From Yesterday

— Айзек, можешь посмотреть, я убрала зарядку или она так и лежит на кровати? Парень лишь мельком увидел, что его девушка прошла мимо двери в спальню, но никак на это не отвлекся, продолжая смотреть на свою одежду в шкафу. — Ты еще не оделся? — удивленно спросила я, вернувшись к двери, так как заметила слишком много голого тела. Лейхи посмотрел на меня и пожал плечами. — Зарядки на кровати нет, — спокойно ответил он. — Ты чего? У нас вылет через несколько часов, — напомнила я.- Зачем тебе рубашка? — непонимающе продолжила. — И пиджак. Ты помнишь, что мы летим в Канзас к моему папе, человеку, пробывшему большую часть жизни в дешевых мотелях и закусочных, на день Благодарения в бункер, где из незнакомых тебе людей будет только Кассандра, а не на обед с какими-то немецкими представителями или кто они там были, когда ты так в последний раз одевался? — с усмешкой продолжила я. — Я просто хочу нормально выглядеть. Что здесь такого? — переведя взгляд на меня, спросил парень. — И… — смотрит на одежду, — кого я обманываю? Он так еще больше меня застебет, — кинув что-то, кажется рубашку, в сторону кровати осознал Айзек. — Ты нормально выглядишь и в джинсах с кофтой, — уверенно произнесла я. — И серьезно? Словно знакомиться с ним собираешься. — Тебе легко говорить. Тебя-то Дин любит, это меня он мучает, — усмехнулся Лейхи и пересел на кровать. Я еще пару секунд посмотрела на его раздраженное усталое лицо и заговорила, решив, что, наверное, даже толком не узнала, что он хочет, когда предложила полететь в Лебанон: — Нуу, я могу улететь одна и вернуться сюда раньше, если не хочешь лететь в Канзас, — ответила я, перестав вообще понимать происходящее. — Нет, — уверенно сказал Айзек. — Я не имею ничего против этой поездки или ужина. Тем более, это семейный праздник. Просто в последнее время все думаю кое о чем. Помню, что и ты, и Лидия говорили, что Дин часто к вам заезжал, но он почти не появляется здесь, как ты переехала ко мне. — Перестань. Папа даже ночевал здесь пару ночей, — возразила я. — Ага, когда я был в Сан-Франциско, — напомнил Айзек. — Ты же не думаешь, что дело в тебе? — подойдя ближе, спросила я, поняв, что парень серьезно задумался обо всем происходящем. — Я точно уверен, что дело явно не в тебе, — ответил Лейхи. — Ты бы хотел, чтобы папа кантовался здесь периодически? — с легкой насмешкой спросила я. — Он иногда перегибает с опекой. — Я бы смог пережить пару-тройку ночей раз в месяц или пару месяцев. Не знаю… просто… я люблю тебя, я хочу жить с тобой и вижу с тобой будущее. И как ни крути твой отец часть всего этого. И… я просто хочу иметь с ним нормальные отношения. Чтобы он не избегал меня что ли. — Папа пригласил нас обоих. И о тебе он сам заговорил. Не накручивай себя. Ты же его не первый день знаешь. У него жизнь все такая же интересная, — положив руки на плечи парня, ответила я.- Не волнуйся, надень уже что-то, в чем тебе удобно и поехали. — Айзек приподнял голову, чтобы увидеть лицо собеседницы. — Или можем поговорить, если хочешь. Поменяем билеты и полетим завтра сразу на ужин. Парень задумался. Наверное, не стоило ставить в вину его девушки то, что она до конца не понимает, почему для него это стало играть более важную роль, нежели раньше. У нее была мать, которая всегда была рядом и с которой у девушки всегда (по крайней мере, с того момента, как он узнал всех этих людей) были теплые, доверительные отношения, отец, с которым пусть и было больше трудностей во взаимоотношениях, но это никогда не меняло того, что он был готов костьми лечь за дорогих ему людей. И, наверное, происходи все то же самое немного позже, хотя бы во время учебы в колледже, когда ты моложе и больше сосредоточен на событиях текущих, его бы полностью устраивало такое положение дел. В любом случае, так бы не замкнуло мозг на этом. Но, заняв устойчивое положение в жизни, занимаясь тем, чем ему нравилось заниматься, получая при этом хорошие даже по меркам Нью-Йорка деньги, живя с