометрии требовала ночь подготовки, если помнишь. — Она раздраженно взглянула на Пайнса. — Ты объяснил мне основное и завалился спать, а мне, чтобы со всем разобраться, понадобилось ещё несколько часов. — Добавила она. — Ты даже не подождал меня, умник.  — Не обижайся, — он пальцем тыкнул в её щеку, — просто жди хороших результатов.  — Как же, — фыркнула Пироника и закатила глаза. — Мне осталось только мечтать о том, чтобы вернуться домой и упасть лицом в подушку.  — Не злись, ты успеешь отоспаться. — Мягко пробормотала Мэйбл, коснувшись её плеча.  — Так мы же гулять собирались! — Буркнула Грэнда.  — И обсуждать детали к празднованию Рождества! — Добавила Кенди. Мэйбл на это лишь улыбнулась уголками губ, вспомнив, как легко дядя Стэн согласился на эту идею и, что главное, без требования денег. А точно ли это дядя Стэн был?  — Рождества? — вздрогнула Пироника. — А как же я? Я тоже пойду.  — А спящую тебя до дома потом тащить не придется? — Не удержался от вопроса Диппер и ухмыльнулся. Сайфер пихнула его в бок, и тогда он рассмеялся.  — Не придется! — Запротестовала она. — Во сколько пойдем?  — В шесть, — тут же ответила Чу, — возле перекрестка, где мы обычно расходимся. Оттуда планируем сходить на лесную аллею.  — ГРЭНДА ХОЧЕТ ПОКАТАТЬСЯ ПО ГОЛОЛЕДУ! — Заявила Грэнда, подняв руки вверх.  — Весело будет, не находите? — Весело растянула Мэйбл. — С нами ещё Робби пойдет.       Пироника одарила Пайнс свирепым взглядом, но последняя его походу не заметила, раз продолжала улыбаться и спокойно шагать вперед. Ну нет, теперь Пироника обязана пойти, иначе по возвращению Билла её часы остановятся, а из костей построится кофейный завод.

***

      Тем же утром, около семи часов утра, Билла разбудила Миссис Пайнс, осторожно касаясь и тряся его плечо. Он медленно распахнул глаза и вздрогнул, тут же принимая сидячее положение. Веки были тяжелыми, из-за раннего пробуждения слегка болели глаза, что было порой обыденно, но спустя минуту он обратил внимание на хирурга.  — А, — выдохнул он, проведя рукой по волосам, — я проспал процедуры?  — Нет, — покачала головой Кэтрин, — последняя процедура будет полвосьмого. Я просто хотела немного посидеть с тобой, прежде чем ты уедешь. Твои родители звонили и предупреждали о приезде.  — Мне тоже. Вчера. В восемь меня здесь уже не будет, — он был рад, но в то же время и нет. Он привязался к родителям близнецов-Пайнс, привык захаживать в гости, привык к душевным разговорам, привык слышать суматоху на кухне в момент, пока он играл на пианино. Отвыкать от этого было тяжело, трудно, но нужно.  — Скучать буду по тебе, — вздохнула Миссис Пайнс, сцепив руки в замок.  — Уверен, мы с вами ещё увидимся, — выдал он, чуть улыбнувшись.  — Разумеется, — кивнула женщина. — Просто я, наверное, привыкла к тому, что мы с тобой очень много общаемся.  — Благодаря вам мои дни в больнице шли скоротечно. Я не чувствовал себя плохо, знал, что мне есть кому доверять.  — Ты про операцию? — хихикнула она.  — Да, — быстро ответил Сайфер. — Ложись я под руки другого хирурга — нервы мои собрали бы свои вещички и убежали вместе со здравым смыслом.  — Почему же? Мисс Холевроу тоже хорошо оперирует, — она вспомнила об одной из своих коллег и указала пальцем на кровать, где ранее, со слов Карли в их первый диалог, лежала «вредная женщина», — вылечила пациентку, и та довольная отправилась домой.  — Сомневаюсь, что Миссис Неймэри может быть довольной, — он невольно засмеялся, после чего позади услышал смешки и Карли с Джеком. Кэтрин также дополнила их смех своим. — Эта женщина чаще всего жаловалась на шум и читала книги с каменным лицом.  — Что ж, — вздохнула она, проведя рукой по волосам парня, аккуратно укладывая их, — жду тебя в процедурной через десять минут.       