Возможны осадки, где-то в районе грудной клетки.

Нельзя допускать ни единой мысли о том, чтоб сдаться. Даже если ничего не выходит, я не должен.

Черт.

      Все как обычно. Сколько бы раз я не наступал на полосу, с огромной надписью «начало», в конечном итоге, через время, я оказываюсь там же откуда начал. Все в этом мире обречено на этот замкнутый монотонный круг.       От начала ты шагаешь с горой мотивации в руках, а позже, метров так через пятьсот, от полосы «начало», ты чувствуешь, как устаешь. Мотивация, как бы невзначай, одна за другой падает из рук. Вот тебя и полосу с огромными буквами, составляющими слово «финиш», разделяет сто метров. Ты у цели. Ты молодец.       «Финишная» лента разорвана, но ты не слышишь оваций, оркестра или что ты там себе придумал. Оглядываясь вокруг, ты в страхе ловишь себя на мысли, что боишься увидеть перекати-поле, как в ковбойских фильмах.       Ты подходишь к большой полосе с надписью «финиш». И что ты видишь? Краешек качественной ткани, сделанной из твоих грез и мечтаний, от всей этой полосы немного отклеился. Ты отрываешь ее полностью, с огромным страхом, который поедает изнутри. Что видишь теперь?

Да.

Это полоса «начало». Добро пожаловать назад. Я догадывался, что вы вернетесь.

***

      Можете поздравить меня — я постоянный гость на полосе «начало». И вот даже сейчас, пересилив сон, я встаю с кровати, тем самым начав свой каждодневный кросс. Иногда представляю себя небольшим поездом, у которого краткий маршрут: «Начало — Начало».       Погода в этом городе уж очень похожа на людей, которые здесь, правильнее сказать, существуют.       За ветхими стенами зданий слышно приглушенное постукивание дождя по карнизам и измученный, жалобный вой ветра. А если ты осмелишься высунуться из окна, на зов ветра, то увидишь тьму. Тьма совсем не материальная, а та, которую излучает каждый прохожий. Это те самые люди, которые действуют по принципам: «бери, пока можешь», «я - центр вселенной», «мистер лицемер» и, конечно же, «главное — выгода».       Взглянешь на них и уже хочется бежать в уборную, чтобы проблеваться. Сплошная серость и тошнота, подступающая к горлу, напрочь отбивает желание хоть как-то откликнуться на вой ветра. Как ты поможешь ветру, если ты не в состоянии помочь себе? Правильно, закрывай окно и избавься от тошноты.       Ни при каких обстоятельствах не смотрись в зеркало — это очень хитрая ловушка. Случайно ты можешь увидеть в нем того, от кого тебя обычно тошнит. Аккуратнее.       Зайдя в ванную, я облокотился руками о раковину, которой по виду лет сто. К счастью, я давно снял отсюда зеркало, чтоб случайно не пропасть там.       Почему утро должно быть таким тяжелым? Я похож на мешок с кирпичами. Будет забавно, если я попрыгаю и услышу стук кирпичей, ударяющихся друг об друга. Можно считать меня идиотом. Попрыгав и убедившись, что их не слышно, я повернул невзрачную ручку, и из крана струей полилась холодная вода. Надеюсь, хоть она поможет избавиться от беззвучных кирпичей внутри.       Сегодня, как и каждый день, играем в «кто быстрее» на пару с ржавой раковиной, которая засорилась. Она была такой с самого моего заселения и мне уж очень лень что-то в ней менять. На удивление, сегодня я исполнил все водные ритуалы быстрее, чем она наполнилась до краев не совсем чистой, холодной водой.       Иногда может проскальзывать мысль: «стоит ли винить себя за ненависть к людям? Или же упорно копаться в своей голове, думая, что проблема в тебе?»

Не думаю.