девушкой, которую он по-настоящему любил Айзек начинал понимать, что хочет семью. В которой, если бы его и не любили все члены, то хотя бы принимали без всяких но. — Нет. Все нормально, — с улыбкой сказал Лейхи. — Может ты и права, — продолжил он, подумав, что, наверное, не совсем правильно требовать понимания того, чего просто нельзя понять, не переживая всего этого на собственной шкуре. У Изабелл была любящая семья. Это факт. Ему даже не с кем было ее познакомить из родни. Такой же факт. Закономерно, что его потребность в нормальной семье сильнее, чем ее. Улучшать имеющуюся модель проще, чем строить новую. — Я оденусь, а ты проверь окна пока, — попросил он, отогнав все мысли. — Ладно, — согласилась я. — Но… — Все хорошо. Правда. Не волнуйся, — тверже проговорил Лейхи. *** Выйдя из аэропорта, Айзек почувствовал, что сам себя уже доконал своими же мыслями и, закинув вещи в багажник машины, улыбнулся, когда Дин похлопал его по плечу, заставив вернуться в настоящее. Доехав до места, он зашел внутрь с интересом осматривая место, даже не заметив, что его девушка пошла куда-то, кажется, на кухню, а он с Винчестером побрел в комнату, чтобы отнести сумки: — А окон в бункере нет, — осознал Айзек, осматривая комнату, и задумался, почему это осознание не пришло к нему раньше. — Все претензии к Британским хранителям, — усмехнулся Дин, посмотрев на парня, который озадачено продолжал рассматривать помещение. — Они и не должны быть в плане. Это подземное сооружение, — автоматически ответил Лейхи и встретился с Винчестером взглядом, до которого, кажется, дошло, что напрягает парня. — Здесь Иззи обычно обитала, когда приезжала. Но есть комнаты больше, если здесь слишком…- Дин задумался, -… замкнуто, — подобрав слово, продолжил он. — Все нормально. — Уверен? — Да. Уверен. — Зашел в комнату, положил сумки на кровать. — Что за Британские хранители? — Мудаки, о которых больше не надо переживать, — с улыбкой сказал Дин. — Располагайся. — Спасибо, — поблагодарил Айзек и сел на кровать, искренне не понимая, почему до него не дошло сразу, чего ждать. *** Ночью, когда все уже спали, Айзек все не мог нормально заснуть, постоянно ворочаясь в кровати. В конце концов, решив, что нужно умыться и попить воды парень поднялся на ноги, натянул на себя футболку и вышел из комнаты. Оказавшись в коридоре, он столкнулся с новой проблемой — куда идти? « Видимо бункеры это не мое», — промелькнула мысль в голове у парня, а потом он посмотрел на свою спящую девушку. — «Ладно, погуляем». Так и не найдя ванной, Айзек обрадовался тому, что нашел кухню. В конце концов, там есть такая же раковина, в которой он может умыться при желании. Пройдя чуть дальше, Лейхи услышал чавканье, а повернув голову, увидел Дина, который активно что-то ел. — Ты меня не видел. Это сон, — уверенно проговорил Винчестер, увидев непонимающий взгляд парня. — А, если завтра кто-то будет спрашивать, почему нет этого, ты даже не вспомнишь, что это тебе снилось. — Сон так сон, — согласился Айзек, приняв поток информации. — Где в моем сне хранятся стаканы? Дин посмотрел на усталое лицо парня, а потом опустился под стол, за которым сидел, и достал чашку. — Спасибо. — Что все не так нормально? — спокойно спросил Винчестер. Айзек сделал глоток воды и невольно усмехнулся, уловив, что в вопросе нет даже доли сарказма или иронии. — Это не из-за комнаты, — ответил парень. — А что тогда? Не можешь заснуть на новом месте? — уже с усмешкой спросил Дин. — Что я делаю не так? — устало спросил Айзек. — В смысле? — Мужчина полностью развернулся к парню. — Да, забудьте, — устало ответил Лейхи. — Я пойду спать дальше. Только направление мне задайте. Я хожу по этому бункеру уже минут пятнадцать. Дин усмехнулся. — Это нормально. Мы с Сэмом тоже сначала блуждали. Иззи повесила стикеры на стены, по направлению в спальню, на кухню, душ и все такое, когда впервые сюда приехала. Парень задумался, отогнал все услышанное, понял, что мозг ему еще пригодится, поэтому не