Билл кивнул ей в момент, когда она поднялась и направилась к выходу. Однако, не успев придти в чувство после сна, он почувствовал, как его шею обвивают руки Карли, а сама она через секунду оказывается рядом с ним на кровати. Джек тоже решил присоединится к ним, встав напротив, опираясь спиной об соседнюю койку.  — Спишемся, пока ты будешь в пути? — поинтересовался Паркер и одарил друзей улыбкой, больше похожую на ухмылку.  — И со мной, — буркнула Уайт, сложив руки на груди и угрюмо посмотрев на рыжеволосого. Тот склонил голову набок, из-за чего его волосы немного спали на лицо, и ухмыльнулся.  — Связь есть только тогда, когда мы въедем в тот или иной город. В пути же её в основном нет, — пояснил Сайфер. — Но по возможности буду появляться и отвечать вам. Десять часов нудной и скучной поездки по-любому нужно будет как-то убивать. Хотя, если бы не пробки, то добрался бы я сюда значительно раньше. Быть может, часа на два-три.  — Сестра в курсе? — Спросила Карли, переведя взгляд зеленых глаз на Билла.  — Нет. — Тут же ответил он. — Она думает, что я вернусь через неделю. Я просил её не говорить никому, что якобы буду дома раньше, однако, как оказалось, сюрприз будет ещё и для сестры. — Он немного помолчал, а затем хмыкнул: — Представляю выражение её лица.  — Неужели не пригласишь нас в гости? — Хохотнула блондинка, приставив палец к губам. Паркер перевел заинтересованный взгляд на друга, когда прозвучал этот вопрос.  — А не далековато? Откуда вы?  — Я живу в соседнем городе от тебя, — пробормотал Джек, — всего час-полтора езды, и я в Гравити Фолз.  — Походу ты понимаешь, что значит долго ехать по прямой, — отметил Билл, и последний кивнул, тут же соглашаясь с ним.  — Повезло вам. Я из Фресно, — немного расстроилась девушка.  — На самолете прилетишь, — пробормотал Паркер, и Билл почему-то именно в этот момент подумал о том, что привязался и к этим двоим, — не в зависимости от того, в каких он был с ними в отношениях, — ему явно будет не хватать той самой атмосферы при входе в палату.  — Как же, прилечу, — буркнула она.  — Ладно, — вздохнул Билл, поднявшись с места и направившись к выходу из палаты. Однако в дверном проеме остановился и обернулся, — мне пора на процедуры. Надеюсь, вы ещё будете здесь для того, чтобы я мог попрощаться с вами.  — Мы в любом случае не прощаемся! — Улыбнулась Карли, махнув ему рукой.       Процедуры прошли быстро и безболезненно. Когда он почти дошел до своей палаты, то заметил родителей, переговаривающих с Миссис Пайнс. Посреди процедур ей пришлось покинуть его, так как она кому-то срочно понадобилась. Благо, что закончила за неё раннее упомянутая Миссис Холевроу, а то он так бы и остался ждать её. Миссис Сайфер повернулась и увидела Билла, после чего тут же бросилась к нему. Нэйт тоже пошел следом, вежливо прося Кэтрин подождать. Та лишь кивнула в ответ и проводила мужчину взглядом.       Фиолетововолосая женщина приблизилась к сыну, протянула руки и коснулась лица, наклоняя его голову, после чего встретилась со взглядом теперь уже пары желтых глаз, и заворожено улыбнулась ему.  — Теперь ты ещё больше похож на отца, Билли, — заметила она.       Прошу, не называй меня так.       Отец также подошел к сыну, взглядом оценивая хирургическую работу, после чего с минуту смотря Биллу в глаза, рассмеялся.  — Прекрати таращиться на меня! — Рассмеялся Нэйт, отодвигая лицо парня от себя рукой. — Удивительно странно видеть себя без зеркала!       Эмили рассмеялась, и последний дополнил их смех своим, после чего родители приблизились и одновременно обняли его, тут же выпуская из объятий. Они правда были рады видеть его после тех внезапных осложнений. Было бы ужасно, если бы зрение действительно пропало.  — Можно я буду шутить об этом всю дорогу? — шутливо поинтересовался Нэйт, ещё раз окинув парня взглядом. Его жена ухмыльнулась.  — Нет! — Она пихнула локтем его в живот, а тот громко рассмеялся.       