From Yesterday

Айзек спокойно смотрел, какие продукты есть на кухне и что из этого он может съесть, поскольку начал чувствовать просто необъяснимую потребность в пище. Найдя в холодильнике упаковку с плавленым сыром, парень достал ее и начал искать хлеб. Раздобыв все, что нужно, Лейхи взял электрический чайник, налил в него воду и поставил кипятиться, пока делал себе бутерброды. Услышав стук в дверь, он посмотрел на часы, показывающее третий час, отложил хлеб с ножом и пошел к двери. Посмотрев в глазок, Айзек увидел Лидию и открыл ей. Девушка молча зашла, кинула сумку на тумбочку и устало плюхнулась рядом с ней, протянула ноги и облокотилась на спину. — Ну и ночка, — выдохнула Лидия. Лейхи захлопнул входную дверь и усмехнулся. — Поздравляю с переходом в разряд человеческих проблем, — прокомментировал Айзек. Мартин слабо улыбнулась и стала снимать пальто. — Как вы? — Иззи спит, а я немного вас объедаю, — ответил парень, забрав пальто у подруги. После чего подошел к пустой вешалке и повесил на нее верхнюю одежду. — Спасибо, — отозвалась Лидия. — И на здоровье, — продолжала она, снимая обувь. — Знаешь, когда она придет в норму, я ее убью за то, что заставила так волноваться, — заговорила девушка после недолгой паузы. Айзек издал смешок и подал руку подруге, чтобы та поднялась. — Сходи умойся, переоденься. Я пока и тебе чай заварю. Лидия схватилась за руку и оказалась на ногах. — Когда я убью Иззи, переезжай в ее комнату, — предложила она. — А, знаешь, заманчиво. И до работы от вас ближе добираться, — нарочито задумавшись, заговорил Лейхи. — Только у ее семьи есть пугающая привычка возвращаться из мертвых, — тише проговорила Лидия. — Иззи говорила тебе, что мать Дина и Сэма вернулась? Причем выглядит не старше Мишель или моей мамы, — продолжила она, идя в гостиную. — Меня уже ничего не удивляет, — отозвался Айзек и, проходя мимо комнаты с открытой дверью, взглянул на спящую девушку. Лидия обернулась к другу, собираясь что-то на это ответить, но промолчала, лишь немного улыбнулась и пошла к себе. Умывшись и переодевшись в пижаму, девушка накинула сверху халат и пошла на кухню. — Зачем вам столько чашек? — с искренним непониманием спросил Айзек, рассматривая посуду. — Вы же вдвоем живете. — Ты еще не видел, сколько у нас обуви, — протянула Лидия.- У нас открылась странная любовь к красивым чашкам, — ответила Мартин и подошла к ящику, после чего достала свою. — Из этих трех пьет Иззи, — указывает на черную с белыми рисунками, высокую голубую с надписью и синюю с поющим котом. — Из этой Стайлз, — показывает на черную с эмблемой Бэтмена. — Из этой Дин, — указывает на розовую чашку с единорогом. Айзек вскидывает брови. — Иззи купила на какой-то распродаже. А ты выбирай себе. Парень осмотрел чашки и достал высокую зеленого цвета, разрисованную стрекозами. — А эту мы вдвоем покупали. Там где-то еще должна быть такая же, но желтая с божьими коровками. — Лейхи внимательнее посмотрел на подругу. — Так и живем, — прозаично произнесла она и села за стол. Айзек начал заливать чай кипятком и поставил чашки на стол. Сел напортив. Потянулся к тарелке с бутербродами. — Что с твоей рубашкой? Тот парень в клубе? Лейхи усмехнулся и посмотрел на свою одежду. — Иззи. Ей, видимо, приглянулась пуговица. Она оторвала ее и подарила мне, — спокойно ответил парень и посмотрел на часы, на которых уже было почти четыре. — В какой-то степени даже мило, — ответила Лидия и тоже взяла хлеб с сыром. — Все в порядке? — Да. На работе сроки сумасшедшие. Торчим там почти все время и еле успеваем. — Через