стоит давать ему перегреться от мыслей. Выдохнул. — Я задам вопрос? После этого вопроса, если что. — Твой сон, делай, что хочешь, — зевнув, ответил Дин. — Вы не приезжаете к нам из-за меня? — в лоб спросил Айзек. Винчестер вскинул брови, обрабатывая вопрос. — О как, — наконец, изрек он. — Дожили. Садись. — Поднимается на ноги. Лейхи с недоверием смотрит на него. — Я серьезно. Не стой. Садись. — Ставит на стол бутылку виски. — На меня алкоголь не действует, — напоминает Лейхи. -На меня-то действует, — усмехается Дин, снова садится. — Совсем? — Все равно, что вода. — Тяжелая у тебя жизнь, — осознает мужчина, делает глоток. — Еще какие-нибудь мысли? — Есть одна, но озвучу позже, — Дин хмыкнул. — Мой же сон. Мои правила. — Ты в серьез думаешь, что, если бы я хотел увидеться с дочерью, твое присутствие меня бы остановило? — с насмешкой спросил Винчестер. От этой интонации Айзек неожиданно почувствовал себя идиотом. Наверное, с этого и стоило начинать весь самоанализ, неожиданно напавший на него. Прокрутив это в голове, парень берет стакан и выпивает все, что перед этим налил Дин. Винчестер удивленно смотрит, но вспоминает, что для его собеседника это все равно, что сок, поэтому просто усмехается. — Тогда что? — Ставит стакан. — Может, я и не то, чего вы ждали. Хотели дочери нормальной жизни и все такое. Но мы и живем нормально. Как ни странно. Так в чем дело? — В Британцах. — Каких? — Мудаках, чьему отделу принадлежал этот бункер когда-то. — Ничего не понимаю. — Если кратко то, Британцы хотели сделать из американских охотников суперохотников и истребить все сверхъестественное в Штатах. Независимо от того, заслуживают они это или нет. Но их планы пошли через задницу, не без помощи меня и Сэма. — И? — Мозг совсем спит в отличие от тушки? — Допивает остатки в стакане. — И Изабелл не охотница, она их не интересовала, до тебя им вообще не было никого дела, и я хотел, чтобы все так и оставалось. Да и, — тянется за бутылкой, — не давать же каким-то бриташкам пришить тебя после всех нервов, что я с тобой потерял. — Наливает. — Нечестно как-то. — Ставит бутылку. — В таком случае, наверное, спасибо, — обработав информацию, сказал Айзек. — Пожалуйста, наверное, — усмехается Дин. — Дело было не в тебе. Расслабься. С чего ему вообще быть в тебе? — Делает глоток. — Выбрался из того проклятого города, отучился, стал человеком, любишь и заботишься о ней, знаешь, что я убью тебя в случае чего. По-настоящему. Убью. И меня здесь никто не найдет, если твою смерть будут расследовать. — Снова глоток. — Ты молодец. Айзек несколько секунд смотрел на Дина, начав думать, что он и правда спит и это лишь плод его воображения. Какой-то странный плод. С чего бы ему вообще начало сниться нечто подобное. — Спасибо, — искренне говорит он, осознав, что не слышал нечто подобное от человека, чье мнение бы имело для него значения, и который бы так хорошо его знал. — Если захочешь подышать на улице, возьми ключи от двери. Она может захлопнуться. Вряд ли тебя кто-то услышит, если будешь стучаться, — отвечает Винчестер. — Еще что-то? — Да. Можете всегда остановиться у нас. — Но не слишком часто, так? — Да. Естественно, — кивает Лейхи, Дин снова усмехнулся. — Странные у тебя сны, Айзек, — вставая, сказал Винчестер. — Выйдешь, пойдешь вправо, до конца коридора, вторая дверь с конца, — объяснил он, вспомнив, что собеседник хотел вернуться в спальню. — Спокойной ночи. — Идет к двери. — Я женюсь на ней. На Изабелл, — Дин оборачивается, вскидывает брови.- Не сейчас. Может, через пару месяцев, может лет, но я сделаю ей предложение. И… возможно это прозвучит немного странно, но мне надо знать, что вы не против что ли. Что все будет нормально. — Все будет нормально. Только дышать не забывай. Уверен, даже оборотням нужен кислород, — усмехнулся Винчестер и вышел. Айзек выдохнул, поняв, к чему было сказано последнее, и посмотрел на бутылку виски. «Может толку и не будет, но выпить точно надо», — подумал он, наливая себе в стакан.