Билл какое-то время смотрел на родителей, а затем перевел взгляд на Миссис Пайнс, чьё лицо исказилось грустным выражением. Она тоже наверняка скучает по своим детям, — Дипперу и Мэйбл, — также хочет обнять их. Он на это ничего не сказал. Лишь молча приблизился и заключил женщину в объятия, тут же быстро отстранившись. А в момент, пока он отходил от неё на шаг, с его уст едва уловимым шепотом прозвучало:  — Вы обязательно скоро встретитесь с ними.       В её глазах стали собираться не прошенные слезы, из-за чего сердце Сайфера на миг ухнуло в ноги, а потом она тепло улыбнулась ему. Она вдруг поняла, что он прочел её мысли, словно открытую книгу.  — Спасибо.       Кажется именно в этот момент Билл понял, почему влюбился в Мэйбл. По одной только улыбке всё было ясно… Она всегда улыбалась всем в классе, желая «доброго утра». Никогда не улыбалась ему, старательно не замечая этого. Возможно, он злился, что так было всегда, а возможно был просто влюблен, дожидаясь, когда она всё же обратит на него внимание.       После того, как он попрощался с Карли, попрощался с Джеком, сделал первый шаг на улице к автомобилю, сжимая рукоятку чемодана, его губы тронула широкая ухмылка от мысли, что теперь ему осталась лишь прямая дорога к дому.

***

 — Кофе… Чай… Ко-о-офе… Ча-а-ай… — Пироника сидела на кухне и водила пальцем от пачки кофе до пачки чая, думая, что выпить сейчас будет куда уместнее. Кофе для бодрости, чай — для того, чтобы расслабиться. Она же самой себе раннее обещала, что кофе больше пить не станет. Разве что сливочный капучино, не более. Потому сейчас, с едва не слипающимися веками, девушка продолжала думать, пока её терпение просто напросто не лопнуло. — К черту, выпью чай! — Она тут же вынула пакетик чая из коробка и бросила его в кружку с уже налитым туда кипятком. — И пусть тогда Диппер точно тянет меня спящую до дома!       Она разбавила его и принялась листать новостную ленту в телефоне. Затем она вспомнила о том, что собралась идти гулять и резко встала с места. Однако спустя один короткий миг остановилась в трех шагах от комнаты с вытянутой к дверной ручке рукой, после чего окинула себя взглядом и вдруг осознала, что уже одета. Пироника развернулась, следуя обратно к столу и думая о том, какая она сегодня рассеянная. Она продолжила пить чай и листать новости из интернета, порой натыкаясь на некоторые смешные картинки. Она не услышала того, как щелкнула дверная скважина, как медленно распахнулась входная дверь. Она просто не могла думать ни о чем другом, кроме как о мечтах рухнуть лицом прямиком в подушку.       Пироника вновь стала распивать чай, вновь стала листать ленту. Не услышала даже приближающихся шагов из-за мыслей о далеком Морфее, после чего вновь набрала в рот теперь уже не горячего чая и замерла, широко распахнув глаза, когда в кухонном дверном проёме увидела Билла, специально громко ставящего чемодан на пол.  — Встречать меня ты, видно, не собираешься. — Он прошел вперед, к столу, уложил на него локти и посмотрел сестре в глаза, чьи в ответ также уставились на него с долей восхищения. Он взглянул на кружку, затем на неё, отмечая, что щеки её полны, как у хомяка. — Дай угадаю, ты хочешь сказать «Буль-Буль»?       Чай выплюснулся ему прямо на лицо, а тот зажмурился, ожидая, когда это закончится. Однако после того, как это произошло, девушка разразилась громким хохотом.  — Я убью тебя, Пироника, — сквозь смех выдавил он, взглядом выискивая чистое полотенце. Она протянула ему маленькое полотенце, чтобы он смог стереть с себя чай — оно как раз висело на спинке стула, на котором она сидела.       И как только он закончил — она кинулась обнимать его, причем очень крепко, буквально стискивая брата обеими руками со всех сил.  — Какой ты красивый! — заверещала она, а Билл скривился, будто для него комплимент — большая редкость, тем более от неё, что обычно обкидывается с ним, хоть и дружескими, обзывательствами. — Я так рада тебя видеть! — она чуть повернула голову, трижды целуя его в щеку, после чего он слегка отстранил её от себя.  — Ну всё-всё, хватит, — пробормотал он, — обслюнявила меня, фу! — Билл потер рукой правую щеку, после чего обнял сестру сам, отметив, что несправедливо будет не ответить ей тем же. К тому же, он тоже по ней соскучился. — И я рад тебя видеть, — мягко добавил он и отстранился. Пироника от холодка его куртки и вообще столь неожиданного приезда почувствовала резкий прилив бодрости. Теперь почему-то казалось, что ей всю ночь не удастся уснуть.       После того, как она наобнималась с Биллом — её взгляд скользнул дальше, к родителям, что наблюдали за этой сценой. И она кинулась к ним сразу же, оборачивая руки вокруг шей родителей и тут же притягивая их к себе, увлекая в теплое родственное объятие. Нэйт едва не упал, споткнувшись об собственную ногу из-за роста — дочь была ему чуть ниже плеч.  — Боюсь, что это не последняя новость, — хихикнула Эмили, как только отстранилась, и тут же поймала на себе недоуменный взгляд дочери. Немного помолчав с улыбкой на губах она продолжила: — Угадаешь, кто взял отпуск и пробудет тут до конца этого года?       Пироника, казалось, точно задохнется от нахлынувшей радости. Один только крик радости с трудом удавалось сдерживать.  — Да! Да, отлично! — Выдохнула она с широкой улыбкой на губах, медленно шагая назад. — Я так рада! — Добавила девушка и это не было ложью. Она отступала назад до тех пор, пока спиной не врезалась в Билла, к которому тут же обернулась и ещё раз крепко обняла, компенсируя три месяца домашнего одиночества, при том прячась от форточных извращенцев, о которых её постоянно предупреждал Диппер.       Затем же она потягала брата за щеки, из-за чего тот поморщился, и невольно бросила взгляд на часы: пора уже было выходить.  — Как только вернусь с прогулки — нам о многом предстоит поговорить! — выдала Пироника, бросившись к коридору за курткой, что тут же стала натягивать на себя. Затем же приступила к сапогам.  — Прогулки? — переспросил он, чуть сощурив глаза, а она, мысленно отметив, что непривычно было видеть его таким, хихикнула, приставив руку ко рту.  — Да! Хочешь с нами? — Пироника хотела было хлопнуть себя ладонью по рту. Она вспомнила, что с ними пойдет ещё и Робби, и что Мэйбл с Биллом ещё не помирились.  — Нет, — ухмыльнулся Билл, стягивая с шеи шарф, связанный Пайнс, и перешел к молнии на куртке. — Я не видел родителей, как и тебя, три месяца. Они, конечно, навещали меня в период осложнений, но увидеть их я не мог. Поэтому… я предпочту побыть дома, — он повел руками по обе стороны, — и ждать тебя.       Ухмылка Сайфера настораживала Пиронику. Отчасти пугала, ведь была отчего-то уверенной, хитрой, едкой, что было тоже весьма непривычно видеть. Он выглядел так, будто что-то задумал и вовсе не собирался посвящать её в свои планы. Он был до странности спокоен, ничем особо не интересовался и прибывал в довольно хорошем расположении духа, чего нельзя не отметить. Она, честно говоря, ожидала не такого ответа от него.  — Куда пойдете?       Нет, всё же он поинтересовался. Она решила ответить ему, даже несмотря на то, что он отказался идти с ними. Ничего ведь плохого в этом нет, ведь так?  — В лесную аллею. Хотим обсудить предстоящее Рождество! — Она закончила одеваться и крайний раз взглянула на семью. Сайфер немного задумался о её последних словах, касаемо сочельника и неслышно хрипло издал смешок. — Ну всё, мне пора. Буду в десять!       Как только за ней закрылась дверь — Эмили и Нэйт Сайферы бросили взгляд на настенные часы. Билл, вновь ухмыльнувшись, тоже перевел взгляд на них, что раздражительно тикали, и хмыкнул, сложив руки на груди.       Сейчас было только шесть часов вечера.