сколько тебе там надо быть? — Часа через четыре. Как раз доеду до квартиры, переоденусь, вздремну часик и поеду, — доедая бутерброд, сказал парень. — Или я могу пришить тебе пуговицу, а ты поспишь часика три на диване, — предложила Лидия. — И, чтобы не было недопонимания, это не вопрос. Снимай рубашку, — не дав что-то ответить, сказала девушка и поднялась на ноги. Лейхи усмехнулся, но спорить не стал. Сделал еще несколько глотков чая и начал снимать рубашку. — Спасибо, — отдав рубашку, сказал он. — Тебе спасибо. Хорошо, что ты заехал. А то бы я, скорее всего, позвонила одному парню с работы, и потом бы он от меня вообще бы не отстал, — садясь на прежнее место, сказала Лидия. — Могла бы набрать меня, — отозвался Айзек. — Думаешь, я бы не приехал? — Приехал, — согласилась Мартин, отрезая нитку, подняла глаза на друга. — Что между вами вообще происходит? — Что-то, — ответил Лейхи. — Это же Иззи. С ней все не так просто, как хотелось бы. — А чего ты хочешь? Парень задумался, понял, что в последнее время для него это крайне актуальный вопрос. Посмотрел на чашку, взял ее в руку, сделал глоток. Вернул зрительный контакт с Лидией, закусил нижнюю губу, пару раз ударил пальцами по столешнице. Девушка перестала заниматься шитьем и полностью сосредоточила внимание на друге, который даже, кажется, немного смутился от ответа, который хочет дать. — Её, — просто ответил Айзек. — Душу, тело, тараканов, эту семью еще с большими тараканами. — Пожимает плечами, не зная, что еще добавить и вообще нужно ли. — Странно это. — Почему? Вовсе нет. Вы всегда подходили друг другу. Давали то, в чем нуждался другой. Ты хороший парень. Может, немного замкнутый, но не социопат. У тебя были чувства, потребности в них, но, даже общаясь с нами, все равно держался немного в стороне. И, несмотря на это, тебе нужен был кто-то, не знаю, на кого проявить все хорошее, что было в тебе. А теперь вспомни ее, когда она вообще появилась в Бейкон-Хиллс. Иззи твердой почвы под ногами не чувствовала. Ты дал ей опору, чувство безопасности, она дала тебе тебя. Ты больше не думал, чтобы уехать из города, стал лучше учиться, попал в колледж, перестал жить прошлым. Наконец, отпустил его. А она благодаря тебе исцелилась. Знаешь, — более оптимистично добавила она, — искалеченная душа у них тоже что семейное. Не замечал? — разрывает нитку зубами. — Вот. Возьми и иди поспи. Не хватало нам еще, чтобы ты за рулем отключился. Где ванная знаешь. Уберешь здесь, пока я тебе постелю? — Да, конечно. Спасибо. — И Иззи… Дай ей пару дней отойти от всего этого и действуй, как ты это умеешь. Хватит с нее уже всяких подонков. — Кстати об этом, наверное, — менее уверенно проговорил Айзек, Мартин затормозила, — когда я говорил с тобой и упомянул Дина, она пришла на кухню. Говорила что-то, что не хочет, чтобы он все узнал, чтобы не думал о ней плохо, о каком-то профессоре. Я просто все думаю об этом. Что такого могло произойти, если Иззи думает, что Дин будет о ней плохо думать. Лидия замялась. — Ну… я знаю, о чем она. Просто эта история из тех, о которой если ты и должен узнать, то от нее. Понимаешь? — Да. Понимаю, — отозвался парень. — Но ничего криминального. И Дин не думает о ней плохо, его тогда это здорово разозлило, но не она, — ответила девушка и скрылась из виду. Айзек посмотрел на чашку, сделал глоток, понял, что чай уже остыл и решил его не допивать, а просто вылил в раковину. *** — Знаю, что опоздал, извини, чув… — Эш смотрит на пустой кабинет и замолкает. — Оуу, все прекрасно, — осознает он и снимает куртку, смотрит