      Когда ты живешь среди общества, ты, как вид человеческий, не обращая внимания, становишься таким же. Таким же тонущим в очень «важном» дерьме от жизни. Ты проживаешь свои отведенные минуты, так и не узнав, что такое «жизнь». Все, чего ты должен бояться — стать таким же.       Что ж, в такие холодные дни, если собираешься покинуть свое убежище, больше напоминающее клетку или бомбоубежище (как вам угодно), лучше надеть свитер, поверх него еще один и еще, и еще, и сверху можно накинуть пальто, чтоб не дай бог тебя не достигла тьма, исходящая от прохожих, и ты случайно не испачкал улицу своей блевотиной.       Будет не очень красиво, согласитесь.       Мимо проскальзывает асфальт, еще асфальт, яма, лужи, магазины, люди, у которых на лице будто все тяготы жизни, но в миг, перед крупной шишкой в обществе, улыбка во все тридцать два и слащавые слова приветствия. Почему эти люди еще не номинированы на «Оскар»?.       Замечательная картина, которую можно наблюдать каждое утро, направляясь в университет.       Да, кто-то сейчас начнет брызгать слюной и с пеной изо рта: «ха! Да он же еще и не жил совсем, а говорит так, будто уже завтра ему стукнет сотня!» Поверьте, не нужно иметь большое количество цифр в возрасте, чтобы понять и почувствовать всю плачевную ситуацию окружающего мира.       Противные щелчки ручек… Эти звуки, как черви проникают в меня через уши и копошатся там, как в собственных владениях, обвивают нервы и сжимают… Черт. От пар ничего хорошего нельзя ожидать, поэтому в аудиториях я появляюсь не так часто — просто сдаю все зачеты, когда нужно. А большее количество своего времени мое существо любит проводить в старом актовом зале, который находится в пристройке рядом с университетом, где никогда никого не бывает; где в углу одиноко стоит обшарпанное пианино; где деревянные ветхие полы и облезлые обои; где душа находит место и живет вдали от всех.

Наконец кричит.

      Тихий скрип ступенек, а вот и второй этаж.       Каждый раз, когда видишь эту комнату, все будто впервые. Невозможно передать этот всплеск приятных ощущений где-то в животе, когда касаешься пальцами потускневших белых клавиш. Нота, за ней следующая. Мелодия — как сыщик или детектив, идущий по пятам за душой, воспроизводит через звуки угасшие воспоминания и чувства из самых глубоких ее ран.

Как же хорошо.

✗✗✗

      Темно, ничего не видно, но он все так же ощущает свое тело. Несколько секунд его ноги твердо на чем-то стоят, но через мгновение под его ногами быстро сломали пол, как бы не успев сообщить о разрушительных работах.       Тело сдавливает, похоже, будто на него падает небо, а он уверен, что оно необыкновенно тяжело и что все эти поговорки «легкий, как облачко» — полная чушь. Прошло пару секунд, а ему кажется, что он падает уже вечность. Но даже через «вечность» он никак не приземлится. А внутри органы разрываются от давления. Парень хватается руками за грудь, крича и пытаясь ее разорвать, дабы дать зверю, что рвет его изнутри, выбраться наружу, но все тщетно.

Помогите.

      Резкий звон в ушах, вокруг все исчезает, он еле открывает глаза и находится уже на земле, а точнее — в своей кровати, выглядящей, так будто там шла битва: одеяло почти на полу, но простыня его обогнала и уже нежится на ламинате под солнечными лучами. Солнце слепит еще покрытые пеленой сна глаза, а звон, вызывающий раздражение, продолжается.       Кому он нужен так рано?

…к о м у о н в о о б щ е н у ж е н?..

      Он взял в руки телефон и положил на свое лицо, не хотя напрягаться, даже держа его. Чимин и не пытался выдавить из себя хоть звук. Он не любил говорить что-либо первым. Особенно сейчас.       — Чимин-иии! — как-то виновато, но с надеждой прозвучало по ту сторону телефона.       — Ты же помнишь, что я просил тебя принести тот конспект с пары по философии?       Хосок… Чимин и правда забыл.       — Я позвонил так, на всякий случай, напомнить тебе, — парень продолжал говорить, а Чимин, кажется, уже начал отрубаться.       — ЧИМИН!!! — донеслось через уши, во все клетки мозга парня, когда Хосок понял, что его не слушают, и он вздрогнул. — Я С ТОБОЙ РАЗГОВАРИВАЮ, ТЫ ЧО, СПИШЬ?! А НУ, ДАВАЙ ПОДНИМАЙ СВОЮ ЗАДНИЦУ! МНЕ НУЖЕН ЭТОТ КОНСП… — юноша одним нажатием по экрану избавился от шума и встал с кровати, еле ходя и шатаясь.       Чимин, как обычно, потерялся во времени и забыл, что сегодня именно понедельник, а не воскресенье. Конечно, круто, что у тебя на неделе два воскресенья, он бы и рад, но прогуливать в сие сложный период его жизни не стоит. Нет, не потому что его волнует учеба, а лишь потому что ему нужна эта гребанная стипендия.