***

 — Выглядишь бодрее, — заметил Диппер, едва она успела подойти к компании, что уже ждала её в полном составе. Пайнс в знак приветствия поцеловал её в щеку, отмечая в её взгляде чересчур странную радость. Затем к ней приблизились подруги, также обнимая ту в знак приветствия, и заметили то же, что и Диппер.  — Признайся, выпила энергетик! — Прищурилась Грэнда, тыкая в подругу пальцем.  — Чай, — выдала Пироника, взмахнув руками, — просто чай.       Робби, стоявший рядом с Мэйбл, помахал ей рукой в знак приветствия, и Пироника, чуть улыбнувшись, помахала ему в ответ. Затем её взгляд пал на ремешок от гитары, что был перекинут через его плечо. Помолчав несколько секунд она решила таки поинтересоваться:  — Ты всегда с гитарой ходишь?  — Нет, — ответила за него Мэйбл, коснувшись его руки. Пироника, вопросительно выгнув бровь и чуть прищурившись, обратила внимание на этот её жест. Эти двое, кажется, возобновили былую дружбу, раз никакого напряжения между ними сейчас не было. Вероятно за прошедшую неделю эти двое всё же виделись и гуляли наедине. Наверное поэтому их теперь уже простодушное общение никому не казалось странным. — Так же веселее! Он немного поиграет. — Она подошла к Валентино сзади, обеими руками толкая его в спину, призывая идти вперед, вместе с этим припрыгивая на ровном месте. — Вперед-вперед-вперед, мой дорогой друг! — Пропела она, а из-за того, как назвала его, Робби нахмурился и отвел взгляд. Однако никто этого не заметил, так как он шел впереди всех.  — ГРЭНДА ХОЧЕТ ПЕСНИ ВСЮ НОЧЬ! — пробасила Грэнда, вытянув руки вверх.  — Или до десятого часа ночи, — хихикнула Кенди.       Они гуляли и, чего уж никак не ожидала Пироника, было в самом деле весело. Они обсуждали детали к празднованию Рождества, по сколько скидываться им предстоит на всё про всё, какие песни будут играть. Грэнда и Мэйбл, когда дело дошло до этого вопроса, стали настаивать на подборке песен группы «Пару раз», но в ответ послышались недовольства со стороны Диппера и Робби. Робби, к слову, предложил пригласить его группу — они могли бы неплохо сыграть, и эта идея пришлась по душе практически всем.       Валентино наигрывал какие-то мелодии на гитаре, а Грэнда, едва не купаясь в слезах, просила сыграть что-то грустнее, чем то, что он только что играл. А ещё после всего этого она хотела лизнуть замерзший фонарный столб. Все её, конечно, отговаривали, но она всё же сделала это. Ровно, как и все остальные сделали свои фэмспалмы. Ей едва удалось отцепиться и продолжить прогулку, правда Кенди ещё какой-то остаток пути смеялась с неё, говоря, что это была поистине глупая идея.       Всем было весело, хорошо. Никто не был лишним, и Пиронику это радовало. Но всё же напрягало то, как Робби порой притягивал к себе Мэйбл, слегка приобнимая за плечи и взъерошивал её волосы. Она мысленно радовалась, что Билл не пошел с ними, иначе бы ей было жуть как неловко, когда бы наступали подобные моменты. Однако… её устраивало ещё и то, что все замечательно гармонировали друг с другом. Никаких ссор, никаких недомолвок и перешептываний.       Всё было отлично.       А затем Диппер и Пироника стали обкидываться снежками, из-за чего в итоге началась снежная битва. Билл, что всё же решил выйти прогуляться спустя полтора часа, едва нагнал компанию у лесной аллеи и остановился на таком расстоянии, чтобы никто не смог заметить его, и на таком, при котором он сам мог видеть, что происходит. А учитывая то, что на голову он набросил капюшон — на него и вовсе никто не обращал внимания. Он опустился на ближайшую лавочку и просто стал наблюдать за их так называемой «битвой на выживание».       