на открывающуюся дверь. — Привет, — здоровается Айзек. — Утро доброе, — откликнулся Уолтинг, смотрит на одежду своего приятеля. — Вчера на тебе ведь было надето это же, — припоминает он, улыбается. — Так все прошло по лучшему сценарию. У нее ночевал? Лейхи устало выдыхает воздух и садится на привычное место, достает телефон. — Ты чего? — Ночь была сумасшедшая. И не в том смысле, о котором ты думаешь, — ответил парень и кратко пересказал события. — Твою мать, — протянул Эш, — она в порядке? — Иззи спала, когда я уезжал, но Лидия говорит, что будет, обещала держать в курсе, -ответил Айзек. — Спал хоть? — Да, немного. — Выглядишь, как дерьмо. — Ну, спасибо, — усмехнулся Лейхи. Эш обошел собеседника и посмотрел в окно, еще некоторое время о чем-то думал, повернул голову на парня. — Тебе же алиби не нужно? — Нет. — Уверен? Могу сказать, что ты был со мной и кузеном. Резались в приставку у меня дома, — продолжил Уолтинг. — У меня в доме нет ни консьержки, ни камер, так что прокатит. — Спасибо, буду иметь в виду, — ответил Айзек, снова посмотрел на телефон. — Знаешь, бери свой телефон, зарядку, — достает из ящика, — вали в комнату отдыха и поспи еще. Твой вид меня убивает. Если что я тебе позвоню. Давай не спорь со мной, вали. Вали, пока не передумал. — Спасибо. — Будешь должен, — усмехнулся Эш. — Конечно, — в той же манере сказал Айзек. *** — Лидия? Было первое, что я сказала, когда открыла глаза, поскольку последнее четкое воспоминание было — звонок ей. Осмотрела комнату, которая оказалась моей, и с облегчением вздохнула, поняв, что нахожусь дома. Сажусь на пятую точку и замечаю, что подо мной что-то лежит. — Шарф? — Озадачено спрашиваю я. Беру его и поднимаюсь на ноги, иду на поиски соседки. — Лидия! — громче произношу я, вижу, что на диване кому-то постелено. И ситуация не проясняется. — Лидия! — Проснулась? — выходя из кухни, спросила девушка. — Как себя чувствуешь? — Странно, — пожав плечами, сказала я и села на диван. — А конкретнее? — Голова немного мутная, плохо помню, что было. — Замолкаю, смотрю на шарф. — Почему я с ним спала? — Почему ты спрашиваешь меня? — Разве не ты меня укладывала? — непонимающе спросила я. — Нет. Ты уже сладко спала, когда я приехала. Айзек тут с тобой нянчился. Я была в лаборатории. — Я продолжала вопросительно смотреть на подругу. — Ты такого вообще не помнишь? — Помню. Я о чем-то спорила с ним, — припомнила я. — А еще я с кем-то целовалась. Скажи, что с Айзеком. — В клубе или квартире? — спросила Мартин, уже догадываясь, что вряд ли это был Лейхи. — Клубе, — ответила я. — Прости, — ответила девушка и села ближе. — Дальше ведь это не зашло? — Нет, я еще что-то соображала, — ответила я, снова посмотрела на шарф. — Но, видимо, не квартире, — осознала я. — То, что знаю я, со слов Айзека, было мило, — оптимистично сказала Лидия. — Что он вообще здесь делал? — Тебя искал. Что еще, — усмехнулась Мартин и поднялась с дивана. — Пойдем поешь. Я купила пончики. Впитают всю дрянь в тебе. Подкрепишься, и поговорим, — продолжила она и подала мне руку. — А потом я тебя убью, Изабелл. Задушу этим же шарфом за то, что заставила пережить все это. — Прости, — виновато сказала я. — Прости, -устало повторила Лидия. — Поешь, тогда прощу, — мягче сказала она, я зажмурилась и легла на диван. Мартин вздохнула. — Ладно, принесу сюда. И, кстати, я позвонила в редакцию, сказала, что ты отравилась. — Спасибо, — поблагодарила я. — Больше не пугай меня так. — Не буду, — пообещала я и попыталась напрячь остатки памяти, чтобы понять все, что было накануне.