Грэнда встала на корточки, нагнулась и стала рыть руками снег, аки собака, попадая им по другим в то время, пока Кенди пыталась атаковать её. Пироника пыталась закинуть Диппера в сугроб, но пока у неё это не особо получалось из-за того, что кто-то, а именно Мэйбл, попадала ей в спину, чем немало отвлекала, а Кенди, попавшая ей в голову, и вовсе спутала все карты. Билл едва подавил смех и фразу «ну и идиоты», чуть было не озвучившуюся. И только потом его взгляд пал к самой желаемой ему особе, что покрутилась на ровном месте, чьи длинные каштанового цвета волосы словно в замедленной съемке, плавно вздымались на ходу, запустила большой снежок в голову Валентино, что вовремя успел прибрать гитару в чехол и так вовремя оказался рядом. Пайнс засмеялась, когда он промахнулся пытаясь попасть в неё, и когда кто-то вдруг вновь попал в него.       Увидев это, лицо Билла приняло серьезное выражение. Он стал нервно постукивать пальцами по колену и тем не менее наблюдать дальше. Робби попал в неё, а она в ответ бросила снежок в него и промахнулась. Он кинулся бежать, но Пайнс, ступив следом, проехалась пяткой на каблуке сапог по гололеду вперед, схватилась обеими руками за куртку Стэйси Валентино, и они оба упали, разражаясь дружным смехом. Она несильно ударилась рукой при падении, но это ничуть не подпортило ей настроение.  — У МЕНЯ ВСЕ ПАЛЬЦЫ СИНИЕ! — Пробасила Грэнда, всем демонстрируя это, и Кенди запустила ещё один снежок в неё.       Диппер, что так удачно закинул Пиронику в сугроб (что явно пошло не по её плану), также помог ей выбраться и отряхнуть снег. Затем же он взял её руку в свою и засунул в свой карман в попытках согреть. Странно, конечно, но было выгодно обоим.       Робби и Мэйбл также поднялись, отряхнули с себя снег и продолжили идти вперед. Компания продолжила свой увлеченный разговор, а Билл, стягивая с головы капюшон, последовал за ними. И следовал до тех пор, пока не коснулся плеча Пироники, которой хватило немало моральных сил, чтобы подавить до этого рвущийся наружу писк. Диппер, что также заметил Сайфера, приоткрыл было рот, чтобы что-то сказать, но Пироника, резко дернув его за рукав, призвала его этим жестом к молчанию.       Блондин прошел вперед, взъерошивая волосы обеих девушек — Кенди и Грэнды. Те удивились, увидев фигуру Сайфера и его такие знакомые золотистого цвета локоны. Чу поправила очки, скатившиеся к кончику носа тогда, когда он коснулся их и напугал, а Грэнда озарилась по обе стороны, чтобы найти шишки для того, дабы запечатать себе рот, так как крик из-за эпичности ситуации так и рвался наружу.       Робби заметил, что стало как-то тихо, что гул, недавно царивший позади от компании пропал от слова совсем. Едва Валентино успел повернуться, едва успела обернуться Мэйбл — как Билл закинул на неё руку, тут же требовательно притягивая к себе и проделывая вперед ещё несколько больших быстрых шагов.       В момент, когда произошел этот выпад — опешивший Робби уставился на Сайфера с необъяснимым на словах удивлением, а Билл, в свою очередь, уставился на него, одаряя широкой, довольно наглой ухмылкой и самоуверенным, насмешливым взглядом.       Мэйбл остановилась и подняла тревожный взгляд на Билла, прожигающий более опасным взглядом Валентино, только вот повязки… не было вообще! Пайнс тряхнула головой, думая, что, возможно, ей показалось. Она вцепилась обеими руками в его черную куртку и вновь посмотрела на него. Это заставило его опустить голову, и именно тогда она встретилась взглядом с парой желтых глаз, один из которых теперь не был уже бесцветным.       Поберите её черти…